Краткий словарь "Крым. Географические названия" представляет собой справочное издание, рассчитанное на широкий круг читателей: специалистов различных профилей, краеведов, туристов и экскурсоводов, жителей
Чучель – см. Большая Чучель, см. Малая Чучель Е–8.
^ Чучельский перевал, – Савлух-Су*-Богаз* узкий вдрз между верх. р. Альма и Кача, соединяющий Бабуган-яйлу с г. Малая Чучель; через него проходит Романовское шоссе 2) находится по пути к ист. Савлых-Су Е–7.
Чуюн-Илга*, – Чуин-Елга*, Пагабича п. пр. р. Кача, протекает по глубокой лесистой дол. между ю-зап. отрогами хр. Синаб-Даг, впад. выше р. Каспана, в 10 км. к ВЮВ от нп Синапное (Бахч.) 1, 2) ср. кртат чёюн – чугун; ср. РПН чуюнчи; 3) ср. монг. ИЛ Пагба – И–4.
Чху-Баир*, – Чука, Орлиное Гнездо горбатая, сплошь лесистая гора, вытянутая С–Ю, с немного приплюснутой вершиной; на крутом зап. склоне утесы. Зап. оконеч. Ай-Петринской яйлы, в 2,5 км. к ЮЮВ от нп Орлиное (Севаст.), к СВ от Байдарских Ворот ср. РПН чуке.
Чюрюк-Денгис – см. Сиваш.
Шаан-Кая I – см. Нишан-Кая.
Шаан-Кая II – см. Шан-Кая II Г–11.
Шабладын-Кая* – одиноко стоящая скала с зубчатой вершиной. На юж. склоне г. Хриколь, в 0,3 км. к ЮЗ от юж. края седловины пер. Каллистон И–3.
Шабурла – трапециевидный утес Байдарской яйлы, обращенный к З. В 0,8 км. к Ю от скального гребня Каланых-Кая, в 1,8 км. к Ю от нп Тыловое (Севаст.) ср. монг. ИЛ Шабур – Ж–7.
Шаган*-Кая* – скальный ребристый обрыв Гурзуфской яйлы, обращенный на В, расчлененный расселинами; на его пологой вершине “Беседка ветров”. В 5 км. к СЗ от Гурзуфа ср. РПН шаан – Г–13.
Шайтан*-Дере* I – сухая балка, нач. под сев. склоном г. Сокол; близ утеса Чёртов Палец I напоминает каньон, ниже обрывается уступом и, расширяясь, впад. в море. Пересекается дорогой Новый Свет–Судак, которая описывает здесь петлю З–2.
Шайтан*-Дере* II – крутой ов. с живописными скальными обрывами. Спадает к морю между гг. Крепостная и Спилия, заканчиваясь миниатюрным пляжем; близ юж. окраины Балаклавы.
Шайтан-Капу I – см. Золотые Ворота.
Шайтан-Капу II – см. Чёртовы Ворота.
Шайтан-Кая – см. Сфинкс Д–5.
Шайтан*-Коба* – небольшой грот, стоянка эпохи палеолита. У подножия скального обрыва по п. борту р. Бодрак, на ю-вост. окраине нп Скалистое (Бахч.).
Шайтан-Култук – см. Дегермен-Култук И–4.
Шайтан*-Мердвен, – Чёртова Лестница горный проход на Ай-Петринскую яйлу; сохранились следы от вымостки старинной тропы, проложенной по ступенчатым скальным глыбам. В 1 км. к СЗ от нп Санаторное (Ялт.), б. Мухалатка, между гг. Исар-Кая и Мердвен-Кая 1) тюрк. шайтан мердивен – “чертова лестница”.
^ Шаляпина скала – см. Футя В–12.
Шамор, – Партизанка верхнее теч. р. Индол II, которая бежит здесь по крутому каменистому руслу среди лесистых отрогов вост. склона г. Каракол 2) в этом лесу находился партизанский штаб Д–9.
Шан*-Кая* I – скальные обрывы ю-вост. платообразного лесистого отрога масс. Демерджи-яйла. В 4 км. к ЮЗ от нп Генеральское (Алушт.) ср. РПН шаан – З–7.
Шан*-Кая* II, – Шаан*-Кая* пирамидальная трехгранная скала с широким основанием. Выделяется на лесистом склоне Никитской яйлы, в 2 км. к С от нп Никита (Ялт.) ср. РПН шаан – В–10.
Шан*-Кая* III, – Ишан-Кая* куполообразная голая возв. с отрогом и скальной расселиной на с-вост. склоне. У сев. края Караби-яйлы 1) ср. РПН шаан – ; 2) тюрк. ишан – духовное звание у мусульман.
Шан-Кая IV – см. Нишан-Кая В–10.
Шан*-Кая*-Кубасы – карстовая пещ. с несколькими входами; опоясывает подковой узкое, с отвесными стенами ущ. на сев. склоне г. Шан-Кая III. На СВ склоне Караби-яйлы ср. РПН шаан – ; кубасы – ср. кобасы – * В–13.
Шахара – куполообразная лесистая гора с выходами небольших скал на вершине. Юж. отрог г. Биюк-Оба I, в 1,5 км. к ЮЗ от г. Чатал-Кая II, в верх. р. Карагач, по л. стороне В–12.
Шеленский перевал – по дороге из нп Поворотное (Белог.) в нп Громовку (Судак.), на глубокой седловине между гг. Каракол с В и Караул-Тепе I с З по б. нп Шелен, теперь Громовка В–12 – Г–12.
Шелен-Узень* – река, нач. в лесистом амфитеатре к С от нп Громовка (Судак.), протекает через него и впад. в море в нп Морское (Судак.) ср. б. нп Шелен, теперь Громовка.
^ Ширинская гора – см. Ак-Кая.
Ширин-Су – см. Чурук-Су II З–6.
Шишко скала – плосковерхая возв. с отвесным скальным обрывом к ЮВ; снизу выглядит как утес; на ней оборудована обзорная площадка. У выхода дороги Ялта–Бахчисарай на Ай-Петринскую яйлу в честь инженера И.С. Шишко, строившего эту дорогу в конце ХIХ в.
^ Шорум – см. Янгул Б–13.
Шпиль – голая конусовидная гора с более крутым юж. склоном. В 1,5 км. к В от нп Грушевка (Судак.); зап. отрог г. Бака-Таш III З–6.
Штангеевская тропа – (Ставри-кайская в верхней части) поднимается от вдп Учан-Су на Ай-Петринскую яйлу мимо скалы Ставри-Кая по хр. Ставрея-Богаз проложена ялтинским врачом Ф.Т. Штангеевым в конце XIX в. Г–11.
Шуври-Кая*, – Шуре, Шуринын-Бурну*, Катран-Яккан-Тепе* островерхая скалистая гора с крутыми лесистыми склонами, гребнями, утесами, обрывами. В 6 км. к Ю от нп Красноселовка (Белог.), к СВ от несколько похожей на нее г. Хриколь, через узкую глубокую седловину Каллистон 1, 2, 3) возм., из тюрк. сиври, – сююрю - остроконечный; 4) тюрк. катран яккан – “горящая смола” (или деготь) – на этой вершине в честь приезда Екатерины Второй в Карасубазар (теперь Белогорск) жгли бочки со смолой Ж–4.
