Киники, стоики и эпикурейцы: «мудрец» и власть
В условиях неограниченной монархии статус «гражданина», естественно, отходил на второй план, - теперь человек должен был са-моопределяться прежде всего по отношению к верховной единоличной власти.
Несмотря на противоположные позиции, и тех и других объединяла сама фигура «выбирающего»: это «мудрец», который, по сути, противопоставлен всем остальным, то есть «не-мудрецам». Если в период классического полиса «мудрец»-философбыл, как правило, инкорпорирован в общественную группу как гражданин, а «мудрость» неразрывно связывалась с общественными деяниями (у Платона, например, философы являются главными вершителями судеб идеального государства), то теперь философ сам для себя решает проблему участия в политике - и отрицательное решение ничуть не влияет на его статус «мудреца».
Нужно не забывать, что уже в классический период в греческой философии существовало учение, полностью отрицающее необходимость участия в общественной жизни, - это были киники, противо-поставившие «добродетель» отдельной личности всем условностям общества, в том числе и «благу» гражданства.
«Общепринятые законы» киники считают условностью, а само гражданское общежитие возникшим не «по природе», а «по договору»; в этом они следуют воззрениям софистов. Но когда Антисфен высмеи-вает афинян с их демократией, он продолжает линию Сократа, упрекавшего и софистов и их слушателей в неумении отличить благо от зла: «Он советовал афинянам принять постановление: "Считать ослов конями"»; когда это сочли нелепостью, он заметил: «А ведь вы простым голосованием делаете из невежественных людей - полководцев»92. Этот анекдот отсылает к словам Сократа, приведенным и в платоновском «Федре», где Сократ говорит об ораторах-софистах, способных выдать осла за коня, а зло - за добро93.
Можно сказать, что представления Антисфен а эклектичны: по отношению к государству он придерживается взглядов софистов (общественные законы возникают «по договору»), а по отношению к отдельному человеку следует «идеалистическим» взглядам Сократа (законы добродетели «природны»). Однако из обоих положений Антисфен делает собственные выводы. Условность гражданских установлений приводит его к мысли о том, что участием в общественной жизни вообще можно пренебречь, а положение о «природности» добродетели он понимает буквально: она достигается не созерцанием лежащих в ее основе «вечных идей» (как утверждает Платон), а жизнью в соответствии с природой. Это значит, что мудрец должен отбросить все лишнее, привнесенное, как сказали бы мы, культурой, и попытаться вести «природное» существование, абсолютно независимое от общепринятых норм. Антисфен противопоставил себя обществу и на уровне внешнего вида - это он впервые ввел «форменное одеяние» бродячего мудреца-киника: короткий плащ на голое тело, котомка нищего и посох странника.
То, что декларировал Антисфен, ярче всего воплотил на практике его ученик Диоген Синопский (ок.
Невмешательство в общественную жизнь стало важной частью и эпикурейского кредо. Но в отличие от киников, сделавших эпатаж благочестивых граждан одним из средств борьбы с условностями, эпикурейцы стараются (хотя и без особого успеха) вообще поменьше попадаться «на глаза» и «на язык» обществу. Эпикур (341-270 гг. до н. э.) тоже считает, что общество основано на договоре и соответственно все его установления насквозь условны, - однако в программу философа вовсе не входит нарочитая демонстрация своей «свободы». Главная его цель - атараксия: безмятежность, неподверженность суетным треволнениям и свобода от любых страхов, в первую очередь страха смерти. Одна из известнейших сентенций Эпикура, своего рода девиз - «живи незаметно»; в письмах философ замечает, что неко-торые его друзья, вступив на политическое поприще, отходят от правильной созерцательной жизни, и говорит, что надо освободить себя от оков суетных дел и политики.
Представление Эпикура о необязательности и даже нежелательности участия в политической деятельности обосновано его взглядами на свободу воли, подкрепляемыми «физической» теорией. Эпикур считал, что основой всего являются атомы, самопроизвольно движущиеся во вселенной: они могут свободно отклоняться от своих траекторий, и такие отклонения, как пишет Лукреций, не обусловлены ни-каким «положенным сроком»95. Так же свободен, по мнению Эпикура, и человек. Эпикур отвергал идею божественного провидения и отрицал неизбежность судьбы; он полагал, что многое в этом мире зависит от самой личности, - в том числе и ее участие в жизни общества.
Отстраненность от политики - один из главных пунктов несогласия с Эпикуром его философских противников, стоиков. Они, наоборот, подчеркивали, что человек не может устраниться от общественной жизни, - и приводили свои «физические» основания, совсем не схожие с эпикурейскими. В соответствии с концепцией стоиков все материальное в мире одухотворено «творческим огнем», который яв- ляется жизненным «дыханием» космоса (пневмой) и одновременно космическим разумом. Творческий первопринцип, охватывающий вселенную, стоики называют и логосом, и Зевсом, и природой, и судь-бой. Все, что происходит в мире, определяется именно этим разумом- роком, как цепью взаимосвязанных причин. Общество, следовательно, возникает не по человеческому «договору», а как необходимое отражение законов единого разумного и одухотворенного космоса, ча-стью которого является человек.
Стоики исповедуют полный детерминизм. Свободой в их понимании оказывается жизнь в согласии с законами Провидения, а это значит, что познавший эти законы мудрец ни в коем случае не будет от-казываться от участия в общественной жизни, - она ведь является «слепком» бытия всего космоса. Поэтому, хотя первые руководители стоической школы Зенон, Клеанф и Хрисипп не были активными политическими деятелями, своим ученикам они рекомендовали превыше всего ставить общее благо и достойно выполнять свой гражданский долг.
Три популярные в эпоху эллинизма философские школы - киники, эпикурейцы, стоики - воплощают три варианта отношений «мудреца» с обществом и властью. Первые - своим эпатажем общества теснейшим образом связывают себя с ним, но пренебрегают отношениями с властью; вторые - стараются «жить незаметно» и не вступать в контакт ни с властью, ни с обществом; третьи - стремятся вести жизнь в соответствии с «долгом», понимаемым как воплощение законов космического разума. Именно последние, в силу специфики своих общих философских положений, разрабатывают тему идеального общества и становятся своего рода инициаторами новых - эллинистических - утопий.