Миша Педан об УФА, молодой фотографии и вообще о тенденциях.
Миша Педан: «Должна появиться настоящая школа, потому что пока все, что есть в Украине, это только курсы фотографии»
Миша Педан. Фото: Jurij Gourman
Миша Педан – украинский фотограф, один из представителей Харьковской школы фотографии, уехал жить и работать в Швецию еще в начале 90-х. До этого, проживая в советском Харькове, вместе с дузьями-единомышленниками фотографами и художниками они создавали свою, полуандеграундную, локальную арт-сцену – активно снимали и делали выставки. Тогда Мишу Педана интересовал визуальный ландшафт уходящего в историю времени: обстановка, люди, атмосфера. В 2012 году в Швеции он издал свою вторую книгу – «Конец прекрасной эпохи», в которой собраны фотографии тех лет. Эта фотокнига заняла впоследствии первые места многих европейских конкурсов и списков фотокниг. Сегодня Миша Педан является художественным руководителем Стокгольмской фотошколы Kulturama, крупнейшего в северной Европе Центра эстетического образования, и фестиваля фотокниг в Стокгольме, который впервые состоится осенью 2015. Продолжая следить за процессами в украинском фотографическом поле, в 2010 году с его подачи начала свое существование УФА – Украинская Фотографическая Альтернатива.
Алина Сандуляк: В какой момент и с какой целью вы решили создать объединение фотографов Украинская Фотографическая Альтернатива?
Миша Педан: В Украине есть так называемый Союз фотохудожников, на сайте которых выставлены фотографии голых девушек с крыльями, закаты-рассветы, котики – в общем, довольно китчевая и скучная атмосфера. Но одновременно с этим я заметил там и молодых ребят, делающих интересные вещи, которые никому не нужны. В какой-то момент оказалось, что я и сам являюсь членом этой организации – за какие-то мои заслуги меня туда добавили. Это был конфликт разных эстетик. После нескольких попыток разговоров, я предложил сделать выставку «Два взгляда на украинскую фотографию». Это был 2010 год. У выставки было два куратора и структура выставки получилась следующая: я курировал восемь проектов молодых современных фотографов, а представитель НСФХ отобрал по одной «красивой» картинке от членов союза. Я предполагал, что так и произойдет с их стороны, что ничего осмысленного они не предложат. В день открытия была большая дискуссия, все обсуждения точились вокруг молодой украинской фотографии. Вот на этой волне нам и пришла идея создать независимое объединение молодых, думающих, экспериментирующих и активных фотографов. Из Стокгольма координировать местные вопросы мне было довольно сложно, и с самого начала подключилось еще три фотографа и взяли на себя роль координаторов по регионам Украины: Александр Ляпин отвечает за центральную часть, Роман Пятковка – за восточные и южные регионы, Костя Смолянинов – за Западную Украину. Мы свободное объединение, в которое принимаем всех талантливых молодых людей, которые имеют фотографический проект. Сегодня УФА – это около 120 человек.
А.С.: То есть вы себя противопоставляете Союзу фотохудожников?
М.П.: Мы себя никому не противопоставляем. «Альтернатива» означает альтернативные варианты развития фотографии. Те варианты, которые пытались утвердить во время Советского союза, ни тогда, ни сегодня не работают. У нас нет наград, или удостоверений, это нас не интересует. Мы пытаемся способствовать развитию молодой фотографии в Украине. Членом УФА может стать любой, кто живет фотографией и активно работает в этой сфере – это фотографы, кураторы, искусствоведы. Мы помогаем друг другу, делимся опытом и по-разному взаимодействуем – кто-то делает фотографические проекты, кто-то выставки, кто-то пишет об этом. При такой поддержке значительно легче идти вперед.
На сегодняшний день УФА не гомогенна – в ней состоят фотографы из моего поколения, и следующего, и совсем молодые авторы, причем которые уехали из Украины и живут в других странах. Внутри объединения уже даже сложилось несколько арт-групп, которые делают совместные выставки: «Шило» (Владислав Краснощек, Вадим Триковз, Сергей Лебединский), L∞k (Юлия Полунина-Бут, Ольга Ткаченко, Лана Янковская, Николай Кожемяко, Игорь Бельский), Flow (Валентин Бо, Иван Черничкин, Мирия Войнова, Юрий Салабай).
А.С.: В УФА состоят очень разные по стилистике и тематике творчества авторы. У объединения есть какой-то общий взгляд, что такое фотография сегодня?