Шулдан – срв пещ. монастырь у подножия юж. обрывов скалы Шулдан-Кая; в 1,5 км. к СВ от нп Терновка (Бахч.) ср. монг. ИЛ Шалдан – Ж–4.
Шулдан-Бурун*, – Елли-Бурун*, Эли-Бурун* горный мыс, ю-вост. выступ лесистой куэсты Второй гряды, образованный стыковкой скальных обрывов гг. Шулдан-Кая с З и Чишма-Кая с С. В 2 км. к ВСВ от нп Терновка (Бахч.), над дорогой из него в нп Залесное, к ЗЮЗ от плато Баба-Даг ср. монг. ИЛ Шалдан – Ж–4.
Шулдан-Кая* – участок скального обрыва куэсты Второй гряды, обращенный к ЮЮЗ; у подножия вырублены пещ. срв монастыря Шулдан. В 1,5 км. к СВ от нп Терновка (Бахч.), к З от г. Шулдан-Бурун ср. монг. ИЛ Шалдан.
^ Шуре – см. Шуври-Кая.
Шуринын-Бурну – см. Шуври-Кая.
Эгер*-Оба*, – Эки-Эмчек, Верблюд. Голая возв. с двумя коническими крутобокими вершинами одинаковой высоты. Над сев. частью нп Коктебель (Феодос.), ю-вост. продолжение г. Татар-Хабурга 2) тюрк. эки эмчек – “две груди” (женские).
^ Эгет – см. Биюк-Эгет Г–10.
Эгиз-Тинах – вытянутое СЗ–ЮВ оз. в безлесной котловине. В вост. части Караби-яйлы, в 2 км к СЗ от ов. Чигенитра-Богаз, у с-вост. подножия г. Карчигалы II тюрк. эгиз – двойня – в межень оз. иногда разделяется на два водоема; тинах ср. тюрк. тыйнак – пруд.
^ Эйнон – см. Арабатская стрелка Г–12.
Эки-Ага-Кардаш – скальные изваяния наподобие двух человеческих фигур со сблизившимися головами; между этими утесами два сквозных отверстия. Наверху юж. склона г. Хашки, ближе к зап. оконеч. тюрк. эки – два, ага – старший брат, кардаш - младший брат–существует легенда о двух окаменевших братьях, проклятых за взаимную вражду.
Эки-Эмчек – см. Эгер-Оба Д–8.
Эклизи*-Бурун* I – трапециевидная голая вершина с пологим с-вост. склоном; к Ю обрывается косыми скальными ступенями. Высшая точка масс. Чатыр-Даг, в его ю-зап. части, в 5,5 км. к СЗ от нп Изобильное (Алушт.) по предположению, на нем была церковь Панагия.
Эклизи-Бурун II – см. Хапаклы-Таш З–4.
Эли – массивная лесистая гора с куполообразной пологой вершиной; ниже, по п. борту Чернореченского каньона, обрывается скальными гребнями, поясами, утесами. В 4 км. к З от нп Передовое (Севаст.), к ССЗ от г. Кизил-Кая III из тюрк. эль – народ, жители, общество; совокупность племенных групп у др. тюрок; ср. эль – рука (кисть).
Эли-Бурун – см. Шулдан-Бурун.
Элли-Бурун – см. Елли-Бурун I.
Элхи-Кая – см. Эльх-Кая.
Элчан-Кая – см. Елькен-Кая.
Элчин-Кале – см. Опук II.
Эль-Баур – см. Опук I.
Эль-Каур – см. Опук I.
Элькен-Кая – см. Опук II В–13.
Эльмели – вытянутая ЮЗ–СВ гора, поросшая лесом; вершина состоит из цепи куполообразных поднятий с полянами наверху; на ю-зап. склоне скальные обнажения. В 3 км. к ЮЗ от нп Лесное (Судак.), к ЮВ от г. Чатал-Кая II, через глубокую лесистую седловину; на вдрз рр. Су-ук-Су и Карагач тюрк. (диал.) яблоневая– на горе много яблонь-кислиц Г–14.
Эльтиген I, – Мадчил, Татарочка короткий хр. с обнажениями скал и вершинным гребнем с тремя зубцами, наиболее высокий из которых Деликли-Кая. В 0,7 км. к С от нп Солнечная Долина (Судак.), при впад. в р. Коз слева балки Каян-Арды 1) ср. РПН эльджиген – ; 2) ср. Манджил, – топоним, распространенный в окрестностях – возм., перенесение в искаженном виде; 3) утесы у вершины напоминают девушку в национальной татарской шапочке, коня и поверженного всадника.
Эльтиген II – см. Панджарлар-Кая.
Эльтиген-Су – см. Коз Д–8.
Эльх-Кая*, – Элхи-Кая*, Илхи-таунын-Хаясы*, Кудрявая Марья горбатая лесистая гора с небольшим скальным гребнем у вершины. В 2 км. к СВ от Ангарского пер., в 1 км. к ЮЮЗ от г. Пахкал-Кая 1, 2, 3) ср. тюрк. ильк – первый, начальный, крайний, ср. ельке – загривок; 4) как противопоставление Лысому Ивану, т.е. Пахкал-Кая.
Эмджетен – см. Чатал-Кая III Д–8.
Эмине-Баир*-Коба*, – Трёхглазка карстовая пещера-понор с широким провальным входом и двумя меньшими отверстиями-“окнами” рядом. На сев. краю ниж. плато Чатыр-Дага, у границы леса и яйлы, к С от Бездонного колодца; в 4 км. к ЮЗ от нп Перевальное (Симф.) 1) Эмине – тюрк. ИЛ жен.; ср. кртат эмен - дуб 2) по трем отверстиям Д–8.
Эмине-Баир*-Хосар* – пещ. со входом-колодцем, сложно разветвленными ходами и богатая натеками. На ниж. плато Чатыр-Дага, на небольшой поляне среди редколесья, в 0,45 км. к ЗСЗ от пещ. Эмине-Баир-Коба Эмине – тюрк. ИЛ жен.; ср. кртат эмен – дуб З–6.
Эндек – куполообразная гора со скальными уступами на голой вершине; по склонам одиночные сосны. На ю-зап. окраине Ялтинской яйлы, в 4 км. к СЗ от Ялты, к З от хр. Иограф тюрк. эндек – ров–возм., по глубокому понижению к Ю от горы Г–13.
^ Эолова Арфа – сквозной грот на зап. склоне г. Алчак, над устьем р. Судак Е–6.
Эргиан-Тепе*, – Урган-Тепе* лесистая, округленных очертаний гора, внизу расчлененная ов. В 2,5 км. к В от нп Синапное (Бахч.), на вдрз рр. Кача и Финарос 2) ср. РПН урганджи, урген.
Эргин-Тепе – см. Святого Ильи, мыс И–5.
Эски*-Богаз*, – Лимена-Богаз* горный проход с грунтовой дорогой из нп Голубой Залив (Ялт.) на Ай-Петринскую яйлу; к З от г. Ат-Баш 2) по б. нп Лимена, теперь Голубой Залив.
