Борьба за переквалификацию срока убийцы
30 января 2017 года в г. Сызрань была зверски убита 35-летняя девушка, Трофимова Елена Николаевна, и совершено покушение на убийство ее отца, пытавшегося спасти дочь. Убийство совершил ее муж, Трофимов Дмитрий Валерьевич, с которым она собралась разводиться. Супруг месяц писал ей сообщения с угрозами убийства Елены и членов её семьи, если она не откажется от развода. На неоднократные заявления полиция никак не реагировала – закрывала дела за отсутствием состава преступления. К моменту убийства он довел свою жертву до сильнейшего депрессивного состояния, до морального и практически физического истощения (вскрытие показало, что сердце, печень, селезенка убитой – дряблые, их состояние не соответствует возрасту, изношены стрессом). В результате он заблаговременно спланировал (выбрал день, когда отец убитой вернется после полостной операции, но уже будет в состоянии помочь дочери с машиной), подготовился (заранее выбрал нож, купил его в день убийства, проколол колеса у машины убитой, чтобы задержать ее на месте преступления), подкараулил и, напав со спины, убил жену, нанеся множественные ножевые ранения.
Отец девушки, который не сразу заметил убийцу, бросился ей на помощь. Он стал оттягивать Дмитрия, но тот развернулся, крикнул бранными словами, что сейчас убьет и его, и нанес отцу удар ножом в живот. Затем пытался нанести еще больше ударов, которые отец смог отразить. Заметив, что его Елена еще жива, убийца бросился за ней и добил, нанеся еще несколько ударов ножом в грудь. Отец в отчаянии пытался остановить руку убийцы, выбить нож, но не смог. И тогда он схватился руками за лезвие и отломал его. Убийца, увидев это, стал бить Елену в грудь по ранам рукояткой ножа, пытаясь причинить ей как можно больше боли. А когда отцу удалось его полностью обездвижить, он оплевал лицо Елены, называя ее тварью.
Когда приехали полицейские, Дмитрий ликовал, выражал неописуемую радость от того, что смог убить, чувствовал себя настоящим героем. Кричал отцу, чтобы тот мучился до конца жизни. Он получил сильнейшее эмоциональное положительное подкрепление своего поступка, а значит продолжает быть опасен для общества.
По результатам следствия Дмитрию предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 105 УК РФ (бытовое убийство) и ч. 2 ст. 115 УК РФ (причинение легкого вреда здоровью). Дело оформили так, что убийца имел намерение убить жену из ревности и намерение причинить легкий вред здоровью тестя.
Многое не сходиться - "нанес отцу удар ножом в живот" это тяжкие , а не легкие . Часть вторая по 115 тут то же не к месту . Про изношенные стрессом дряблые органы я вообще молчу .
И что не так со статьями? Да и какие там отношения у них были нам не известно
«Да придёт «Спаситель»…». Серия убийств в округе Санта-Круз, штат Калифорния, 13.10.1972–13.02.1973 гг. Часть IV. «Трупы, чеки, два ствола»
1 февраля Третчер Кларк и Роберт Фрэнсис прошли проверку на «детекторе лжи». Заключение полиграфолога Роберта Лидбёрди было для следователей неутешительным - к убийствам Третчер и Боб были непричастны; к тому, что оба рассказали ранее, можно было добавить лишь несколько незначительных деталей. Например, Кларк пытался скрыть, что по какой-то причине побаивался Джима Джианеру – но никаких близких отношений с Кэти Фрэнсис (что было хоть и маловероятной, но версией) у Третчера не было. Что же касается Боба Фрэнсиса, то он, по мнению Лидбёрди, в ходе предыдущих допросов умолчал о некоторых деталях своей деятельности в качестве наркодилера – но сделал это не из страха, а просто потому, что считал их незначительными.
Но… что бы там ни считал Боб - он не был полицейским; он не понимал, что детали, как бы незначительны они ни казались на первый взгляд, могут быть важны - потому что «именно в них прячется дьявол». В связи с этим офис прокурора округа Санта-Круз решил привлечь к расследованию психиатра Дональда Т. Ланди, ранее принимавшего участие в расследовании дела об убийстве семьи Охтей.
По мнению прокурора Арта Даннера, в присутствии доктора Ланди Боб Фрэнсис чувствовал бы себя более раскованно: во-первых, тот не был полицейским; во-вторых, несмотря на то, что Дональд Ланди к 1973 г. успел отслужить во флоте, получить степень доктора медицины и возглавить кафедру психиатрии в Стэнфорде, к своим 36 годам он выглядел чуть ли не на 10 лет моложе и абсолютно не походил на психиатра (ну, по крайней мере, как их представляет себе большинство - эдакий Зигмунд Фрейд, с пронзительным взглядом, поредевшей шевелюрой и ухоженной бородой).
Все это должно было сподвигнуть Фрэнсиса к полной откровенности – да и квалификацию Ланди, которую тот успешно продемонстрировал в деле Фрейзера, тоже не стоило сбрасывать со счетов. Итогом двухчасовой беседы доктора и Роберта, состоявшейся 8 февраля 1973 г., стал список имён, который Ланди продемонстрировал детективу Медине:
- Есть здесь кто-то, о ком вы раньше не слышали от Фрэнсиса?
- Я почти уверен, что он не пытается что-то скрыть.
- Ну что ж… Спасибо, что попытались, док. Увидимся еще…
- Без обид – но надеюсь, что повода не будет…
На следующий день, 9 февраля, бело-голубой Chevrolet остановился на обочине Шоссе №9 - неподалеку от того места, где в парке Генри Коуэлла пролегала тропа Окс Роуд Трейл. Холодный ветер с залива Сан-Франциско гнал облака на юг, обещая ненастье; молодой человек выбрался из-за руля и, озираясь, побрёл вверх по склону холма – вокруг было безлюдно, но он знал, что Голос не мог привести его сюда просто так. Когда примерно через четверть мили он выбрался на раскисшую тропу, его взгляд зацепился за что-то в зарослях; стараясь не хрустнуть какой-нибудь случайно подвернувшейся под ногу веткой, Пророк тут же свернул в лес, укрылся за стволом дерева и прислушался.
Тишину нарушал лишь далекий шелест шин автомобилей, проносящихся по шоссе, и он решил подобраться поближе к тому, что привлекло его внимание. Это оказался здоровенный (12 футов в поперечнике и почти 10 футов в высоту*) шатер с каркасом из связанных между собой проволокой жердей, обтянутый сверху полиэтиленом. Двигаясь всё также бесшумно, Пророк обошёл сооружение; обнаружив выведенную наружу трубу дымохода, он потрогал её – та была холодна. В полной тишине молодой человек покинул поляну, вернулся на тропу и направился к машине.
Примечание 12. Около 3,6 и 3 м соответственно.
Спускаясь к дороге, Пророк вспоминал, как несколько лет назад, в сентябре 1969-го, он тоже попытался «жить в единении с природой» - совсем неподалеку отсюда. Но один из этих чертовых рейнджеров «докопался» до того, что для шалаша пришлось срубить несколько молодых деревьев; выведенный из себя тем, что кто-то осмелился нарушить его медитацию, Пророк потянулся за охотничьим ножом – но рейнджер немедленно вызвал подмогу, и соединенными силами сотрудники охраны парка скрутили странного молодого человека и препроводили его в местную тюрьму. Впрочем, надолго он там не задержался…
По мнению Пророка, Голос привёл его на поляну не зря – этому шалашу здесь было не место; он выглядел чужеродно, неправильно. Ну что ж, придется навестить его хозяев позже…
Шторм, пришедший ночью с моря, принёс с собой проливной дождь. Крыша шатра текла нещадно; старый ковёр, устилавший пол, к утру промок насквозь и ютившиеся внутри четверо тинэйджеров к утру успели здорово промерзнуть - несмотря на имевшиеся у них спальные мешки. Без огня было нечего и думать о том, чтобы согреться, и 19-летний Брайан Скотт Кард принялся разжигать крохотную печку – но воздух был пропитан влагой, и отсыревшая растопка из тоненьких веточек никак не желала разгораться.
Из всех четверых Брайан был самым старшим - в прошлом году он окончил школу в Ван Найс. Этот шатер в редко патрулируемом уголке парка он и его старший брат Джефф построили еще в августе прошлого года; место оказалось выбрано удачно, и за 6 месяцев, которые прошли с того момента, рейнджеры из охраны парка их временное обиталище так и не обнаружили.
Посильную помощь в возведении постройки из жердей и полиэтилена Джеффу и Брайану оказал 15-летний бродяга, представившийся братьям, как Марк Джонсон. Настоящее его имя было Марк Джон Драйбельбис; свой дом в Пенсильвании подросток покинул еще прошлым летом, предпочтя кочевую жизнь заседанию суда по делам несовершеннолетних – его «взяли» с марихуаной «на кармане». Сейчас он ворочался в своем спальнике, разглядывая комикс «Сказочные Лохматые Братья-Уродцы» - бестселлер среди молодых поклонников «травки» и «кислоты».
Еще двоим «туристам», ютившимся в шатре, было по 18 лет; Роберт Майкл Спектор и Дэйвид Аллан Олликер, друзья братьев Кард из Южной Калифорнии, направлялись «автостопом» в сторону округа Хамбольдт. Там Роб собирался подать документы в местный колледж; Дэйв же вызвался сопровождать приятеля из чистого любопытства - его «вела дорога приключений»; о хижине в Парке Коуэлла оба знали из писем Джеффа и Брайана. Накануне Спектор позвонил своему отцу в Шерман Оукс и сообщил, что они с приятелем могут задержаться в округе Санта-Круз на пару дней; в любом случае, к 22 февраля Роб и Дэйв собирались вернуться домой.
Джеффа Карда, старшего брата Брайана, в хижине не было – несколько недель назад он перебрался в район Боулдер-Крик, где обитали какие-то его знакомые.
Еды у юношей хватало, но завтрак откладывался до того момента, когда Скотту все же удастся разжечь огонь в печке. Тот был настолько поглощен этим делом, что не сразу осознал, что в шатре появился кто-то еще - темное пятно, за которое краем глаза «зацепился» Скотт, возникло в «дверном проеме» абсолютно бесшумно.
Четверо юношей уставились на молодого человека, держащего руки в карманах коричневого плаща.
- Вы находитесь на земле, принадлежащей правительству, – произнёс неожиданный визитёр. – Здесь нельзя разбивать лагерь. Вам придётся уйти.
На молодом человеке не было формы, и на рейнджера он был не похож - поэтому Марк начал с ним препираться:
- Эй, чувак, а ты сам вообще кто такой? Мишка Смоки?
Примечание 13. Мишка Смоки - символ Службы охраны лесов США.
- Если вы сейчас же не уберете здесь все и не уйдете, я позову лесников.
- Чувак, мы никого не трогаем и не делаем ничего плохого. Чего ты суетишься?
- Вам нельзя здесь находиться,- настаивал на своем молодой человек. – Вы тут все загадили! – указал он на обрывки картона и прочий мусор на полу.
