Лариса Штейнман: «Для Абдулова я была секс-игрушкой»
Казино для него - тот же театр! Он очень эмоционально реагирует на проигрыш или выигрыш: ликует, кричит, ругается, яростно спорит с крупье. Я же, девушка с голодным детством, не могла спокойно смотреть, как на моих глазах улетучивается целая квартира. Например, весь внушительный гонорар за съемки «Ледникового периода» он спустил. Не любил говорить о своих болячках. Герой всегда должен оставаться героем!
А еще мне отводилась роль домашней секс-игрушки. Мой внутренний мир Сашу особенно не интересовал, краеугольным камнем наших отношений был секс. Вся наша сексуальная жизнь - это отдельный фильм. Абдулов был гениальным любовником! Мы занимались любовью всегда, везде и в самых неожиданных местах. Главное, ничего не повторять и постоянно выдумывать новое. Вот, например, кадр: мы занимаемся сексом у него на столе в кабинете, и в самый кульминационный момент из факса, на котором я сижу, ползет ленточка бумаги! Следующий кадр: я провожаю его на поезд, а утром, едва проснувшись, мчусь в аэропорт и прилетаю на край света, чтобы увидеть его удивленное лицо. Он делает вид, что не ожидал меня увидеть, а я делаю вид, что это сюрприз. Секс мы превратили в яркий красочный спектакль. Воздушные шарики, цветы, свечи. Каждый вечер превращался в шоу! Он гениально все это режиссировал. Однажды мы гуляли вокруг озера. Вдруг он останавливается: «Смотри, вон куст камыша». Мы тут же соорудили из камышей шалаш, воображая, что он - Ленин в изгнании, а я - Крупская, ползу под обстрелом жандармов к любимому. Помню, нас тогда зверски искусали комары.
Я до сих пор думаю, что он жил не со мной, а с женщиной, которую себе придумал. Даже мою фамилию Саша впервые услышал аж через полгода совместной жизни. Перед «Кинотавром» Абдулов смотрит списки и вдруг узнает, что будет жить в номере с каким-то Штейнманом. Он разорался как ненормальный: «Покажите мне, кто такой этот Штейнман?!» И услышав ответ: «Это же твоя девушка!», был поражен. Ну некогда было такому занятому человеку расспрашивать о моей биографии. Когда я рассказывала гостям что-то о себе, Саша всегда удивлялся: «Как, ты закончила Историко-архивный? Как, ты была манекенщицей?»
- А что он вам дарил?
- Будете смеяться, но, кроме выпрошенной в Баку керамической тарелки, ничего. Как-то, через полгода, возвращается с гастролей из Израиля и неловко сует мне вскрытую коробку с духами. На 8 Марта, помню, преподнес коробочку с искусственным жемчугом, которую я уже видела на даче в ящике стола. Видимо, он решил мне ее подарить, чтобы вещь зря не пропадала. Я молча глотала это, хотя и очень переживала. Да и на комплименты Абдулов был скуп. Только однажды, когда я надела изумрудное платье от Татьяны Парфеновой, вдруг попросил: «Постой-постой, встань вот сюда!» Я покружилась в нем, ожидая комплиментов. Он прищурился, всмотрелся и сказал: «Платье отлично монтируется с этим зеленым диваном!»
С другой стороны, Саша мог устраивать необыкновенно красивые сюрпризы. Ведрами привозил мои любимые хризантемы, а в день рождения разбудил меня в пять утра (я родилась ровно в пять утра) и сонную потащил в гостиную. Всюду горели свечи, стояли бутылка шампанского «Вдова Клико», огромная корзина с цветами. Он поставил меня голую на стул и под музыку стал осыпать пластмассовыми сердечками и лепестками хризантем.
- В такие моменты вы, наверное, не сомневались, что эта любовь навсегда?
- Ну еще бы! Как в кино - только смерть может нас разлучить. Я была уверена: что бы он ни вытворял, никогда от него не уйду! О его изменах я никогда не задумывалась. У Абдулова существовал список богатых успешных женщин, которым было лестно с ним переспать или дружить.
Его отношение к женщине было двойственным, наверное, потому что он Близнец. Есть семейная легенда, которая ярко это иллюстрирует. Сашина бабушка, дворянка, в 30-е годы уехала от репрессий в глушь, в Иваново. Представляете, на телеге сидит барышня в огромной шляпе! И когда эту шляпу увидел простой красноармеец Абдулов, он ту т же влюбился в прекрасную незнакомку. Бабушке после замужества пришлось учиться полоть грядки, смотреть за скотиной. Эта двойственность и передалась внуку. Саша очень любит в женщине домовитость, хозяйственность, а с другой стороны - ценит в ней загадочность и необычность. Помню, он рассказывал о ярком впечатлении молодости, когда снимался в фильме вместе с нынешней женой Вацлава Гавела. Когда на съемках он увидел ее в кружевных панталончиках, испытал экстаз такой силы, как когда-то его дедушка от бабушкиной шляпки. «Представляешь, - говорил он мне с дрожью в голосе, - панталончики были подвязаны красной ленточкой!»
Впрочем, одна история коснулась меня непосредственно. Однажды Саша спросил: «Ты знаешь певицу Лику Стар? Она чем-то похожа на тебя». Я с ним согласилась - блондинка с таким же взрывным характером. Вскоре Саша организовал на даче посиделки, позвал кучу друзей и знакомых. Он спросил у меня, можно ли пригласить Лику, я не возражала. Лика приехала на слегка помятом «Ягуаре».