Эски-Даг – см.Эчки-Даг I Ж–3.
Эски*-Кермен*, – Черкез-Кермен*, Кут-Телей срв городище на столовой горе, вытянутой Ю–С, где заканчивается отделившимся плосковершинным утесом; в скальных обрывах горы вырублены гроты, пещеры, бастионы. В 3,5 км. к З от нп Залесное (Бахч.), к ЗСЗ от Мангуп-Кале, близ укрепления Кыз-Куле, к ЮВ 2) ср. черкесы, народ Кавказа, предположительно бывший и в Крыму; ср. черкес – , черкез – РПН у некоторых тюрк. народов; 3) тюрк. кут – крепость; РПН; Кут – монг. ИЛ; телей – ср. теле – назв. др. племени и РПН.
Эски-Форос – см. Тарханкут II В–13.
Эски*-Юрт* – л. пр. р. Суук-Су I; протекает по неширокой лесистой дол.; впад. близ вост. окраины нп Лесное (Судак.) В–14.
Эчки-Даг* I, – Эски*-Даг* лесистый масс. с куполообразной средней вершиной Кара-Оба, от которой отделены седловинами другие вершины масс.: Куш-Кая к СЗ, Деламет-Кая к Ю и Кокуш-Кая к В; на зап. склоне отрог Пандас-Кая. В 3,5 км. к СВ от нп Солнечная Долина (Судак.), к ЮЗ от нп Щебетовка (Феодос.) 1) тюрк. эчки – коза; РПН.
Эчки-Даг II – см. Кара-Оба.
Эчки-Даг III – см. Куш-Кая IV.
Юван-Кая* – скальные утесистые обрывы на ю-вост. склоне г. Улан-Кая тюрк. юван – толстый; Юван – тюрк. ИЛ В–14.
Ювез-Алан – западная скалистая вершина г. Кокуш-Кая; первая к В от г. Деламет-Кая, через верх. ов. тюрк. ювез – рябина, здесь рябиновый Ж–2.
^ Южная бухта, - Чобан-Лиман (Карталы-Кош в старину) – длинная бухта, вытянутая С–Ю. В центральной части Севастополя, на Южной стороне 2) тюрк. чобан – пастух, здесь пастушья – раньше сюда в летнее время пригоняли стада пр. № 3.
Юз-Оба*, – Длинный увал безлесная возв. с цепью курганов вдоль вершины. Тянется З–В от юж. окраины Керчи тюрк. юз оба – “сто вершин” Д–8.
Юки-Тепе* I – лесистая гора с куполообразной вершиной; на ее склоне похожий, но более низкий купол. Сев. отрог масс. Демерджи-яйла, в 3,5 км к ЮВ от нп Перевальное (Симф.) ср. тюрк. юке – липа; ср. эки*; – ср. тюрк. ИЛ.
Юки-Тепе* II, – Высота 1025 лесистая подковообразная в плане гора с выходами скал близ вершины, образующими смотровую площадку; установлена партизанская пушка, обелиски. С-вост. отрог возв. Тырке III, в верх. р. Бурульча, справа 1) ср. тюрк. юке – липа, ср. тюрк. ИЛ Юка; 2) назв. дано в период боевых действий партизан в этих местах Д–9.
^ Юркины скалы – южные скалистые обрывы г. Еркян-Кая возм., “Юркины” переосмысление топонима Еркян Г–13.
Юрт*, – Кутлак (Баглар-Узень* в нижнем теч.) река, нач. на ю-зап. склонах г. Теркез-Оба, протекает к В от нп Веселое (Судак.), впад. в море к З от г. Караул-Оба 2) ср. б. нп Кутлак, теперь Веселое Г–13.
Юртун-Бурун* – конусовидная крутая гора с каменистыми склонами в редколесье. На л. берегу р. Юрт, ближайшая к ее долине из нескольких похожих вершин рядом, над шоссе Судак–Алушта, к С скорее всего, по р. Юрт; ср. также тюрк. юртун - придворный, выбирающий юрт – * для ставки хана.
Ява, – Пушкина скала. Небольшой скалистый мыс с плоской вершиной и отвесными обрывами к морю, у подножия которых Пушкинский грот. Примыкает с СВ к м. Футя в “Артеке” 2) по легенде, на нем любил бывать А.С. Пушкин; на известной картине И.К. Айвазовского поэт изображен стоящим на этой скале над бушующим морем З–6.
^ Явлуз – (Яузлар в верхнем теч.) л. пр. р. Учан-Су.
Явулча-Хоба – см. Данильча-Коба.
Ягуд-Калеси – см. Мангуп-Кале.
Язлы-Таш – см. Граммата.
Яккан-Картны-Тепе – см. Сурюклеме.
Як-Таш – см. Акташское озеро.
Ялама-Кая – см. Ялпах-Кая.
Яламах-Сыр – см. Ай-Йори II З–5.
Ялпах-Кая*, – Ялама-Кая* куполообразная гора, срезанная с С ребристым скальным обрывом; юж. склон травянистый. В сев. части Ай-Петринской яйлы, с-зап. отрог г. Куртлер-Богаз; в 2 км. к ЮВ от нп Поляна (Бахч.) 1) тюрк. ялпах – плоский; 2) ср. тюрк. яламак - лизать Ж–7–3–6.
^ Ялтинская яйла – всхолмленное платообразное нагорье, участок Главной гряды. Простирается к ЮЗ от верх. ущ. Уч-Кош, где граничит с Гурзуфской яйлой, до понижения южнее г. Эндек, откуда уже начинается Ай-Петринская яйла расположена над Ялтой.
Ялчан-Кая – см. Елькен-Кая.
Ялчах-Кёзин-Сырты – см. Алчах-Кёзин-Сырты В–15.
Ялы*-Богаз* – верхнее сужение дол. р. Отузка между отрогами гг. Балалы-Кая слева и Казанчик справа; в 1,5 км. к ЮВ от нп Щебетовка (Феодос.), по дороге к морю Е–8.
Яман*-Дере* – глубокое ущ. р. Узень-Баш с крутыми лесистыми склонами, каскадами и вдп Голов-кинского. На сев. и с-вост. склонах Бабуган-яйлы; басс. р. Улу-Узень I В–13.
Яман*-Йол – неширокая лесистая с полянами дол., впад. слева в дол. Карагач в 2,5 км. от устья последней, к ССЗ; по ней идет грунтовая дорога в нп Лесное (Судак.) тюрк. яман йол – “плохая дорога”; ср. РПН аман юл Ж–7.
Яман*-Таш* I – скала-отторженец, с трех сторон ограниченная ребристыми обрывами; вершина плоская, с отдельными деревьями. Отрог с-зап. склона Ялтинской яйлы, на вдрз рр. Стиля и Каспана, к СВ от г. Оксек-Бурун II В–8.
Яман*-Таш* II – короткий узкий хр., поросший лесом, с двумя ярусами невысоких утесов на ю-зап. склоне. На сев. отроге Долгоруковской яйлы, в верх. р. Зуя, в 5 км. к Ю от нп Курортное (Белог.).
