Э. Н. Белонович Саратовский государственный художественный музей имени А.Н. Радищева, Саратов
1 Э. Н. Белонович Саратовский государственный художественный музей имени А.Н. Радищева, Саратов "СПЯЩАЯ ДЕВУШКА" И "ДАМА В КРИНОЛИНЕ". ДВЕ ПАСТЕЛИ В.Э. БОРИСОВА-МУСАТОВА. К ВОПРОСУ АТРИБУЦИИ С полотен Виктора Эльпидифоровича Борисова-Мусатова смотрят на нас лики прекрасных дам, таинственных незнакомок. Молчаливый диалог ведут девушки у зеркально-чистого "Водоема", неторопливо беседуют в "Прогулке при закате", совершают торжественное восхождение в "Реквиеме". "Спящая девушка", "Портрет дамы", "Девушка на балконе", "Дама в кринолине", "Девушка с розами" Как много картин у художника, где сами названия говорят о героинях открывающегося перед нами живописного спектакля! Образ мусатовской девушки ассоциируется у нас с девушкой тонкой, мечтательной, праздной. "Некоторые лица имеют ясно земные черты, и в то же время все они не реальны, не портретны. Все странно изменены, как изменяется действительность во сне или в воспоминаниях", - так замечал друг В.Э. Борисова-Мусатова, первый его биограф, писатель и искусствовед Владимир Константинович Станюкович (1). Вопрос, кто же эти прекрасные незнакомки мусатовского мира грѐз и фантазий, задают себе как исследователи жизни и творчества В.Э. Борисова- Мусатова, так и многие почитатели его таланта. Замечено, что простое воссоздание "кухни художника", перечисление имѐн натурщиц, позировавших живописцу, вряд ли что-либо добавят для понимания смысла его произведений (2). Изучение творческого наследия художника, обращение к коллекциям художественных музеев России и ближнего зарубежья позволили сделать ряд атрибуционных уточнений, внести поправки в историю создания некоторых произведений В.Э. Борисова-Мусатова. В статье рассматриваются две работы художника: "Спящая девушка" (Астраханская картинная галерея имени Б.М.
2 Кустодиева) и "Дама в кринолине" (Кировский художественный музей имени В.М. и А.М. Васнецовых). В 1898 году по возвращении из Франции в Саратов В.Э. Борисов- Мусатов, полный творческих замыслов и стремящийся тут же приступить к работе, столкнулся с проблемой острой нехватки натуры (3). Он писал об этом в своих письмах к друзьям и постоянно давал объявления в газетах с приглашением позировать. Долгое время единственной моделью для художника служила младшая сестра Елена Эльпидифоровна. Известно, что вслед за сестрой любимыми моделями художника стали его жена Елена Владимировна Александрова и Надежда Юрьевна Станюкович, супруга В.К. Станюковича, женщина, вызывавшая у В.Э. Борисова-Мусатова уважение и искреннее восхищение. Становление большого мастера и его зрелость совпали с обретением личного счастья, и счастливая пора в жизни В.Э. Борисова-Мусатова начинает свой отсчѐт с весны - лета 1902 года. Но предшествующий ему 1901 год назван В.К. Станюковичем "периодом пустыни", объясняемый им в первую очередь одиночеством художника тех дней. В то же время биограф отмечает громадный творческий подъем этого времени (4). Сам же В.Э. Борисов-Мусатов пишет: "Все время тянулась жалобная нота: нет модели, нет натуры. Но теперь, в настоящий момент, я счастлив. Я работаю весь день. Я имею две натуры. Теперь мне не нужен ни Париж, ни Мюнхен. Все это у меня на Плац-параде" (5). Одной из натурщиц 1901 года была и оставалась сестра Елена. Она главная модель таких известных произведений, как "Гобелен" (Государственная Третьяковская галерея), "За вышиванием", "Встреча у колонны" (Государственный Русский музей). Зададимся вопросом: кто же была вторая? Тонкая, хорошо известная акварель Мусатова "Последний луч" (1901, Государственная Третьяковская галерея) имеет много общего с картиной "Дама" (1901, Омский областной музей изобразительных искусств им. М.
