Чемальский район в стихах и прозе
Минувший 2015 год был объявлен Годом литературы в России, и достойным его завершением для жителей Чемальского района стал выход третьего сборника стихов и прозы под редакцией Людмилы Голонягиной, известной в Горном Алтае журналистки. Для нашего времени, когда многое (если не всё) оценивается с точки зрения выгоды, доходности, прибыли и всего такого, выход литературно-художественного альманаха (да еще в сельской местности!) подобен настоящему подвигу во имя Слова.Слова, которое остаётся живым.
Шагаешь ты по жизни гордый, смелый.Спины не гнёшь под тяжестью судьбы.Но жизнь своим кнутом окостенелымПытается спихнуть тебя с пути.
Ну а когда навстречу ветер шквальный —Ты, спотыкаясь, падал, но вставал.И, устремив вперед свой взгляд печальный,Преграды на пути своем сметал!
Так пусть во мраке звездочка зажжется,Во мраке лабиринтов на пути.И ярким-ярким лучиком прольется,Указывая путь, куда идти.
Так написал в своем стихотворении «Путь» Евгений Войченко, уроженец села Барагаш Шебалинского района. Детство и юность прошли в Камлаке. До перестройки в 1983-1985 гг. служил в армии, а с 1986 года по настоящее время проживает в селе Чепош. Сам не знает, что с ним случилось, но однажды он вышел из многолетнего молчания и начал писать стихи, с 2004 года.
Имя Василия Голованя известно всем, кто бывает в Городе мастеров, построенном в Аскате. К нам на Алтай Василий приехал из Запорожья, где рос и воспитывался в рабочей семье. Он много путешествовал, побывал в разных местах, и однажды с женой Ольгой они решили отказаться от городской жизни и увезти детей в чистое место. Он проповедовал:
Слышишь, ангелы поютИ уносят наши души?Сердце Богу ты откройВ тишине, и слушай, слушай…Как бежит, шумит Катунь —Дочь Белухи и Алтая,Нам неся Любовь и свет,Жарким летом остужая.Как играют облакаНа заре и в час заката
И меняются лесаОт зеленого до злата.Воздух словно бы нектар,Сотканный из ароматовТысячи цветов и трав.Пьешь его как Божий дар!
«Двенадцать лет назад я приехал на Алтай, - пишет Дмитрий Иванютенко, («Турбаза Катунь»). – Берег Катуни, эти горы – стали родиной для моих детей. Я благодарю судьбу, которая занесла нас сюда и всё время думаю о том, как сохранить в чистоте эту божественную природу. Больно мне читать на страницах газет и обочинах дорог бесчисленные объявления: «продам сельхозугодия»; «продам участок земли на берегу Катуни»; «продам землю дёшево». Это звучит так же дико, как: «продам воздух» или «продам звёзды».
Летом я познакомился с человеком, который приехал на Алтай с целью купить дом или участок. В какую бы деревню он ни заходил, тут же находилось множество желающих продать ему землю с домами и без. Один весёлый мужчина из Аноса сходу предложил ему аж 4 гектара вместе с лесом и ручьем. «Все бумаги в порядке!» - радостно заверил он.
Стало классикой жанра «выбить» участок, тут же продать его и купить машину. Не секрет, что многие автомобили в нашем районе имеют чисто «земное» происхождение. «Вон «земля» поехала!» - шутит один мой знакомый. Люди думают, что сев за руль, они выросли в глазах окружающих, подняли свой социальный статус. На самом деле кем они были, тем и остались. Что такое машина? Игрушка для взрослых. А истинное богатство народа — вековые леса, красивейшие берега рек, пастбища, покосы — дробятся на кусочки и огораживаются заборами.
Пройдет 20-30 лет, и разбросанные по свету потомки сынов гор, забывшие свой язык и традиции, будут с горечью вспоминать, как лихо торговали землёй их отцы и деды. Где тогда будут те машинки?!»
Я забыл Все Слова,Кроме самых Простых.И Я стал как Собака, Язык - Моё Зло.Но открылись глаза,Поглазеть в Небеса. Я уставился в Синь,И Меня Унесло.
Так написал Николай Лукаш, автор-исполнитель из Аската, где живет с 1999 года; занимается музыкой и известен как художник-оформитель (фриланс). И здесь же, в Аскате, жил до августа 2012-го Евгений Оберенко (творческий псевдоним - Бермуд), уроженец Красноярска. За свою, полную приключений жизнь, он исколесил страну вдоль и поперек, но прибежище свое нашел в Горном Алтае. Где прожил последние 16 лет жизни. Кем он был? Музыкантом? Путешественником? Печником, каких поискать? Или, может, актером? Спелеологом и альпинистом? Да! И, конечно, поэтом.