^ Яман-Таш III – см. Бака-Таш III.
Яман-Таш IV – см. Тат-Кара I.
Яман-Таш – см. Большой Яман-Таш, см. Малый Яман-Таш.
Янгар – см. Ангара пр. № 2.
Янгул, – Чорюлю, Шорум соленое оз. перекопской группы. Близ Сиваша, в 10 км. к В от Армянска 2, 3) ср. дртюрк шор – соль; ср. б. нп Шорум неподалеку Д–10.
Янтуруз – куполообразная гора с пологими склонами, изрытыми ов.; поросла редколесьем, местами лесом. В 2,5 км. к СВ от нп Рыбачье (Алушт.), у алуштинского шоссе, в сторону моря Б–15.
Янтык – балка, нижний участок Имаретской дол., перед впад. той в Армутлукскую долину тюрк. янтык – вид пирога; ср. яндык – чертополох; ср. РПН янтук – Е–6.
Яныкер – п. пр. р. Марта; течет, извиваясь, по плоскому дну дол. среди леса и полян, впад. в 2 км. к З от г. Мулва; басс. р. Кача тюрк. янык ер – “горелое место”. В некоторых источниках ниж. теч. р. Марта, после впад. этого притока также наз. Яныкер В–14.
Яных-Дагын*-Кара*-Обасы* – горбатая лесистая гора с двумя зубчатыми скальными гребнями на вост. склоне. Ниже пер. Урбаш, в сторону Судака, над шоссе из него в Щебетовку (Феодос.), слева; в 2 км. к З от г. Куш-Кая IV тюрк. янык – горелый – черная вершина с горелым лесом.
^ Янычар – см. Биюк-Янычар, см. Кучук-Янычар.
Янышары – см. Енишары.
Япалах – см. Сухая Альма З–6.
Япрахлы-Гёль* – исчезнувшее, пересохшее теперь оз., которое находилось на плоской луговине близ юж. бровки Ялтинской яйлы, неподалеку от пер. Япрахлы-Гёль-Богаз (он же Иограф-Богаз) тюрк. япрахлы – “с листьями”; ср. РПН япарлы.
Япрахлы-Гёль-Богаз – см. Иограф-Богаз пр. № 1.
Ярылгачская бухта – у нп Межводное (Черном.); имеет округлые очертания по прежнему назв. этого нп, Ярылгач З–6.
Яузлар I – верхнее теч. р. Явлуз; басс. р. Учан-Су ср. мн. число тюрк. – ауз – рот, уста, устье, аузлар – З–6.
Яузлар II – водопад на одноименной реке; в 2 км к ЗСЗ от Ялты (от изгиба автотрассы на р. Учан-Су).
Cостав словаря
Словарь содержит только названия физико-географических природных объектов. Населенные пункты присутствуют в качестве ориентиров; не приводятся названия искусственных гидротехнических сооружений. Не внесены некоторые наименования долин и бухт, образованные от названий населенных пунктов: как вторичные, они малоинтересны, а местоположение ясно из самого топонима, например Судакская долина, Коктебельская бухта. Заданный объем словаря не позволяет включить названия всех природных объектов полуострова. В первую очередь составители стремились охватить:
а) наиболее крупные из них;
б) интересные в ландшафтном отношении;
в) находящиеся вблизи от населенных пунктов, курортов, туристских маршрутов.
Вместе с тем, включены и топонимы, относящиеся к менее интересным и примечательным объектам, и отдельные микротопонимы, если те и другие могут представить интерес для лингвистов, историков, археологов, краеведов.
Многие объекты имеют несколько названий, которые упомянуты на разных картах, в научной и краеведческой литературе или просто живут в памяти народа. Значительная часть этих вариантов, иногда малоупотребительных или забытых, тем не менее, нашла отражение в словаре, так как они могут оказаться ценными в историко-этнографическом, лингвистическом и прочих аспектах, помогут в восстановлении исконных названий, связанных с культурой народов Крыма. Сопоставление устаревших названий с теми, которые распространены в настоящее время, поможет ориентироваться в старых картах, художественной, мемуарной, краеведческой и географической литературе прежних лет.
^ В качестве приложений в словарь включены:
а) список сокращений, принятых в словарных статьях;
б) словарик иноязычных слов (в основном принадлежащих к тюркским и греческому языкам), часто повторяющиеся в составе крымских топонимов;
в) списки новых и прежних названий населенных пунктов, упоминаемых в словарных статьях при определении местоположения природных объектов;
г) объяснение значений географических и лингвистических терминов, встречающихся в словаре.
Прибегая к обобщающим формулировкам “тюрко-язычные топонимы, тюркские языки” (“тюрк.” в словарных статьях), составители исходили из того, что некоторые из топонимов, несмотря на то, что они совпадают со словами крымскотатарского языка, могли возникнуть еще в среде древних булгар, хазар, кыпчаков и других тюркоязычных племен и народов, находившихся в Крыму до формирования крымскотатарского народа. Поскольку тюркские языки (от древних и средневековых до современных) очень близки, крымские татары обычно воспринимают все тюрко-язычные топонимы как свои, потому что у них в языке есть такие же или похожие слова. В большинстве случаев эти названия действительно могли родиться в крымскотатарской языковой среде, но отделить их от топонимов более древнего происхождения (тем более, что последние подверглись адаптации) очень сложно, почти невозможно.
Точно так же к различным хронологическим слоям относятся топонимы, принадлежавшие древнегреческому, новогреческому и крымским диалектам новогреческого (румейскому) языкам. При толковании их в словарной статье указывается просто “греч.”; иногда рядом приводятся и древне- и новогреческая формы, например, агиа – и айя – святая.
Согласно традиции, сложившейся для топонимов Крыма, двухкомпонентные и многокомпонентные топонимы пишутся через дефис и каждый компонент – с прописной буквы: Кара-Даг, Биюк-Мачин-Кая, Ай-Петри. Исключение сделано для отдельных названий, которые традиционно пишутся слитно, как, например, Таракташ, Кизилташ, Бахчисарай.
Тюрко-язычные топонимы часто состоят из двух и более слов. Наиболее распространены двусловные названия, в которых на первом месте в качестве определения стоит существительное, прилагательное или числительное, а затем следует географическое слово, которое обычно играет роль определяемого: Куш-Кая (куш – птица, птичий, кая – скала), Кара-Даг (кара – черный, даг – “гора; лес”). Топоним, построенный по принципу существительное + существительное, иногда может иметь особую, так называемую изафетную форму, выражающую принадлежность, притяжательность. При этом первое слово получает аффикс родительного падежа -ин/ -ын, -нин/ -нын, – а ко второму добавляется один из аффиксов принадлежности 3-го лица: -и/ы, -си/сы, -ю/у, – например, Пахкалын-Каясы (из Пахкал и Кая), Аганын-Голю (из Ага и Голь). Изафет может быть неполным и распространяться только на одно слово: Уметин-Чокрак (из Умет и Чокрак). Название одного и того же объекта иногда существует в изафетной и неизафетной форме: в разных источниках встречаем Пахкал-Кая и Пахкалын-Каясы.
