Вильсон Гленн - Психология артистической деятельности. Таланты и поклонники
стью, и всего лишь в нескольких исследованиях на эту тему применялись проверенные измерительные процедуры. Было установлено, что актеры склонны к экстраверсии и эмоциональности (Eysenck, 1975) и что артисты-исполнители (в основном любители) импульсивны и склонны к эксгибиционизму (Fisher, 1981). Стэйси и Голдберг (Stacey, Goldberg, 1953) утверждают, что профессиональные актеры более склонны к рефлексии, интровертны и депрессивны по сравнению с актерами-учениками; на основе этого можно предположить, что профессиональный опыт до некоторой степени влияет на характер личности. Хэммонд и Эделманн (Hammond, Edelmann, 1991а) провели сравнительное исследование трех групп (51 работающий профессиональный актер, 58 ак- теров-любителей и 52 человека в контрольной группе) с помощью личностного опросника Айзенка, самооценочной шкалы Розенберга, шкалы социальной желательности Марлоу-Кроуна, а также шкал самосознания, самонаблюдения, заботы об адекватности, застенчивости и общительности. Актеры оказались менее застенчивыми и менее склонными к социальной тревоге, но чуть более экстравертными и общительными, чем представители контрольной группы. Кроме того, они были более склонны к рефлексии и проявляли большую чувствительность к экспрессивному поведению других людей, чем не актеры. По большинству этих личностных черт актеры-любители заняли промежуточное положение между неактерами и профессионалами. Результаты этих исследований ни в коей мере не поддерживают чрезвычайно негативный (психопатологический) стереотип личности актера, отстаиваемый психоаналитиками. Правда, Хэммонд и Эделманн (Hammond, Edelmann, 1991а) обнаружили слегка повышенные показатели психотизма и нейротизма у актеров по сравнению с членами контрольной группы, но и эти показатели остаются в пределах нормы.
Эмпирических исследований личностных особенностей музыкантов, певцов и танцовщиков также весьма немного. Кемп (Кеmp, 1982) изучал группы из 688 студентов музыкальных колледжей и 202 профессиональных музыкантов с помощью шестнадцатифакторного личностного опросника Кэттелла и обнаружил, что по сравнению с контрольной группой музыканты более склонны к интроверсии (замкнуты, сдержанны и самодостаточны) и тревоге (эмоционально нестабильны, настроены на ожидание неприятностей, проявляют напряженность). О склонности музыкантов к эмоциональной нестабильности сообщает также Пипарек (Piparek 1981), обследовавший 24 музыкантов Венского симфонического оркестра. На основе интервью и неспецифических проективных тестов он обнаружил, что показатели нейротизма у музыкантов на 5% выше, чем у обследованных им представителей других профессий. Кемп (Кетр, 1980), пользуясь шестнадцатифакторным личностным опросником Кэттелла, сравнил личностные особенности музыкантов, играющих на разных инструментах (в группе из 625 студентов музыкальных факультетов в возрасте от 18 до 25 лет). Музыканты, играющие на медных духовых инструментах, оказались значительно более экстравертированными (беспечными и зависимыми от группы) и менее чувствительными (более консервативными в образе мышления), чем другие инструменталисты. Схожие ре-
зультаты получил Дэвис (Davies, 1978), обследовавший музыкантов симфонического оркестра Глазго с помощью личностного опросника Айзенка. Музыканты, играющие на медных духовых инструментах, показали самую высокую степень экстраверсии и самую низкую степень нейротизма; самая высокая степень нейротизма оказалась у му- зыкантов-струнников. (Впрочем, известно, что женщины показывают в тестах в среднем большую степень нейротизма, чем мужчины, поэтому в отношении данного результата, мог сказаться факт преобладания мужчин среди духовиков, а женщин — среди струнников.)
