"Все мы наблюдаем, как разворачивается торговая война". Что будет с казахско-кыргызскими отношениями?
Казахстанские участники мягко избегают необходимости обозначить конкретные цифры ущерба для внешнеторговых отношений двух стран, неохотно признавая лишь некоторые возникшие "ограничения" на границе двух стран. На долю РК приходится 11-12% от общего товарооборота КР (третье место после РФ и КНР). На долю же Кыргызстана выпадает всего лишь около 1% внешнеторгового оборота Казахстана. "И это, в принципе, объяснимо, учитывая масштабы казахстанской экономики," – сообщил эксперт Института мировой экономики и политики при Фонде Первого Президента – Елбасы (ИМЭП) Жумабек Сарабеков.
Согласно его данным, Казахстан больше экспортирует в Кыргызстан, чем импортирует от соседей: экспорт из РК в КР $355 млн против импорта $185 млн. По словам Сарабекова, все мы наблюдаем, как разворачивается торговая война. Не торговый конфликт, а маленькая торговая война, акцентировал внимание отечественный спикер. Казахстан вводит временный запрет на ввоз молочной, мясной и кондитерской продукции Кыргызстана. КР вводит ограничения на импорт казахстанской нефти и снижает объёмы закупок казахстанского угля. Аналитик отмечает, как важный, тот факт, что Кыргызстан является для Казахстана рынком именно для переработанной продукции (металлоизделия, сахар, мука, мучные и кондитерские изделия). Другой ключевой фактор сотрудничества соседей – трудовая миграция. Цифру в 120 тысяч трудовых мигрантов он считает приблизительной, на самом деле в Казахстане соседей трудится намного больше.
Складывающаяся ситуация не приносит пользы никому. Г-н Сарабеков уверен, что рынок Кыргызстана экономически ориентирован на торговлю и взаимодействие с Казахстаном. И в данном контексте риторика президента Атамбаева (на момент встречи он был ещё главой КР. – Авт.) и его критические заявления в адрес Казахстана выглядят "в некоторой степени немного нелогичными".
Однако, если верить кыргызским экспертам, то основной рынок в ЕАЭС всё же "не вы и не мы", то есть не Казахстан и не Кыргызстан. Как подчеркнул Марат Мусуралиев, заместитель директора ОсОО Smart Business Solution Central Asia (Бишкек) и корпоративный секретарь ОАО "Капитал Банк" (Бишкек), ёмкость российского рынка на порядок больше, чем любого другого участника ЕАЭС. И все понимают, что тот "контрабас" (контрабандный товар. – Авт.), который сюда завозят, будет идти в Россию, откровенно заявил он. Прогноз МВФ о снижении ВВП Кыргызстана в 2017 году (на 0,3%) обсуждался на встрече многократно обеими сторонами. Гости из Бишкека оценили в итоге потери своей страны в миллионы долларов США.
Однако не все последствия торговых войн можно отобразить и смоделировать в цифрах. Кыргызстан на этой блокаде ощутимо теряет в своём ВВП, а теперь и Казахстан наравне с ним уже отнесён экспертами к числу бедных стран. Опыт многих стран показывает, что именно падение жизненного уровня позволяет активизировать вербовку своих "торпед" транснациональному криминалитету. Показательная казнь в Алматы медийного топ-менеджера из Кыргызстана Геннадия Павлюка показала в своё время, что сращивание преступников двух стран происходит весьма цинично и жёстко, в обход всевозможных границ и барьеров.
Отвечая на вопрос журналиста Informburo.kz о растущей социальной напряжённости и преступности в беднеющем Кыргызстане и последствиях для Казахстана, г-н Сарабеков признал, что "эта тема очень вкусная". Но призвал не переоценивать последствия, которые могут быть. По его словам, речь не идёт о тотальной блокаде кыргызских товаров. Он уверенно спрогнозировал, что блокада, скорее всего, будет снята, и для подобных беспокойств не видно повода.
Однако казахстанскому спикеру оппонировал кыргызстанский визави Марат Мусуралиев:
"Казусы на границе приводят к таким последствиям, которые люди не всегда могут просчитать. И социальные последствия есть, и криминогенные – их надо анализировать и попытаться прогнозировать их ход дальше".
