Ольга Мигунова: Тайна Вольфа Мессинга
Выход был один: поговорить с Вольфом напрямую, попросить отпустить меня.
Я долго собиралась с духом, уже почти решилась на разговор, но произошло нечто, заставшее меня врасплох. Неожиданно я узнала причину его странных исчезновений.
Иногда прямо с концертов Вольфа забирали мрачные субъекты в темных костюмах. Они молча вставали в кулисах так, чтобы ему было их видно. «Доработай за меня», - говорил Вольф и уезжал на несколько часов.
Пока его не было, я не находила себе места. Страшно боялась, что он не вернется. Что тогда делать? Где его искать?
Однажды Мессинга не было особенно долго. Я сидела у него на Песчанке и в тревоге выглядывала в окно: не идет ли? Уже далеко за полночь во дворе появилась большая черная машина. Из нее с трудом выбрался Вольф. Я бросилась открывать дверь.
- Ну наконец-то! Я не знала, что думать.
- Подожди, Оля. Дай опомниться.
Мессинг с совершенно белым лицом тяжело опустился на банкетку в прихожей.
Я стала помогать ему, снимать ботинки.
- Где вы были, Вольф Григорьевич?
- Где-где - в Кремле, - проворчал Мессинг, И осекся: - Не слушай глупого старика. Зачем тебе это, деточка? Живи и радуйся. Я сам цел только потому, что умею хранить тайны.
И все встало на свои места. Я поняла, почему за четыре года работы с Мессингом мы не ездили с гастролями дальше стран соцлагеря. Его просто не выпускали.
Власть боялась Мессинга, но нуждалась в его знаниях. Однажды он спас от гибели в авиакатастрофе сына Сталина Василия. Тот собрался лететь на очередной матч с любимой командой по хоккею, но Мессинг позвонил в Кремль и сказал: «Самолет разобьется». Василия отправили поездом, но рейс не отменили. Сталин хотел убедиться в правоте Мессинга. И убедился. Вся команда погибла.
Вольф консультировал Хрущева в разгар Карибского кризиса. Его привезли в Кремль, когда конфликт между СССР и США достиг критической точки. Спросили: возможна ли третья мировая война? Мессинг погрузил себя в гипнотический сон и вывел на листе бумаги два слова «Будет мир». В «благодарность» за это Хрущев запретил ему выступать в Москве, поэтому свои «Психологические опыты» Вольф проводил в заштатных зальчиках далеко на периферии.
Эти подробности я узнала не от Мессинга - он оберегал меня, не хотел, чтобы я знала, с чем, возможно, мне самой придется столкнуться в будущем.
Но во всем остальном Вольф становился все более откровенным. Теперь он не боялся открывать передо мной завесу будущего. После внезапной кончины моего папы (он сгорел за неделю от воспаления легких) сказал: «Крепись, Оленька». Это не последняя твоя потеря. Постепенно ты потеряешь всех близких. Бойся числа «шесть». Оно станет роковым для твоих родных».
Мой брат погиб в двадцать шесть лет. Сестра скоропостижно скончалась в пятьдесят шесть. Мама умерла в восемьдесят шесть лет. Пророчество Мессинга сбылось.
Я видела, что Вольф стареет и быстро сдает. Понимала, что он нуждается во мне, что я - единственный близкий ему человек. И была благодарна за все, что он для меня сделал. Но одновременно во мне крепла уверенность, что я должна уйти.
Долго, очень долго я не решалась сказать об этом Мессингу. Конечно, силы наши были по-прежнему не равны, но все же я уже не была наивной, ничего не умеющей девочкой. Я оставалась с Мессингом потому, что искренне привязалась к нему и не представляла, как Вольф будет обходиться без меня. Заботиться о нем, скрасить последние годы его жизни - мне казалось, это меньшее, что я могу сделать для того, кого теперь могла с полным на то основанием называть своим Учителем.
Но судьба все решила за меня.
В 1971 году заболела мама. Папы уже не было. Сестра и брат обзавелись семьями и уехали из Благовещенска.
- Помочь маме могу только я, - сказала я Мессингу. - Побуду с ней, пока она не оправится после операции, а потом вернусь в Москву.
- Как только ты сядешь в самолет, наши пути разойдутся навсегда, - покачал седой головой Вольф. - Каждый пойдет своей дорогой.
Я не могла поверить своим ушам.
- Да, деточка, я тебя отпускаю, - грустно улыбнулся Мессинг. - Хотя мне больно
тебя терять. Я относился к тебе как к дочери. Своих детей у меня нет, и ты знаешь почему.
Мессинг сознательно отказался от отцовства - боялся, что дети унаследуют его ужасный дар. А я уже была наделена им с рождения. И потому именно во мне он увидел наследницу своих знаний, именно меня решил посвятить в тайны, недоступные обычным людям.
- Мы расстаемся навсегда, - продолжал Мессинг. - Я знаю, в Москву ты вернешься не скоро.