^ Как пользоваться словарем
Каждая словарная статья описывает один географический объект, название которого (топоним) помещено в ее левой части. Алфавитный порядок построен с учетом второго компонента топонима, т.е. оба компонента (иногда и более) считаются одним словом, и Караса-Оба, например, помещено ниже, чем Карасан-Оба. Ударение в тюркоязычных топонимах падает на последний слог.
Нередко географический объект имеет несколько вариантов названия. В этом случае в словарной статье на первое место в качестве заглавного слова помещается наиболее употребительный топоним. (Самое употребительное, широко известное название не всегда является наиболее достоверным: ошибка, допущенная некогда на карте, может перекочевать в несколько источников, и искаженная форма постепенно вытесняет первоначальную). После заглавного слова, отделенные запятыми, следуют его варианты. Каждый из них помещен и в общий алфавит с отсылкой к той статье, где содержится описание соответствующего географического объекта:
Капсель – см. Копсель
Копсель, – Капсель обширное всхолмленное побережье со скудной растительностью, изрезанное оврагами. В зап. части п-ва Меганом, к В-СВ от г. Алчак.
Если встречается несколько одинаковых названий, относящихся к разным объектам (омонимы), то каждое из них помещается в отдельную статью, снабженную порядковой римской цифрой. При этом на первом месте стоит топоним без вариантов, затем с вариантами и наконец отсылочный:
Меганом I – . . . . . . (полуостров)
Меганом II, – Чобан-Басты . . . . . (мыс)
Меганом III, – см. Чиклар (гора)
Знак “-” перед отсылочным словом обозначает, что это второй компонент двусловного топонима:
Енишар – см. Биюк-Енишар
Индол – см. Мокрый Индол
Такое оформление помогает отыскать в словаре все одноименные топонимы, не попавшие на свое алфавитное место из-за стоящего впереди определения (здесь Биюк и Мокрый).
В южном диалекте крымскотатарского языка звук къ – произносится как
х, – и поэтому одни и те же названия в разных источниках (в зависимости от диалекта информанта, сообщившего топоним) могут иметь различное написание: Карт и Харт, Кая и Хая и т.д. При поисках соответствующего названия в словаре это следует учитывать, т.е. смотреть его на К и на Х. Включать все подобные варианты не предоставлялось возможным ввиду их многочисленности.
Первая часть статьи, отделенная интервалом, содержит характеристику географического объекта. Вначале определяется его тип (гора, ущелье, река и т.д.). При этом все водные артерии, независимо от их полноводности, именуются “река”, так как границу между понятиями “река” и “ручей”, особенно в Крыму, трудно четко установить.
Характеристика объекта содержит описание его внешнего облика, указание на орографические связи, на местоположение по отношению к соседним природным объектам, описанным в словаре, и к ближайшему населенному пункту: расстояние до них и азимут с точностью до 22°30' (ЮЮВ, ЗСЗ и т.д.). Когда речь идет о горах, расстояние указывается до вершины (не до подножия!). Туристам следует учитывать, что это расстояние по карте, то есть по прямой, и путь к вершине на самом деле окажется значительно длиннее.
После названия населенного пункта в скобках указан соответствующий административный район, а в приложении к словарю даны прежние названия упомянутых сел на случай, если у читателя возникнет необходимость свериться со старыми картами.
В привязке топонима к местности определение правого или левого берега реки, борта ущелья и т.д. указывается в соответствии с орографическим принципом: исходя из того, что человек стоит, повернувшись спиной к верховьям и глядя вниз по течению воды (иногда воображаемой).
В конце статьи, выделенное особым значком, дается толкование топонима: называется язык, которому принадлежит слово, дается его перевод, а затем, после тире, – определение смысловой связи между названием и географическим объектом. Арабские цифры со скобкой обозначают при этом порядковое место, которое занимает данный вариант топонима в левой части статьи. Так, в приводимом ниже примере под номером 1 толкуется топоним, стоящий на первом месте, т.е. Бинбаш-Коба, а под номером 2 следующий, Канлы:
Бинбаш-Коба*, – Канлы, Тысячеголовая пещера карстовая полость 1) тюрк. бин баш – тысяча голов; 2) тюрк. канлы – кровавый – в ее зале обнаружено множество человеческих костей, которые по преданию принадлежали людям, погибшим во время вражеского нашествия. Звездочка при Коба* указывает, что значение этого компонента объясняется в словарике-приложении, куда помещены часто повторяющиеся иноязычные элементы топонимов; там находим: тюрк. коба – пещера. Помета “ср.” означает, что при толковании привлечено слово, которое полностью не совпадает с топонимом, лишь близко ему по звучанию, однако представляется подходящим по смыслу.
Янтык – балка, нижний участок Имаретской долины. тюрк. янтык – вид пирога; ср.
Можно предположить, что вначале балка называлась Яндык, по зарослям чертополоха (что более правдоподобно, чем сравнение с пирогом), но топоним, как это часто бывает, дошел до нас в видоизмененной форме Янтык.
Топонимы, где определение выражено именем существительным, во многих случаях нельзя истолковать однозначно. Например, название горы Эчки-Даг (эчки – коза, даг – гора, лес) может иметь значение и Козья гора (гора, где пасутся козы) и Коза-гора, т.е. похожая на козу (из некоторых мест две ее вершины отдаленно напоминают рога) или же гора (владения) родового подразделения эчки. – Составители ограничивались здесь переводом, как и во многих других случаях, когда характер объекта не позволяет установить смысловую связь между ним и топонимом: Арпалы – лесистая гора . тюрк. арпалы – ячменная.
Таким образом, читателям иногда предоставляется возможность, исходя из внешнего облика объекта или на основании каких-либо известных им факторов, обстоятельств, самим протянуть смысловую нить между топонимом и объектом, используя приведенное в словарной статье значение слова (или выбрать из предложенных здесь значений наиболее подходящий по их мнению вариант).
Но следует помнить при этом, что связь между географическим объектом и топонимом иногда бывает совершенно неожиданной. Жители села Поворотное одно из урочищ на соседней горе Караул-Тепе называют Духовка. Рассуждая логически, можно ожидать, что там “горячо”, как в духовке, или же есть скала с гротом, нишей, похожими на духовку. Ни то, ни другое – просто у лесной дороги долгое время валялась дырявая духовка, и со временем возник микротопоним, удобный для обозначения этого места, ничем другим не примечательного. У названия оказалась своя логика, до которой непосвященному вряд ли додуматься.
При некоторых топонимах в словарных статьях не дан и перевод, так как это или близкое по звучанию слово не удается обнаружить в языках, которые были распространены на территории Крыма (например, названия гор Кисломно, Комбопло, Комо-Фырхра и др.). В одних случаях они принадлежали исчезнувшим и оставшимся неизвестными языкам, в других – были искажены до неузнаваемости в чуждой языковой среде или же в процессе сбора топонимической информации у местного населения, в результате описок, опечаток на картах и т.д. (об этом более подробно см. в следующем разделе).