Никто из юношей не чувствовал опасности - их было четверо, «нежданный гость» был невысокого роста и богатырем не выглядел; к тому же, у «туристов» было оружие – в углу шатра стояла винтовка калибра .22. Гораздо больше их волновало то, что этот странный незнакомец может сдать их рейнджерам – и Скотт принялся его упрашивать:
- Слушай, давай поговорим!
- Нет. Я иду за рейнджерами, - молодой человек в плаще развернулся и двинулся «на выход»; Скотт вместе с присоединившимся к нему Марком выбежали вслед за ним:
- Чувак, дай нам немного времени. Ну, хоть месяц…
- Ну хоть десять дней! Тут столько барахла набралось, что нам не собраться быстро!
- Если я дам вам время, вы просто переберетесь на другую поляну.
- Нам не о чем говорить. Валите обратно в свою палатку.
Раздосадованные Скотт и Марк вернулись в шатёр; судя по всему, они собирались обсудить сложившуюся ситуацию со своими приятелями, но времени на это у них уже не осталось. Как только за Кардом и Драйбельбисом опустился кусок полиэтилена, игравший роль дверного полога, молодой человек в плаще резко развернулся и направился обратно : «Я мысленно спросил их, готовы ли они уйти, и все они ответили «да»!».
Когда незнакомец в коричневом плаще снова заглянул в шатер, лишь один из сидящих на полу юношей сумел отреагировать на появившейся у него в руке револьвер и броситься к стене в попытке вырваться наружу. К стоящей в углу винтовке никто не успел даже потянуться - Пророк выпустил шесть пуль с такой скоростью и точностью, что если бы дело, как в прежние времена, происходило на стрельбище Национальной Стрелковой ассоциации, он наверняка удостоился бы еще одной грамоты.
Тела Скотта, Дэйва и Роба лежали неподвижно – все трое были смертельно ранены. Марк стонал, скорчившись на боку и наблюдая, как убийца хладнокровно перезаряжает револьвер; юноша попытался закричать, но в горле раздалось лишь неразборчивое клокотание. Подросток беспомощно наблюдал за тем, как каждый из его приятелей получил еще по одной пуле в голову; закончив с этим, Пророк развернулся – и ствол револьвера стал последним, что Марк Драйбельбис увидел в жизни.
Добив жертв, убийца опустился на колени и обшарил тела в поисках бумажников; добыча была невелика – всего 21 доллар. Повесив «трофейную» винтовку на плечо, молодой человек огляделся; дело было сделано, и он втянул ноздрями резкий запах бездымного пороха. Когда Пророк вышёл наружу, тщательно задернув за собой полог, дождь прекратился и сквозь тучи на мгновение проглянул солнечный луч; приняв это за знак, что его «искупительная жертва» принята, молодой человек направился к машине.
Тот самый «шатер» в Парке Генри Коуэлла, где произошло массовое убийство.
Утром 12 февраля 1973 г. внимание пары молодых людей, решивших попрактиковаться в стрельбе в окрестностях Смит Грейд, привлекли куски ткани, при внимательном изучении оказавшиеся обрывками женской одежды и бюстгальтера. Заинтригованные юноши принялись бродить кругами, и спустя несколько минут наткнулись на разложившийся труп; на то, чтобы добраться до ближайшей телефонной будки и позвонить 911, у ребят ушло всего несколько минут.
Наблюдая, как целая вереница машин с эмблемами округа под вой сирен огибает угол, где сходились Смит Грейд и Эмпайр Грейд, Пророк опустил топор и утер пот со лба. Лицо его осталось бесстрастным; когда колонна скрылась за поворотом, молодой человек подобрал разрубленные поленья и сложил их в багажник своей машины – на следующий день он собирался отвезти родителям немного дров.
Благодаря сохранившимся записям стоматологов найденное тело удалось опознать, как принадлежавшее пропавшей без вести Мэри Маргарет Гилфойл; новость о страшной находке распространились быстро, несмотря на выходной день (12 февраля отмечался день рождения Линкольна). Это было уже восьмое тело, обнаруженное в округе Санта-Круз менее, чем за 6 недель; еще 2 девушки, Элайс Лиу (20 лет) и Розалинд Торп (22 года) пропали без вести 5 января – и собравшиеся на импровизированный митинг студенты Калифорнийского Университета практически не сомневались в их дальнейшей судьбе. Выступивший начальник полиции Университета еще раз повторил свое предупреждение относительно путешествий «автостопом»: «Поймите, это «русская рулетка»! Вас могут подвезти тысячу раз безо всяких проблем – но тысяча первая поездка может стать роковой. Поймите, оно того не стоит…».
Когда Пророк проснулся, то выяснилось, что у «Голоса в голове» на это утро имеются свои собственные планы: «Прежде чем ты привезешь дрова, я хочу, чтобы ты убил кое-кого для меня». Голос вполне определенно настаивал на кандидатуре дяди Эгноса, но тут Пророк воспротивился - дядя Эгнос ему нравился, и неужели во всей округе не нашлось кого-нибудь более подходящего для жертвы? Наконец, Голос смилостивился: «Ладно… Просто убей кого-нибудь, кого угодно…».
72-летний Фред Эбби Перез в это утро тоже поднялся рано; помимо «бунгало» на Лайтхауз Авеню, где он проживал со своей женой Маргарет, Фреду принадлежал дом по соседству, сдаваемый в аренду - и работы там хватало.
Для своего возраста бывший морской пехотинец и профессиональный боксер-средневес, известный американской публике начала XX в. как Фредди Белл, был в отличной форме; при росте в 5 футов 10 дюймов он весил 190 фунтов, и заканчивая около 08:00 засыпать глубокую яму на подъездной дорожке дома на Гарки Стрит, Фред даже не запыхался.
Примечание 13. 177,8 см и 86,2 кг.
Глазеть по сторонам Пересу было некогда – собирался дождь; поэтому он не обратил внимания на бело-голубой универсал, остановившийся в 100 футах* от него. Раздался громкий треск и что-то с силой ударило Фреда в правое плечо; потом пришла боль, разлившаяся по всей груди и не дающая вдохнуть. Судя по всему, Перес потерял сознание еще до того, как его тело повалилось на землю – пуля патрона .22LR вошла в его грудную клетку, пробила легкое, разорвала аорту и поразила сердце.
Примечание 14. Около 30 метров.
Буквально несколькими секундами ранее миссис Джоан Стагнаро, проживавшая прямо через дорогу от принадлежавшего Фреду Пересу дома, отдернула занавески на окнах гостиной. Когда с улицы раздался громкий то ли треск, то ли хлопок фейерверка, женщина открыла дверь и вышла на крыльцо; она сразу обратила внимание на припаркованный неподалеку бело-голубой универсал с работающим двигателем. Водитель, обернувшись влево, что-то внимательно рассматривал сквозь открытое окно – и поначалу женщина решила, что это с машиной случилась какая-то проблема. Однако спустя несколько секунд автомобиль тронулся с места и медленно покатил в сторону Лагуна Стрит; прежде, чем универсал скрылся за поворотом, Джоан успела заметить красный стикер компании STP на правой передней двери.
Лишь после этого миссис Стагнаро заметила лежащего Фреда Переса; на крик Джоан из дома выбежали двое ее сыновей – и, выслушав сбивчивое объяснение матери, помчались к телу. Пока они пытались выяснить, чем можно помочь раненому, Джоан уже набирала 911.
Когда машина патрульных Рика ЛеМаркуанда и Денниса Кинга взвизгнула тормозами возле тела Переса, вокруг уже хлопотал помощник шерифа Чак Уивер.
- Я ехал на службу, когда увидел лежащего человека. Решил, что у него инфаркт…
- Диспетчер сообщил, что в него стреляли…- возразил Рик. – Ну-ка, давай взглянем…
Втроем они перевернули тело и сразу же обнаружили входное пулевое отверстие;
В этот момент рядом остановился еще один автомобиль, и оттуда выбралось сразу трое полицейских. Сержант Дэн Файт встал на одно колено рядом с пострадавшим и попытался нащупать пульс у него на шее; посветив в неподвижные зрачки фонариком, он вздохнул:
- Готов… Вызывайте коронера…
Тем временем патрульный Кинг беседовал с миссис Стагнаро – и через 2 минуты на полицейской волне прозвучало описание бело-голубого универсала с красным стикером на двери.
Одним из первых, кто сумел просчитать возможные пути «отступления» убийцы, оказался офицер Джон Аптон; он сразу предположил, что стрелок попытается выехать на скоростную трассу, и потому занял позицию возле эстакады, выводящей с Мишн Стрит на шоссе № 1. Дождь, которого опасался Фред Перес, к этому моменту уже хлестал в полную силу; вглядываясь в заливаемое потоками воды ветровое стекло, Аптон терпеливо ждал – и дождался.
Когда бело-голубой Chevrolet с красной наклейкой на двери миновал патрульный автомобиль и свернул на трассу, офицер схватил микрофон рации:
- Я его засёк! Направляюсь за ним! Нужно прикрытие!
На Гарки Стрит сержант Файт, расслышавший сообщение Аптона, запрыгнул в машину и, подхватив одного из коллег-детективов, направился в сторону шоссе; вскоре отозвались еще два патрульных экипажа, расслышавших передачу и направившихся «на перехват».
Офицер Аптон, преследующий подозреваемого, готов был отреагировать на любое его движение – но того, казалось, абсолютно не волновал «висящий у него на хвосте» патрульный автомобиль. Когда Chevrolet свернул налево, на Ривер Стрит, по рации раздался голос сержанта Берта Уитта; когда сержант сообщил Аптону, что идёт прямо за ним и готов «вступить в дело», Джон облегченно выдохнул и включил сирену вместе с проблесковыми маячками.
После того, как бело-голубой универсал затормозил, усиленный мегафоном голос Аптона раскатился по округе:
- Вы задержаны по подозрению в совершении тяжкого преступления – и в настоящий момент находитесь под прицелом! Положите руки на ветровое стекло и не двигайтесь!
Когда водитель повиновался, Аптон под прикрытием Уитта и еще одного из вовремя подоспевших коллег бросился к водительской двери и распахнул её настежь; ухватив водителя за шиворот, Джон выволок его наружу и уложил наземь, лицом вниз. За все это время задержанный не произнёс ни слова; наскоро его обыскав, офицер надел на него наручники, рывком поднял на ноги и толкнул в сторону своего автомобиля: «На заднее сиденье!».
После того, как подозреваемый был заперт в «собачнике», Аптон вернулся к Chevrolet; когда офицер заглянул внутрь, в глаза ему сразу бросился ствол винтовки калибра .22, наполовину скрытый бумажным пакетом. Аккуратно достав винтовку из салона, патрульный протянул ее подоспевшему сержанту Файту:
- Думаю, вам это пригодится…
Глава 9. «В клетке» (начало) [1][4][5][7][11][17][20].
Все время, пока задержанного везли в управление полиции, фотографировали и дактилоскопировали, он молчал как рыба - не реагируя не то что на попытки вовлечь его в разговор, но даже не отвечая на вопросы вроде: «Не хотите позвонить?» или «Есть ли у вас адвокат?». При оформлении задержанного полицейским пришлось довольствоваться информацией, почерпнутой из его водительских прав:
Имя: Герберт Уильям Маллин.
