Олимпийский чемпион, калининградец Анатолий Белоглазов, воспитывает команду белорусских богатырей
ГОВОРЯТ, что Александра Пахмутова, удивленная изяществом, красотой и грациозностью стиля братьев Белоглазовых, дала им характерное прозвище — одно на двоих: Паганини. Заметьте, восхищение знающей толк в прекрасном выдающегося композитора вызвали не ее коллеги, не художники и не литераторы. Страшно подумать — борцы!
Однако ничего удивительного здесь нет. Братья Белоглазовы — это ведь тоже своего рода творцы. Только творили они на борцовском ковре. Они первые и единственные в истории братья, которым удалось на одной Олимпиаде завоевать золотые медали. Было это в 1980–м в Москве. Анатолий победил в категории 52 кг, Сергей — в 57. Им долго не было равных, их боялись все, они боролись технично и самоотверженно, а, закончив, стали тренерами. И на этом поприще имели немалый успех, о чем красноречиво говорит география применения их знаний: работали братья и в Японии, и в Австралии, и в Канаде. Но русская душа в них оказалась неискоренимой. И в итоге, несмотря на все щедрые заморские посулы, братья Белоглазовы снова и прочно причалили к родному берегу. А после неудачи на Олимпиаде в Лондоне, которую потерпели белорусские борцы, председатель федерации Юрий Чиж призвал спасать положение старшего из братьев Белоглазовых (Анатолий старше Сергея на 15 минут), сделав ему предложение возглавить сборную Беларуси. С тех пор прошел почти год.
Приняв предложение возглавить белорусскую команду, Анатолий Белоглазов покинул пост главного тренера армейского клуба, оставив там вместо себя своего брата–близнеца. Впрочем, связанные единой невидимой нитью, они все равно не расстаются: регулярно созваниваются и встречаются. Либо на родине — в Калининграде, либо в Минске или Москве — благо расстояния позволяют.
— Хочу пригласить брата в Минск, — сказал Анатолий Алексеевич, с которым корреспондент «СОЮЗа» встретился в Бресте, где проходил чемпионат Беларуси по вольной борьбе. — Перед сентябрьским чемпионатом мира наша сборная соберется на подготовительный сбор на базе в Стайках, и есть мысль организовать там тренерский семинар. Думаю, брат охотно откликнется на предложение поделиться своим богатым опытом с белорусскими тренерами и помочь нам в подготовке к первенству планеты. Мы вообще очень тесно общаемся друг с другом — имею в виду российских и белорусских борцов. Дагестан — это центр мировой вольной борьбы и не перенимать их опыт было бы с нашей стороны большим расточительством. После того, как я возглавил сборную Беларуси, мы уже провели совместные сборы с дагестанскими борцами, и это был для белорусских парней неоценимый опыт.
— Вы уже освоились в Беларуси?
— Привыкать не пришлось, мы — славяне, очень похожи, и в Минске я себя чувствую, как дома. Езжу иногда в Москву. Навещаю родных в Калининграде. Но чаще семья ко мне приезжает в Минск.
— Стало быть, разницу между русскими и белорусами вы не почувствовали?
— Она, вероятно, есть. Наверное, белорусы более спокойные, размеренные. Я очень много лет жил в Украине, в Киеве. Белорусы напоминают украинцев. У них похожи национальные культуры. Но, знаете, на что сейчас обратил внимание, прогуливаясь по Минску? Забиты все кафе и бары! А их ведь совсем немало. Это не только белорусов касается, бич современной молодежи — лень. Они настроены только на отдых. Я понимаю, время не стоит на месте, жизнь стала комфортнее, но есть ощущение, что расслабляются молодые люди слишком уж усердно. На спортсменах это тоже сказывается. Для того чтобы вырасти в мастера высокого уровня, нужно от многого отказаться. Это тяжелый труд. И я своим подопечным открыто сказал: в команде будут лишь те, кто готов жертвовать и сражаться. В Беларуси ведь очень сильные борцовские традиции: Александр Медведь, Василий Сюльжин, Виктор Крейдич. Другое дело, что традиции эти белорусы немножко подзабыли. Медведь — гениальный спортсмен. И сегодня, когда он входит к нам в зал на тренировку, все борцы прекращают занятия, встают и аплодируют ему стоя. Они должны знать и понимать, что в борьбе есть великие люди, а у них есть счастье соприкоснуться с этой историей.
— В ваше время условия для тренировок были не в пример сегодняшним — гораздо хуже.
— В том–то и дело. В Беларуси сейчас есть все возможности развивать спорт и борьбу в частности. Для этого делается очень много. Нужно только структурировать работу, всколыхнуть молодежь и тренеров немножко подтянуть. Потому что они тоже руки слегка опустили. Мы в Калининграде тренировались в зале размером с небольшой гардероб. Туда высокорослых парней не брали, потому что ногами потолок можно было достать. И занимаясь в таких вот условиях, мы стали чемпионами мира. Так что сетования на плохие условия — это пустые отговорки. Надо работать! Зарплата невысокая? Заработай! У вас отличные условия для спортсменов, есть президентская стипендия, есть Президентский спортивный клуб, который поддерживает молодежь. Я говорю им: ребята, все в ваших руках!
— Вам ведь много раз предлагали остаться жить и работать за границей, сулили немалый гонорар, а вы все равно вернулись. Почему?
— Да, просили остаться в Австралии, например, гражданство предлагали. Страна прекрасная, люди хорошие, но я не могу. Ни я, ни жена, ни дети — никто не может жить за границей, хотя дети, к примеру, имеют гражданство Канады. Тем не менее, дочка и старший сын живут в Украине, а младший — с нами в Калининграде, он — студент. Я никогда не буду австралийцем или канадцем, мы другие. Я в Австралии часто ловил себя на том, что дома мы говорили на английском, дети родной язык стали забывать! Как так, мы же русские люди! Я в шоке был! Неужели, думал, все меняется, и мы необратимо меняемся тоже? Сказал жене: «Все, надо ехать домой! Иначе детей потом с корнями отсюда не вырвешь». И мы уехали. О чем нисколько не жалеем.