Мы родственники средь мирской тщеты
Первое заседание ЛТО «Данко» 4 09 13 было посвящено жертвам сталинских репрессий, отсидевших в Карлаге г. Сарань Карагандинской области. Туда ездила председатель ЛТО Армануш Маркарян и участвовала в благотворительной акции 15-го м/н медицинского трудового лагеря. Об этом событии она рассказала на первом заседании ЛТО "Данко", прошедшем в Национальной библиотеке имени А. Навои, где присутствовали любители поэзии из разных национальных центров Узбекистана.
В "Карлаге" с 1 -10 августа все жили по принципу: «Даже если у вас нет ничего – дарите улыбку» (Мать Тереза). В течение 10 дней волонтёры – медики и педагоги - лечили бесплатно - физически и нравственно - местное население и отдыхающих в лагере в память о жертвах концлагерей, среди которых были известные поэты, писатели, музыканты, учёные. Назову несколько фамилий: сын С. Есенина – А. Есенин, внешне - точная копия отца; сын А. Ахматовой – историк и востоковед Л. Гумилёв; академик А.Чижевский, А. . Ермаков – «Собиратель казахских земель», поэт Н.Заболоцкий, узбекский писатель Саид Ахмад и многие другие.
С. Ахмад, переживший свою верную супругу, поэта Саиду Зунунову на 30 лет и ушедший от нас в 2007 г., в одном из последних своих интервью сказал следующее: «Грех мне жаловаться на жизнь. Был «врагом народа», стал народным писателем. Было время, когда меня, заковав в наручники, выслали из родной страны, а теперь я герой Узбекистана. Я тысячу раз благодарен судьбе…»
В этом году 10 июня в столичном Национальном парке имени А. Навои был торжественно открыт памятник герою Узбекистана – народному писателю Саиду Ахмаду и его супруге – известной поэтессе Саиде Зуннуновой.
С докладом о драматической судьбе одного из арестантов казахстанского Гулага проникновенно, буквально, со слезами на глазах рассказал ташкентский поэт и журналист Алексей Кирдянов.
Н.А. Заболоцкий (1903-1958) был арестован 19 марта 1938 г. и попал в ГУЛАГ в 1938 -1944 гг. (Карлаг, Казахстан). Следователь задолго до этого в ДПЗ (Доме предварительного заключения в Ленинграде) в ответ на справедливый естественный протест известного уже тогда советского поэта, автора книги стихов «Столбцы» и поэмы «Торжество земледелия», стихов «Меркнут знаки Зодиака», «Лодейников», попавших под сокрушительный огонь идеологической критики, против незаконного ареста и грубого обращения с ним бесчеловечно заявил: «Действие конституции кончается у нашего порога». – Н. Заболоцкий. История моего заключения. В книге «Н. Заболоцкий. «Меркнут знаки зодиака» - М.:Эксмо-пресс., 1998. С. 154.
Об этом времени Н. Заболоцкий писал: «По ходатайству администрации лагеря был освобождён из заключения 18 августа 1944 г. и оставлен в лагере в качестве вольнонаёмного. Моя семья к этому времени приехала ко мне в Алтайский край. В феврале 1945 г. был переведён на новое строительство в г. Караганду, где меня передали в систему Наркомугля. Здесь в тресте Шахтстрой я работал до мая 1946 г., когда Министерство госбезопасности разрешило мне переехать в центр и продолжать литературную работу. Я уволился из треста, переехал на жительство в Москву и был восстановлен в Союзе советских писателей».
Будучи в заключении в Карлаге он написал такие стихи:
«И за составом движется состав.И льётся уголь из подземной клеткиИ ветер гонит тьму тысячелетий,Над Казахстаном крылья распластав».
После освобождения Н. Заболоцкий ещё долго приходил в себя и не мог войти в нормальную колею после всех бед и испытаний, а также бытовых трудностей: долго ютился вместе с семьёй по чужим углам, пока ему СП не выделил квартиру в Москве в 1948 г., когда после затяжного перерыва вышла его вторая книга стихов семитысячным тиражом. В эти годы поэт признаётся: «Пишу трудно, с напряжением; многое в стихах самому не нравится; с годами утратил былую детскую самоуверенность, но, вероятно, немножко научился присматриваться к людям и стал любить их больше, чем раньше».
О нём В. Каверин, автор знаменитого романа «Два капитана» в очерке «Счастье таланта» писал, что Заболоцкий всегда жил с сознанием, что он поэт: «Это вовсе не было ощущением учительства, стремления поставить себя выше других. Это было чертой, которая морально, этически поверяла всё, о чём он думал и что он делал. Ощущение высокого призвания было для него эталоном в жизни. Он был честен, потому что он был поэтом. Он никогда не лгал, потому что он был поэтом. Он никогда не предавал друзей, потому что он был поэтом. Все нормы его существования, его поведения, его отношения к людям определялись тем, что, будучи поэтом, он не мог быть одновременно обманщиком, предателем, льстецом, карьеристом. Прекрасно понимал, что ложь и поэзия «две вещи несовместные», он не мог писать то, чего не думал» (Там же. С. 283).
После 20 съезда партии в феврале 1956 г., разоблачившего культ личности Сталина, Н.А. Заболоцкий впервые решился написать документальную «Историю моего заключения» - о пережитом в 1938 г. Но заявление в Комитет госбезопасности о реабилитации осталось неотправленным, а поэт при жизни – нереабилитированным.
Но его стихи были лучшей реабилитацией поэта ещё при его жизни:
Не позволяй душе лениться
Не позволяй душе лениться!Чтоб в ступе воду не толочь,Душа обязана трудитьсяИ день и ночь, и день и ночь!
Гони её от дома к дому,Тащи с этапа на этап,По пустырю, по перелому,Через сугроб, через ухаб!
Не разрешай ей спать в постелиПри свете утренней звезды,Держи лентяйку в чёрном телеИ не снимай с неё узды!
Коль дать ей вздумаешь поблажку,Освобождая от работ,Она последнюю рубашкуС тебя без жалости сорвёт.
А ты хватай её за плечи,Учи и мучай дотемна,Чтоб жить с тобой по-человечьиУчилась заново она.
Она рабыня и царица,Она работница и дочь,Она обязана трудитьсяИ день и ночь, и день и ночь!