Возраст: 25 лет
Дата рождения: 4/18/1947
Адрес: 1541, МакЛеллан Роуд, Фелтон, Калифорния.
Герберт Уильям Маллин. Фото сделано 14 февраля 1973 г. сотрудниками Департамента полиции г. Санта-Круз.
После оформления задержанного офицеру Аптону было приказано доставить его в больницу - для медосмотра и теста на алкоголь и наркотики. Там Аптона уже поджидали сержант полиции Финнеган из Департамента полиции Санта-Круз и детектив Робастелли из офиса шерифа; их помощь пришлась весьма кстати…
Когда дежурный терапевт, доктор Рональд Тёрнер, осведомился у задержанного: «Как вы себя чувствуете?», тот впервые открыл рот:
- Я не обязан отвечать на ваши вопросы! Я хочу воспользоваться своим правом хранить молчание!
- Я могу осмотреть его без его согласия? – осведомился Тернер у полицейских.
- Хорошо. Тогда посадите его на стол.
Однако Маллин начал сопротивляться, и сопротивляться яростно - трем полицейским еле удавалось удерживать его. По результатам обследования доктор вынес заключение, что все указывает на то, что задержанный находится «в добром здравии»: температура, пульс и кровяное давление в норме, какие-либо признаки заболеваний и ранений отсутствуют, состояние наркотического или иного опьянения не зафиксировано. Однако проведенное обследование вряд ли можно было считать полным - в связи с тем, что Маллин категорически отказывался говорить, вынести какое-либо заключение о состоянии органов его зрения и слуха (а также о психическом здоровье) не представлялось возможным.
Попытка раздеть задержанного также далась офицерам нелегко; когда с него все же удалось стащить одежду, то первым что бросилось всем в глаза, были татуировки. На животе заглавными буквами было написано: «ЛЕГАЛИЗУЙТЕ КИСЛОТУ!»; чуть ниже шла надпись: «Марихуана с орлиным взглядом» (Eagle Eyes Marijuana). Руки тоже были «расписаны» - «Рождение», два креста, слова «Маха – Самадхи» и «Крийя-Йога».
При попытке осмотреть его половые органы Маллин опять «задал полицейским жару»; разглядев то, что задержанный, судя по всему, пытался скрыть, доктор Тернер аж присвистнул - весь пенис задержанного был покрыт шрамами от ожогов, напоминающих сигаретные.
Однако самым трудным испытанием стала попытка взять у Маллина кровь на анализ; он то начинал выдираться из рук полицейских, то пытался свернуться в клубок. Наконец, Аптон набрал лейтенанта Шерера – он хотел понять, что делать с задержанным. Ответ лейтенанта был краток
- Этот сукин сын обвиняется в убийстве. Дайте ему понять, что отказаться от обследования у него не получится…
Лишь когда Финнеган и Робастелли вывернули Маллину руки, а Аптон зафиксировал ноги, доктору удалось взять у молодого человека кровь из вены. Тем временем, пока трое полицейских пытались «утихомирить» задержанного, у сержанта Дэна Файта хватало своих проблем – необходимо было получить ордер на обыск машины и снять отпечатки с винтовки. В тот момент, когда Файт вплотную занимался этими двумя вопросами, в кабинет заглянул сержант Уитт и протянул коллеге клочок бумаги.
- Это чек из магазина Western Auto - на приобретение пистолета калибра .22. Изъяли у задержанного.
- 16-го декабря…- задумчиво протянул Файт. – За месяц до того, как убили Фрэнсисов и семью Джианера… А тебе не кажется…?
- Да. Но самого ствола пока еще у нас нет.
- Надеюсь, будет. Отдай чек Дику Фёстеру – он сейчас ведёт дело об убийстве на Вестерн Драйв.
Когда детектив Медина услышал о задержании убийцы, вооруженного винтовкой калибра .22, он буквально встрепенулся – имя Герберта Маллина показалось ему смутно знакомым. Терри перерыл свои записи, где перечислялись все возможные подозреваемые по делу об убийстве членов семьи Фрэнсис – но имени Маллина в них не было. К тому же, смущало орудие убийства – винтовка, а не револьвер. Впрочем, сомнения детектива по поводу последнего вскоре развеял его коллега, сержант Фёстер из Департамента полиции, заглянувший к Медине в кабинет:
- Мы думаем, что у него был еще один ствол. При нем нашли чек из филиала магазина Western Auto в Фелтоне – дешевка, Saturday Night Special за 25 баксов. - С продавцами уже побеседовал?
- Нет. Думал, что тебе это тоже может быть интересно.
- Ты чертовски прав.
Лишь по дороге в магазин Терри Медина наконец вспомнил, откуда ему знакомо имя Маллина. Тот был одним из лучших игроков футбольной команды школы Сен Лоренцо Вэлли – и они неоднократно встречались на поле с Мединой, который играл за Санта-Круз. Кажется, у него потом еще несчастье какое-то в жизни случилось…
Продавец магазина Энтони Блэк без колебаний опознал свою подпись на чеке, и покупателя он помнил тоже очень хорошо - без сомнения, это был именно Маллин. Оружием, который продал подозреваемому Блэк, был револьвер германского производства Röhm RG-14 с трехдюймовым стволом; услышав про модель револьвера, детективы переглянулись – это была одна из двух моделей, названных экспертами в качестве орудия убийства Фрэнсисов и четы Джианера.
Револьвер Röhm RG-14 под патрон .22LR.
Окончание следует.
P.S. @Kotovasiliya, вы просили позвать.
P.P.S. @E.Nastirniy, вы были абсолютно правы - именно Saturday Night Special и именно Röhm. Браво.
Источники информации:
1. Donald T. Lunde, Jefferson Morgan «The die song : a journey into the mind of a mass murderer», 1980 https://archive.org/details/diesongjourneyin00lund/
3. Harold Schechter «The Serial Killer Files», 2003
4. Torrey, E. Fuller "The Insanity Offense", 2008
7. John B. King «Lustmord : the writings and artifacts of murderers», 1996
10. Serial Killer Ed Kemper talks about Serial Killer Herbert Mullin which he met in Prison [Interview]
11. Robert K. Ressler, ; Tom Shachtman, « Whoever fights monsters», 1993
Бывший ухажер выследил девушку с новым парнем и из мести зарезал его у нее на глазах в Иркутской области
«Ты должен заполнить пустоту в сердце сам, от других никакого толку». Такой статус стоит на странице в соцсети у 20-летней Анны Меньшовой (имя и фамилия изменены) из Железногорска-Илимского. Адресован он кому то из двух ее поклонников, конфликт которых 13 июня закончился трагедией. От рук своего соперника погиб нынешний парень Анны - 18-летний Даниил Левченко. Бывший возлюбленный девушки жестоко расправился с ним прямо на ее глазах.
Вообще, о серьезных отношениях Даниил Левченко особо не думал. Этой осенью он планировал уйти в армию. Поэтому готовиться начал заранее. Специально пошел учиться на водителя категории С. Все изменилось этой весной, когда он встретил Аню, которая была старше его на два года.
- С Аней Данил встречался меньше месяца, - рассказала сестра Даниила , Карина Левченко. – Но на днях он собирался расстаться с ней, так как узнал, что Аня встречается с другим – с 24-летним Алексеем (имя изменено). Тот якобы был сильно влюблен в нее и не хотел терять. Данил не хотел участвовать в этом любовном треугольнике. Однако, Аня смогла убедить моего брата, что с Алексеем у нее все кончено.
По словам Карины, за несколько дней до трагедии, Анна действительно написала Алексею, , что окончательно уходит от него. Чем вызвала его ярость. Тот вычислил нового ухажера любимой и начал слать ему сообщения с угрозами.
- Он писал Дане, что ему хана, говорил, приедет и убьет его, - продолжает Карина Левченко. – Сначала казалось, это просто слова.
Но 13 июня ревнивец перешел от слов к делу. Все началось с того, что кто-то из общих знакомых увидел Аню и Даниила, гуляющих вместе по улицам небольшого Железногорска. Их сфотографировали и отправили снимок Алексею. Увидев любимую с другим, он сломя голову поехал к дому девушки.
- Алексей каким-то образом залез через форточку в квартиру, которую снимала Аня, - говорит Карина Левченко. – И начал ждать их. Как будто знал, что они придут вместе. И не ошибся. Как только Аня и Даня зашли в коридор, Алексей выскочил и налетел на брата с кулаками.
Между парнями завязалась драка. В какой-то момент Алексей схватил кухонный нож и ударил им Даниила в висок и в грудь. В шоке Даниил выбежал на улицу, но попросить о помощи не успел. Истекающий кровью парень упал во дворе на траву, и подняться больше не смог. Очевидцы вызвали скорую. Приехавшие медики спасти его уже не успели. Как видно на фотографиях тела, на лице и теле Даниила не было живого места.
Что касается Алексея, то он сбежал с места убийства, но через несколько часов был задержан. На допросе мужчина уже дал признательные показания.
- Против него возбуждено уголовное дело по статье «Убийство», - сообщили в пресс-службе СУ СК России по Иркутской области. – Мужчина заключен под стражу.
Любовного треугольника больше нет. Свою любимую задержанный Алексей, может не увидеть ближайшие лет 15. Такой срок грозит за убийство. На его странице останется лишь фото в обнимку с Анной. А еще перед расправой он написал статус: «Аня» и поставил вокруг имени сердечки со смайликами. На странице погибшего Даниила навсегда останется запись: «Все идет по плану». В последний путь парня проводят 18 июня.
Жалко пацана , ни за хер погиб. Земля ему пухом.
«Да придёт «Спаситель». Серия убийств в округе Санта-Круз, штат Калифорния, 13.10.1972–13.02.1973 гг. Часть III. «Мертвы к моменту прибытия»
Глава 4. «Дилеры» (окончание) [1][2][4][5][7][11][12][13][17][18][20][25].
Оставив свой бело-голубой универсал у подножия холма, Пророк пешком направился к хижине – еще во время его первого «визита» к Фрэнсисам старенький Chevy чуть не увяз в непролазной грязи при попытке подняться на нем вверх по склону.
Когда молодой человек подошёл к дому, там уже никто не спал. Дети Кэти, 4-летний Дэймон и 9-летний Дэйвид, играли в китайские шашки, сидя на «нижнем этаже» двухярусной кровати – накануне старший сын схватил простуду, и мать решила не отправлять его сегодня в школу. Сама миссис Фрэнсис расположилась в кресле на кухне, доедая завтрак и стараясь не выпускать сыновей из виду – за мальчишками «нужен был глаз да глаз».
Держа в правой руке револьвер, левой Пророк без малейших колебаний повернул дверную ручку и толкнул дверь: «Они смирились со своей судьбой и добровольно согласились уйти – и она, и её дети!». Дверь ударилась об ограничитель и «спружинила» обратно - и чтобы войти, Пророку пришлось еще раз отбросить ее со своего пути. На него в удивлении уставились три пары глаз – и при виде оружия удивленно-негодующее выражение во взгляде миссис Фрэнсис мгновенно сменилось испуганным.