3 Врубеля). При создании того и другого произведения художнику позирует одна и та же натурщица, и, несмотря на характерные для Мусатова неуловимость и обобщенность черт, очевидно, что позирует ему не Елена, а другая женщина. Легко предположить, что второй моделью и была незнакомка с картины "Дама" и акварели "Последний луч". Созданы вышеупомянутые произведения в одно и то же время, о чѐм снова свидетельствует В.К. Станюкович, перечисляя эти работы и давая им высокую оценку как пример напряжѐнного труда художника и непрерывного творческого поиска (6). Известно, что В.Э. Борисов-Мусатов был серьѐзно увлечен художественной фотографией. В архивах Русского музея, Третьяковской галереи, Государственного архива литературы и искусства, архиве Саратовского художественного музея имени А.Н. Радищева хранится общей сложностью около семидесяти фотоснимков, сделанных художником с его натурщиц. Впоследствии автор активно их использовал для создания композиций будущих многофигурных полотен (7). В.Э. Борисов-Мусатов по натуре экспериментатор, настойчиво двигающийся к цели. Постоянство, с которым художник начинал сеанс работы с фотокамеры, говорит о необходимости для него именно такого подхода. Не была исключением и героиня "Дамы" и "Последнего луча". Также им могла руководить вполне понятная боязнь потерять так неожиданно и удачно обретѐнную модель, счастливую находку художника (8). Сохранилось одиннадцать мусатовских фотографий этой молодой женщины (9), выполненных им в интерьерах комнат, на фоне уже написанных картин, на веранде флигеля, в саду. В одном из писем к Н.С. Ульянову Мусатов пишет: " я делал печатное объявление насчет натурщиц и получил массу предложений. Нашел одну натурщицу, которая очень была в моем жанре и удивительно позировала. Но сегодня она уехала совсем из Саратова" (10). К сожалению, эту фразу и одиннадцать сохранившихся фотографий именно с этой модели нельзя соотнести с абсолютной точностью ввиду того, что письмо не
4 датировано. Документ имеет карандашную пометку, сделанную, по всей видимости, составителем архива В.К. Станюковичем, "осень 1902 года". Однако в самом тексте письма В.Э. Борисов-Мусатов рассказывает о своѐм одиночестве и отсутствии каких-либо перспектив. Ситуация скорее похожая на осень 1901 года, так как 1902 год как раз ознаменован тем, что уже летом Е.В. Александрова, девушка, с которой В.Э. Борисова-Мусатова связывала давняя дружба, приезжает в Зубриловку в качестве его невесты. В этом же письме Мусатов пишет о хлопотах в связи с очередной выставкой в Москве, и делится своими планами о том, что к октябрю сделает три-четыре новые пастели (11). Художник последовательно осуществил намеченную серию пастелей. Это доказывает ряд сохранившихся работ, близких по размерам и выполненных в этой технике: "В саду", "Дама в кресле", "Дама у туалета", "Одиночество" (12). Но, несомненно, начать этот ряд должны два наиболее цельных, завершѐнных произведения, демонстрирующих глубокое понимание художником натуры и поражающих мастерством исполнения, особой лиричностью образов. Речь идѐт о пастелях "Спящая девушка" из собрания Астраханской картинной галереи имени Б. Кустодиева и "Дама в кринолине" из собрания Кировского художественного музея имени В.М. и А.М. Васнецовых. В коллекцию Астраханской картинной галереи "Спящая девушка" поступила в 1918 году от основателя галереи Павла Михайловича Догадина без точной даты написания работы. До сих пор пастель в собрании картинной галереи датируется широко годами (13). Однако такой авторитетный исследователь, как А.А. Русакова, в своей монографии вводит "Спящую девушку" в список работ 1901 года (14), однако в тексте автор к этому произведению Мусатова не обращается, сама работа не репродуцируется. "Спящая девушка" не участвовала и в крупнейшей выставке В.Э. Борисова-Мусатова 1973 года, посвященной 100-летию со дня его рождения. Вполне возможно, что А.А. Русакова идентифицировала