^ О топонимии Крыма
Термин топонимия означает совокупность топонимов географических названий какой-либо местности, региона (следует отличать от топонимики – науки, изучающей эти названия (топонимы). Топонимы подразделяются на ойконимы – названия населенных пунктов, оронимы – названия гор и других форм рельефа, гидронимы – названия водных объектов, а также на некоторые другие классы. К микротопонимам относятся наименования небольших незаселенных объектов.
Особенности топонимии Крыма связаны, прежде всего, со спецификой его исторического развития: пребыванием здесь в разное время множества различных народов, их взаимосвязями, взаимодействием культур, языков, сменой общественных укладов. Благодатная крымская земля, которая находилась к тому же на перекрестке торговых путей, издавна привлекала к себе людей. Здесь было все, что им нужно: теплый климат, равнинные и горные пастбища, пещеры в глухих ущельях, служившие и жилищами, и укрытием от вражеских набегов. Античные историки писали о живших здесь еще до нашей эры киммерийцах, таврах, аланах, скифах. (К аланам, скифам и, возможно, таврам могут восходить ираноязычные элементы топонимов Крыма). На побережье были колонии греков-эллинов, римлян, готов. С IV в. начинается проникновение в Крым ранних тюрок: сначала гуннов, затем древних булгар, хазар, огузских племен, печенегов, кыпчаков. Следы их пребывания обнаружены в последнее время археологами не только на равнинах полуострова, но и в горных долинах. В начале XIII в. в Крым пришли татаро-монголы, войска которых в основном состояли из фрагментов различных тюркских племен, покоренных монголами и увлеченных ими в своем движении на запад.
У каждого из обитавших в Крыму народов должны были существовать названия окружавших их гор, урочищ, долин и т.д. Одни из древних топонимов, принадлежавшие исчезнувшим языкам, канули в небытие и были заменены названиями, данными более поздними народами. Другие могли продолжать жить, но в большинстве случаев подверглись таким искажениями, что можно только строить догадки, какому народу они принадлежали и как звучали в устах древних аборигенов.
В прибрежной полосе много топонимов греческого происхождения, однако, как считают специалисты, названий, относящихся к древнегреческому языку ( до VI в. н.э.), сохранилось немного – большинство топонимов новогреческие, в особенности румейские.
В горной, предгорной и равнинной части полуострова топонимы в подавляющем большинстве тюркоязычные. По мере формирования крымскотатарского народа, последний создает много новых топонимов на родном языке. В соответствии с нормами этого языка могла меняться фонетическая окраска более старых тюркоязычных топонимов. Более значительным изменениям в крымскотатарском языке подверглись семантически неясные топонимы исчезнувших народов (субстраты), а также греческие названия. В средние века крымское население пополнилось армянами, венецианцами, генуэзцами, не оставившими сколько-нибудь заметного следа в топонимии полуострова. Русские названия стали появляться в Крыму после присоединения его к России в конце ХVIII в.
Характер крымской топонимии в значительной мере определяется и природными особенностями полуострова. Большое количество названий физико-географических объектов, нанесенных на карты, приходится на горную часть как наиболее интересную и в ландшафтном отношении, и для исследователей. Горы Крыма расположены в его южной части и состоят из трех гряд, протянувшихся примерно с юго-запада на северо-восток, как три волны, идущие одна за другой. Самая высокая гряда именуется Главной; она крайняя со стороны морского побережья и тянется вдоль него, то приближаясь, то отступая. За этим мощным валом следует более низкая Вторая, или Внутренняя, гряда, а за ней – Третья, или Внешняя, которая еще ниже и состоит из пологих возвышенностей.
Крайний к западу участок Главной гряды представляет собой цепь нагорий, именуемых также яйлами (яйла – в южном диалекте крымскотатарского языка означает летнее горное пастбище, преимущественно находившееся на этих нагорьях). Среди плосковершинных, иногда всхолмленных участков, то каменистых, то поросших разнотравьем, с темнеющими островками рощ, выделяются отдельные вершины и хребты. Их относительная высота над поверхностью яйл невелика, но над уровнем моря они возвышаются более, чем на тысячу метров (высшая точка Роман-Кош имеет отметку 1545 м). К югу яйлы обрываются величественными скальными стенами, которые иногда достигают высоты нескольких сотен метров. Их выступы образуют отдельные вершины: Ат-Баш, Кильсе-Бурун, Спирады и др. Через понижения и изломы скальных обрывов еще в древние времена были проложены перевальные тропы с побережья яйлы и дальше к северу.
По южным склонам Главной гряды местами разбросаны отторженцы – отдельные массивы или скалы, отколовшиеся от нее в далекой древности под влиянием тектонических процессов и постепенно сползавшие вниз. В их числе Парагильмен, Могаби, Биюк-Исар и, уже соскользнувшие к самому морю, мыс Ай-Тодор и Генуэзская скала.
В некоторых местах, от бровки яйл спадают к югу крутыми скальными уступами небольшие хребты; они видны, например, над Ялтой: Ставрея-Богаз, Иограф, Кызыл-Кая. Отроги, протянувшиеся к западу и северу, более длинные и массивные. Склоны Главной гряды изрезаны оврагами и ущельями, покрыты лесом, особенно густым на северной стороне.
К востоку от Караби-яйлы характер Главной гряды меняется: она расчленяется на отдельные вершины и хребты, иногда ветвится. Горы не похожи одна на другую по очертаниям, многие отмечены скальными гребнями и пиками причудливой формы. Это своеобразие нашло отражение в топонимии: названия иногда подчеркивают характерные черты внешнего облика: Бака-Таш (лягушка-камень), Чатал-Кая (рогулька-скала), Кечи-Эмеси (козье вымя) и т.д.
Вторая гряда по своему строению иная. Здесь преобладают куэсты – обширные возвышенности с относительно плоской поверхностью, наклоненной обычно к северу. Их вершины покрыты мелколесьем, а в сторону долин обнажаются более или менее мощные пласты известняков с ребристыми обрывами, столбчатыми отдельностями, иногда со скульптурными изваяниями – “сфинксами”. Это работа сил выветривания, точно так же, как многочисленные ниши и гроты. Они служили убежищами еще первобытному человеку, позже использовались наряду с искусственно вырубленными пещерами обитателями средневековых городов и крепостей – Эски-Кермена, Мангупа, Тепе-Кермена и других. Иногда куэсты Второй гряды заканчиваются узкими скальными выступами, горными мысами, как, например, Бурун-Кая, Куле-Бурун, Джениче-Бурун.
Третья, или Внешняя, гряда состоит из невысоких плосковершинных возвышенностей, менее интересных в ландшафтном отношении. Понижаясь к северу, она постепенно переходит в равнину.
Реки Крыма, стекающие с водораздела Главной гряды на юг, большей частью коротки и немноговодны. Некоторые их притоки летом пересыхают, и поэтому границы между определениями “приток”, “овраг”, “балка” в значительной степени стерты.
^ Основные типы географических названий Крыма
На территории полуострова сочетаются различные традиции наименования географических объектов, связанные с кочевой и оседлой культурой. В результате длительного пребывания здесь кочевых тюркоязычных племен нередко встречаются топонимы, образованные от их родоплеменных названий. Это так называемые генотопонимы (от греческого геноc – род).
