Почему московский писатель Дмитрий Быков скрывается от рижского Славы Сэ
Под Новый год вышла третья книга лидера русскоязычной блогосферы и писателя Славы Сэ "Твоё моё колено". Зеленый томик презентовали в магазине Polaris при небывалом стечении почитателей.
В социальной сети www.livejournal.com бывший сантехник Вячеслав Солдатенко шифруется под творческим псевдонимом Слава Сэ и портретом раннего Адриано Челентано. По популярности он обогнал корифеев быстрого письма Стаса Садальского и Бориса Акунина, а в бытность Дмитрия Медведева президентом России легко оставлял в глубоком тылу его блог.
Предыдущие печатные труды Славы Сэ "Сантехник, его кот, жена и другие подробности" и "Ева" стали бестселлерами русскоязычного пространства. Чего не скажешь о ремейке картины "Джентльмены удачи", в которой Слава числился соавтором сценария. Но тут вовсе не Славина вина – от его текстов оставили два эпизода. Прочие сочли слишком умными для российских зрителей.
Ко всему прочему Слава умудряется играть в Русской драме – в спектакле «Голодранцы и аристократы» -- еврейского музыканта без слов. «Но не думаю, что люди ходят в драму на меня», -- иронизирует писатель.
Разводиться было страшно
«Мою первую книжку издательство издало вопреки мне, -- признался Слава Сэ. -- Последним их аргументом было: я получу две тысячи томов, которые смогу раздать родным и знакомым, и себе что-то на память оставить. А потом появился некий азарт». Азарт выстрелил уже три раза. Новая книга -- про новую жизнь, после развода. Славe Сэ расторжение брачных уз вдохновило на 319 страниц мелким шрифтом.
"Разводиться было страшно. Казалось, этот быт, эти дети — всё обвалится, накроет и погребёт. Но год прошёл, небо не рухнуло. Я выучил телефон домоуправления и ищу макароны со скидкой. Купил танк с антенной и жужжу им по квартире. И железную дорогу завёл, площадью в полторы кухни. Наконец-то съел три эклера подряд, как обещал себе в детстве. Уже в этой жизни я могу спать днём… Могу путать дни недели, покупать ненужные вещи. И никто не скажет, что деньги потрачены зря.
…Когда в кровати ворочается одна и та же женщина, это хорошо. Не помню чем, но я был доволен.
Мне нравилось наблюдать, как лохматая и недовольная с утра, жена становится ухоженной и милой уже к вечеру. Или не очень милой. Всякое бывало. Год прошёл, жизнь колосится. И дай нам Боже не скучать о тех, кто нас не любит".
Уже к концу литературного вечера все книги, припасенные магазином Polaris к презентации, были подчистую раскуплены. Под шумок вымели и предыдущие тома Славы Сэ – голубой и розовый. Примерно час почитатели смиренно стояли в ожидании автографа. Самым терпеливым писатель желал в Новом году «немного Славы». Не исключено, что кому-то досталось и много.
Угрюмый человек со звездной болезнью
Самый распространенный отклик на прозу Славы Сэ – нечто вроде «спасибо! Улыбнул во всё лицо». Но сам блогер уверяет, что у него нет задачи писать смешно. «Я пишу вполне драматическое произведение, но немного с иронией. Как только ставишь себе задачу насмешить читателя – все, сразу можно хоронить это дело.
Юмор – разный бывает. Английский построен на двойных смыслах, за счет того, что многие слова в этом языке имеют по несколько значений. Американский юмор – это бабушка упала в лужу, а её очки – на собачку. В этом жанре работает Comedy Club. Мой юмор родом из специфической среды. Лет пять назад в блогосфере была целая группа таких, были и гораздо более смешные. Но они забросили, а я продолжаю».
Явно кокетничая, Слава обозвал себя «угрюмым человеком» и смиренно признался, что тяжело переносит большие компании. «После первой книжки мне предлагали пообщаться с читателями – я отбивался, как мог… Но когда Михаил Задорнов купил не то 100, не то 400 моих книг и созвал читателей, я не отказаться от встречи… Наверное, я все-таки страдаю звездой болезнью, раз я тут сижу».
Жидко разбавленный Довлатов
Три года назад Слава Сэ получил первую премию от Интернет-сервиса «Имхонет» в номинации «Любимые журналисты». По числу голосов рижанин в четыре раза превзошел маститого московского писателя и журналиста Дмитрия Быкова.