5 "Спящую девушку" из собрания Астраханской картинной галереи с работой под тем же названием, участвовавшей в посмертных выставках художника и указанной в каталогах 1907 и 1917 годов с точной датой 1901 года (15). "Дама в кринолине" из собрания Кировского художественного музея также не участвовала в современных выставках и до недавнего времени не репродуцировалась. В.К. Станюкович, характеризуя произведения В.Э. Борисова-Мусатова, созданные в 1901 году, о "Даме в кринолине" говорит как о сильной вещи (16). Два каталога посмертных выставок, изданные в 1908 и 1917 годах, датируют это произведение также 1901 годом (17). Очевидно, что работа с таким авторским названием действительно существовала. Но нельзя с полной уверенностью соотносить все эти свидетельства из дореволюционных изданий с ныне известной под таким названием пастелью Мусатова из собрания Кировского музея. Эта пастель была репродуцирована в журнале "Мир искусства" ( С. 26) под названием "Портретъ" в числе картин выставки Московского Товарищества Художников в Санкт-Петербурге ( ). На этой же странице под названием "Рисунокъ" - пастель, созданная в 1900 году и известная под названием "Романс" (Архангельский музей изобразительных искусств) (18). Следует отметить, что разные названия одних и тех же произведений в посмертных публикациях возникли в результате легкомысленного недопонимания значимости указываемых сведений, либо романтичные их названия появились уже в наше время. "Дама в кринолине" в каталоге Вятского (ныне Кировского) музея 1964 года датирована 1903 годом, а в недавно изданном альбоме добавляется комментарий - "Этюд к изумрудному ожерелью" (19). Эта пастель поступила в собрание Кировского музея в 1927 году из Третьяковской галереи при содействии известного искусствоведа Н.Г. Машковцева, занимавшего в те годы пост сотрудника отдела периферийных музеев при Наркомпросе. В инвентарной карточке фонда музея записано: "Дама. Этюд к картине "Изумрудное ожерелье". Составители каталога 1964 года, руководствуясь
6 консультацией Машковцева, определяют произведение как "Дама в кринолине" и ставят дату, соответствующую дате создания "Изумрудного ожерелья", 1903 год (20). Что же, на наш взгляд, объединяет "Спящую девушку" и "Даму в кринолине"? Обращают на себя внимание одинаковые размеры обеих работ (58х43 см). В.Э. Борисову-Мусатову снова позирует натурщица, уже знакомая нам по произведениям "Дама" и "Последний луч". Костюм модели двух пастелей одинаков - это кринолин глубокого синего цвета и лиловая накидка. Стилистика обеих работ очень близка, что предполагает их создание в ближайшее друг от друга время. И здесь на помощь приходят сделанные В.Э. Борисовым-Мусатовым фотографии этой натурщицы. Близкие композиционно фотоэтюды существуют для всех четырѐх произведений с еѐ участием. В связи же с атрибуцией двух пастелей художника фотоснимки буквально являются инструментом для восстановления хронологической последовательности создания художником своих работ. Так, фотоэтюд, использованный для пастели "Дама в кринолине", создан в интерьере его саратовской мастерской на Плац-параде. На стенах видны недавно написанные работы "Дама" и "Последний луч", датированные самим художником 1901 годом (21). Это дает возможность предположить, что вся серия фотографий с незнакомкой сделана в том же 1901 году. Вскоре были созданы и две замечательные пастели "Спящая девушка" и "Дама в кринолине", волею судеб разлученные и временем, и расстоянием. К технике пастели В.Э. Борисов-Мусатов обращался до конца своей жизни. Определить всю серию пастелей, уточнить время и обстоятельства их создания - отдельная и важная тема для исследования. 1. Станюкович В.К. В.Э. Борисов-Мусатов: Монография // Архив СГХМ имени А.Н.Радищева. В.Э. Борисов-Мусатов. Личный фонд 2. Оп. 1. Ед. хр. 10. Л. 81.
