На каком языке говорил древний Киев?
Судя по цитатам из статьи Соболевского А. И. "Древнекиевский говор" (целиком, к сожалению, не читал), древнекиевский диалект с галицко-волынским не имел ничего общего. По мнению Ларина Б.А., галицко-волынский говор распространяется в районе Приднепровья и Левобережья только с началом колонизации этой территории выходцами из Галичины с конца XV века. А родиной акающего вокализма, по инению Аванесова Р.И., является северо-восточная часть Русской земли 11 - 12 вв.
Ключевский не видел разницы между Новгородом и Киевом, и в целом полагал, что вся "Киевская Русь" говорила на о, окала; что говоры великорусского наречия сложились путем постепенной порчи первоначального русского говора; что (с подачи Даля) акающие говоры Великороссии образовались при обрусении чудских племен; что чудское влияние заметно испортила вообще русскую речь, а русский говор в наибольшей чистоте сохранился в Новгороде [17].
Иное мнение у академика Соболевского. Разбирая древние памятники русской письменности, он проводит резкую границу между говорами галицко-волынскими и собственно киевским: собственно киевские документы по языку и орфографии приближаются "более всего к средне-великорусским говорам"; "что в них можно отметить, это отсутствие формы 1-го лица множественного числа на "мо" (мы чытаемо, пышемо, робымо, спымо), обычной в Галицких грамотах XIV-XV веков и в современных малорусских говорах" [18].
Летописи, записанные или составленные в Киеве, "пользуются словом старейшина в позднейшем значении одного человека, между тем, как малорусские говоры употребляют его лишь в древнейшем значении собирательном; зоря в значении заря, между тем как малорусские говоры знают его только в значении звезда; словом лошадь, чуждым малорусскому наречию. Этим летописям, как и вообще всем несомненным и предполагаемым текстам киевского происхождения, чужды обычные малорусские слова, как кохати, гай, квет… Вообще нет никаких оснований считать древнекиевский говор тождественным или родственным с древним галицко-волынским говором. Напротив того, необходимо видеть в древнекиевском говоре один из говоров, близких говорам белорусско-великорусского типа" [19]. "Читающий Начальную и Киевскую летописи ПОРАЖАЕТСЯ близостью их синтаксиса и словаря к великорусскому материалу" [20].
Но главная особенность говора, который слышался в Киеве вплоть до половины XVI века, это его аканье: "аканье заметно в Учительном Евангелии 1434 г. (Публичная библиотека) написанном в Киево-Печерском монастыре" (там же). Помянник киевского Михайловского монастыря в первой своей части (половина XVI века) дает: Радион, Сафон, Саламия, Евдакея, Адарья (при Одарья), Алексей (при Олексей) и т.п [21]. Также отметим, что малороссы XVII века видели в коренных жителях Чернигова (по их говору) "московских" людей [22]. Потом всякие следы киевского говора исчезают.
17. Ключевский В.О. Исторические портреты. М., 1991, с. 44-47.18. Соболевский А.И. Древнекиевский говор // "Украинская" болезнь русской нации. М, 2004, с. 305.19. Там же, с. 306-307.20. Там же, с. 309.21. Там же, с. 307.22. Щеголев С. История "украинского" сепаратизма. М., 2004, с. 26.http://www.rusk.ru/st.php?idar=104110
А вот мнение современной науки о месте и времени появления аканья.
Аванесов Р. И. Русская литературная и диалектная фонетика. - М., 1974, с. 231, 234.
Таким образом, Рязанское, Новгород-Северское, Черниговское княжества XII - XIII вв. - вот в основном место и время образования аканья.
Именно эту область, соответствующую Русской земле конца XI - начала XII вв. (т.е. Киевскому, Переяславскому и Черниговскому княжествам) с некоторым расширением на северо-восток по Оке (примерно от Коломны до Старой Рязани и ещё несколько дальше), следует считать первоначальной территорией фрикативного г.
Нетрудно заметить, что северо-восточная часть этой области одновременно является территорией возникновения аканья.
Аванесов, Рубен Иванович - российский языковед, основоположник хронологической школы, один из основателей московской фонологической школы, член-корреспондент АН СССР, профессор МГУ. Основные труды посвящены исторической и описательной русской диалектологии, истории русского языка, исторической и описательной фонетике, фонологической теории, русской орфоэпии и орфографии.
Под его редакцией изданы белорусский, украинский и общеславянский лингвистические атласы.
Приблизительно в то же самое время, как аканье исчезает в Киеве, оно впервые фиксируется в московских документах.
Ларин Б. А. Лекции по истории русского литературного языка (Х-середина ХVІІІв.), - Санкт-Петербург, 2005, с. 298.
Если в рукописях XIV в. можно обнаружить только незначительные черты фонетического и грамматического порядка, которые указывают на будущий белорусский язык [. ], то в XVI - XVII вв. белорусский язык отражен в целом ряде памятников белорусской письменности.
Точно так же украинские грамоты XIV - XV вв. отличаются от севернорусских только немногими малозаметными фонетическими и грамматическими чертами.
Даже по небольшому отрывку из украинского Пересопницкого евангелия середины XVI в. сразу видно, как ярко отражается в этом тексте украинский язык, не говоря уж об оригинальных сочинениях, которые появляются на Украине в XVI - XVII вв. в огромном количестве.
Текст показывает, что формирование украинского языка в тот период шло очень интенсивно. Объясняется это тем, что на Украине, так же как и в Московском государстве, именно с конца XV в. начинается чрезвычайно активная колонизация среднего Приднепровья и Левобережья, которые до того были в большом запустении. Колонизация шла в основном с запада, с Галичины, и в меньшей мере с севера. Эти вновь заселенные, достигшие экономического расцвета области Украины и стали местом образования украинского национального языка.