Все кочевники-скотоводы обладали сложно разветвленной родоплеменной структурой, каждое звено которой, от племени до самого мелкого подразделения, кочевого аила, имело свое имя, что составляло десятки тысяч названий. Кочевание не хаотичный процесс: за каждой родоплеменной общностью закреплялись определенные пастбища, стоянки, места водопоев. Своего рода “документом”, утверждавшим право преимущественного использования этих угодий, было родовое имя, присваиваемое урочищу: например, в местности Хангельды пастбища рода хангельды, – у родника Манжил – водопой отделения рода манжули, – а пасли они скот рядом, на полянах г. Манжил.
В связи с ранним переходом к оседлости, родовой строй и вместе с ним названия родоплеменных единиц в Крыму давно утрачены. Зато эти названия сохранились (с некоторыми фонетическими вариациями) у других тюркоязычных народов, сформировавшихся из тех же родоплеменных сообществ, от которых откололись и ушли с волной миграции в Северное Причерноморье и в Крым их сородичи. Составные части этих конгломератных сообществ одни и те же. Поэтому родовые и племенные названия алтайцев, казахов, башкир, туркмен и т.д. могут быть использованы для сопоставления с топонимами Крыма, и между теми и другими обнаруживается много совпадений.
Наряду с оронимами и гидронимами, такого же происхождения многие прежние названия населенных мест полуострова. Кочевая общность, оседая на землю, давала поселению свое имя (или несколько имен, если состав жителей был неоднороден: напр., Карача-Китай, Самарчик-Кыпчак).
По мере перехода тюркоязычного населения к оседлости появлялось все больше названий иного типа. К ним относятся топонимы, именующие объект по его физико-географическим особенностям, внешнему облику. Обрывистые, труднодоступные скалы часто получали название Куш-Кая, то есть “птичья скала”, или Шаган (Шаан- Шан-) Кая “соколиная скала”. Иногда на их кручах действительно могли гнездиться птицы, однако название имело скорее метафорический смысл: доступные только птицам. А в скалах, пещерах, именующихся Гогерджин (Гугерджин, Когерчин), то есть “голубь”, действительно водятся дикие голуби. Конусовидные, с обнаженной вершиной горы называют Караул-Тепе (или -Оба), караул – сторож в крымскотатарском языке; у греков они могут называться Вигла “наблюдательный пункт”, а у русских Голый Шпиль или просто Шпиль, более крутые – Сахарные Головы – по сходству с выпускавшимися раньше отливками сахара-рафинада в виде крутобоких, округленных вверху конусов. Протяженные горы с более или менее плоскими вершинами и крутыми склонами тюркоязычные народы на разных территориях называли Сандык “сундук”, иногда Топчан, Тапшан, а хребты без заметного перепада высот – Кабырга, Кабарга, что значит “ребро”; эти топонимы встречаются и в Крыму.
Многие горы и скалы названы по сходству с фигурами людей, с животными: Муэдзин-Кая (муэдзин-скала), Аю-Даг (медведь-гора), Бака-Таш (лягушка-камень).
Топонимы с компонентом Яман- “плохой”, “недобрый”, Джады- “колдун”, “ведьма” связаны с какими-то суевериями, восходящими, быть может, к глубокой древности. В некоторых случаях такое значение имеют названия с определениями кара- “черный”. В других случаях Кара-Тепе, Кара-Даг, Кара-Тау и т.д. – это горы, покрытые густым темным лесом, чаще буковым. Цветовые определения ак – белый, сары – желтый, рыжий, кызыл – красный, кок – голубой, передают оттенки скал или воды в реке, озере. Вместе с тем цветовые определения у многих азиатских народов обозначают страны света и могут входить в состав родоплеменных названий в соответствии с местностью, где обитали или кочевали те или иные общности. Во многих тюркских языках кара – обозначало север, ак – юг и т.д. (ср. напр. родовые названия ак-мангыт и кара-мангыт).
Основу топонимов могут составлять признаки объекта, важные для хозяйственной деятельности человека – названия видов деревьев, трав, почв: Ардыч, Артыш “можжевельник”, Курюч “ясень”, Карагач “вяз”, Бабуган “белладонна” и т.п. Значительная доля топонимов образована от личных имен или прозвищ старших пастухов на каком-либо участке яйлы, владельцев лесных угодий–чаиров, лесников, людей, благоустроивших родник: Мартын-Кош, Павло-Чокрак, Томакларын-Каясы.
Внутреннее содержание топонима не всегда прозрачно, даже тогда, когда слово легко переводится или же совпадает с личным или родовым именем. И родовые, и личные имена, в первую очередь домусульманские, могут происходить друг от друга, те и другие – от названий растений, животных, различных предметов, качеств и т.д. Почему гора называется Тильки-Кая “лисица”, “лисья”? Есть какая-то связь с этим зверем или же по родовому имени тильки – ? Почему Баянын-Каясы? Баян – по-монгольски “богатый”, но как одна гора может быть богаче другой? Баян – родоплеменное название и личное имя у тюрок–может быть, на горе или у ее подножия были пастбища одноименного рода или кош некоего Баяна? Сплошные загадки, разгадать которые лишь изредка помогает характер самого объекта.
Смысл названия может затемняться еще из-за того, что признак, положенный в его основу, не соответствует физико-географическим и визуальным особенностям объекта. Непонятно, почему скальные обрывы получили название Арман-Кая (арман – ток), а холм с известными Каралезскими “сфинксами” – Узун-Тарла Длинное поле.
Вероятнее всего, это связано с обычаем давать названия в первую очередь не горам, а отдельным урочищам, или местам, имевшим определенное хозяйственное значение.
Позже, иногда только при картографировании, эти топонимы переносились на объект в целом: название урочища на склоне горы или рядом с ней становилось и ее названием. И можно предположить, что “длинным полем” вначале называлась узкая полоса пахотной земли у подножия холма Узун-Тарла (теперь там сады), а ток был где-то под скалами Арман-Кая.
Среди топонимов побережья и прилегающих склонов Главной гряды встречаются топонимы, образованные от имен святых, принадлежащие главным образом румейскому языку (собирательное название крымских диалектов новогреческого языка). В топонимах типа Ай-Петри, Ай-Никола компонент Ай- произошел из новогреческого айос – святой; имя святого иногда стоит в именительном падеже, а в других случаях, согласно нормам румейского языка, приобретает аффикс родительного падежа -и (Петри). Именем святых называли места поклонения им – урочища, горы, родники; иногда там воздвигались часовни или храмы. Подобные названия носили опасные для мореплавателей мысы, например, Ай-Тодор. Особо почитали в Крыму святых Георгия, Илью, Федора, Анастасию. Названия Панагия, Паная (“пресвятая” в древнегреческом и новогреческом) даны в честь Девы Марии, Богородицы. Следует заметить, что не все топонимы с компонентом Пан- имеют такое происхождение – они могут принадлежать другим, в том числе исчезнувшим языкам и означать нечто иное. Не исключено, что это видоизмененное тюркское поен, паян, – крайний, нижний, присутствующее в названиях некоторых родников и арыков в Средней Азии.