- Я хотел бы сказать вам еще пару слов…- начал Пророк.
- Дда… - прошептала Кэти. («Боже мой, у него револьвер. »).
Но больше никаких слов не прозвучало – вместо них раздались выстрелы. Тот, чей голос в своей голове Пророк так ненавидел, тем не менее, учил его хорошо – ни одна из выпущенных в быстром темпе пуль не прошла мимо цели. Две из них достались Кэти – первая попала в левую сторону груди, вторая - пробила голову, разрушив мозг; женщина рухнула замертво, все еще сжимая в руках коробку с остатками сушеного инжира. Сыновья пережили свою мать всего на несколько мгновений: третья пуля вошла Дэймону точно в левый глаз, четвертая – угодила его старшему брату в висок; тела детей повалились на смятую постель.
Пророк убрал револьвер за пояс и достал нож; несмотря на то, что жертвы, несомненно, были мертвы, убийца ткнул каждое из тел ножом: Кэти – в грудь, а ее мальчишек – в спину.
Кэти Фрэнсис и ее сыновья, Дэйвид и Дэймон.
На то, чтобы лишить Боба Фрэнсиса всей семьи, у убийцы ушло меньше минуты – и через несколько секунд входная дверь захлопнулась за его спиной.
К вечеру 25 января сделка, которую Роберт Фрэнсис планировал провернуть еще во вторник, все никак не клеилась; покупатель никак не мог собрать достаточно денег, чтобы выкупить семь фунтов заказанной им же «травки» - и упросил подождать до полуночи пятницы. Это означало, что Бобу придется провести еще одну ночь в Беркли;
прекрасно зная характер своей жены, он был уверен, что Кэти непременно заподозрит самое скверное – «мужа загребла полиция!». Поэтому вечером того же дня, около 21:30, в доме Нэнси Кроули и Стива Хаутса, расположенном по соседству с «развалюхой» Фрэнсисов, раздался телефонный звонок.
- Привет! Может кто-нибудь сходить к Кэти и предупредить её, что я буду поздно – а может, и вообще не успею сегодня вернуться?
- Да, конечно, - ответила Нэнси, успев при этом подумать, что обладание единственным в в окрестностях Мистери Спот Роуд* телефоном все больше превращается из преимущества в неудобство: после прокладки линии соседи начали использовать дом Нэнси и Стива в качестве бесплатного «центра передачи сообщений».
Примечание 10. Желая избежать путаницы и упреков в неточности, должен заметить, что хотя адрес, по которому проживали Боб, Кэти и дети, относился к Бранчифорте-Драйв (см. часть II), но фактически жилища Фрэнсисов и их соседей располагались вдоль Мистери Спот Роуд.
- Я схожу…- раздался голос Стива; в конце концов, Боб с женой были не самыми плохими соседями, и Кэти неоднократно сидела с дочерью Нэнси, когда той необходимо было отъехать.
Когда Volkswagen Хаутса остановился возле хижины Фрэнсисов, Стив отметил про себя, что в окнах нет ни единого отблеска от лампы или свечи; на его стук в дверь тоже никакой реакции не последовало. «Кэти, это я, Стив Хаутс!» - крикнул он, и, так и не дождавшись ответа, нерешительно толкнул дверь. Свет фар припаркованного снаружи минивэна проникал сквозь окна кухни, и его было вполне достаточно, чтобы Хаутс сразу же разглядел тело Кэти, распростертое на полу. «Да она обдолбалась, что ли?» - успел подумать Стив; но стоило ему наклониться и потрясти женщину за плечо, как он тут же отдернул руку: тело Кэти было холодным, как лёд, а на шее запеклась кровь.
Хаутс почувствовал, как волосы у него на загривке встают дыбом; следующей его мыслью было: «Дети. ».
- Дэйвид!! Дэймон. – заорал Стив и бросился в маленькую спальню – но лишь для того, что пулей вылететь оттуда несколько секунд спустя.
В окнах ближайшего трейлера, принадлежавшего Третчеру Кларку, теплился огонёк, и Хаутс, толком не понимая, что он делает, помчался туда, поскальзываясь в грязи и вопя во всю глотку. На его крики выглянул заспанный хозяин:
- Что стряслось, чувак.
- Этот дом… там все мертвы.
- О нет… То-то сегодня всё как-то странно – никто и носу оттуда не показывал…
- Я погнал вызывать полицию! – крикнул слегка пришедший в себя Стив и рванул от трейлера к своему микроавтобусу.
Это было так удивительно, что Хаутс притормозил и обернулся:
- Погодить? Да ты спятил, что ли.
- Нуу, это… А чё вообще происходит?
- А собираюсь вызвать копов – вот что происходит!
«Да что он, глаза никак не продерёт, что ли. » - с раздражением подумал Стив, заводя Volkswagen; когда он влетел к себе домой с криком «Кэти и дети мертвы!» и схватился за телефон, Нэнси Кроули пробормотала:
- О Боже… Похоже, в последнее время она так страдала от депрессии… Неужели она убила детей и покончила с собой.
Когда в 22:20 машина детектива офиса шерифа Майка Алаффи остановилась в грязи на обочине Мистери Спот Роуд, свет фар выхватил в сгущающемся тумане хорошо знакомую Майку фигуру начальника патрульной службы, лейтенанта Эла Стивенса. Эти двое понимали друг друга с полуслова, и вопросы детектива (как и ответы лейтенанта) были предельно лаконичны:
- Трое DOA*. Женщина и двое детей.
- Диспетчер сказал – код 187**.
- Так подумал парень, который нас вызвал. Но я уже был внутри – и оружия у неё не заметил.
- Зовут Стив Хаутс. Живет рядом, вон там. Ждал нас, когда мы прибыли 5 минут назад.
- Когда подтвердилось, что выживших нет, я разогнал отсюда всех - с наказом сидеть по домам и ждать, пока их опросят.
*Примечание 11. DOA – Dead On Arrival – мертв к моменту прибытия наряда на место.
** Примечание 12. Код 187 – убийство с последующим самоубийством.
Алаффи огляделся, но из-за сгустившейся темноты и проклятого тумана рассмотреть что-то вне освещенного фарами полицейских машин пространства было нереально.
- Народу поблизости обитает много?
- Трудно сказать. Похоже, в этих сараях живут просто толпы хиппи.
- Всех, - был спокойный ответ.
- Уже едут. Как и Питтингер. И капитан с заместителем шерифа. Думаю, нам понадобится каждый.
Когда сотрудники уголовного розыска детектив Терри Медина и сержант Бред Арбсленд (в компании дюжины других патрульных и детективов) прибыли на место преступления, их начальник, лейтенант Питтингер, уже был там. Электричества в хижине не было, и лейтенант связался с пожарной охраной и распорядился доставить пару генераторов и прожекторы. Тем временем детективы приступили к опросу свидетелей – Медине достались Стив Хаутс и Нэнси Кроули, а Арбсленду и Алаффи - Третчер Кларк.
Надо сказать, что результаты особо не впечатляли – никто даже представить не мог, кому вдруг понадобилось убивать Кэти и детей. По словам соседей, Фрэнсисы переехали на Мистери Спот Роуд в прошлом году и поначалу делили хижину с другой семейной парой - Джимом и Джоан Джианера. Боб был отцом только младшего из мальчиков – Дэймона; отцом Дэйвида был предыдущий бойфренд Кэти, музыкант Роберт Хьюз, проживающий сейчас в Олбани. Боб перебивался случайными заработками и «толкал травку», и на этой почве супруги временами ссорилась – женщину не устраивали безденежье, постоянные отлучки мужа и страх перед полицией. Впрочем, ссоры эти надолго не затягивались и в рукоприкладство не переходили, а в последнее время Кэти вообще несколько воспряла духом – летом Боб собирался вместе с семьей перебраться на Гавайи, где его специальность (постройка маломерных судов) оказалась бы востребована.
Генераторы и прожекторы были доставлены к 00:30 26 января, и детективу Джиму Паммиллу, сопровождаемому криминалистом Беном Сэйблом, удалось приступить к осмотру места преступления. Тела с места преступления убрали два часа спустя; по предварительному заключению присутствующего эксперта, все три жертвы погибли от пулевых ранений в голову и ножевых ударов; с момента наступления смерти прошло не менее 12 часов.
К рассвету новость о тройном убийстве успела распространиться по округу, и, хотя в утренний выпуск газет она попасть не успела, на многих радиостанциях ее уже обсуждали вовсю. Пока ведущие изощрялись в построении версий, детективы Медина, Алаффи, Арбсленд, Паммилл и примкнувший к ним Дон Смайт собрались у одной из машин на обочине дороги. Итоги этого «импровизированного совещания» подвёл Медина:
- Похоже, пока что у нас ничего нет… Судя по всему, у Фрэнсисов не было врагов – по крайней мере, с соседями они отлично уживались. Парни, похоже придется начинать работать всерьёз – и облазить всю округу.
Разделившиеся детективы «прочесали» все соседние дома – но результатов было, что называется, «кот наплакал». Орудия преступления обнаружены не были – но понятно было, что никаким «кодом 187» здесь и не пахнет. Версию об ограблении тоже пришлось отбросить – брать в доме было нечего.
Поначалу детективов насторожило поведение свидетеля Кларка в тот момент, когда к нему прибежал Хаутс, но тут «ларчик открывался просто» - как оказалось, в этот момент Третчер не спал, а «приятно проводил время» в компании одной из соседок и весьма не хотел афишировать этот факт. Осмотр трейлера Кларка, на который хозяин дал согласие, тоже ничего не дал.
Постепенно детективы сосредоточились на двух подозреваемых. Первым из них был неизвестный на Chevrolet 58-го года, заглянувший к дом Фрэнсисов около 9 утра; прилично одетого молодого человека, на вид лет 20-30, невысокого роста и худощавого телосложения видели и Хаутс и Кларк. Однако оба свидетеля утверждали, что после разговора, продлившегося менее 5 минут, молодой человек уехал - и это здорово ослабило внимание полицейских к его личности.
Вторым стал муж Кэти Роберт Клейтон Фрэнсис - и вот к нему детективы решили присмотреться попристальнее; по их мнению, пауза между предполагаемым временем наступления смерти и звонком в дом Нэнси и Стива вполне давала Бобу возможность убить семью и вернуться в Беркли, чтобы попытаться устроить себе алиби. В розыск, как подозреваемого в убийстве, его не объявили - но разослали по департаментам полиции и офисам шерифов сообщение, что офис шерифа округа Санта-Круз «желает задать Роберту Клейтону Фрэнсису несколько вопросов». Кроме того, в тексте содержалось предупреждение, что при встрече с разыскиваемым следует «быть осторожным».
Когда Паммилл и Смайт закончили свою часть работы и вернулись к хижине, остальные (Алаффи, Арбсленд и Медина) уже были там; к этому моменту на место преступления уже успели подтянуться репортеры, немедленно принявшиеся забрасывать детективов вопросами. Медина как раз отделывался от них дежурным «за заявлениями обращайтесь в офис», когда один из офицеров, до этого разговаривавший по рации, отозвал его в сторону. К коллегам Терри вернулся помрачневшим:
- Лейтенант отзывает Паммилла и Смайта в офис…
- Он не уверен, но… Городская полиция Санта-Круз расследует двойное убийство.
