Архитектурная Америка: Манхэттен по диагонали
– Если выпало три дня на Нью-Йорк, то провести их следует на Манхэттене. Здесь все очень сконцентрировано, и несмотря на размеры, невозможно заблудиться.
Американцы подошли к вопросу топонимики рационально до предела. Улицы как оси координат: ориентироваться – легче не придумаешь, и никогда не нарвешься на проблему переименования независимо от политической или исторической конъюнктуры.
А если не придираться к деталям и посмотреть на сравнение двух планировочных схем – даже чем-то родным повеет. Как тут заблудишься?
Екатеринбург, план 1780 года. Манхэттен, план с 1811 года
Есть принцип чтения «по диагонали». Из-за недостатка времени Манхэттен очень удобно читать как раз по диагонали – и такую возможность дает Бродвей. А на подробное «прочесывание» потребуется гораздо больше времени. Уж где-где, а в Нью-Йорке все очень плотно расположено, и завернув за любой угол, что-нибудь обнаружишь.
Выйдя из гостиницы, приятно встретить знакомую аббревиатуру МоМА на соседнем здании (Музей Современного искусства Йошио Танигучи)
Из Интернета знаю, что тут же по соседству должен быть (уже бывший) Музей народного искусства (Билли Цьен и Тода Уильямса), который сегодня поглощен МоМА.
Музей народного искусства
А еще за углом – небоскреб компании АТТ Филиппа Джонсона .То ли гостиница в таком удачном месте, то ли действительно тут все так плотно?
В паре кварталов по диагонали должна располагаться башня Херста сэра Нормана Фостера. Она признана лучшим небоскребом в 2006 году, а другой стороны, известна своей кличкой «Черт из табакерки, но без черта».
Я пошел ее снимать в первый же вечер, несмотря на то, что не спал уже больше 30 часов. Учитывая, что она расположена близко от отеля, я отвел себе на это мероприятие 15 минут. Не успев настроить камеру, я услышал за спиной комментарии: «Это очень хорошее здание, сэр. ».
Я не был расположен к беседе, поэтому, не оглядываясь, буркнул, что я в курсе. «Его запроектировали с учетом зеленых технологий», – сообщил волонтер. Глядя сонными глазами в объектив, я ответил, что мне все известно и про башню, и про Фостера.
«А Фостер – это кто, сэр?» – вот это уже не могло меня не заинтересовать, и я оглянулся. Но сначала никого не увидел. Только когда мой гид-самозванец улыбнулся, я отразил в темноте его белозубую чеширскую улыбку. Афроэрудит!
Его можно было принять за безработного жителя Гарлема или в лучшем случае продавца газет, рэпера, а он, поймав мой удивленный взгляд, толкнул мне лекцию о системе вентиляции в башне Херста и преимуществах экоустойчивых технологий.
Я снял его на память. Но он не унимался и вещал, в то время как отведенный мной себе самому лимит времени давно исчерпался.
Неизвестный специалист по башне Херста
Узнав, что я из России, он плавно перешел на политику: мы поговорили о Сирии, он начал агитировать меня за любовь к нашему президенту, а потом перешел к критике местной налоговой системы. Вскоре я перестал его понимать, потому что он практически перешел на рэп, тогда я перешел на другую сторону.
Ground Zero
Любая экскурсия по Нью-Йорку не минует строящегося мемориального центра на месте башен-близнецов. Вас подвезут близко и все про него расскажут, но не выпустят (под предлогом, что на стройку не пройти). Формально – не наврут: на стройку и не пускают, то есть вас не пустят выше второго этажа.
Но в мемориальный парк и на 1-2 этажи – пожалуйста, заходите. Вход свободный, но при этом никто не будет возражать, если вы добровольно пожертвуете в фонд мемориала пять . «а лучше десять долларов, сэр!».
Мемориальный парк с водопадами и фамилиями всех погибших
Сегодня полностью готов мемориальный парк на месте "близнецов". Первая башня (тем не менее имеющая №4) комплекса (Фумихико Маки) уже сдана, достраивается самая высокая Freedom Tower (фирма СОМ), готово фантастическое здание музея (Snohetta). Его завораживающе мистическая полосатая металло-стеклянная поверхность постоянно зрительно ломается, ловя солнце под разными углами, и мимикрирует, отражая окружение.
Парк «Хай-лайн»
Недалеко от мемориала Ground Zero в районе Челси – модный сегодня парк «Хай-лайн», а по сути, обустроенная Чарльзом Ренфро бывшая железнодорожная эстакада, которая примыкает к пирсу Челси и в соответствии со своим бывшим назначением тянется вдоль берега Гудзона примерно на 1,8 км.
Говорят, что жители очень любят здесь гулять, бегать, загорать на траве (между рельсами?), но скорее всего, в другую, более подходящую погоду, когда на улице 36 по Цельсию, а не по Фаренгейту.
Именно здесь прописались две интересовавшие меня постройки: офис IАC Фрэнка Гери (Айсберг) и 20-этажное здание апартаментов Жана Нувеля. Из-за последнего следовало попасть сюда именно на закате, так как его сплошь остекленный фасад образован витражами из стекла мало того, что разных оттенков ( хотя изнутри этого не ощущается), но слегка и везде по-разному развернутого в рамах как по вертикали, так и в плане.