Часто производят топонимы Сотера, Сютюра, Сотира от греческих слов сотирас, сотир, спаситель, связывая эти названия с Христом-Спасителем. Такое толкование правомерно. Вместе с тем, у древних греков сотер, сотерос – спаситель, спасающий, охраняющий были эпитетами Зевса и некоторых других олимпийских богов. Так что подобные топонимы могут быть связаны еще с дохристианскими верованиями.
Названия с основой Эклизи-, Кильсе- (из греческого эклизиа – церковь) носили места, где были обнаружены руины храмов. В других случаях так именовали скалы, пещеры, напоминавшие своими очертаниями церковь. “Монастырями”, по словам П. Кеппена, крымские татары иногда называли места, связанные с любыми средневековыми руинами. Оронимы с компонентами Ставри- Стаура- и т.д., встречающиеся в южной и, реже, юго-восточной части побережья, образованы от греческого ставрос – крест. На этих горах и скалах и раньше высились кресты, которые были установлены после присоединения Крыма к России.
Названия, связанные с христианской религией, сохранились в значительной мере благодаря тому, что крымские татары проявляли большую терпимость, более того – уважение к чужим святыням. “Святые” названия продолжали из поколения в поколение бытовать в тюркоязычной среде, иногда незначительно видоизменяясь в соответствии с нормами их языка, приобретая тюркские географические термины кая, бурун, сырым – Айя-Бурун, Ай-Илиа-Сырым, Ильяс-Кая. Гибридные, двуязычные греко-тюркские названия могут иметь и другое внутреннее содержание: ср. Вигланын-Бурун (греч. вигла – “сторожевой пост”, тюрк. бурун – мыс”) или Вересь-Чокрак (из греч. вриси – источник, тюрк. чокрак – тоже источник). Из русскоязычных топонимов многие являются отражением исторических событий, носят имена выдающихся людей. Топонимия Севастополя и его окрестностей хранит память о периоде присоединения Крыма к России, о событиях Крымской войны – это Федюхины высоты, гора Гасфорта, Артиллерийская бухта и многие другие. На карте Крыма имена полководца Кутузова, геолога Головкинского, врача Боткина и других исследователей и первооткрывателей. В годы Великой Отечественной войны появились топонимы: река Партизанка, Мокроусовские скалы (в память о руководителе крымских партизан), за некоторыми объектами закрепились военные названия типа Высота 887.
^ Топонимические варианты
Варианты названий, помещенные в левой части словарной статьи, условно можно разделить на лексические и произносительные. Первые представляют собой неодинаковые по значению и звучанию слова: гора, например, может называться и Сююрю-Кая и Узун-Сырт, а другая – Пахкал-Кая и Лысый Иван. Причин возникновения вариантов этого типа несколько:
а) Рядом со словами исчезнувших языков, а также генотопонимами часто возникали более поздние, понятные людям названия живых языков: гора Кисломно (язык не установлен) переименована в Елхы-Бурун (ср. тюрк. ильк – первый, “первоначальный по положению”), Серен-Су (генотопоним) – Чюрюк-Су (тюрк. “гнилая вода, речка”).
б) На карту попадали разные названия одного и того же объекта, так как в соседних населенных пунктах его могли именовать по-разному или же при сборе топонимической информации происходили какие-либо недоразумения, взаимные недопонимания топографов и информантов.
в) Варианты представляют собой слова разных языков. В одних случаях они возникали независимо друг от друга, и внутреннее содержание их не совпадало: перевал Каллистон (греч. “прекраснейший”) – он же Вартын-Богаз (тюрк. “перевал с пропастями”); мыс Топрак-Кая (тюрк. “земляной мыс”)–русское название Хамелеон. Массовое появление параллельных русских, а также украинских названий началось после 1944 г. в связи с депортацией крымских татар и приездом переселенцев. Эти новые топонимы обычно отражали какую-то характерную черту в облике географического объекта: гора Измаил-Кая стала называться Пика, гора Отлу-Кая – Дырявая, Дырковатая.
В других случаях разноязычные варианты представляли собой буквальный перевод (так называемые кальки) с чужого языка на свой: река Микропотамо (греч.) – Кучук-Узень (тюрк.); то и другое со значением “малая река”, причем есть и русскоязычная калька Малоречка. Топонимические кальки существовали всегда, но в послевоенные годы они стали возникать в массовом порядке, причем не столько в народной среде, (то есть естественным путем), а под административным нажимом. Авторам краеведческих работ, экскурсоводам, инструкторам по туризму настойчиво рекомендовалось давать в русском переводе ставшие “одиозными” тюркские названия. И вот гора Эчки-Даг стала Козьей, река Аузун-Узень – Ротовой (а потом–Розовой), река Коккозка–Голубой. Переводы часто были приблизительными, не раскрывавшими полностью внутреннего содержания топонима, элементарно неграмотными.
К произносительным вариантам относятся названия, близкие по звучанию: Чуюн-Илга и Чуин-Илга, Кая и Хая, Чучель и Цюцюль.
В одних случаях они могли возникать в различных диалектах крымскотатарского языка: илга–джилга, яйла–джеляв, чешме–кешме, бурун–мурун, коба–хоба – и т.д.
Случалось также, что звуки крымскотатарского и других тюркских языков, не имеющие аналогов в русском алфавите, передавались в разных источниках по-разному: Озен(ь) и Узен(ь); Ускут и Ускют; коз, кёз и кез. – Как результат записи топонимической информации на слух, при незнании собирающим лицом особенностей крымскотатарского языка, нередко возникали ошибочные написания: Кизил-Кая вместо Кызыл-Кая, Деликлы-Бурун вместо Деликли-Бурун.
Сходные по произношению, но разные по смыслу названия образовывались в результате так называемой ложной этимологии. Сталкиваясь с непонятным словом, люди часто заменяют его другим, похожим по звучанию, но понятным (немного “подправляют” топоним): гора Алча-Кая (генотопоним) стала называться Алчак-Кая (тюрк. алчак – низкий); гора Бойка (язык неизвестен)–Биюк-Оба (тюрк. “большая вершина”) и Бойко (фамилия).
Топоним мог быть по-разному услышан лицами, собиравшими в разное время информацию для своих карт, и появлялись несовпадения между названиями одного и того же объекта. Немало ошибок возникало при гравировке надписей, переносе их с одной карты на другую: Айван–Ливан, Айваз-Кая – Ливаз-Кая – Ливез-Кая, Кушакларын – Кутакларын, Горданлы – Гарданлы – Гардачлы и т.д. Поскольку эти ложные “варианты” присутствуют в картографических источниках и может возникнуть потребность в справках о соответствующих названиях, многие из них (но не все) включены в словарь.
В последние годы началась работа по восстановлению исторически сложившихся географических названий Крыма. Некоторым населенным пунктам возвращены прежние названия, подготовлен список для ряда других. Состоялась конференция по топонимике Крыма, наметившая программу сбора топонимической информации среди крымских татар, возвращающихся на родину. Вкладом в эту работу является и предлагаемый читателю словарь.