- Они считают, что…
- Да. Очень похоже, что так.
Глава 6. Связь [1][2][18][24[25].
Когда в четверг, 25 января, Джоан Джианера так и не забрала дочь Монику у своей матери, та изрядно встревожилась. Трубку телефона никто не поднимал, и первое, что сделала Элеанор Фостер утром следующего дня – это завела машину и направилась к дому зятя и дочери.
То что, она обнаружила на втором этаже, едва не свело её с ума; при виде тела дочери Элеанор словно остолбенела и даже не сразу поняла, что пронзительный, ввинчивающийся в уши крик – её собственный. Она закрыла глаза руками и вслепую побрела вниз по лестнице; матери Джоан казалось, что она видит невозможный, жуткий сон – и стоит ей открыть глаза, как кошмар исчезнет. Спустившись на кухню, Элеанор все же убрала руки от лица - но сразу же наткнулась взглядом на лужу возле холодильника; молоко из разбившейся бутылки смешалось с кровью Джима и давно свернулось. Значит, это не сон…
Женщина была потрясена настолько, что даже не догадалась сообщить об обнаруженном в полицию; вместо этого она позвонила своему мужу – и когда тот примчался, Элеанор наотрез отказалась подниматься с ним наверх. Когда Герберт Фостер спустился со второго этажа, он был потрясён не меньше супруги - и в глазах у него стояли слёзы.
- Надо позвонить родителям Джима… - выдавил он из себя.
Автомобиль миссис Джорджии Джианера влетел во двор дома на Вестерн Драйв, 520 в 10:00; когда первый всплеск её горя унялся, миссис Джианера подобрала с пола цветастое полотенце и укрыла им обнаженное тело своей невестки. Первыми словами Джорджии, обращенными к Фостерам, были:
Герберт Фостер, словно очнувшись, посмотрел на неё:
- О… мы не… да, им же нужно сообщить…
Лейтенант Чак Шерер из Департамента полиции города Санта-Круз выглядел настолько стереотипно для детектива, что со стороны его можно было принять за актёра, играющего роль «крутого копа» - крепкий, коротко подстриженный мужчина средних лет, с невозмутимым лицом и неизменной сигарой в углу рта. Тем не менее, он был вполне всамделишным полицейским – и при этом действительно крутым, умным и надежным, как молоток, детективом с огромным опытом работы на улицах.
Быстрым шагом он пересек двор дома семейства Джианера и распахнул входную дверь, с порога окинув взглядом помещение. Герберт Фостер сидел на полу гостиной, спрятав лицо в ладони. Один из полицейских, ползавший на коленях по ковру, распрямился и показал лейтенанту стреляную гильзу от патрона .22LR и обтянутую кожей пуговицу; второй ковырял перочинным ножом пулевое отверстие в косяке, и как раз в этот момент его усилия увенчались успехом – на ладони оказалась пуля того же калибра.
- Что-нибудь еще трогали? – осведомился Шерер.
- Нет, только вот это подобрали,- кивнул полицейский на гильзу и пуговицу. – Похоже, тот, кто это сделал, собрал всё остальное.
- Может быть… Свидетелей уже опросили?
- Почти всех успели…
- Организуйте здесь освещение – надо сделать снимки, прежде чем увезут тела.
- Мы пытались – но провода в щитке отключены. Скорее всего, за долги.
- Ну так найдите телефон энергоснабжающей компании и позвоните им! Мне здесь нужен свет!
Дальнейший осмотр дома принес детективам некоторый улов в виде найденной марихуаны, причем во всех её «агрегатных состояниях» - тут были и гашиш, и забитые «косячки», и даже семена. К тому моменту, когда лейтенант разобрался с прочими делами и добрался, наконец, до Герберта Фостера, тот уже успел слегка прийти в себя; отец Джоан не стал отрицать, что его дочь вместе с мужем «баловались травкой» - но употребление ими «более серьезных наркотиков» (вроде героина) отрицал; что же касается торговли марихуаной, то на этот вопрос Герберт не мог уверенно ответить ни «да», ни «нет». Отношения в семье он охарактеризовал, как «нормальные» – периодически супруги ссорились, но «в основном, у них все было о’кей».
Когда лейтенант Шерер вслед за сотрудниками офиса коронера, выносящими тела, вышел во двор, то обнаружил, что его уже поджидают два детектива из офиса шерифа.
- Я так понимаю, что у вас двойное убийство? – начал один из них, Сэм Робастелли.
- А я так понимаю, что у вас, парни, тоже есть что мне рассказать…
- Женщина и двое ее детей застрелены в поселении хиппи на Мистери Спот Роуд.
- Думаете, эти убийства связаны?
- Пока не можем с уверенностью сказать… Ищем мужа убитой…
В ходе дальнейшей беседы выяснилось, что Джим Джианера (как и двое его братьев, Микки и Джордж) хорошо известен офису шерифа, как торговец марихуаной. Шерер обратился к коллегам с просьбой разыскать братьев Джианеры для допроса, и, пока Робастелли связывался с диспетчером, лейтенант решил взглянуть на гараж. В этот момент во двор въехал пикап, за рулем которого сидел не кто иной, как свидетель по делу об убийстве семьи Фрэнсис Третчер Кларк - вместе с той самой соседкой.
Естественно, детективы немедленно заинтересовались его визитом; в ходе повторного допроса Кларк без особого энтузиазма поведал Шереру (а так же его коллегам из офиса шерифа детективам Паммиллу и Смайту) о совместном бизнесе Боба Фрэнсиса и Джима Джианеры.
Его слова (а также результаты допроса братьев Джианеры) подтолкнули детективов к мысли, что убийства связаны с наркоторговлей; по словам брата Джима, Джорджа Джианеры, в них могли заподозрить «стукачей» - совсем недавно у Джима и Боба сорвались две сделки, а вскоре после этого их «контрагентов» повязали.
Детективы прямо таки горели желанием пообщаться с Робертом Фрэнсисом, и тот вскоре предоставил им такую возможность. Около 22:00 26 января его старый пикап подъехал к подножию холма, где начиналась Мистери Спот Роуд; там его уже поджидал пост из помощников шерифа, приказавших Бобу выйти из машины и надевших на него наручники.
Фрэнсис своему задержанию не удивился, но был абсолютно спокоен; он полагал, что полицейские ищут «травку» - но к тому моменту он её уже сбыл, и все тайники в машине были пусты. Напрягали Боба лишь отсутствие проблесков света в его доме и уклончивые ответы помощников шерифа на вопросы о том, всё ли в порядке с его семьей.
Услышанного в допросной от детективов Робастелли и Сандерсона он явно не ожидал - эта новость ошеломила Боба. Он разрыдался, а затем впал в прострацию - не реагируя на вопросы детективов о том, где он провёл последние несколько дней. Было решено не трогать его до утра – кроме того, это давало возможность оповестить Департамент полиции Санта-Круз, чтобы кто-то из людей Шерера мог присутствовать при допросе.
К утру новость о двух связанных между собой убийствах, унесших жизни пяти человек, уже красовалась на первых страницах большинства калифорнийских газет - сумев потеснить даже известие о заключении Парижского мирного соглашения между США, Северным и Южным Вьетнамом. Репортеры немедленно припомнили полиции пропажу молодых девушек, «расчлененку» и убийство священника; по всему выходило, что в округе Санта-Круз одновременно действуют минимум два маньяка-убийцы – уж больно разными были их методы. Население еще не успело толком оклематься от деяний Джона Линли Фрейзера, а тут - «нате вам», аж пара подобных типов; продажи оружия, «патентованных дверных замков» и охранных сигнализаций не поползли, а просто подпрыгнули вверх.
«Объединенная команда» из детективов ДП и офиса шерифа очень рассчитывала на допрос Роберта Фрэнсиса - как на «ниточку», ведущую к раскрытию этого дела; но, увы, здесь следователи просчитались. Когда лейтенант Питтингер, откашлявшись, завёл: «Вы имеете право хранить молчание. », Боб его перебил:
- Перестань, приятель… Я знаю свои права. Но я к этому непричастен. И вот что я вам скажу. Я расскажу все, как на духу - просто потому, что это поможет поймать того, кто убил мою Кэти, моих мальчишек и моих лучших друзей. И плевать, во сколько лет тюрьмы обойдется мне моя откровенность. Спрашивайте…
- На проверку на «детекторе лжи» согласны?
- Конечно. Всё, что потребуется…
И Боб действительно без утайки рассказал всё об их совместном с Джимом «бизнесе» – кто, когда, где, сколько и почём. Одна беда – он не имел ни малейшего понятия о том, кому понадобилось убивать его близких. По его словам, они с Джимом никого не «кидали», не «подставляли» и не «стучали» в полицию; они никому не были должны (исключая, конечно, поставщиков коммунальных услуг), и целью ограбления тоже стать не могли – ну откуда деньги у того, кто не в состоянии заплатить за электричество… Помимо прочего, «компаньоны» могли похвастаться лишь парой «по-настоящему опасных знакомых» - но один из них находился в этот момент времени слишком далеко, а второй был слишком занят «культивированием» собственной плантации.
Чем больше рассказывал Боб, тем больше детективы убеждались в том, что он говорит правду. В итоге было решено, что Роберту Фрэнсису все же придется задержаться в окружной тюрьме еще на некоторое время: необходимо было проверить его слова (в том числе и на полиграфе); да и самому задержанному, как считала полиция, могла угрожать опасность – в случае, если кто-то все же «имел на него зуб». Сам Боб тоже против этого возражать не стал:
- Мне все равно. Сейчас я вообще не хочу никого видеть…
Последние сомнения в том, что убийства на Мистери Спот Роуд и Вестерн Драйв связаны между собой, исчезли после поступления заключения из Редвуд Сити, где находилась криминалистическая лаборатория. Экспертиза показала следующее:
1) извлеченные из тел жертв пули выпущены из одного и того же ствола;
2) судя по всему, в качестве орудия убийства использовалась одна из двух моделей револьверов – причем обе были немецкого производства.
Опасаясь дальнейшего раздувания слухов о «сумасшедших убийцах» и «дьявольской секте», правоохранители решили обнародовать часть известных им фактов. По словам лейтенанта Питтингера: «Следствие продолжает «копать» - но подозреваемых в настоящий момент нет». На заданный ему напрямую вопрос о Роберте Фрэнсисе лейтенант ответил так: «Он просто потрясен произошедшим. Сейчас его основная забота – принять случившееся, и понять, как жить дальше. В настоящий момент Роберт Фрэнсис находится под защитой полиции, но где именно – я вам сказать не могу…». Кроме того, офис шерифа округа Санта-Круз выпустил официальный пресс-релиз, где было сказано, что «в деле замешаны наркотики» - впрочем, не указывая на них напрямую, как на мотив преступления.