Быков обиды не снес. С тех пор он со Славой принципиально не общается. «То есть он и до этого со мной не общался, но теперь стал избегать. Как-то меня привели к нему в журнал давать интервью. А он, как узнал, что меня ведут – заперся в кабинете. Потом ему давали интервью работники издательства АСТ. На вопрос, что у нас интересного издалось, они назвали мое имя, от чего Быкова заметно потряхивало. Кстати.
Именно он первый сравнил меня с Довлатовым, сказав «это жидко разбавленный Довлатов». Но он очень талантливый дядя – ему простительно.
Тем более, что я ему совершенно не соперник».
Подобно Довлатову, Слава старается писать как можно короче. «Чехов говорил, что умение писать сводится к умению сокращать. Бабель избавлялся от всех страдательных залогов -- разных «ся». Стивен Кинг выбрасывает все наречия. Гениальная переводчица с пяти языков Нора Галь писала: «Почему мы любим Шекспира и Хэмингуэя? Потому что в переводах они короче, чем на английском языке». Актер Яков Рафальсон берет сценарии, выбрасывает половину текстов и сводит все реплики к трем-четырем словам. Чем короче речь – тем она ярче… Я тоже очень тщательно подхожу к каждому слову и слогу. А из двух синонимов выбираю более короткий».
Джентльмены неудачи
В прошлом году Слава Сэ стал соавтором сценария ремейка советского фильма «Джентльмены удачи» с Сергеем Безруковым и Гошей Куценко в главных ролях.
Фильм был принят в штыки ещё до выхода. В московских клубах прошли встречи с критиками, которые, даже не видя нашего фильма, постановили, что в мире ремейки нормальная практика, а в России — дело обречённое. У памятника Евгению Леонову собралась группа поклонников артиста, которая призвала бойкотировать картину.
«Для меня было сразу понятно, что «Джентльмены удачи-2» – проект печальный и ничего из него хорошего не выйдет. Там была куча сценаристов, помимо меня, -- рассказал об этом эпизоде своей жизни Слава. -- Но для меня это был интересный опыт. Мне домой ночью звонил САМ Бекмамбетов и что-то спрашивал. Правда, в конечном варианте от меня осталось лишь две сцены. Да еще в сюжете, где Безруков выходит от капитана полиции, почему-то вставили мою фразу: «Он еще вернется».
Помню сцену с грузовиком КАМАЗ, весом 20 тонн, который должен был мчаться по пустыне. Снимали его в Питере в дымном павильоне.
Пригнали всю съемочную группу, чтобы они трясли КАМАЗ, а внутри Куценко с Безруковым бились о стенки и изображали, как сильно их качает.
В тот же день на другом конце Питера накидали песка и пригнали сотню арабов, которые просили 10 тысяч долларов за съемочный день, потому что были в национальной одежде. А на экране – все, как должно быть».
Если с именитыми актерами общий язык найти оказалось проще простого, то с креативными продюсерами понимания у Славы не сложилось. «В Москве полагают, что «кино для народа» должно писаться «народным языком». Скажем, в начале «Елок-3» сидят два врача с высшим образованием и разговаривают: «Ну че, блин, будем смотреть там этих, чувих, по телеку?!» Я предложил написать умные диалоги. Но продюсер уверен, что врачи именно так и говорят вне работы. Мы не сошлись. Я – за умные диалоги. Уверен, что тот же доктор Хаус выиграл за счет того, что он немного умней своего зрителя».
Тем не менее, дверь в мир кино для Славы теперь всегда открыта. «Разные студии мне предлагают: напиши для нас сценарий, а мы его возьмем. Если появится интересная тема – напишу».
Не боюсь вернуться в сантехники
За свою жизнь Слава не раз кардинально менял профессию. «Как-то так получается, что раз в семь-девять лет жизнь меня разворачивает без моего на то желания. Я занимался психологией, потом бизнесом – рыбой торговал в Нижнем Новгороде, целыми поездами, потом был музыкантом в ресторанах, потом ушел в сантехнику, потом вдруг хорошо продалась моя первая книжка… И снова жизнь круто поменялась».
По опыту Славы, на книгах сегодня заработать можно, но трудно. «Надо, чтобы совпала куча разных факторов. Даже у Лукьяненко, который входит в пятерку самых продаваемых, сейчас тиражи упали в четыре раза. Еще пару лет назад крупнейшее российское издательство АСТ в год выпускало более четырех тысяч наименований. Пираты душат. Поэтому не знаю, как долго продлится моя радость, но я научился не переживать за судьбу своей книги».