Деян БЕРИЧ, позывной Деки: Сына не приняли в государственный университет Сербии, потому что я защищаю народ Донбасса

С Деяном Беричем «Комсомолка» пообщалась незадолго до его новой контузии. Сейчас Деки находится на лечении в России. После выздоровления планирует на несколько дней вырваться в Санкт-Петербург, где его ждут хорошие друзья, и затем обратно – в Донбасс, за новыми, как он говорит, военными и жизненными победами.

Деян Берич хорошо известен в ДНР как воин и писатель. И в то же время о его личной жизни знают немногие. Поэтому наша беседа с Деки была посвящена именно этому.

С женой развелись

– Деян, хотелось бы узнать о вашей жизни до того, как вы приехали в Россию и Донбасс.

– После войн в Югославии в 90-х годах, где я воевал в регулярной армии и как доброволец, я занялся в Сербии производством пластиковых дверей и окон. Этому делу посвятил 11 лет. Но постепенно у нас стало все сложнее заниматься частным предпринимательством. Это было связано с началом процесса присоединения государства к Европейскому союзу. Сейчас окна и двери, которые я производил, дешевле импортировать из Евросоюза. В 2012 году я закрыл фирму и уехал в Россию работать прорабом на строительстве олимпийской деревни в Сочи.

– А как же ваша семья?

– С супругой мы развелись. Милена очень хороший человек, но у нас не сложилось. Так бывает. Вырастив сына, мы разошлись, после чего я и уехал из Сербии. Мы много прошли вместе и остались близкими людьми. В начале совместной жизни бывали дни, когда нам нечего было есть: шла война. Потом построили трехэтажный дом на 300 квадратных метров, у нас был участок на 18 соток. Я все оставил семье и уехал строить новую жизнь.

– Скучаете по жизни в Сербии?

– Конечно. Мы с Миленой и сыном Мики на выходных садились в машину и колесили по стране. Не опишешь словами, как там красиво! Сейчас в Сербии почти не осталось промышленности, но, пожалуй, это хорошо для окружающей среды. У нас был огород, фруктовый сад, живность: куры, свиньи, кролики. Нам нравилась такая жизнь. Я просыпался в шесть часов утра, отводил сына в школу, а потом занимался огородом. В восемь шел в цех, который находился на нашем участке. Огород и хозяйство позволяли отвлечься от работы, ведь иногда от нее гудела голова. Рядом с нами жили родители Милены, они беженцы из Боснии и Герцеговины. А моя мама жила с нами до самой смерти в 2015 году. К сожалению, я не могу въехать в Сербию, поэтому не проводил ее в последний путь. Отец же погиб еще в 1991 году на строительстве гостиницы «Ленинград» в Санкт-Петербурге.

Милена поначалу занималась хозяйством и воспитанием сына. А когда Мики подрос, окончила курсы по бухгалтерии и стала работать у меня на фирме. А потом еще и научилась создавать проекты металлопластиковых изделий, чтобы помогать мне. Мики и Милена навсегда моя семья!

«С Мики мы лучшие друзья»

– Расскажите, пожалуйста, подробнее о сыне.

– Ему 19 лет. Мики не пьет, не курит, занимается спортом. Но Милена, конечно, все равно иногда жалуется на него. Я стараюсь ему объяснить, что мама переживает. Он прислушивается к моему мнению, даже советуется по поводу отношений с девушками. Мне это очень приятно.

– Поделитесь собственными секретами воспитания Мики.

– Бывало, я приходил с работы уставшим, и моим единственным желанием было принять душ и лечь спать, но ребенок хотел общения. Он болтал, а у меня хоть и закрывались глаза, но время я ему уделял. А выходные вообще были посвящены семье. Это святое! Кстати, и своим работникам я не разрешал трудиться по выходным, объясняя, что нужно завершать все важные дела в течение рабочей недели!

Я ни разу не ударил Мики. С двух лет мы с ним общались как друзья. Мы с Миленой позволяли ему ошибаться и разочаровываться в своих решениях. Это нужно, чтобы он понимал жизнь. Я на него никогда не давлю. Помогаю, подсказываю, но он должен знать, что он мужчина и обязан нести ответственность за свою жизнь.

Сейчас Мики изучает IT-технологии в университете. Он хотел поступить в государственный университет, но его не приняли. Напрямую сказали, что твой отец работает против нашего государства. И он пошел в коммерческий вуз, где обучение стоит даже дешевле. IT-технологии – это будущее, по этой специальности можно найти работу на коммерческих предприятиях. Ведь в государственную компанию в Сербии он не сможет устроиться по тем же причинам, по которым его не приняли в государственный вуз.