Шерифу и Питтингеру вторил начальник уголовного розыска департамента полиции Санта-Круз, капитан Овертон: «Пока мы не уверены в том, что послужило мотивом для совершения этих преступлений – но у нас есть несколько версий». Кроме того, в связи с возникшим в округе ажиотажным спросом на оружие Овертон вспомнил убийства, совершенные Фрейзером, и заявил следующее: «Опять оружие раскупают люди, которым оно не нужно. Мне очень больно видеть подобное снова. Наш департамент призывает всех к сотрудничеству. Это наша работа – защищать людей, и если кому-то кажется, что его жизни что-то угрожает – пусть позвонит нам, без малейших колебаний».
Закончил своё выступление капитан словами: «Так - и только так - нужно действовать. Успокойтесь, это не тот случай, когда какой-то сумасшедший носится по округе и стреляет в людей».
Ну что тут скажешь… Errare humanum est - и даже лучшие в своем деле специалисты не застрахованы от ошибок…
Продолжение следует.
Источники информации:
1. Donald T. Lunde, Jefferson Morgan «The die song : a journey into the mind of a mass murderer», 1980 https://archive.org/details/diesongjourneyin00lund/
3. Harold Schechter «The Serial Killer Files», 2003
4. Torrey, E. Fuller "The Insanity Offense", 2008
7. John B. King «Lustmord : the writings and artifacts of murderers», 1996
10. Serial Killer Ed Kemper talks about Serial Killer Herbert Mullin which he met in Prison [Interview]
11. Robert K. Ressler, ; Tom Shachtman, « Whoever fights monsters», 1993
Так кто?
Освобожденный в обмен на Ярошенко американец подал жалобу в ООН на Россию
Освобожденный из российской тюрьмы в обмен на российского летчика Константина Ярошенко американский студент Тревор Рид подал жалобу на российское правительство в ООН, сообщил представитель Рида Джонатан Фрэнкс.
Согласно информации, опубликованной Фрэнксом в Twitter, прошение подано в рабочую группу ООН по незаконным арестам и требует расследование "незаконного" обращения с Ридом в России.
Поданное заявление требует признания ООН незаконности задержания Рида в России и нарушении его прав.
"Петиция также требует взыскания с России компенсации за нарушение прав Рида", - говорится в сообщении.
В заявлении, в котором перечисляются нарушения, которым, по оценке Рида, он подвергся в России, говорится, что "все это было попыткой оказать давление на США для освобождения надлежащим образом арестованных и осужденных граждан России".
Головинский суд летом 2020 года приговорил к девяти годам колонии студента из Техаса Рида, признав его виновным в применении насилия к полицейским. В конце апреля в Турции состоялся обмен ранее осужденного в РФ гражданина США Тревора Рида на российского летчика Константина Ярошенко. Ранее в июне адвокаты Рида сообщили РИА Новости, что он продолжит оспаривать приговор. О планах привлечения к ответственности властей Либерии и Соединенных Штатов в свою очередь заявлял и Ярошенко. https://turbo.ria.ru/20220613/oon-1795094644.html
А что у них?
Когда следователи хотят побыстрее отчитаться о раскрытии преступления, возникает соблазн подогнать доказательства под наиболее вероятную, по их мнению, версию случившегося. Зачастую это делается с помощью угроз и насилия в отношении свидетелей и подозреваемых. В этом плане история про "лучшего следователя" Жавнеровича (я писал про него здесь: Лучший следователь?) для мира не уникальна. На западе люди тоже страдают от преступных действий отдельных представителей правоохранительных органов.
В 1969 году в Канаде было обнаружено тело 20-летней студентки медучилища. Оно находилось неподалеку от дома, где у своего приятеля остановились трое молодых канадцев, путешествовавших по стране. Было установлено, что девушку изнасиловали и убили. Преступление вызвало большой резонанс. Под давлением общества и стремясь как можно быстрее предъявить местным жителям виновного, полиция не стала заморачиваться и сосредоточилась на допросах подозрительной четвёрки молодых людей.
Полицейские стали угрожать парням судебным преследованием за отказ сотрудничать и использовали "иные методы принуждения". В результате давления хозяин дома признался, что видел как один из парней, 16-летний Дэвид Милгаард, вернулся домой в ночь убийства в окровавленной одежде. Двое других приятелей, первоначально утверждавшие, что всё время были с Дэвидом и считавшие его невиновным, после полицейских угроз изменили свои показания.
В итоге Дэвиду Милгаарду предъявили обвинения в убийстве. Позже суд приговорил его к пожизненному заключению. Парень виновным себя не признал. В дальнейшем Дэвид писал, что в местах лишения свободы его изнасиловали и он пытался совершить суицид.
В рамках нового судебного разбирательства в 1991 году он был освобождён, проведя в заключении 22 года. Наконец, в 1997 году развитие технологий позволило разобраться в этом деле. Лаборатория ДНК в Великобритании опубликовала доклад, подтвердивший, что образцы спермы на одежде жертвы не совпадают с образцами Дэвида.
25 июля 1997 года в Калгари был арестован Ларри Фишер, человек который на самом деле убил студентку. В 2000 году он был приговорён к пожизненному заключению.
Правительство канадской провинции извинилось перед бывшим узником за неправомерное осуждение и выплатило ему компенсацию в размере 10 миллионов долларов. После освобождения Дэвид Милгаард стал социальным работником, много выступал и читал лекции о правах человека. Умер он совсем недавно, 15 мая 2022 года.
Информации о судьбе полицейских, необоснованно обвинивших Милгаарда, я не нашёл.
Телеграм канал «Анонимный прокурор»
Очередной полицейский беспредел
В Санкт-Петербурге полицейский напал на пару, которую остановил для досмотра, сообщается в Telegram-канале «Осторожно, новости».
Молодой человек и девушка гуляли по Английскому проспекту, когда их остановили для проверки. Сотрудник правоохранительных органов попросил юношу показать содержимое его сумки, при этом полицейский не представился, не показал удостоверение и не пригласил понятых. Все происходящее девушка снимала на мобильный телефон.
Между молодыми людьми и полицейским разгорелся конфликт, в ходе которого сотрудник правоохранительных органов выбил гаджет из рук девушки и начал угрожать юноше, однако быстро ушел, когда пара позвала на помощь.
Потерпевшие написали заявление в полицию, также они намерены обратиться в прокуратуру.
Продолжение поста «Посадили на 8 лет "строгача" за защиту семьи и собственного дома»
Прошлым летом я публиковала пост про Владимира Крюкова, которого посадили на 8 лет строгача за самооборону. Так вот, эта история получила продолжение! На днях Верховный суд освободил мужчину из тюрьмы, а дело пересмотрит Областной суд. Скорее всего, он будет оправдан.
Один удар - два трупа
Вспомнилось одно грустное дело. Вечер, торжество, если память мне не изменяет, был день рождения у мужчины, лет 70-75. Там же была его жена, сын, дочь ну и другие гости. Праздновали все дружно и хорошо, но в какой-то момент между сыном и отцом, которые вышли покурить на улицу, произошла ссора, причину которой уже и не помню, но в ходе ссоры отец ударил своего сына рукой по лицу. Сын долго не думал, тут же ударил в ответ своего отца, но то ли сил не рассчитал, то ли пьяное состояние отца не оценил, а может все вместе, но только отец благополучно запнулся об свои ноги и упал, ударившись затылком об асфальт. Асфальт оказался крепче, скончался отец до приезда скорой.Сын был допрошен, во всем признавался, и после допроса благополучно отпущен домой под подписку. На следующий день, сестра, которая прибыла на допрос, рассказала, что этой же ночью маме стало плохо, уехала в больничку на стационар. Потом от нее же стало известно, что через пару дней, после того как попала в больницу, умерла и мама. Сыну вменили ч. 1 ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности), в суде вроде с сестрой примирился. Примирился ли он по итогу сам с собой, а кто его знает. Как-то так и закончилось все.
«Да придёт «Спаситель»…». Серия убийств в округе Санта-Круз, штат Калифорния, 13 октября 1972 – 13 февраля 1973 г. Часть II. «Сон разума»
Землетрясениядля жителей калифорнийского побережья всегда были «реальностью, данной нам в ощущениях»; они давно свыклись с ними – так же, как жители Среднего Запада США свыклись с торнадо.
Округ Санта-Круз не был в этом плане исключением – святые отцы Миссии Святого Креста (от которой город и округ получили свое название) еще осенью далекого 1800 г. подробно описали серию подземных толчков, сотрясавших округу целых 20 дней. Землетрясения 1838-го и 1865-го года тоже оставили свой след в калифорнийской истории – но всё описанное не шло ни в какое сравнение с катаклизмом 18 апреля 1906 г., когда город Сан-Франциско оказался практически стерт с лица земли.
Результаты землетрясения 1906 г. в Сан-Франциско.
Разлом Сан-Андреас к тому моменту был уже 10 лет как открыт, но до окончательного понимания механизма возникновения подобных стихийных бедствий (и уж тем более - до их предсказания), было еще очень далеко; даже теория «дрейфа тектонических плит» окончательно «устоялась» в качестве общепринятой лишь к 60-м годам XX века – и прошло еще 10 лет, прежде чем сейсмологи начали предпринимать первые робкие попытки предсказывать грядущие катастрофы.
Исходя из собранных к тому моменту данных, многие исследователи считали наиболее вероятным эпицентром следующего катаклизма именно округ Санта-Круз (что неудивительно, если учесть, что северный сегмент Разлома проходит всего в 15 милях от «столицы» округа) - но на просьбы назвать его точное время лишь разводили руками: «темна вода во облацех…».
Однако, помимо настоящих ученых, хватало и всякого рода шарлатанов, «непризнанных гениев» и прочих «светил альтернативной науки»; вот они как раз на прогнозы не скупились - однако переплюнуть всех сумел некий Рюйбен Гринспен, проживавший отшельником в одном из отдаленных уголков Долины Смертив компании стада мулов.
По утверждению самого Гринспена, который в свои 67 лет выглядел и вел себя, словно «ветхозаветный пророк, по ошибке напяливший тряпье начала XX века»*, он «успешно предсказывал землетрясения на протяжении целых 40 лет» с помощью некоей выведенной им «универсальной формулы» - и по его расчетам следующая серия подземных толчков невиданной ранее силы должна была произойти в округе Санта-Круз ровно в 09:00 4 января 1973 г.
*Примечание 4. Такой характеристикой наградил Рюйбена Гринспена один из репортеров, бравших у него интервью.
Тем из журналистов, кто был готов пойти на все ради увеличения тиражей, показалось, что сам Гринспен выглядит достаточно экстраординарно (а излагаемая им «теория» - вполне «наукообразно») для того, чтобы привлечь внимание читателей - и вскоре «откровения отшельника из Долины Смерти» замелькали на страницах газет. Но в случае с Гринспеном репортеры просчитались - большинство калифорнийцев его предсказания просто проигнорировало; тем не менее, нашёлся человек, который изучил слова «гениального математика-самоучки» очень внимательно.
Когда днем 2 ноября 1972 г. «голос» в голове Пророка велел ему сесть за руль и отправиться за 15 миль, чтобы помолиться за души «принесенных в жертву агнцев», он повиновался. То, что к этому моменту убийца Уайти и Мэри Гилфойл был уже прилично пьян, не волновало ни Голос, ни его самого; с самого детства Пророк усвоил, что сомневаться в словах того, кому этот Голос принадлежит (или, упаси боже, противиться его приказам), нельзя - это всегда приводило к неприятным последствиям.