"Очередь можно расшить за два дня"
Несмотря на то, что Казахстан и Кыргызстан соединяют артериями сразу шесть автодорожных переходов, только два из них работают сегодня в полную мощность, посетовал г-н Мусуралиев. Остальные гоняют только порожняк, "вдруг" прекратив пропускать товары из Кыргызстана, – "потому что нет рентгена". На двух оставшихся казахстанские таможенные службы то включают, то отключают терминал.: "В кошки-мышки играем", – пожаловался Марат Мусуралиев собравшимся. И подвёл итог: 430 фур скопилось на переходе Карасу – Актелек и ещё 187 ждут своей очереди на переходе в сторону Таласа. Если раньше за сутки можно было прогнать через границу 400 фур, то с началом блокады – только 70-80 машин. Очередь можно "расшить" буквально за два дня, прогнозирует спикер, но возникают всё новые требования. Среди них, например, создание специального прохода внутри фуры вдоль рядов с товаром: так, чтобы страж границы с собакой мог свободно пройти для обследования груза.
Кыргызский бизнесмен напоминает, что многокилометровые пробки – только часть, верхушка айсберга. Множество машин, задержавшиеся на границе, также опаздывают на разгрузку и в российские морские порты – и там ещё неделю также вынуждены ждать прихода нового грузового судна. Плюс к тому Россия с августа 2017-го также начала потрошить все фуры, в том числе и казахстанкие.
Есть ли выход из конфликта?
Аккуратно и в порядке предположения кыргызские гости говорили о том, что среди очень многих кыргызстанцев бытует мнение, что в Казахстане есть "очень большая, но негласная оппозиция к Назарбаеву". Мол, если дать голос критике, то очень многие этому обрадуются и поддержат. Возможно, это заблуждение, подчеркнул политолог Эмиль Джураев из Академии ОБСЕ (Кыргызстан). По его словам, Атамбаев не сильно задумывается о том, что у Назарбаева реальная и большая поддержка среди граждан Казахстана.
Реакция Казахстана не видится из Кыргызстана "размеренной" или "умеренной", как её оценивают казахстанские аналитики, считает г-н Джураев. Он напоминает, что в ответ на "просто слова" целая страна просела на проценты ВВП. Он задаётся риторическим вопросом: "И если это умеренная реакция, то следующее – что? Скорее всего – война".
К сдержанности призвал и казахстанский политик и общественный деятель Толеген Жукеев, также принявший участие в этой встрече. Когда представитель ИМЭП назвал Казахстан "умным игроком", г-н Жукеев напомнил, что умных наций не бывает. В эксклюзивном комментарии для Informburo.kz он согласился разъяснить один из сложившихся в ходе казахстанско-кыргызского конфликта парадоксов.
Фамилия российского главы государства всплывала в спичах участников едва ли не чаще имён их собственных президентов. На посредничество ВВП в урегулировании торговой войны рассчитывает казахстанский эксперт Жумабек Сарабеков: это может произойти на встрече в Минске, куда впервые прибудет новый глава КР Сооронбай Жээнбеков. К президенту РФ публично взывал и сам Алмазбек Атамбаев, переживая на пресс-конференциях за судьбу ЕАЭС.
– Вам не кажется странным, что принуждения к миру ожидают от Путина?
– Это рассуждение такого общего характера. Оно на бытовом, на житейском уровне у людей есть. Есть синдром – иногда апеллировать. Тем более от политологов. Это вообще сверхнаив и вообще неправильная такая постановка.
– Путину политологи больше верят, чем полагаются на волю своих народов?
– Неправильное у вас восприятие. Это не значит, что политологи ему (Путину. – Авт.) верят. Они просто тиражируют, транслируют то, что где-то слышали. Возможно, они сами так не думают. А кто-то так сказал. И это высказывается, вбрасывается. Люди же за свои слова, за политические последствия не отвечают. И это в корне неверно. Думают, что на круглых столах можно о чём угодно говорить. Оно не фиксируется. Это как бы неофициальная точка зрения, поэтому можно такие вещи говорить. У меня – другой ракурс, другой жизненный опыт. Поэтому я очень аккуратен и осторожен в таких делах. Мой политический и жизненный опыт говорит, что нельзя этого делать.
– А народ может заставить своих президентов помириться друг с другом? У народа есть такие механизмы? У общественного мнения такая сила есть?
– На этот вопрос ответ ты и без меня знаешь. Это очень наивный вопрос. К сожалению, пока народ ни на что воздействовать в реальном смысле, тем более на вождей, на руководителей наших стран – пока не в состоянии. Но когда-нибудь – обязательно будет.