Раиса Кудашева, автор песни В лесу родилась ёлочка
Раиса Адамовна Кудашева — автор слов популярной детской песенки, ставшей едва ли не народной. Без этой песни трудно себе представить наше ранее детство, да и нынешние новогодние праздники для детей. «В лесу родилась ёлочка», в лесу она росла. Простые вроде бы слова, но преисполнены поэзии, сюжет жизни елки!
В лесу родилась елочка, В лесу она росла, Зимой и летом стройная, зеленая была. Зимой и летом стройная, зеленая была. Метель ей пела песенку: "Спи, елочка, бай-бай!" Мороз снежком укутывал: "Смотри, не замерзай!" Трусишка зайка серенький Под елочкой скакал. Порою волк, сердитый волк, рысцою пробегал. Порою волк, сердитый волк, рысцою пробегал. Чу! Снег по лесу частому Под полозом скрипит; Лошадка мохноногая торопится, бежит. Лошадка мохноногая торопится, бежит. Везет лошадка дровенки, А в дровнях мужичок, Срубил он нашу елочку под самый корешок. Срубил он нашу елочку под самый корешок. И вот она, нарядная, На праздник к нам пришла, И много, много радости детишкам принесла. И много, много радости детишкам принесла.
В 1903 году, к празднику Рождества, в журнале для детей «Малютка» было опубликовано стихотворение Раисы Адамовны "Елка", подписанные инициалами А.Э.
Один из экземпляров журнала в 1905 году попал в руки Леониду Карловичу Бекману (1872 — 1939), музыканту-любителю с незаурядными музыкальными способностями, агроному по специальности. Он напел стишок для своей дочки Верочки, та очень быстро его подхватила, а супруга Леонида Карловича Елена Александровна Бекман-Щербина (1881-1951), известная пианистка, профессор Московской консерватории, записала песню на ноты и вместе с другими песнями издала в 1906 году в сборнике «Верочкины песенки». Под песней Елочка, которая открывала сборник, было отмечено: "слова заимствованы". Так песня вошла в мир и стала известной.
До революции "Елочка" была своеобразным гимном на Рождество Христово, но после 1917 года большевики исключили Рождество из праздничных дней, усмотрев в нем религиозный предрассудок.
Интересно, что сама Раиса Кудашева узнала о существовании этой песни лишь спустя много лет, в 1921 году, причем совершенно случайно. Об этом читай далее, в биографии писательницы.
3 (15) августа 1878 года в семье чиновника Московского почтамта Адама и Софьи Гедройц (в девичестве Холмогоровой) родилась дочь Раиса. Потом у супругов Гедройц появились на свет еще три девочки. Это было типичное старомосковское семейство — хлебосольное, веселое, с прислугой в белых фартуках и домашними спектаклями по праздникам. В старших классах женской гимназии М.Б.Пусселя Раиса начала писать стихи для детей. Да так удачно, что ее охотно печатали в детских журналах. Раису ждало безоблачное будущее хозяйки интеллигентного московского дома и поэтессы-любительницы. С детства она писала стихи . Однако лишь в 1896 году отважилась одно из них послать в редакцию журнала «Малютка». Стихотворение называлось «Ручейку». Его напечатали. Автору было тогда 18 лет. И с тех пор стихи Кудашевой стали появляться на страницах многих детских журналов, таких как «Малютка», «Светлячок», «Подснежник»…
В 1899 году в журнале «Русская мысль» была опубликована повесть Кудашевой «Лери», которая так и осталась ее единственным произведением для взрослых. В повести рассказывается об отрочестве и юности девушки из дворянской семьи, ее первой большой любви к блестящему офицеру.
Повесть не принесла Раисе Адамовне известности, хотя это была добротная «дамская» беллетристика. Впрочем, к славе Кудашева относилась с поразительным равнодушием и долгие годы скрывалась под различными инициалами и псевдонимами. Она объясняла это так: «Я не хотела быть известной, но и не писать не могла».
Однажды случилось несчастье — умер отец.
Как старшая дочь Рая взяла на себя заботу о матери и младших сестрах — пошла работать гувернанткой. В 1902 году Раиса устроилась на работу к князю Алексею Ивановичу Кудашеву. Ему было 50 лет, он овдовел и никак не мог прийти в себя после утраты любимой жены, поэтому забота о наследнике почти целиком легла на плечи гувернантки. Раиса по-матерински привязалась к воспитаннику, который лишился матери и почти не видел отца, и он, в свою очередь, тоже обожал Раечку.