М.П.: В сообществе есть близкие представления о фотографической эстетике, но и это колеблется в разных группах, среди разных людей. УФА не об этом – не хватало только, чтобы у нас как при Союзе было одно мнение.
А.С.: В середине июня в Вене прошел фестиваль фотокниг ViennaPhotoBookFestival, на котором вы выступили куратором украинского стола. Расскажите, пожалуйста, об особенностях этого фестиваля, и в частности, о присутствии на нем Украины.
М.П.: ViennaPhotoBookFestival – это международный фестиваль фотокниг, на котором присутствовали многие крупнейшие европейские издания и специалисты в области фотокниг. Для украинской фотографии это был важный момент: на этом фестивале мы впервые смогли показать украинскую фотокнигу и ее разнообразие, а группа «Шило» с книгой «Оконченная диссертация» заняла второе место в конкурсе dummy (конкурс среди книжных макетов, победитель публикует свою книгу тиражом 5000 экземпляров – прим. авт.) К нашему столу подошел сам Йозеф Куделка, пересмотрел все книги и даже отметил некоторых авторов, как, например, Юлию Полунину-Бут и ее книгу «Баррикада». И мне кажется, нам удалось показать, что Украина наравне с другими странами также входит в общую мировую фотографическую культуру, которая очень сильно сегодня завязана на книгах. Завязана значительно больше, чем 5 – 10 лет назад.
Vienna photobook festival 2014. Украинский стол.
А.С.: То есть за последнее десятилетие произошли какие-то кардинальные перемены на фотографическом рынке?
М.П.: Да, исчезновение одних возможностей всегда компенсируется появлением новых. За последние 10 лет практически перестали выпускаться печатные периодические издания, и жанр фоторепортажей и фотоисторий в газетах и журналах исчез. Кроме того, многие полагали, что новые технологии – электронные книги, планшеты – убьют бумажную книгу. С фотокнигой произошло в точности до наоборот: появление этих новых сил создало спекулятивную ситуацию, когда многие фотокниги повышаются в цене сумасшедшими темпами. Кроме того, сейчас легко и самому выпустить или даже сделать книгу. 15 лет назад, ни в Европе, ни тем более здесь, на постсоветском пространстве, фотограф ничего не мог сделать без издательства. Сегодня же вопрос в средства практически не упирается – все зависит только от того, что ты показываешь. С продуманной, хорошо сделанной фотокнигой, участвуя в фестивалях, можно сразу войти в международный контекст. Раньше фотографам для этого требовалось 20, а то и больше, лет. Поэтому эти возможности – это совершенно новая ситуация. Но если эти возможности сегодня есть у всех, соответственно, возникает и высокая конкуренция. Последние пару лет я серьезно занимаюсь сферой фотокниг, но такого объема, как было на ViennaPhotoBookFestival, я никогда еще не видел.
А.С.: А самый большой из этих фестивалей фотокниг Paris Photo…?
М.П.: Во время Paris Photo проходит несколько мероприятий, связанных с фотокнигами. В центральной части этого фестиваля есть своя книжная программа с конкурсом и номинациями «Первая книга» и «Лучшая книга года». Попасть в эти два шортлиста (десятка) очень сложно – на конкурс подаются все самые лучшие фотографы мира. Тем не менее, в этом году книга группы Шило «Евромайдан» была номинирована в «Первая книга». Это большая удача наших ребят.
Группа «Шило», «Euromaidan», экспозиция в Contemporary Art Space, Batumi
Те книги, которые занимают первые места в конкурсе Paris Photo, автоматически распроданы. А вообще Paris Photo – это такое помпезное событие в шикарных помещениях с большими ставками – чтобы выставиться на этом фестивале, нужно выложить довольно много денег. Издательства, которые на Paris Photo имеют свои стенды, это только самые крупные издательства мира, потому как место стоит, кажется, около десяти тысяч евро.
Но несколько лет назад в качестве альтернативы этому официальному мероприятию появился так называемый Off Print – фестиваль, объединивший независимые издательства и self publishing. Сейчас он вырос до неимоверных размеров и уже в несколько раз больше, чем книжная часть Paris Photo. Вместо конкурсов Off Print проводит семинары. К таким платформам присоединяются современные издательства уже нового типа: как, например, одно из самых серьезных издательств на сегодняшний день Archive of Modern Conflict (Лондон), которое выпустило неимоверную, уже нашумевшую в 2013, книгу Holy Bible – это настоящая Библия, с напечатанными в ней фотографиями.