Идейное содержание философской лирики Бермуда значительно своим разнообразием, в его строках мы видим размышления о вечности существования, о безнадежно одинокой Душе, жаждущей нового и неизведанного, о невозможности до конца объяснить себя даже близкому по духу человеку. Так сказано в предисловии к стихам поэта, ушедшего от нас так же неожиданно, как пророчил в своих стихах:
И нахлынуло. Гладь блестящая. Можно сразу вниз головой.Тишина нависла звенящая.И откликнулось тишиной.
Задыхаюсь. Не надо белого!Я устал, я хочу домой. Ладно, хватит.Этого не было.Если было, то не со мной.
Слёзы высохли.Горечь кончилась.Это просто туман в окне.Недосказанность. Многоточие. Как полотна Клода Моне.
Сергей Ситников родом из Астаны, нынешней столицы Казахстана. Преподаватель английского и немецкого языков. В 1983 году получил в Алма-Ате дополнительное образование инструктора горного туризма и альпинизма. В середине 90-х годов учился в немецком Ганновере. Работал в школах и спортивных организациях. А сейчас живёт в Узнезе.
Однажды они играли с Дмитрием Иванютенко на сцене сельского театра в спектакле по бессмертному «Дон-Кихоту» Сервантеса, и один из них был «рыцарем печального образа», а другой жил на сцене в образе Санчо Пансы:
И там старый клуб.Простой и серый деревенский сруб.Дым из трубы,а из двери пар,и в нем живет театр.
Алонсо Кихано примеряет доспех.Трактирные девки рассыпают свой смех.Сейчас волопас будет бить Дон Кихота
За белой кулисой в смятенье стою.Бискаец готовит саблю свою.Всё, тихо!Здесь выход толстого обормота.
И цыпа-цыпа служанка зовет.И Санчо Панса выходит впереди черным лаком вдали блестят Очки режиссера…
А название сборнику дала одна из стихотворных строк алтайского поэта Алексея Тадинова. Он родом из Еланды, пишет стихи и сочиняет песни, его знают в республике как талантливого автора-исполнителя собственных песен. Член Союза писателей России, автор замечательного сборника стихов «Монолог горного ветра».
«Танго падающей воды» — одно из его стихотворений, представленных в альманахе:
Гладь воды в неподвижности томной.Ждет рассвета холодный туман.И смолою застывшею, темнойСпит безмолвия океан.
Будто нет здесь ни жизни, ни смерти,Мертвый космос до самого дна.В отражении дальних созвездийМедитирует Будда – луна.
Но воды неподвижность условна,Неподвижны лишь берега.За границею сна и покояЗарождается жизни река.
Вот все ближе и ближе к обрыву,Все сильнее потока струна.И, подобно вселенскому взрыву, Тишину разрывает волна.
Под неистовый рев водопада, В брачном танце земли и воды,Торжествует салют звездопада,Небосвод до последней звезды!
Солнце дарит сияние спектра,Словно брызги шампанского ввысь,Аргентинское танго рассветаВ водопаде по имени жизнь!
Он же плачет, и он же хохочет –Порождение капель дождя.Под плотиною грозно клокочет:«Позовите на танец меня!»
Этот танец, как праздник победы,Миг удачи над гранью беды,Пляска жизни и смерти над бездной,Танго падающей воды…
Юлия Туденева, посвятившая последние годы жизни восстановлению дома-музея Г.И. Чорос-Гуркина в Аносе, однажды написала проникновенное стихотворение, которое называется «Будущим»:
Я до вас достучусьВсё равно, неизбежно.Я сегодня учусьТерпеливой быть, нежной.
Море лжи и болотоКоварства и злобыПроплыву, проползуПо-пластунски я, чтобы
В поднебесье взлететьВашей синею птицей,В зной пригоршнею статьРодниковой водицы.
Утомлённый високГладить ласковым ветромИ считать вместе с вамиПути километры…
Станет слово моё Вашим другом надёжным, Может, с ним невозможноеБудет возможным?
Моё слово – любовь,Всемогуща, нетленнаВ вашу светлую новьК вам придёт непременно.
На фотографиях Светланы Казиной: Голубые озёра Катуни, вечерняя Узнезя, Каракольские озёра и остров Патмос.