Стихи евреев и не евреев о евреях
Стихи евреев и не евреев о евреях Теодор Рехельс Эта подборка стихов о евреях далеко не полная. В неё не вошли стихотворения таких замечательных авторов, как : М.Алигер, М.Рашкован, А.Галич, Е. Евтушенко, В.Высоцкий, Б. Слуцкий, В. Гафт, А.Берлин, Т. Кузовлева, Н. Сагаловский и многих других. Выбор стихов был абсолютно субъективен.
Я рос тебе чужим, отверженный народ, И не тебе я пел в минуты вдохновенья. Твоих преданий мир, твоей печали гнет Мне чужд, как и твои ученья.
И если б ты, как встарь, был счастлив и силен, И если б не был ты унижен целым светом – Иным стремлением согрет и увлечен, Я б не пришел к тебе с приветом.
Но в наши дни, когда под бременем скорбей Ты гнешь чело свое и тщетно ждешь спасенья, В те дни, когда одно название «еврей» В устах толпы звучит как символ отверженья,
Когда твои враги, как стая жадных псов, На части рвут тебя, ругаясь над тобою, – Дай скромно встать и мне в ряды твоих бойцов, Народ, обиженный судьбою.
С.Я.Надсон *** Евреи,с вами жить не в силах, Чуждаясь, ненавидя вас, В скитаньях долгих и унылых Я прихожу к вам всякий раз. Во мне рождает изумленье И ваша стойкость, и терпенье. И необычная судьба, Судьба скитальца и раба. Отравлен я еврейской кровью, И где-то в сумрачной глуши Моей блуждающей души Я к вам таю любовь сыновью, И в час уныний, в час скорбей Я чувствую, что я еврей!
Еврейского характера загадочность не гений совместила со злодейством, а жертвенно хрустальную порядочность с таким же неуемным прохиндейством
*** Я б унесся туда, где добро и любовь Прекратили раздоры людей, Из-за низких страстей проливающих кровь, Где бы стал моим братом еврей.
Опять с цепи сорвалась свора Звероподобных темных сил, Наш древний Киев дни позора, Залитый кровью, пережил… И все нелепые преданья Веков, унесшихся давно, Терпеть обиды, истязанья У нас еврейству суждено!
Темна Россия и забита: Тираны, войны, недород… К чему клеймо антисемита Тебе, страдающий народ? К чему свирепствовать, Россия, От хижины и до дворца? К тому ли звал тебя Мессия? Поводыря нет у слепца? Опомнись: нет великих наций, Евангелью не прекословь. Отвергни ритуал оваций. Когда громишь ты иноверцев, Стократ твоя же льется кровь, Так коль не разумом, так – сердцем.
Собаки лаят где-то, Гремит пальба иль гром. Сосед мне по секрету Шепнул: "будет погром".
Совет небрежно брошен, Чтоб прятался скорей: "Ты человек хороший, Но все-таки еврей".
Жил человек хороший Да, вот беда - еврей, Клейменный словно лошадь На родине своей.
Он верил идеалам, И думал все равны. Наивный этот малый Не знал своей страны.
Мой прадед при погроме Погиб в расцвете лет. Семьей не похоронен Пропавший в гетто дед.
На фронте стал калекой Отец в сорок втором, Но минуло полвека, Я снова жду погром.
Жил человек хороший Да, вот беда - еврей, Клейменный словно лошадь На родине своей.
Он верил идеалам, И думал все равны. Наивный этот малый Не знал своей страны.
Был Родиной отринут, И долго горевал. Наверное чужбину Я Родиной считал.
Теперь все это в прошлом Грусти или жалей. Жил человек хороший, "Но все-таки еврей".
*** Уезжают русские евреи, покидают отчий небосвод, потому-то душу, видно, греет апокалиптический исход. Уезжают, расстаются с нами, с той землей, где их любовь и пот. Были узы, а теперь узлами, словно склад, забит аэропорт. Уезжают.. Не пустить могли ли? Дождь над Переделкиным дрожит. А на указателе "К могиле Пастернака" выведено: "Жид".
*** Под крики толпы угрожающей, Хрипящей и стонущей вслед, Последний еврей уезжающий Погасит на станции свет. Потоки проклятий и ругани Худою рукою стряхнёт. И медленно профиль испуганный За тёмным окном проплывёт. Как будто из недр человечества Глядит на минувшее он… И катится мимо отечества Последний зелёный вагон. Весь мир, наши судьбы тасующий, Гудит средь лесов и морей. Еврей, о России тоскующий На совести горькой моей.
*** Над площадью базарною Вечерний дым разлит. Мелодией азартною Весь город с толку сбит. Еврей скрипит на скрипочке О собственной судьбе, И я тянусь на цыпочки И плачу о себе… Какое милосердие Являет каждый звук, А каково усердие Лица, души и рук, Как плавно, по-хорошему Из тьмы исходит свет, Да вот беда, от прошлого Никак спасенья нет.
Во мне бурлит смешение кровей… Признаюсь, по отцу я чисто русский. По матери, простите, я – еврей. А быть жидом в стране родимой грустно. Разорван в клочья бедный организм. В какой борьбе живет моя природа! Во мне слились в объятьях “сионизм” навек с “Союзом русского народа”. То хочется мне что-то разгромить, то я боюсь, как бы не быть мне битым. Внутри меня семит с антисемитом, Которых я не в силах помирить.
Ветхозаветные пустыни, Где жизнь и смерть – на волоске. Еще кочуют бедуины. Израиль строит на песке.
Он строит, строит без оглядки. Но вот прошли невдалеке - Как хрупки девушки-солдатки! Израиль строит на песке.
Грозят хамсин или арабы, Зажав гранату в кулаке. О чем, поклонники Каабы? Израиль строит на песке.
Крик муэдзина, глас раввина Сливаются на ветерке. Какая пестрая картина! Израиль строит на песке.
Где проходили караваны, Вздымая прах из-под копыт, Взлетают пальмы, как фонтаны, И рукотворный лес шумит.
На дело рук людей взгляни-ка, Интернационал стола: Услада Севера – клубника, Япончатая мушмала.
Что могут рассказать века мне На человечьем языке? Что мир не выстроил на камне - Израиль строит на песке.
…Арабский рынок, шум базарный, Непредсказуемый Восток. Но, за доверье благодарный, Не рассыпается песок
*** Я жизнь свою завил в кольцо, Хоть голову клади на рельсы. Я так любил одно лицо Национальности еврейской.
Но всё прошло в конце концов. В конце концов я тоже гордый. Я это самое лицо, В лицо назвал жидовской мордой. *** Поцелуи, объятья- Боли не побороть. До свидания, братья. Да хранит вас Господь.
До свиданья, евреи, До свиданья, друзья. Ах, насколько беднее Остаюсь без вас я.
До свиданья, родные Я вас очень любил. До свиданья, Россия, Та, в которой я жил.
Сколько окон потухло, Но остались, увы, Опустевшие кухни Одичавшей Москвы. Вроде Бабьего Яра, Вроде Крымского рва, Душу мне разорвало Шереметьево-два.
Что нас ждёт, я не знаю В православной тоске. Я молюсь за Израиль На своём языке.
Сохрани ты их дело И врагам не предай, Богородица Дева И святой Николай.
Да не дрогнет ограда, Да ни газ, ни чума, Ни иракские СКАДы Их не тронут дома.
Защити эту землю Превращённую в сад, Адонай элохейну, Элохейну эхад.