А.С.: The Guardian в разделе о фотографии в конце каждого года подбивает итоги выпущенных фотокниг, и у них она заняла первое место.
М.П.: Да, в конце каждого года многие европейские и американские издания теперь делают списки лучших фотокниг года. В прошлом году подобных списков было порядка 50. Один блогер собрал все рейтинги в один и вычислил наиболее часто повторяемых призеров. Книга Holy Bible была на первых местах практически во всех списках. И хотя у Archive of Modern Conflict неограниченные экономические возможности, так как за ними стоит очень богатый человек, они все же предпочитают находиться между independent и self publishing, потому что самое интересное происходит именно в этом фотографическом сегменте.
А.С.: Насколько таким издательствам рентабельно существовать в Европе?
М.П.: Сейчас все чаще можно наблюдать ситуацию, когда более успешными становятся книги, издаваемые самими фотографами без помощи крупных издательств. Крупному издательству, такому, например, как Staibel, которое издает сотни книг в год и оперирует миллионами, не так страшно ошибиться с одной публикацией, как самостоятельному фотографу. Потому что издать книгу стоит все-таки дорого – если делать качественно, то это порядка 15 тысяч евро.
А.С.: С каждым годом фестивалей фотокниг становится все больше?
М.П.: Да, если раньше был единственный – Paris Photo, то на сегодняшний день в мире можно насчитать десяток. Уже заговорили про новый фестиваль, который будет в сентябре 2015 года в Стокгольме. Его делают самые сильные игроки в фотографическом поле Швеции – стокгольмский Дом фотографии, Хассельблад центр, Художественный музей Гётеборга и Гётеборгская типография. Я являюсь одним из двух инициаторов этого фестиваля. У нас будет более академический формат. Что значит академический формат для фестиваля фотокниг? В Амстердаме в декабре перед Рождеством каждый год проходит книжный фотофестиваль, который делает Музей фотографии Marsel Haus, и он акцентирует не на ярмарке, а на дискуссиях и круглых столах. То есть больше обсуждений и анализа. И потому как ярмарочный формат существует уже достаточно долго, я не вижу нужды добавлять еще один в Стокгольме – будет актуальнее сконцентрироваться на формате дискуссий.
А.С.: Вы говорили о публикациях европейских периодических изданиях, которые, по крайней мере, раз в год рассказывают о выпущенных фотокнигах. Как думаете, когда это станет реальностью и для украинских СМИ? Возможно ли это в принципе?
М.П.: Книга Михайлова «Неоконченная диссертация» в свое время была номер один во многих рейтингах. Сейчас Кирилл Головченко с призом European Publishers Award for Photography стал известен во многих странах. Группа «Шило» в этом году сделали свою небольшую dummy-книжку EuroMaidan – она тут же стала событием и номинирована на уже упомянутом Paris Photo.
Миша Педан. Конец прекрасной эпохи
А.С.: Да, но что касается украинской фотографической среды…?
М.П.: А кто будет оценивать эти книги? Экспертов по фотокнигам в Украине нет, также как и нет издательств, которые бы работали только с фотокнигами, причем на постоянной основе. Но с другой стороны, если бы в Украине появлялось сто новых фотокниг, кто-то наверняка бы начал это отслеживать и анализировать.
А.С.: Еще один болезненный для украинской фотографической среды вопрос – отсутствие музея фотографии. Как вы думаете, почему в Украине он до сих пор не появился?
М.П.: Как и прежде это упирается в отсутствие устоявшейся культуры и отсутствия школы. Эти процессы взаимосвязаны. Никто не выстраивает фотографическую систему. Единственно, где она удивительным образом выстроилась сама по себе, это Харьковская школа фотографии – там есть преемственность, какая-то образная коммуникация между тремя поколениями авторов. Например, группа «Шило» и их книга «Оконченная диссертация», о которой я уже говорил, пытаются переосмыслить опыт Михайлова и его книги «Неоконченная диссертация». Но это исключение. Вот эта попытка переосмысления фотографической культуры в Украине отсутствует. Есть отдельные люди, которые разбираются в фотографии, пишут, но этого мало, так как структуры нет – нет образования и нет институций. А если структуры нет, все рассыпается.
А.С.: А как эта структура может появиться? Некоторые считают, что, например, музей фотографии появится тогда, когда появится запрос общества.