– Мики не хотел пойти по стопам отца и стать военным?

– Когда-то он думал идти в армию. Но потом у моей семьи возникли проблемы: приходила полиция с обысками ночью, искала меня. Хотя мы были уже в разводе и в Сербии у меня нет имущества. После этого я публично объявил, что нахожусь в Донбассе. А Мики разочаровался в силовых структурах Сербии. Какая армия и правоохранительные органы там сейчас? Наш министр внутренних дел сидел в тюрьме за контрабанду. Министр обороны Сербии не служил в армии ни дня.

– Вам часто удается общаться с сыном?

– Мы постоянно на связи. Бывает, даже общаемся на русском языке по скайпу. Он учит язык с тех пор, как побывал в России. Мы вдвоем отдыхали в Сочи и Крыму, он знакомился с русскими девушками. Но языковой барьер мешал общению. В следующий свой приезд уже будет нормально говорить по-русски.

Любовь на передовой

– Расскажите о своей невесте Ольге.

– Ольга документалист, мы с ней познакомились прошлой зимой. Она русская, но живет в Нью-Йорке уже 20 лет. Переехать в Россию пока не может из-за дочери. Летом мне делали операцию на глазах после того, как вражеская пуля попала в тепловизионный прицел моей винтовки. Ольга приезжала меня поддержать. Но отношения на расстоянии – это очень сложно, хоть мы и постоянно на связи благодаря интернету.

– При каких обстоятельствах вы познакомились?

– Свою дипломную работу Ольга решила снимать об Украине. Побывала в Киеве и Славянске и для полноты картины решила показать и Донецкую Народную Республику. В фильме она собиралась осветить войну, политику и гуманитарную ситуацию. И конечно, показать миру российскую армию, поскольку на Украине Ольгу убедили в ее присутствии здесь. Мы сопровождали ее на передовую в качестве охраны. Как-то она услышала о детском доме семейного типа Лидии Ковалевой, которому я помогаю. Поехали к ним вместе. Постепенно мы сблизились. Она провела в ДНР в общей сложности около восьми месяцев, отсняла много материала. Сделав фильм о ДНР, хотела направить его на какой-то кинофестиваль. Но я ей тогда объяснил, что Западу не нужна наша правда, это никто не покажет. Ольга сделала другой фильм, под названием «Война снайпера». Она даже видела снайперские дуэли своими глазами, такая смелая! Ее преподаватель в США очень доволен этой работой.

– Если не секрет, чем покорила вас эта женщина?

– Казалось бы, что может быть между нами общего? Она из Нью-Йорка, ее бывший муж – банкир, а я солдат в ДНР. Но я никогда не ошибаюсь в людях и сразу разглядел в ней внутреннюю красоту. Это, конечно, помимо красоты внешней (улыбается). Когда мы познакомились, я ей сразу выдал, что США и НАТО – террористические организации и все войны в мире делают банкиры. Она подумала, что я сумасшедший. Но потом взвесила все это и через какое-то время даже стала соглашаться со мной. Я видел, как менялось ее мировоззрение. Шло время, она узнавала здешних людей, стала понимать их позицию.

Сначала Ольга не понимала, как я мог все бросить и приехать на войну в чужое государство. В Америке ведь совсем другой менталитет. Но она узнала меня ближе и поняла, что для многих людей есть вещи ценнее денег, машин, домов. Здесь я нашел друзей, крестников, получил жизненный опыт. Это не купишь за деньги.

Не все люди понимают, что можно не только не зарабатывать на войне, а даже тратить собственные деньги на войну. Первый БТР в ДНР купил я. Это было под Краматорском. Он стоил 12 тысяч гривен, тогда это было полторы тысячи долларов. Когда об этой возможности мне сказал командир, я, конечно, подумал, что он дурачится. Оказалось, что нет. Бойцы ВСУ много чего продавали за бесценок. Я дал деньги, и он купил БТР. Украинцы туда еще положили оружия и боеприпасов. Впоследствии я еще много чего покупал, поскольку имел такую финансовую возможность.

Жизнь очень короткая, и нужно успеть сделать что-то важное. Поэтому нельзя терять ни одного дня, тратить драгоценное время понапрасну. А деньги всегда можно заработать.

Деян БЕРИЧ, позывной Деки: Сына не приняли в государственный университет Сербии, потому что я защищаю народ Донбасса

Читайте также