Явные признаки психологических проблем были выявлены у поп-музыкантов и джазменов. Уиллс и Купер (Wills, Соорег, 1988), пользовавшиеся личностным опросником Айзепка (EPQ), нашли у этих категорий музыкантов более высокие показатели нейротизма, чем у представителей любой другой профессиональной группы из упомянутых в руководстве к опроснику; особенно высокой степенью нейротизма отличались гитаристы (в среднем 16,90) и пианисты (14,72). Показатели психотизма также оказались довольно высокими, особенно у гитаристов (4,90) и у ударников (4,50). Уиллс и Купер затрудняются определить, что именно отражают эти результаты — подлинные личностные качества музыкантов или влияние профессиональных стрессов.
Признаки подверженности стрессам заметны и в оценках личности балетных танцовщиков. Бэккер (Bakker, 1988) с помощью ряда стандартизованных опросников обследовал группу учениц балетной школы в возрасте от 11 до 16 лет в сопоставлении с контрольной группой не танцующих девочек. У будущих балерин оказалась более низкая самооценка и менее лестное представление о собственной внешности, чем у представительниц контрольной группы. Кроме того, юные танцовщицы оказались более интровертированы, склонны к тревоге и ориентированы на достижение цели. Эти результаты объясняют взаимосвязь таких черт личности, как чувствительность и честолюбие, способствующих успеху в балете, и стрессов, которым подвержены молодые балерины из-за необходимой в их профессии строжайшей дисциплины. Поскольку часть работы танцовщика состоит в выражении эмоций, то было высказано предположение, что высокая эмоциональность балерины не наносит ущерба исполнению и даже может оказаться благотворной в некоторых отношениях. Интроверсия танцовщиц может быть связана с тем фактом, что балет — это одиночный вид деятельности, требующий самодисциплины и тренировки. Другие виды танцевального искусства, в меньшей степени требующие сдержанности и замкнутости, возможно, более привлекательны для экстравертов.
Два года спустя Бэккер (Bakker, 1991) повторно протестировал ту же группу балерин, чтобы определить, изменились ли их личностные особенности под влиянием профессиональной тренировки. Кроме того, он попытался обнаружить различия в личности девушек, бросивших заниматься балетом, и тех, кто продолжил обучение и профессиональную карьеру. Результаты подтвердили, что балерины более интровертированы, эмоциональны, и ориентированы на достижение цели, а также склонны к
более низкой самооценке, чем представительницы контрольной группы; между группами бросивших и продолживших обучение существенных различий не обнаружилось. На основе этих данных Бэккер сделал вывод, что черты личности, типичные для балерин, определяются главным образом в процессе самоотбора. Иными словами, балетная субкультура привлекает обладателей определенного типа личности, хотя отбор и обучение внутри этой субкультуры могут в определенной степени способствовать формированию данного личностного профиля.
Наиболее объемлющее исследование личности артистов-исполнителей провели Марчант-Хэйкокс и Вильсон (Marchant-Haycox, Wilson, 1992). Чтобы сопоставить между собой различные типы артистов и сравнить их с представителями других профессиональных групп, исследователи протестировали выборки, состоящие из актеров, музыкантов, певцов и танцовщиков, по методике «Личностный профиль по Айзенку» (ЕРР), учитывающей полный спектр черт личности (21 черта). Кроме того, был составлен перечень психосоматических проблем для выявления уровня стресса и личностных коррелятов склонности к стрессу.
Результаты подтвердили предположение, что личностные профили представителей различных категорий должны отчетливо различаться (см. таблицу 10.2). Хотя все артисты-исполнители как группа проявили большую интровертированность и эмоциональную нестабильность, чем представители контрольной группы, эта широкая характеристика не отражает существенных различий между разными категориями артистов. Актеры, например, проявляют относительно большую степень экстраверсии и авантюризма (они заметно более экспрессивны, догматичны, агрессивны и безответственны по сравнению с членами контрольной группы).
Таблица 10.2. Черты личности, по которым каждый тип артистов-исполнителей набрал максимальные показатели в сравнении с контрольной группой (Магсhant-Haycox,