М.П.: Глупости. Никакого запроса никогда не будет, пока людям не покажут «продукт», грубо говоря. Как у людей может появиться запрос на что-то, что они никогда не видели? Нет, структуру должно выстраивать профессиональное сообщество. Кстати, Фотографическая Альтернатива одна из таких структур. Важно создание объединяющих людей структур, которые дают возможности делать проекты, обеспечивают поддержку и конкуренцию. Но без налаживания системы профессионального образования ничего не получится. Должна появиться настоящая школа, потому что пока все, что есть в Украине, это только курсы фотографии.
Что касается художественных вузов, то людям, которые там работают нужно осознать, что изменения необходимы и они не компетентны в фотографии. Туда нужно приглашать практиков извне, возможно даже из других стран. Этот процесс изменений сложный и займет время. Но я также наблюдал и ситуации, когда перемены происходили довольно быстро. Например, в Финляндии одна фотошкола за 10 лет поднялась с нуля до очень высокого уровня. Если целенаправленно начать строить структуру, то за 5 лет возможны положительные сдвиги. Образование это часть, организация независимых объединяющих структур – вторая часть, и третья часть – это заинтересованность государства в культурных процессах. Всем предыдущим министрам культуры в Украине было плевать на фотографию – они ровным счетом ничего в культуре в целом не смыслили. Может быть, сейчас что-то изменилось, но понятно, что пока война, тоже не до этого.
А.С.: А какой эта фотографическая институция может быть? С какой фотографией работать? Архивной, современной или мультимедиа?
М.П.: Мультимедиа – это понятие, которое было модно на Западе несколько лет назад, а сейчас перебралось в Восточную Европу. Работа с архивом – одна из частей современной фотографии. Поэтому нет смысла пытаться строго разделить на направления – стоит просто работать в современном фотографическом поле. Через какое-то время такой целенаправленной работы обязательно придут изменения, потому что та энергия, которая есть в украинской фотографии, уникальна – ничего подобного в Европе нет.
Алина Сандуляк
Предыдущие материалы в этом разделе:
Він був вільним художником ентузіастом, любив експерименти, знімав вечорами і в темний час. Масово його кольорові знімки побачили світ лише в 2007 році, коли викладач вийшов на пенсію. Він був першим, хто фотографував міське життя в кольорі.
ой ДеКарава (09.12.1919 – 28.10.2009) был довольно успешным художником-живописцем, но увлекся фотографией. В 1951 году его заметил Стейхен и выставил в Нью-Йоркском Музее современного искусства, а в 1955 году взял пять его фотографий для своей знаменитой выставки "Род Человеческий".
Фотография может быть педантично реалистичной или вызывающе искусственной. Томас Деманд удерживает эти два полюса в равновесии, напоминая об эфемерности и иллюзорности окружающего нас мира.
Интересно и заставляет задуматься о контенте при желании двигаться в фотографии.
Да, опять какой-то непонятный человек делает все, чтобы убить то человеческое, гуманное, что теплится в украинской фотографии, навязывая западные ценности. Прекратите публиковать такое! Есть очень хорошие люди, делайте интервью с ними. Например с В. Пылыпюком, Э. Странадко, А. Стринадко, Вацлавом Мошинским,О. Бурбовским, С. Гевелюком, Р. Гинзбургом, Т. Перуном и др. А все эти эмигрант Педан, бизнесмен Михайлов, проповедник разрушающей эстетики и западного взгляда на искусство Ляпин, жуткий извратитель и вор Краснощек, сексуальный маньяк и развратитель молодежного неокрепшего сознания Пядковка должны прекратить свою пагубную деятельность на Украине и ехать в Польшу. Там им место. И есть же организации, которые должны прекратить их растлевающую деятельность. Почему они молчат? Где Союз художников, Союз писателей, Союз фотохудожников, Комиссия по морали, СБУ? Книги должны издаватья только госиздательствами, а не так как как говорит этот “швед”. Каждый делает то, что хочет. Вот и довели великую культуру до Чичкана и Пинчука. Уберите это интервью или его уберут настоящие люди культуры.
Це вже п’яте інтерв’ю з Педаном. Може вистачить? Ніби немає інших цікавих авторів. Наприклад, дуже самобутній український фотограф Олександр Швець, може багато розповісти про ситуацію з фотомистецтвом в країні.
Да, я тоже за интервью со Швецом! Интересно узнать как правильно снимать голых баб! Люблю голых баб фотографировать, но вот правильно не получается, а иногда до фотографирования вообще не доходит, так как секс побеждает. Важно узнать у Швеца, как он умеет совмещать или вообще избегать совокуплений ради фотографий.
Каждый имеет право на своё мнение. Было бы хорошо пригласить к разговору и представителей НСФХУ.