Когда бело-голубой Chevrolet припарковался неподалеку от католической церкви Непорочного Зачатия Девы Марии в Лос-Гатос, вышедший из машины молодой человек недоуменно огляделся: он полагал, что в День поминовения усопшихв храме и возле него будет наблюдаться приличное оживление - но он ошибся; тротуары жилого квартала были почти безлюдны, а у входа в церковь вообще не было ни души.
Это было… необычно, и, поднимаясь по ступеням, ведущим ко входу в храм, Пророк успел подумать, что, возможно, Голос что-то недоговаривал, посылая его сюда. Стоило молодому человеку миновать массивные двустворчатые двери и омочить пальцы правой руки в чаше со святой водой, как Голос немедленно подтвердил его подозрения – да, он здесь именно для того, чтобы принести следующую жертву.
Пророк недоуменно огляделся. Церковь выглядела абсолютно пустой; лишь сделав несколько шагов по центральному проходу в направлении алтаря, он разглядел крошечный огонёк над одной из исповедален. Огонек означал, что внутри находится священник, ожидающий покаяния прихожан - и Пророк немедленно направился сквозь ряд сидений к боковому проходу.
Остановившись перед дверцей исповедальни и держа руку на рукояти охотничьего ножа, висящего в ножнах у него на левом бедре, он мысленно воззвал к находившемуся внутри священнику:- Благословите меня, отче, ибо я согрешил… Я убил несколько человек – потому что мне так приказал мой отец…
Такой же мысленный ответ пришёл незамедлительно:- Сын мой, читал ли ты Библию?- Да, святой отец.- Помнишь ли ты заповеди? Где сказано: «Почитай отца твоего и мать твою»?- Да.- Тогда ты должен понимать, как важно послушание сына отцу.- Я понимаю…- И чтобы ты до конца осознал, насколько важна заповедь сия, я готов добровольно стать твоей следующей жертвой…*
Примечание 5. Приведенный выше «обмен мыслями» не является вымыслом автора статьи (вернее, является не его вымыслом). Пророк, чьё настоящее имя я пока что не называю, поведал о содержании этого «телепатического диалога» в ходе одного из допросов - и в дальнейшем неоднократно настаивал на том, что священник сам просил убить его. Как наверняка уже догадались читатели, этот человек был давно и серьёзно психически болен, и для него эта «беседа» была абсолютно реальной - хотя на самом деле существовала лишь в его воспаленном сознании.
Воодушевленный полученным согласием, молодой человек схватился за ручку двери и дернул её на себя – но дверь оказалась заперта изнутри! Пророк был обескуражен («Как же так, ведь только что он пообещал мне!»); дернув за ручку еще несколько раз, он уже повернулся, чтобы уйти - как внутри исповедальни раздался тихий щелчок, и дверца начала распахиваться.
Стоило 64-летнему отцу Томе́, чьё внимание привлекла какая-то непонятная возня у двери, сделать шаг наружу, как он обнаружил перед собой худощавого молодого человека, от которого пахло алкоголем; Пророк, в свою очередь, видел пожилого, но еще крепкого мужчину в сутане, на лице которого застыло удивленное выражение.
Не успел священник открыть рот, как незнакомец ударил его ножом в грудь – с такой силой, что оба ввалились обратно в исповедальню. Пророк наносил удар за ударом в область сердца, чувствуя, как нож погружается в грудь жертвы – но, к его удивлению, хватка рук, которыми священник обхватил убийцу, не ослабевала.
Уроженец Марселя, бывший член французского Сопротивления Анри Томе не собирался сдаваться без боя - несмотря на полученные раны, он яростно сопротивлялся. Сцепившиеся противники вывалились из исповедальни и рухнули в проход между двумя рядами скамей; выбитый из рук нож звякнул об пол - и когда убийца потянулся за ним, отец Томе с силой пнул его в голову, угодив чуть пониже уха. Встряхнув головой, чтобы прогнать плавающие перед глазами искры, Пророк нанес рубящий удар, пришедшийся пытавшемуся подняться на ноги священнику в основание черепа. Отец Томе прохрипел: «Mon Dieu…»*; руки, которыми он вцепился в спинку скамьи, чтобы встать, разжались - и он рухнул на пол. Спустя еще два удара ножом все было кончено.
*Примечание 6. Mon Dieu… – Боже мой…
Священник, музыкант и композитор отец Анри Томе.
Убийца поднялся с колен и попытался затащить тело в кабинку исповедальни – но та была слишком тесной; тогда Пророк в ярости принялся «забивать» его туда ногами. В этот момент со стороны входных дверей раздался вскрик, сразу же сменившийся перестуком каблуков: прихожанка из Саратоги, миссис Маргарет Рид, разглядела в полумраке кошмарную сцену и опрометью бросилась за помощью.
Вложив нож в ножны, убийца вытер окровавленные ладони о свои черные брюки и, не торопясь, направился к второму выходу, расположенному в тыльной части здания. Когда он вышел наружу, солнце уже начало садиться; убедившись, что вокруг все так же безлюдно, Пророк слегка прибавил шагу, направляясь к машине. Через несколько кварталов Chevrolet свернул на главную улицу Лос Гатос, а спустя еще несколько минут выехал на Шоссе № 17 и направился на запад, в сторону Санта-Круз.
Настоятель церкви Девы Марии, отец Ричард Хоули, работал в своем кабинете, когда его отвлёк стук, который можно было назвать «паническим» – кто-то, не жалея сил, барабанил в дверь. На пороге дома настоятель обнаружил перепуганную миссис Рид; выслушав захлебывающуюся слезами прихожанку, священник и его домохозяйка Клара Педерсон побежали в церковь, которую от дома настоятеля отделяло всего 20 ярдов (
Первое, что бросилось в глаза отцу Хоули в церкви – ноги отца Томе, торчащие из кабинки исповедальни; друг и помощник настоятеля был еще жив, и Хоули закричал чуть отставшей Кларе: «Звони в скорую и вызывай полицию!». Когда женщина убежала, отец Хоули достал пурпурную епитрахиль и возложил её себе на шею; поцеловав вышитое на ткани распятие, настоятель со слезами на глазах принялся свершать над отцом Томе таинство соборования. Когда «скорая помощь» доставила раненого и сопровождавшего его Хоули в Госпиталь Сообщества Лос Гатос, было около 16:00; все усилия врачей не помогли – вскоре после прибытия раненый скончался.
Пришедших к вечерней мессе прихожан встретили печальный колокольный звон и полицейское оцепление. К 18:00 новость о жестоком убийстве уже успела облететь маленький городок в округе Санта Клара, и местные жители стали собираться у церкви, чтобы почтить память отца Томе.
К тому моменту у детективов городского департамента полиции во главе с сержантом Джимом Ши уже имелся словесный портрет нападавшего (пусть и весьма расплывчатый) - миссис Рид описала его, как молодого белого мужчину, худощавого телосложения, ростом около 6 футов*, одетого в темный свитер (или рубашку) и черные брюки. Детективы полагали, что преступник вполне может вернуться на место преступления, и потому за толпой у церкви пристально наблюдали полицейские – они выискивали взглядами того, кто соответствует описанию, данному свидетельницей.
*Примечание 7. В описании нападавшего миссис Рид допустила одну неточность – его рост составлял не 6 футов (
183 см), а всего 5 футов 7 дюймов (
170 см) – что поделаешь, у страха глаза велики.
Департамент полиции Лос Гатос при своем весьма скромном штате был качественно оснащен и укомплектован, и его сотрудники буквально «рыли носом землю»; они не только собрали на месте преступления массу отпечатков пальцев, но и «отфильтровали» их, исключив отпечатки священнослужителей и их помощников. В «сухом остатке» оказался один неполный «комплект», принадлежавший неизвестному лицу; к сожалению, результаты проверки по базе ДП Лос Гатос, а также прочих правоохранительных органов (включая главный офис ФБР в Вашингтоне) оказались отрицательными.
На похоронах отца Томе, состоявшихся 5 ноября 1972 г., церковь Девы Марии была переполнена. Присутствовали мэр Сан-Франциско Джозеф Элиото, архиепископ Джозеф Т. МакГакен («В лице отца Томе сообщество Лос-Гатос потеряло человека, чье служение Богу было в лучших традициях церкви»), епископ Норман МакФарленд («Этот человек излучал свет для окружающих. Он всегда был очень дружелюбен и снисходителен»), а также посол Франции в США.
Наплыв официальных лиц объяснялся тем, что Анри Томе был широко известен не только как священнослужитель, но и как видный деятель культуры, музыкант и композитор. Из-за возникшего общественного резонанса на полицию давили, требуя расследовать дело в кратчайшие сроки – но с успехами было не густо. Кроме всего прочего, детективов сдерживало полное отсутствие видимых причин для убийства; как признал в интервью журналистам уже упомянутый сержант Джеймс Ши, преступление выглядело абсолютно немотивированным - несмотря на то, что вся жизнь и окружение жертвы были изучены чуть ли не под микроскопом. За те 8 лет, что он прослужил в храме Непорочного Зачатия Девы Марии, отец Томе завоевал всеобщее уважение и любовь жителей; никто не мог представить, кому пришло в голову поднять на него руку– и среди жителей начали циркулировать слухи о ритуальном убийстве, совершенным заезжими сатанистами.
Попыток связать воедино убийство Лоуренса Уайта, исчезновение Мэри Гилфойл и гибель отца Томе не предпринял никто – и все три расследования шли своим чередом. Дело Уайти выглядело безнадежным «висяком» и вскоре было отправлено в архив с пометкой «расследование приостановлено».
Постепенно сошёл и ажиотаж вокруг убийства священника; орудие убийства обнаружить не удалось, с подозреваемыми по делу тоже все было туго. Несмотря на обращение начальника полиции Гарольда Джонсона к населению и сотни поступивших вслед за этим звонков, информации у следователей не прибавилось.
Что же касается без вести пропавшей девушки, то в конце ноября 1972 г. студенты и преподаватели колледжа Кабрильо, неудовлетворенные работой офиса шерифа, скинулись и наняли частного детектива. Его выводы выглядели неутешительно: скорее всего, мисс Гилфойл похитили при попытке поймать «попутку», и к моменту начала «частного расследования» она с практически стопроцентной вероятностью была мертва. Фотографии Мэри в Santa Cruz Sentinel, размещенные ее женихом и работодателем и снабженные подписью «Срочно! Если вы видели эту девушку, позвоните по телефонам…», тоже никакого результата не принесли.
