Как китайские коммунисты воробьев геноцидили
60 лет тому назад, 12 февраля 1958 года китайский лидер Мао Цзэдун подписал исторический указ об уничтожении в стране всех крыс, мух, комаров и воробьев.
Идея запуска масштабной кампании, ставшей частью политической программы «Большой скачок», родилась 18 февраля 1957 года на очередном съезде Коммунистической партии Китая. Ее инициатором выступил, как ни странно, биолог Чжоу Цзянь, являвшийся в то время заместителем министра образования страны. Он был убежден, что массовое уничтожение воробьев и крыс приведет к невиданному расцвету сельского хозяйства. Мол, китайцы никак не могут побороть голод потому, что их «объедают прямо на полях прожорливые воробьи». Чжоу Цзянь убедил членов партии в том, что в свое время Фридрих Великий якобы проводил подобную кампанию, и ее результаты оказались весьма вдохновляющими.Мао Цзэдуна особо убеждать не пришлось. Свое детство он провел в деревне и не понаслышке знал об извечном противостоянии крестьян и вредителей. Указ был им радостно подписан, и вскоре по всей стране китайцы с лозунгами «Да здравствует великий Мао» ринулись уничтожать обозначенных в указе своего лидера мелких представителей фауны.Однако с мухами, комарами и крысами как-то сразу не заладилось. Крысы, приспособленные для выживания в любых условиях вплоть до ядерной зимы, никак не хотели истребляться полностью. Мухи и комары и вовсе вроде бы не заметили объявленной им войны.«Козлами отпущения» стали воробьи. Писатель, лауреат Сталинской премии и по совместительству — глава академии наук Китая Го Мо Жо внес свой вклад в борьбу, разразившись стихотворением под названием «Ненавижу воробьев!», которое было моментально растиражировано прессой.
Лозунг «вымести Четырёх Вредителей» (Чу Си Хай) был распропагандирован и превратился в высоко скоординированную и синхронизированную компанию по уничтожению птиц, которая осуществлялась по всей стране. В отличие от разрушения лесов или деградации сельхозземель, эта компания против воробьёв была нацелена на прямое убийство. Наступление на воробьёв вовлекло детей-солдат в войну против природы. В этом движении против «вредителей» школьники были среди главных участников. Председатель Мао сам установил возраст подрядчиков для участия в компании, когда выступал на Второй сессии Восьмого съезда партии 18 мая 1958 года: «Весь народ, включая пятилетних детей, должен быть мобилизован для уничтожения Четырёх Вредителей».
Поначалу птиц пробовали травить и отлавливать силками. Но такие методы оказались малоэффективными. Тогда воробьев решили «брать измором». Завидев птиц, любой китаец их старался пугать, заставляя как можно дольше находиться в воздухе. Старики, школьники, дети, мужчины, женщины с утра до ночи размахивали тряпками, стучали в кастрюли, орали, свистели, вынуждая обезумевших птиц порхать от одного китайца к другому. Метод оказался действенным. Воробьи просто не могли находиться в воздухе дольше 15 минут. Изможденные, они падали на землю, после чего их добивали и складировали в огромные кучи.
Понятно, что под удар попали не только воробьи, но все мелкие птицы в принципе. Чтобы вдохновить и без того полных энтузиазма китайцев, в прессе регулярно публиковались фотографии многометровых гор из трупов птиц. Обычной практикой было снять с уроков учеников школ, выдать им рогатки и отправить отстреливать любых мелких птах, разорять их гнезда. Особо отличившимся школьникам выдавали грамоты.
Только за первые три дня кампании в Пекине и Шанхае уничтожили почти миллион птиц. В одном лишь Пекине и только за первые три дня кампании было убито 401160 воробьев. А почти за год таких активных действий лишились два миллиарда воробьев и прочих мелких пернатых. Китайцы ликовали, праздновали победу. Про крыс, мух и комаров к тому моменту уже никто и не вспоминал. На них махнули рукой, поскольку бороться с ними чрезвычайно сложно. Уничтожать воробьев оказалось гораздо веселее.