7 2. Шилов К.В. Борисов-Мусатов. М., С Русакова А.А. Борисов-Мусатов. Л.; М., С. 52, Станюкович В.К. В.Э. Борисов-Мусатов Л Там же. Л Там же. Л. 78, Подробно об этом сюжете в ст.: Белонович Э.Н. Фотография как инструмент в поиске композиционных решений В.Э. Борисова-Мусатова и художников рубежа XIX-XX веков // Пространство и время воображаемой архитектуры Синтез искусств и рождение стиля: Царицынский научный вестник. М., Вып С ГРМ, секция рукописей. Ф. 27. Ед. хр. 78. Л К.В. Шилов высказывает предположение, что имя описываемой натурщицы - Юлия Домбровская (подпись к фотоэтюду в книге "Борисов-Мусатов", М., 2000; в статье "Борисов-Мусатов и его модели" // CD-Rom "Пророк и мечтатель. М.А. Врубель, В.Э. Борисов-Мусатов, графика". ГТГ, 2005). Вслед за К.В. Шиловым эту версию повторяет Б.М. Соколов (Музыкальная светопись Борисова-Мусатова // НОМИ. 4/45/2005. С.5-6). Однако автор данной статьи не может согласиться с окончательностью подобной версии, так как в архиве ГРМ существуют четыре фотографии другого лица, подписанные на обороте карандашом: Домбровская (Архив ГРМ. Ф. 27. Ед. хр. 78. Л ). 10. Архив ГРМ, секция рукописей. Ф.27. Ед. хр. 33. Л. 25 (Письмо к Н.С. Ульянову). 11. Там же. 12. "В саду". Б., пастель 58х41 ГРМ; "Дама в кресле", Б., пастель 57х43, ГТГ; "Дама у туалета", Б., пастель 55х42, ГТГ; "Одиночество", Б., пастель 54х44, Серпуховской историко-художественный музей. 13. Астраханская областная картинная галерея. Живопись, графика: Каталог. М., С. 69; Астраханская картинная галерея имени Б.М. Кустодиева: Альбом. М.: "Белый город", Русакова А. А. Указ. соч. С Каталог посмертной выставки картин В.Э. Мусатова в Москве ; Вторая выставка Общества друзей Румянцевского музея. Творчество В.Э. Борисова- Мусатова. М., // Архив ГРМ. Ф. 27. Ед. хр Станюкович В.К. В.Э. Борисов-Мусатов Л Каталог посмертной выставки картин В.Э. Мусатова в Санкт-Петербурге ; Вторая выставка Общества друзей Румянцевского музея. Творчество В.Э. Борисова-Мусатова. М., // Архив ГРМ. Ф. 27. Ед. хр. 71.
8 произведений русской живописи ХVIII - начала XX веков из собрания Архангельского музея изобразительных искусств: Альбом-каталог. Архангельск, С Кировский областной художественный музей имени А.М. Горького: Каталог. Л., С. 14; Кировский областной художественный музей имени В.М. и А.М. Васнецовых: Альбом. М: "Белый город", С.34, 63. Следует отметить, что указанные размеры работы в этих публикациях немного отличаются: в каталоге 1964 года - 58х43 см, в альбоме 2003 года - 58х42,5 см. 20. Сведения, касающиеся истории возникновения пастели В.Э. Борисова- Мусатова "Дама в кринолине" в коллекции Кировского художественного музея любезно предоставлены старшим научным сотрудником музея Татьяной Васильевной Малышевой. Она поделилась собственными давними соображениями, что "Дама в кринолине" - самостоятельное произведение, созданное ранее 1903 года. По еѐ мнению, эта работа является скорее портретом женщины, служившей моделью для полотен "Осенний мотив" (1901. Киевский государственный музей русского искусства), "Дама в голубом" (1902, ГТГ). Письмо Т. В. Малышевой находится в личном архиве автора данной статьи. 21. Архив ГРМ, секция рукописей. Ф. 27. Ед. хр. 78. Л. 26.