Политолог Валерий Соловей: власти России компрометируют понятие патриотизма
Приложение Русской службы BBC News доступно для IOS и Android. Вы можете также подписаться на наш канал в Telegram.
Автор фото, РИА Новости
Президент России Владимир Путин поддержал предложение разработать федеральный закон о российской нации. Об этом он сказал, выступая в ходе заседания Совета по межнациональным отношениям в Астрахани.
"Что точно совершенно можно и нужно реализовывать, прямо над этим нужно подумать и в практическом плане начать работать, - это закон о российской нации", - сказал Путин.
Национальный и националистический дискурсы в России в последние годы, после всплеска популярности "Русских маршей" середины 2000-х годов, резко ослабели - несмотря на то что за рядом националистических организаций некоторые усматривали "руку Кремля".
Что происходит с националистическим движением в России сегодня? Востребована ли идеология национализма в стране и насколько велик ее протестный потенциал?
Об этом корреспондент Русской службы Би-би-си Дмитрий Булин побеседовал с автором ряда монографий по истории русского национализма, профессором МГИМО Валерием Соловьем.
Би-би-си: Зачем российским властям понадобился закон о российской нации?
Валерий Соловей: Это попытка дважды войти в одну и ту же реку: буквально дословное воспроизведение идеи о советском народе как новой исторической общности [на официальном уровне идею впервые сформулировал генсек СССР Никита Хрущев в 1961 году: "В СССР сложилась новая историческая общность людей различных национальностей, имеющих общие характерные черты, - советский народ" - прим. Би-би-си].
Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.
Конец истории Подкаст
Сейчас говорится, что российский народ - уникальная гражданская общность. По сути то же самое, что и прежняя формула, и с теми же самыми последствиями, а именно: бессмысленно. Сверхзадача властей - формирование политической нации, но под нее не предложено серьезных оснований. И главное, не предложены успешные политические и социоэкономические практики. Нация формируется, когда есть практики совместного делания. Сейчас в России их нет, и власть ничего не может предложить.
Би-би-си: Почему об этом именно сейчас начали говорить?
В.С.: Потому что начинаются заметные признаки расщепления народной массы, она начинает проявлять некоторые признаки беспокойства, недоумения, которые могут перерасти в политическое возбуждение. Поэтому власти хотят сформировать новый элемент унификации.
Би-би-си: Долгое время считалось, что за российским националистическим движением стоит чуть ли не Кремль. И вот в последние два года появилось ощущение, что как будто это националистическое движение "сливается" сверху, да и внутри, кажется, произошел раскол. Что происходит с националистическим движением сегодня в России?
В.С.: Предположение о том, что за националистами стоит Кремль, всегда было, мягко говоря, преувеличением, а если говорить без обиняков, ошибкой. Оно появилось во многом потому, что националисты всегда говорили, что хотят сильного государства, что с уважением относятся к вооруженным силам, что питают пиетет к органам государственной безопасности.
Но Кремль всегда считал националистов потенциально очень опасными врагами. Почему? Если рассмотреть эволюцию национализма в 2000-е годы, то он все заметнее исходил из того, что в России необходимо не воссоздание империи, а строительство национального государства. Но если вы строите национальное государство в европейском понимании XIX - первой трети XX века, то вы придерживаетесь презумпции, что именно нации выступают источником суверенитета и легитимности. Тем самым вы субстанциально превращаетесь в демократа. А это, естественно, бросает вызов кремлевской политике в ее базовых основаниях. В России традиционно власть считает, что именно она - источник суверенитета.
Вторая причина, по которой власть всегда опасалась национализма, в том, что она подозревала за националистами способность к организации опасных массовых протестов, которую не усматривала у либералов. Националисты несколько раз эту способность демонстрировали. Самый известный эпизод - так называемое восстание "Спартака" на Манежной площади в декабре 2010 года.
Поэтому для власти националисты всегда были более опасным врагом, чем либералы, потому что с последними, уверен Кремль, можно договориться и даже инкорпорировать их во власть. А вот с националистами договориться нельзя.
Ранее на процессах по делу праворадикальной националистической группировки БОРН возникали сообщения о предполагаемой связи некоторых ее членов с близкими к Кремлю функционерами. Би-би-си не располагает подтверждением данной информации.
Но все эти страхи были изрядным преувеличением силы национализма и степени его влияния в обществе. Судя по социологии, потенциал политического национализма на протяжении последних 15 лет не превышал 10-15% и нисколько не рос.
Би-би-си: Столько людей готовы голосовать за националистов?
В.С.: Да, и их голоса распределялись примерно так: часть вообще не голосовала, часть голосовала за ЛДПР (не большинство), а часть в 2003 году голосовала за "Родину". Если вы помните, как только "Родина" на выборах в Мосгордуму 2005 года стала эффективно использовать антимигрантскую риторику, ее сняли.
Би-би-си: Что происходит с националистическим движением сейчас?
В.С.: За последние пять лет произошли два качественных сдвига. Первый относится к концу 2011-го - началу 2012 года, когда националисты выступили вместе с либералами и левыми против власти. То, что происходило, было фактически революцией, которую власть смогла купировать. В этом революционном процессе впервые за 25 лет (да и вообще впервые в российской истории) националисты, которые всегда считались оппонентами либералов и демократов, объединились с ними и с левыми.
Автор фото, РИА Новости
Протестный потенциал националистической идеологии российская власть отчетливо увидела в декабре 2010 года, когда на Манежной площади, в нескольких шагах от Кремля, прошли беспорядки, устроенные футбольными болельщиками
И второе качественное событие - новая геополитическая динамика, которую задал Владимир Путин и Россия возвращением (или аннексией - в зависимости от политической точки зрения) Крыма. Вкупе с чем надо рассматривать и войну в Донбассе. Эта динамика подорвала союз националистов с либералами - и одновременно взорвала самих националистов изнутри.
Они разделились почти так же, как и общество: 80-85% поддержали возвращение Крыма, 15-20% назвали это аннексией. Националистическое большинство составило один из резервуаров добровольцев в Донбассе. Но собственно националистов там воевало не очень много: несколько тысяч, а отнюдь не десятки тысяч человек. А из тех, кто не принял эту геополитическую динамику, нашлись отдельные люди, которые даже пошли в украинские добровольческие батальоны. Причем до этого люди, оказавшиеся в прямом смысле слова по разную линию фронта, были зачастую членами одних и тех же националистических организацией и даже дружили.
Би-би-си: Означает ли этот раскол, что националистическое движение в России на грани угасания?
В.С.: То, что произошло в 2014 году, для национализма стало политической и репутационной катастрофой. Националистам отвели крайне неблаговидную роль пушечного мяса, и вместе с тем власть полностью узурпировала патриотический дискурс. На этом поле она никаких конкурентов не допускает.
Хотя, по моим ощущениям, потенциал патриотической идеологии в России уже исчерпан или близок к исчерпанию. Можно сколько угодно наращивать пропаганду, повышать ее градус, но даже невооруженным глазом заметно, что люди устали. Гордиться страной хорошо, когда у тебя всё экономически неплохо. Но не тогда, когда у тебя нет денег собрать детей в школу, обеспечить им полноценное питание - а это реальность современной России. Из патриотических деклараций и проклятий в адрес Запада детям бутерброда не сделаешь.