Вольф, как всегда, легко читал мои мысли.
- Я все понимаю, Оленька, - сказал он. - Люди боятся тех, кто владеет даром предвидения. Вот и ты меня боишься, хотя знаешь, что я не способен причинить тебе вреда. Я научил тебя почти всему, что умею сам. У тебя уже есть имя, ты можешь выступать самостоятельно, помогать людям. Конечно, я бы хотел, чтобы ты осталась со мной. Но кто я такой, чтобы лишать тебя возможности жить нормальной жизнью?
Я смотрела на изрезанное морщинами, усталое, измученное лицо и не могла сдержать слез. Я так любила моего Вольфочку.
- Ты свободна, деточка. У тебя долгая жизнь впереди. Вижу много испытаний, но ты всегда будешь выходить невредимой из самых страшных переделок, потому что даже после смерти я буду рядом с тобой. Ты скоро выйдешь замуж, твоя дочь станет актрисой. Можешь не беспокоиться за нее. А сама ты много лет проживешь в браке, потом подашь на развод. И все равно останешься с мужем.
Мы просидели с Мессингом до yтpa. Напоследок Вольф сказал:
- Будь счастлива. И, пожалуйста, помни, что есть на свете старик, который все время думает о тебе.
Приехав к маме в Благовещенск, я стала работать в Амурской филармонии. И однажды встретила Валерия Мигунова, начальника Дома офицеров в поселке Черемхово. Я спешила на концерт, а он шел навстречу. Мы столкнулись в дверях филармонии и никак не могли разойтись.
Расписались мы с Валерием в день моего рождения - двадцать третьего февраля 1973 года. Я не сообщила об этом Мессингу, но от него вдруг пришла телеграмма: «Извини, что не поздравляю с бракосочетанием. Это напоминает мне концертное платье, взятое вопреки моему совету. Поздравляю с днем рождения, черемховская мадонна, променявшая сцену на майорские погоны».
Он, как и прежде, все про меня знал!
Предсказание Вольфа о разводе с мужем исполнилось через тридцать лет. У нас был кризис в отношениях. Но мы его преодолели и сейчас опять вместе, хоть официально и разведены. Валерий хороший муж. В 1975 году у нас родилась дочь Светлана. Она выросла и действительно стала актрисой, Светлана Мигунова-Дали много снимается, мечтает попробовать себя в качестве режиссера и продюсера.
. Ранним утром девятого ноября 1974 года в моей квартире в Благовещенске остановились все часы. В Москве было одиннадцать вечера восьмого ноября. Я почувствовала: Вольфа больше нет.
У Мессинга было хроническое заболевание сосудов. Ему сделали операцию на ногах. Все прошло хорошо, но вдруг отказали почки и начался отек легких. Медики не смогли его спасти. Мессинг знал, что умрет. Уезжая из дома в больницу, сказал соседке: «Больше я сюда не вернусь. »
О кончине Вольфа Мессинга не объявляли по телевизору и не писали в газетах. Единственный некролог появился в «Вечерней Москве» только четырнадцатого ноября, за день до похорон. Печальную церемонию отложили не из-за ноябрьских праздников, а по причине секретных исследований, которым было подвергнуто тело мага. Врачи извлекли его мозг и отправили в один из «закрытых» медицинских институтов. К руководству тут же обратились представители некого частного зарубежного фонда. Они предложили за мозг баснословную сумму - миллион долларов, но получили отказ. Потом прошел слух, что мозг пропал, никто не знает и где его перстень-талисман. На руке Вольфа во время похорон его не было.
Наверно, если бы Мессинг захотел, он бы смог вернуть меня к себе. Но он дал слово, что не будет вмешиваться в мою жизнь, - и сдержал его. Как и другое свое обещание: даже после смерти быть рядом со мной, оберегать меня. Моя работа связана с беспрерывными разъездами. Уже четырнадцать раз я попадала в автокатастрофы, рядом гибли люди, но я оставалась невредима. Я верю: это Вольф защищает меня.
Слава ученицы Мессинга какое-то время привлекала ко мне внимание «людей в черном». Несколько раз я как экстрасенс участвовала в секретных расследованиях по линии КГБ и МВД. Но потом отказалась. Дар ясновидения не принес счастья моему учителю. И у меня другой путь. Я - единственная в стране женщина-гипнотизер, выступающая на эстраде. Моя задача - дарить людям радость и лечить их. А будущее пусть принадлежит будущему.
Он дал мне многое, этот великий человек, чьи уникальные способности до сих пор остаются неизученными и неоцененными. Но главное - он дал мне свободу, возможность радоваться каждому новому дню, быть счастливой женщиной. Уже несколько лет я готовлю большую сольную программу о чудесах гипноза. Хочу, чтобы зал аплодировал стоя. Не мне - Вольфу Мессингу. Моему учителю и великодушному человеку.