Да и князь стал обращать на нее внимание. Они все чаще оставались вдвоем как будто случайно. Князю в срочном порядке нужно было обсудить с гувернанткой отметки мальчика, новое стихотворение очередного декадента… Но оба не решались признаться в своих чувствах даже себе самим. Она — потому что не смела и думать о такой выгодной партии. Он — потому что боялся оскорбить ее гордость. Все-таки разница в возрасте. Только через три года князь предложил своей гувернантке руку и сердце. Так Раиса Гедройц стала княгиней Кудашевой.
Тогда, в начале века, ее называли княгиней, у нее был собственный дом, любящий муж и приемный сын. Раиса уже почти позабыла о своих стишках про елочку.
Как-то Раиса Адамовна с семейством ехала в Петербург. Попутчицами оказались бабушка и ее внучка. Познакомились, разговорились. Старушка попросила внучку спеть песенку. И девочка, расправив юбочку, запела: "В лесу родилась елочка, в лесу она росла:"
А что же это за чудесная песенка? — спросила Кудашева с замиранием сердца. - О, это знаменитая новогодняя песенка из альбома композитора Бекмана. Он называется "Верочкины песенки". Просто клад для домашнего музицирования! Князь слушал вполуха и читал газету. Когда они остались одни, Рая решила: момент настал. То, что она тайно печатает стихи, тяготило ее. Ей хотелось, чтобы муж знал все.
- Ты слышал песенку? — спросила она нерешительно. - Да. Прелестная, — улыбнулся князь. Похоже, он догадывался, куда клонит жена. - А слова? Слова тебе понравились? - О, я бы хотел познакомиться с автором, — князь улыбнулся еще шире. - Это я написала. Для нашего сына, — проговорила, краснея, княгиня. - Никогда не сомневался в твоих талантах, — сказал князь и поцеловал жену. Так Рая узнала, что она автор слов модной песенки. Впервые пути песни и ее создательницы пересеклись, чтобы снова разойтись, и уже надолго. К 1914 году обожаемый воспитанник Алеша вырос. Он бредил войной и сбежал на фронт. Отец, который уже перешагнул рубеж 60-летия, слег, не выдержав волнений, и вскоре умер — не выдержало сердце. Спустя некоторое время пришло извещение о смерти мальчика. Княгиня разом потеряла все. Так что утраты революции она приняла почти что равнодушно.
1917 год Кудашева провожала в полном одиночестве. Княгиня сидела у печурки и грела руки. Прислуга разбежалась. Она была одна, куталась в шаль и подбрасывала в огонь остатки мебели. Все бумаги, напоминающие о прошлом, давно пошли на обогрев комнаты. Только некоторые она оставила себе. И среди них — черновик стихотворения про елочку. Внезапно в дверь постучали. Она открыла. Красные матросы зашли в дверь, оставляя черные следы на паркете. Один из них, видимо, главный, вынул изо рта окурок, затушил о стену и бросил на пол.
- Что вам угодно? — спросила княгиня как можно спокойнее. - Нам угодно, — издевательски прищурился матрос, — чтобы ты, контра, в течение десяти минут исчезла из дома, незаконно отнятого у трудового народа. Раиса Адамовна безропотно собрала вещи. Так началась ее новая жизнь. В этой жизни главным было стать как можно незаметнее, чтобы никому даже в голову не пришло о чем-то ее расспрашивать. В конце концов ей удалось устроиться в районную библиотеку, где она и просидела тихой мышкой до самого 1941 года.
Советские дети так и не узнали бы имени своего героя, если бы не женщина, которую звали Эсфирь Михайловна Эмден.
В 1941 году она занималась составлением сборника «Елка». Узнав, что автор «Елочки» неизвестен, она бросила все силы на то, чтобы найти его и оформить ему авторские права. Уже через полгода справедливость была восстановлена. Теперь Раиса Адамовна могла не только получать гонорар за публикации песенки (в годы войны это, естественно, было важно), но и отстаивать неприкосновенность текста.
Но по-настоящему известной Раиса Адамовна стала только в 1958 году. Тогда в "Огоньке" работал будущий "отец" Электроника — Евгений Велтистов. Он бродил по городу в поисках интересных людей и набрел на Кудашеву. Появившееся в новогоднем "Огоньке" интервью переменило жизнь 80-летней старушки. Ей стали писать и звонить незнакомые люди, ее приглашали в школы и детские сады. Но было слишком поздно. "Я стараюсь крепиться и не падать духом, — писала Кудашева своей подруге Анне Ивановне Сытиной. — Не по силам я затеяла дело, слишком поздно эта история подошла ко мне".