Не помню уж зачем, но я попросила Абдулова разыграть одинокого мужчину, сама же прикинулась девушкой его друга. Лика, увидев «свободного» Абдулова, очень обрадовалась, мгновенно заняв место рядом с ним. Они стали ворковать, вспоминать чудное время, проведенное когда-то вместе. Затем уединились в доме с бутылкой виски. Не скрою, я занервничала, периодически забегала в дом то за хлебом, то за стаканчиком, ходила вокруг да около. Наконец, когда их бутылка опустела, парочка перебралась в спальню. Тут мое терпение лопнуло, и я ворвалась к ним.
Абдулов мирно спал на кровати, а Лика, еле ворочая языком, заявила: «Что ты здесь делаешь? Убирайся вон! Я люблю Сашу и буду с ним жить!» Тут началось самое интересное. В гневе я вышвырнула туфли Лики в окно, а потом схватила бутылку с минеральной водой и окатила коварную соперницу. Мгновенно протрезвев, та накинулась на меня как дикая кошка. В итоге у меня на лице засверкал классический фингал. Но с лестницы я ее все же спустила. Лика рвалась к «любимому», я держала оборону, забаррикадировав спальню. Всю нашу битву Абдулов проспал. Вдоволь набушевавшись, Лика позвонила Владу Сташевскому, чтобы тот ее забрал, а затем мирно задремала на диване. К приезду Сташевского Лика проснулась в боевом настроении, схватила пустую бутылку из-под виски и запустила ею в стену. От звона разбитого стекла пробудился хозяин дома, покорно взял веник и стал подметать осколки. Влад узнал Абдулова и все тараторил: «Боже мой! Боже мой! Вы мой любимый артист!»
Помню, Лика не хотела уезжать без своих туфель. Я долго искала их в темноте в грядках, измазавшись землей по локоть. Через год мы с Ликой встретились в супермаркете во Внуково и, вспоминая нашу потасовку, долго смеялись.
- Многие считают Абдулова прожженным циником. Правда ли, что в молодости он чуть не покончил с собой из-за любви?
- Он и до сих пор безумно страстный человек - ни капли расчета в чувствах. В далекие студенческие годы Сашу действительно чудом спасли, когда он вскрыл себе вены от несчастной любви. Мог залезть к любимой женщине по водосточной трубе. Я не сомневаюсь, что он и сейчас способен на подобное безрассудство.
А его романтическая любовь с Алферовой? Когда по телевизору показывали фильм, где играла Ирина, он тут же переключал на другой канал. Ему было больно ее видеть. Этой паре многие завидовали, а кое-кто и ненавидел их. Они были вызовом актерской среде: слишком красивые, слишком талантливые, слишком популярные. Их окружение сделало все, чтобы эту сказку разрушить. Думаю, Ирине злорадно спешили доложить, что муж ей изменяет, а ему сплетничали про нее. После расставания они многие годы звонили друг другу и пытались объясниться, начать все сначала. Абдулов не стал бы венчаться, если бы не был уверен, что это на всю жизнь! Думаю, их любовь жива до сих пор. Они сумели красиво расстаться. Семнадцать лет прожили вместе и не вычеркнули их из жизни. Ирина часто передает подарки Людмиле Александровне, ее портрет висит в Сашином новом доме на Валдае. Играют вместе в антрепризе, справили свадьбу дочери.
- А своего сына вы знакомили с Абдуловым?
- Конечно. Коля все это время жил со своим отцом, а каникулы проводил у нас. Коля называл Сашу очень смешно - «Александр Абдулов», отчество «Гаврилович» не выговаривал. Однажды я попросила Сашу взять Колю на съемки «Next». Ребенок без конца куда-то исчезал со съемочной площадки. И вместо того чтобы снимать фильм, его целый день искали, пока не нашли в супермаркете. Помню, Абдулов привез его и сердито сказал: «Мне надо в кино сниматься, а не Колю искать!»
- У вас уже получалась семейная жизнь!
- Одинокого волка приручить и одомашнить невозможно! Ему как воздух нужен постоянный допинг: спектакль, застолье, казино. Однажды у меня сдали нервы, и после крупной ссоры я решила отдохнуть. Купила путевку в Египет и уехала, не сказав Саше ни слова. Неделю наслаждалась отдыхом, купалась и загорала. Правда, порой меня мучила совесть, что Саше без меня плохо. Ведь весь дом держался на мне. Вернувшись, я застала страшную картину - всюду по квартире были разбросаны использованные презервативы и женское белье. Такие «декорации» повергли меня в шок.
Кое-как выдавила из себя: «Саша, да ты секс-гигант!» Он с улыбкой наблюдал за мной, лежа на кровати: «Я оставлял ключи друзьям, чтобы они развлеклись. И просил их ничего не выбрасывать». Я сделала вид, что поверила. Натянув резиновые перчатки, принялась убирать этот «реквизит».
Абдулов жил так, словно каждый его день - последний! Он вбил себе в голову: «Я скоро умру! Надо успеть пожить на полную катушку!» и прожигал жизнь в безумных страстях. А я, признаться, подустала каждый вечер надевать подвязки, корсеты и швырять чулки на люстру. Мы были вместе уже два года. Мне захотелось домашнего халата, тишины, уюта, ребенка, наконец. И это была моя роковая ошибка! Он заметно поскучнел. Если бы продолжался этот фейерверк с воздушными шарами, все было бы нормально. Жена-санитарка с таблетками Абдулову была не нужна. То, чем я его зажгла, сама же и загасила. Перехода страсти в другие отношения не получилось - нас резко развели его друзья.