К побоищу привлекли армию, народное ополчение, профсоюзы, комсомольские и пионерские организации. Особых противников этой кампании ни среди ученых, ни среди экологов не наблюдалось. Оно и понятно: протест и возражения, даже самые робкие, были бы восприняты как антипартийщина.Основателю современной китайской орнитологии профессору Ченг Цо-сину, как Генеральному секретарю Китайского зоологического общества, пришлось высказать своё мнение. Воробьи не должны уничтожаться в любом случае, потому что они распространены по всему миру. При этом ущерб от них следует сократить, регулируя численность этих птиц. В период выведения потомства воробьи уничтожают насекомых, принося явную пользу. Делегаты съезда пришли к заключению, что пока воробьи остаются недостаточно изученными, при том что они играют большую роль в экономике и жизни людей.Невозможно было предвидеть, что работы Ченга по реабилитации воробьёв позже, во время Культурной революции, будет инкриминированы ему как зловещее преступление. Кто-то сказал, что Ченг использовал воробьёв, чтобы противопоставить себя Великому Кормчему Председателю Мао. Орнитолог был подвергнут суровой критике. Во время одного из таких совещаний кто-то распекал Ченга: «Да ты понимаешь, какое страшное преступление ты совершил?».Ченг, понимая, что не сделал никаких ошибок, ответил «Я не знаю».Критики реагировали со злостью: «Ты! Реакционный академик, отважился славить воробья и нарушать самые высокие инструкции!».
К концу 1958 года птиц в Китае практически не осталось. Дикторы с телеэкранов рассказывали об этом как о невероятном достижении страны. Коммунистическая пропагандиста рапортовала, что это помогло сохранить свыше 30 миллионов тонн зерна. Китайцы задыхались от гордости. Никто даже не сомневался в правильности действий партии и своих собственных. Коммунисты Китая доказали в очередной раз превосходство социализма над капитализмом.
Жизнь и смерть без воробьевВ 1959 в «бескрылом» Китае уродился небывалый урожай. Даже скептики, если таковые имелись, вынуждены были признать, что антиворобьиные меры принесли положительные плоды. Конечно, все заметили, что всевозможных гусениц, саранчи, тли и прочих вредителей заметно прибавилось, но учитывая объемы урожая, все это казалось незначительными издержками. Оценить эти издержки в полной мере китайцы смогли спустя еще один год.
В 1960 году сельскохозяйственные вредители расплодились в таком объеме, что за ними сложно было разглядеть и понять, какую именно сельхозкультуру они пожирают в данный момент. Китайцы были растеряны. Теперь целые школы и производства опять снимали с работы и учебы — уже для того, чтобы собирать гусениц. Но все эти меры были абсолютно бесполезны. Никак численно не регулируемые естественным путем (чем как раз раньше занимались мелкие птицы), насекомые размножались ужасающими темпами. Они быстро сожрали весь урожай и принялись за уничтожение лесов. Саранча и гусеницы пировали, а в стране начался голод. С экранов телевизоров китайцев пытались «кормить рассказами» о том, что все это временные трудности и скоро все наладится. Но обещаниями сыт не будешь. Голод был нешуточным — люди массово умирали.Ели кожаные вещи, ту же саранчу, а кто-то и вовсе питался согражданами. По свидетельствам тех, кому удалось бежать из страны, от голода вымирали целые деревни, во многих уездах доходило до людоедства. В стране началась паника.
Запаниковали и члены партии. По самым скромным подсчетам, от навалившегося на страну голода в Китае погибло около 30 миллионов человек. Точного числа погибших указать невозможно, до сих пор документы об этом в Китае засекречены.Тогда руководство, наконец, вспомнило, что все беды начались с истребления воробьев. Кампания была свёрнута. В проекте «Указа ЦК ЦКП о гигиенических мероприятиях», принятого ровно через два года, 18 марта 1960 г., Мао Цзэдун написал: «Не надо бить воробьев, как результат мы лишь получили клопов. Лозунг такой: Уничтожать крыс, клопов, мух и комаров» («麻雀不要打了，代之以臭虫，口号是‘除掉老鼠、臭虫、苍蝇、蚊虫’。») .За помощью Китай обратился к Советскому Союзу и Канаде — просили срочно выслать им птиц. Советские и канадские руководители, конечно, удивились, но на призыв откликнулись. Воробьев доставляли в Китай целыми вагонами. Теперь уже начали пировать птицы — нигде больше в мире не было такой кормовой базы, как невероятные популяции насекомых, буквально покрывших Китай. С тех пор в Китае особенно трепетное отношение к воробьям.
Таким образом, Коммунистическая партия Китая под руководством Великого кормчего доказала, что способна героически преодолевать любые трудности, которые сама себе создала.