Попадая на стекла под различным углом, солнце создает очень живую и изменчивую картину фасада
Как стемнеет – самое время прогуляться по Бродвею, пройти на Таймс сквер, где вы продлите себе «световой день». Недавно прочитал фразу о том, что Таймс-сквер – единственное место, куда люди тащатся ДОБРОВОЛЬНО посмотреть на рекламу. Где-то за этими светящимися экранами замаскировался так мной и не найденный новый фасад издательства New York Times Ренцо Пиано. Зато музыкальных театров тут – как гуталину в Простоквашино, но мы не соблазняемся и ищем джаз-клуб.
Удивительно, что притягивает публику сюда толпами, на этот, по сути проходной, очень нагруженный и вечно ремонтируемый перекресток трех улиц?
Сюда можно заглянуть и днем.
. но ночью эффектнее!
Затем можно забраться на крышу по соседству расположенного Рокфеллер-центра (Top of the Rock).
Красиво и так высоко, что горизонт чуть закругляется
На верхнем этаже многофункционального центра на площади Columbus Circle, что на углу Центрального парка и Бродвея, мы с дочерью нашли джаз клуб Dizzy's Club Coca Cola. Последние два слова названия несколько смутили, но, как выяснилось, они не были частью обязательной программы.
Пятеро музыкантов импровизировали. Не скажу, что я принял все, что колоритный парень пытался выдуть из своей трубы (точно, не Диззи Гиллеспи), но в целом мы остались довольны атмосферой клуба, где большая часть – завсегдатаи и друзья и отличный вид на город.
Центральный парк
Ночью с крыши небоскреба он выделяется на фоне залитого огнями города черным пятном. Но днем, и особенно осенью – это самое яркое и многоцветное место в центре города.
Здесь можно встретить кого угодно – от павлинов и белок (которых видели множество) до Джулии Робертс или Умы Турман (не встретили ни одной). Парк очень большой, но совсем не надоедает. Здесь удобно и нескучно гулять, тем более, что и слева, и справа по ходу к нему примыкают знаковые здания и есть множество выходов – можно сделать нужные фотографии и снова вернуться в парк.
Почти в самом начале парка по Восьмой авеню к нему вплотную примыкает знаменитый дом «Дакота», где жили многие знаменитости, в том числе Рудольф Нуреев и Джон Леннон. А Йоко Оно живет и сейчас, и в память о муже устроила в парке мемориальную площадку Strawberry Fields.
Верхний угловой балкон, представьте (imagine!) - Джона Леннона!
Музей Уитни
Учась в школе, я переписывался с девочкой из Канады, она посылала мне архитектурные снимки из журналов (тогда – единственный источник информации). Однажды я получил маленький черно-белый портрет Марселя Брейера на фоне его музея Уитни на Мэдисон Авеню. Тогда здание казалось диковинным, и я даже не думал, что мне удастся когда-нибудь его увидеть вживую.
Прошло всего-то 45 лет. Кстати, признаюсь – на втором курсе при проектировании выставочного павильона у меня как-то сами собой непроизвольно нарисовались такие же окошки.
Несколько позже я впал в уныние, увидев, на мой взгляд, абсолютно вандальное предложение Майкла Грейвза по реконструкции этого музея. Музей испытывает трудности, коллекция Уитни не вмещается, и сегодня есть проект Ренцо Пиано по переносу музея в 2015 году в новое здание в районе парка Хай-лайн.
Все главные музеи Нью-Йорка находятся на Пятой (она же Парк) авеню по юго-восточной границе Центрального парка, поэтому, сделав снимки музея Уитни, можно буквально через пять минут оказаться около музея Метрополитэн. Заходить внутрь, не имея времени – безумие.
В двух шагах отсюда – классика жанра – музей Соломона Гуггенхейма. Мало того, что в данный момент его основная часть на ремонте, так нас угораздило оказаться тут в четверг, единственный для него выходной.
Мы погуляли вокруг и обследовали его нижнюю часть, которую практически никогда в литературе не встречали.
Тут тоже все лихо закручено, Ф.Л.Райт изрядно поработал циркулем
Новый музей современного искусства
Здание музея от SANAA (у японцев здесь монополия на проектирование музеев современного искусства?) стоит несколько особняком – на Бауэри-стрит на границе с Чайна-тауном. После открытия его фасад украшала веселая и разноцветная, подчеркивающая общую белизну здания, вывеска HELL, YES! Сейчас на ее месте «повесилась» лодочка. Фасад проиграл, мне кажется. Лодочку тоже заменят со временем.
Фасад Нового музея современного искусства
Если пройтись по этой же улице в сторону центра, встретишь еще один известный объект последних лет – новое здание Тhе Cooper Union Тома Мэйна, опровергающее поговорку насчет « не вырубишь топором». Еще как вырубишь!
Чем не «топорная работа»? Но. мастер
Это совсем не все, что можно найти в Манхэттенских джунглях, и далеко не все, что мы отыскали. Гуляя и разглядывая малоинтересные на первый взгляд объекты, можно обнаружить много любопытного в деталях. Вот вам гордо демонстрируют собор Иоанна Богослова - самый большой кафедральный храм Нью-Йорка.
С одной стороны, с элементами стиля готики, но легко находятся и элементы стиля Варьете
По статистике, американцы чуть ли не чаще других посещают церковь. Видимо, надо уметь их туда завлекать.
Наконец то, с чего в Нью-Йорке обычно начинают – на пароходике к статуе Свободы! Честно говоря, этот полуторачасовой круиз меня больше интересовал не ради самой статуи, а возможностью увидеть цельную картину Манхэттена с воды.
Картину увидел. Цельность, на мой взгляд, сомнительна
А это обман зрения: на самом деле башня Ф.Гери вдвое ниже башни Свободы. Но втрое выше статуи Свободы.