Проект Постановления Пленума ВС по уступке: первые заметки на полях
Комментарий сегодня опубликовали http://www.advgazeta.ru/novosti/ustupka-trebovaniy-stanet-yasnee/, но я по своей обычной привычке накатал вчера комментариев значительно больше, чем редакция АГ могла опубликовать, публикую самое примечательное здесь.
1. Очень плохое толкование п.2 ст.389 ГК о необходимости регистрации уступки требований из зарегистрированного договора в п.2 проекта.
Действительно, п.2 ст.389 ГК требует такой регистрации. Но следовало бы осуществить дифференциацию таких требований. У нас на сегодняшний день требование о госрегистрации действует в отношении всего двух, но весьма распространенных договоров: долгосрочная аренда недвижимости и долевое участие в строительстве. Действительно, когда уступаются права, ради которых было введено требование о регистрации договора, и сама уступка должан быть зарегистрирована: т.е. право арендатора владеть и пользоваться имуществом, обладающее следованием за вещью, и право требовать передачи помещения по ДДУ (хотя даже тут возможны бы нюансы). Но какой смысл в регистрации уступки арендодателем права требовать уплаты арендных платежей или прав дольщика на получение неустоек, предусмотренных 214-ФЗ? Никакого, только плодить злоупотребления. Пленум мог бы как раз дать дифференциацию таких требований и сказать, когда регистрация нужна, а когда - нет.
2. Абз.1 п.6 - в части определения момента перехода будущих требований просто повторяет закон, при этом не учитывает конструкцию уступки будущих требований, зафиксированную в определении КЭС ВС РФ №305-ЭС16-8204, согласно которое будущее требование в момент его возникновения на "юридическую секунду" возникает у цедента и в этот момент его могут "поймать", например, кредиторы цедента и лишь потом возникает у цессионария, если переходу его от цедента ничего не мешает.
3. Такое ощущение, что в состав авторов проекта пробрался некий теоретик, который в текст проекта решил вписать свои представления, порой далеко не общепринятые и отклоняющиеся от communis doctorum opinio.
И если с разделением перевода долга на привативный и кумулятивный (п.28-30) проблем нет - просто привнесение в текст пленума слов, необычных для него по стилистике, то, например, в п.7 однозначно делается отказ от довольно распространенного в теоретической юриспруденции представления об абстрактности цессии (не говорю сейчас, что оно правильно, но оно распространено и довольно обоснованно): этот пункт говорит о том, что недействительность каузы цессии влечет и ее недействительность.
А в п.8 совсем революционно выводят добросовестное приобретение прав требования по аналогии закона из п.2 ст.223 ГК! Если в свое время я хоть и посмеялся, но признал разумным аналогичный подход в Пленума 10/22, где добросовестное приобретение движимости было обосновано так же - через п.1 ст.6 и п.2 ст.223 ГК, то с правами все намного сложнее. Прежде всего, в том что абз.2 п.2 ст.223 сам отсылает к другой статье - к 302-й, а она связывает защиту добросовестного приобретателя с тем, что тот владеет спорным имуществом, а выбытие его из владения собственника произошло по его воле. В п.8 проекта про владение ни слова, да и тем более что считать владением применительно к требованиям? Я бы сказал, что уведомление должника: именно оно - как и владение - выполняет функцию внешней легитимации права, обозначения его перед обязанным лицом. Но в проекте об этом не говорится.
По факту, кстати, сегодня де-факто добросовестное приобретение требований и есть, именно исходя из того, кто первый уведомил должника. А если говорить о добросовестном приобретении по аналогии с приобретением собственности, то, может, как здесь на портале написал Михаил Жужжалов, следует и приобретение требований по давности "владения" признать?
4. К сожалению, ничего не написано про новые 2-3 предложения ст.386 ГК, которые вступят в силу только с 1 июня 2018, но содержат очень опасные новые нормы о запрете должнику ссылаться на возражения против требований, о которых он не заявил сразу после получения уведомления об уступке. Об этой норме на ФБ, помнится, Артем Карапетов писал и очень беспокоился ее опасностью для должника. Что, после вступления в силу, снова три года ждать разъяснений и в это время блуждать в неопределенности?
5. Совершенно удивил меня абз.2 п.31, согласно которому передача договора (институт сам по себе не новый, но отдельно прописанный в законе в 2014 году - на мой взгляд, никакой необходимости в этом нет, т.к. сами-то такие отношения и раньше были, и регулируются они все равно по принципу "передача договора = цессия + перевод долга") влечет возложение на новую сторону договора ранее - до передачи - возникших обязанностей.
Это даже не удивление - это шок, практика сейчас идет совершенено по другому пути, например, при перенайме с нового арендатора нельзя взыскать долги по арендной плате за прежние периоды (если, конечно, он отдельным соглашением за них не поручился). Вопрос, требующий решения, здесь есть: это вопрос о том, а может ли арендодатель расторгнуть договор с новым арендатором на основании нарушений, допущенных прежним арендатором. И, если может (что тоже не факт: согласие арендодателя на перенаем вполне может рассматриваться как отказ от такого права), то, видимо, мы имеем дело с некоторым возложением на нового арендатора некоторой ответственности за долги старого, но в любом случае не путем признания его ответственной стороной.
Если же идти по логике, предлагаемой проектом, то этак и коммунальную задолженность начнут предъявлять новому собственнику жилья - с чем долго боролись и о чем до сих пор мечтают коммунальные организации.
6. Еще по процессуальным вопросам есть спорные моменты. Так, написано, что делать, если цедент не соглашается на замену исца в процессе, но что делать, если такого согласия не дает цессионарий, не говорится. И каковы оказываются материально-правовые последствия взыскания уступленного долга в пользу цедента.
Говорят, проект Пленума отправили на доработку. Интересно, по каким основаниям. Хотелось бы, чтобы вот эти вопросы как-то были разрешены в ходе доработки.