Приближались рождественские каникулы, и офис шерифа, полиция, а также должностные лица колледжа Кабрильо и Университета Калифорнии не переставали публиковать предупреждения об опасности путешествий со случайными попутчиками. Но молодежь – это молодежь, и количество «голосующих» девушек на обочинах дорог округа Санта-Круз практически не уменьшилось. Увы, в этом случае к предупреждениям следовало прислушаться…
Нельзя не упомянуть еще об одном событии, на первый взгляд, не имеющем никакого отношения к описываемой истории – но это лишь на первый взгляд. Речь идёт о пресс-конференции уже упомянутого в начале главы Рюйбена Гринспена; выступая перед сотней журналистов 29 декабря 1972 г., этот «ветхозаветный пророк» поведал, что при проверке своих расчётов нашёл закравшуюся ошибку – и более никакого землетрясения 4 января не предвидится. Гринспен опроверг сделанные кем-то заявления о наличии у него ученой степени и опыта работы в области сейсмологии, а также заявил, что собирается вернуться в тот «медвежий угол», где его ранее откопали охочие до сенсаций журналисты.
Потягивая кофе на кухне дома в Фелтоне, молодой человек в третий раз перечитывал статью в San Francisco Chronicle, где содержалось признание Гринспена в собственной несостоятельности. Он находился в недоумении: по его мнению, Гринспен откровенно лгал – он не мог не понимать, что никакой ошибки в расчетах не было! Просто изменились вводные данные, положенные в основу расчётов - и изменил их он, Пророк! Принеся положенные человеческие жертвы, он отвел Гнев Божий от Калифорнии – и исполнил своё предназначение, которое «передал ему по наследству» великий Альберт Эйнштейн!
Примечание 8. Стремясь предупредить недоумение читателей «При чём здесь вообще Альберт Эйнштейн. », автор вынужден напомнить – этот человек был болен. Сложившаяся в его сознании бредовая картина мира, впоследствии поразившая психиатра Дональда Т. Лунде своей «грандиозностью», зиждилась на нескольких постулатах, одним из которых была дата его рождения. «Пророк» появился на свет 18 апреля; этот день в истории отмечен самыми разными событиями, среди которых значатся (в том числе) уже упомянутое землетрясение 1906 г. в Сан-Франциско и смерть Альберта Эйнштейна в 1955-м.
Тем не менее, чем бы ни был вызван отказ Гринспена от своих слов, в судьбе самого Пророка он ничего не менял. Избранный – значит Избранный навсегда, и деятельность по спасению штата Калифорния от стихийных бедствий следовало продолжать. Охотничий нож показал себя надежным оружием, но после последнего случая на него уже нельзя было целиком полагаться; поэтому еще 16 декабря молодой человек зашел в оружейный магазин и попросил показать ему имеющиеся в наличии пистолеты.
Там Пророк заполнил анкету установленной формы; на вопросы о предыдущих арестах и психиатрических госпитализациях он ответил «Нет». Поскольку он не являлся «иностранцем, наркоманом, осужденным преступником и несовершеннолетним», то 22 декабря 1972 года, в полном соответствии с законами штата Калифорния, требовавшими пятидневного «периода ожидания» между покупкой и передачей оружия покупателю, менеджер магазина вручил молодому человеку оплаченный им ранее револьвер калибра .22.
7 января 1973 г. в окрестностях колледжа Кабрильо была похищена 18-летняя Синтия Энн Шелл; двумя днями позже ее обезглавленное и расчлененное тело было вынесено волнами на побережье. По заключению судмедэксперта, убийца воспользовался для «разделки» электропилой – и в силу различий в «modus operandi» дела об убийстве Синтии Шелл и исчезновении Мэри Гилфойл объединены в одно не были.
Глава 4. «Дилеры» (начало) [1][2][4][5][7][11][12][13][17][18][20][25].
Когда около 9 утра 25 января 1973 г. кто-то постучал в дверь хижины, притулившейся на склоне холма неподалёку от Бранчифорте-Драйв, ее хозяйка, 29-летняя Кэти Френсис, еще спала.
*Примечание 9. Домом это строение, кое-как слепленное из автомобильных трейлеров и кособоких построек, можно было назвать лишь с очень большой натяжкой.
Стук не то чтобы насторожил Кэти (если бы это была полиция, она стучала бы иначе), но изрядно удивил – ее муж Боб должен был вернуться только к вечеру (да и вряд ли вообще стал бы стучать), а больше никого она не ждала. Да и кому бы пришло в голову тащиться вверх по раскисшему склону, превратившемуся после двух дней непрерывных дождей в сплошное месиво? Возможно, заявился кто-то из «клиентов» мужа?
Но молодой человек в синем дождевике, стоящий на крыльце, совсем не походил на одного из любителей «травки», захаживавщих к Бобу – он выглядел слишком аккуратно. - Привет!- поздоровалась Кэти хрипловатым спросонья голосом, приоткрыв дверь на пару дюймов. - Здравствуйте! – отозвался молодой человек. – Джим Джианера дома?- Нет.- А когда будет?- Они с женой здесь больше не живут…- А где их можно найти? – молодой человек был вежлив, но настойчив. – Мне очень нужно с ним поговорить. Я старый приятель Джима.- То-то ваше лицо мне кажется знакомым… Они с Джоан переехали в новый дом на Вестерн, еще в прошлом октябре.- А точный адрес знаете?- Вестерн Драйв, 520, по-моему…- Спасибо. Извините, что побеспокоил… - Не за что, приятель… Пока…– Кэти закрыла дверь, торопясь вернуться в постель, где еще посапывали двое её сыновей.
Чтобы преодолеть 7 миль, отделяющих окрестности Бранчифорте Драйв от нового дома семейства Джианера, у молодого человека на бело-голубом Chevrolet ушло около получаса. На стук в дверь открыл сам хозяин, 25-летний Джим; на то, чтобы узнать своего бывшего однокурсника по колледжу Кабрильо, у него ушло несколько секунд:- О, привет! Это ж сколько воды утекло?Молодой человек неотрывно смотрел на него.- Много… и меня бесит мысль о том, сколько времени я потратил зря.- Не понял… ты о чём? – удивился Джим.В этот момент в доме раздался звонок телефона.- Погоди минуту. Мне ответить надо…- произнес Джим, и сделал шаг назад, захлопнув входную дверь перед носом неожиданного гостя.
Расслышав, что звонок телефона стих, сменившись неразборчивым бормотанием хозяина дома, молодой человек в дождевике нажал дверную ручку, и, стараясь не производить шума, вошёл внутрь; тихо пройдя сквозь кухню, он направился в комнату, откуда доносился голос Джима.
В доме царил полумрак, потому что электричество отключили за долги еще девять дней назад – совместный с Бобом Фрэнсисом бизнес Джима Джианеры по продаже «травки» приносил меньше, чем хотелось бы, да и в постройку дома тоже пришлось изрядно вложиться. Впрочем, газ в доме еще был, и со второго этажа доносился еле слышный шум воды – жена Джима, Джоан, принимала душ. Их 18-месячной дочери, Моники, в этот момент дома не было – ребёнка еще вчера отвезли к бабушке. Телефонный разговор касался как раз девочки – звонила тёща Джима, Элеанор Фостер; она хотела знать, когда мать сможет забрать Монику.
Стоя за спиной у Джианеры, Пророк молча смотрел ему в спину. «Ты один из них – тех, кто хотел сбить меня с пути. Когда ты впервые угостил меня «косячком» и подсадил на травку, ты всё знал… Поэтому ты дал мне не бензедрин, который мог бы сделать из меня художника, а марихуану, которая отупляет – чтобы разрушить мой разум и помешать моему перерождению…».
Когда хозяин дома повесил трубку на рычаг и обернулся, то вздрогнул – оказалось, что нежданный гость молча стоит прямо у него за спиной. - Что тебе нужно? – напористо спросил Джим и сделал шаг вперед: несмотря на внезапно возникшее чувство тревоги, это все же был его дом.В ответ гость сделал шаг назад – и выдернул из-за пояса небольшой черный револьвер; раздался крик:- Ты хотел одурачить меня!
Увидев «ствол», Джим повернулся и бросился в кухню – и в этот момент первая пуля попала ему в правое предплечье. Джим распахнул дверь холодильника и попытался за ней укрыться, но вторая пуля угодила в левый локоть и раздробила сустав. Здоровой рукой Джим попытался нашарить в холодильнике хоть что-то, что можно использовать в качестве оружия – ну хоть бутылку. Но та выскользнула из окровавленных пальцев, и загнанному в угол Джианере ничего не оставалось, как броситься на противника с голыми руками и вцепиться в него. Но нападавший отступил на полшага назад - и третья пуля сломала Джиму ребро и пробила легкое; его шатнуло назад и он упал на спину возле лестницы, ведущей на второй этаж.
Скорее всего, уже в этот момент Джианера осознавал, что он больше не жилец; но, тем не менее, он перевернулся на живот, привстал, ухватившись за перила, и, отчаянно спотыкаясь, поплелся вверх по ступеням – ведь, там, наверху, оставалась жена… Четвертым выстрелом убийца промахнулся - и пуля застряла в облицовке дверного проема.
Джоан Джианера только что выключила воду – и поэтому расслышала четыре донесшихся с первого этажа хлопка, напомнивших ей фейерверк. Завернувшись в цветастое полотенце, женщина вышла из ванной комнаты - и в этот момент из дверного проема, ведущего на лестницу, на неё буквально рухнуло тело мужа – и сбило её с ног. Раздался еще один «хлопок» - и кровь хлынула у Джима изо рта; его тело опустилось на колени, а затем повалилось навзничь.
В панике Джоан заползла в ванную комнату и попыталась захлопнуть за собой дверь, но что-то (вернее, кто-то) этому мешало. Поднял глаза, женщина встретилась взглядом с молодым мужчиной, сжимавшим в руке револьвер – и мгновение спустя пуля пробила левую сторону её груди и опрокинула на спину.
Перевернувшись на живот, Джоан поползла к телу мужа: «Джим. Джим. ». Глядя на обнаженное тело женщины, извивающееся у его ног, Пророк достал из-за пояса нож; первый же удар пришёлся Джоан в сердце и тело её конвульсивно выгнулось. Теперь можно было не торопиться – и убийца вытряхнул из барабана стреляные гильзы и перезарядил револьвер. После этого он трижды выстрелил женщине в шею и еще раз - в лицо, угодив чуть выше левой брови; после этого пришёл черед тела её мужа, которого убийца тоже добил охотничьим ножом - для верности.
Обыскав дом, Пророк принялся собирать стреляные гильзы; в ванной он собрал все, но когда он ползал по ковру в гостиной, пытаясь разыскать закатившиеся, то обнаружил, что на одежде не хватает пуговицы, которую «с мясом» выдрал Джим. Найти пропажу не удалось; это отвлекло убийцу, а раздавшийся телефонный звонок дал понять, что пора выметаться – и потом он так и не смог вспомнить, все ли гильзы ему удалось собрать.
Когда он вышел во двор, к нему, виляя хвостами, бросились две здоровенные добродушные псины, которых держал Джим – в надежде поиграть. Но Пророку было не до игр - он отпихнул собак и запер за собой ворота, чтобы псы не смогли сбежать. В это момент он заметил, что дождь, ливший до этого без передышки, прекратился.
Это было к лучшему; у Пророка оставалось еще одно дело: у него из головы не шли слова Кэти Фрэнсис «Ваше лицо мне кажется знакомым» - а тащиться пешком по грязи непроезжей дороги, да еще и под проливным дождем, ему не улыбалось…