Иеромонах Фотий: Хочу стать композитором!
Как проходит его жизнь после возвращения в обитель - Пафнутьев-Боровский монастырь?
В Интернете, с телеэкранов и со страниц газетных изданий высказывались самые разные мнения по поводу его участия в светском конкурсе. Звучали и прогнозы о жизни монаха после окончания телевизионного проекта. Как проходит его жизнь после возвращения в обитель, как он распорядился главным призом вокального конкурса – автомобилем, будет ли участвовать в записи дисков и выступлениях в туре по городам с участниками «Голоса», рассказывает иеромонах Фотий (Мочалов).
- Когда митрополит по каким-то причинам вас не благословляет на выступления, как вы реагируете на это?
- Я, как монах, должен полностью подчиняться своему начальству. То, что говорит митрополит, – это Воля Божия. Поэтому я должен принимать это как должное и смиряться, если это не сходится с моим видением. Таково делание монаха – послушание.
- Что значит жизнь в молитве?
- Монашеское делание – это тайна, которую можно понять, только практикуя. Человек занимается послушаниями, смиряет свою гордыню, учится действовать, не как его воля требует, а как этого хочет от него игумен. Игумен, как заботливый отец, должен быть не просто администратором. Он не деспот, а умудренный монашеской жизнью человек. Игумен ответственен не только за дисциплину в монастыре, но и за душу каждого монаха.
В монастыре ты проходишь искус. Сначала ты просто трудник, потом послушник, потом тебя постригают в иноки. И вот так постепенно возрастаешь в монашеском чине - как камень отесываешься. Морские камни волнами бьются и сглаживаются, а монах притирается в обществе других монахов, он всегда в коллективе других насельников. Нужно всегда проявлять любовь, терпение и заботу. Это очень серьезная школа.
- А каков режим жизни в монастыре? Как строится день насельника обители?
- День каждого монаха складывается по-разному, в зависимости от послушания. Я, как священник, должен в определенные дни совершать литургию в алтаре, исповедовать людей. В другие дни пою на службе в качестве певчего. Есть послушания в монастырской редакции – я занимаюсь версткой печатных изданий. Утро начинается в 5 часов, в 5.30 - братский молебен, потом полунощница, утренние молитвы, часы и затем литургия. После литургии в 12 часов акафист, потом обед. Завтрака у монахов нет. Мы кушаем только в обед и в ужин. В 17.00 начинается вечерняя служба. Как правило, монахи освобождаются в 19.00-20.00. Досуга как такового мало.
- А как вы распорядились главным призом проекта «Голос» – автомобилем?
- Пока еще я приз не получил, можно сказать, что он в пути. Я мечтал об автомобиле и рад, что машина мне досталась в подарок, а не пришлось несколько лет собирать деньги на ее приобретение. Буду сам водить машину.
- Вы также подписали контракт с компанией «Юниверсал». Каковы обязательства по этому соглашению?
- Да, вместе с другими участниками еще до начала конкурса я подписал контракт с компанией «Юниверсал», которая продюсировала этот проект. Как финалист, я обязан выполнять условия соглашения – это запись диска, выступления в рамках совместного тура участников «Голоса» по городам России. Гастроли начнутся в феврале.
- А если митрополит не благословит вас на участие в туре?
- Если его воли не будет, я останусь в монастыре и буду спокойно продолжать свою жизнь. Понятно, что как гражданскому лицу мне нужно исполнять контракт. Но если случится так, что меня не будут отпускать, это же не по моей воле, то, думаю, для меня сделают исключение и не будут привлекать к какой-то юридической ответственности.
- Отец Фотий, вы упомянули, что хотите стать композитором. У вас уже есть произведения собственного сочинения?
- Естественно, я немного сочинял музыку до того, как пришел в монастырь. Это были симфонические произведения – две симфониетты, оркестровая сюита. Но практически никакого будущего у моих произведений не было. Я не стал продолжать сочинение музыки в монастыре, потому что не видел в этом смысла. Должна быть какая-то потреба – чтобы люди просили, а я им давал. Чтобы это имело какую-то историю. Пока что Господь не дал такую возможность. Может, и не будет ее. Как ему будет угодно.
- Помимо пения вы занимаетесь фотографией, видеосъемкой. Но в монастырской жизни довольно жесткий график. Как вы все успеваете?
- Я воспринимаю свои таланты как возможность заниматься чем-то для себя. Они меня не обременяют, просто дают возможность абстрагироваться от основных дел в монастыре. Я могу всегда отвлечься на что-то, что мне нравится. Это хобби. Господь дает не просто талант, чтобы ты его реализовал и принес что-то людям, а это польза прежде всего для тебя. Ты можешь в любое время переключить тумблер и заняться чем-то другим. Я могу пофотографировать, заняться изучением языков. В этот момент я уже не певец и не фотограф, а лингвист, глубоко изучающий язык. Думаю, это способствует отдохновению, это отдушина.
- Сколькими языками вы владеете?
- Немногими. Основные языки – немецкий, английский, церковно-славянский. Остальные по чуть-чуть: греческий, древнегреческий, итальянский, французский. Все понемножку.
- Какие мечты у вас остались?
- У меня сейчас сбылось почти все, что можно. Но композиторство, о котором я сказал, пока можно считать мечтой оставшейся. Мне хочется, чтобы моя музыка была востребована. Но для этого еще нужны и знания. Нужно подучиться, чтобы профессионально сочинять. Пока я дилетантски пишу, хотя это имеет подражание жанру киномузыки. Но все-таки нужны знания.