Почему меняются директора АвтоВАЗа?
Первого июня АвтоВАЗ возглавит человек с экзотический фамилией Каракатзанис. До этого француз занимал пост главы фирмы Dacia и теперь повторил карьерный маршрут своего предшественника: Николя Мор до своего прихода на ВАЗ также возглавлял румынское отделение Renault. Мы воспользовались поводом и решили вспомнить всех предшественников Ива Каракатзаниса на посту руководителя АвтоВАЗа.
Творец
Для ВАЗа первый директор — фигура почти библейского масштаба. Поляков возглавил ВАЗ в 1966 году, когда никакого завода и в помине не было: на его плечах были переговоры с итальянцами, корректировка конструкции «Фиата-124», строительство автогиганта, монтаж оборудования, а заодно и создание города вокруг нового производства. Ведь на тот момент население Тольятти составляло меньше ста тысяч человек, а уже к 1970 году оно удвоилось!
В каком-то смысле Поляков имеет типичную судьбу руководителя того поколения — до высокого поста прошел весь путь с самого низа. Был учеником слесаря, воевал. В общем, был настоящим self-made man по-советски.
Современники вспоминают, что работе Поляков был предан до фанатизма, руководителем был чрезвычайно жестким, но умел подбирать людей и ценить преданность делу. То время вообще было богато на сильные характеры — взять хотя бы Королева, двигавшего советскую космическую программу. Сейчас таких людей уже не делают…
ВАЗ был объявлен «Всесоюзной ударной комсомольской стройкой» — так обозначали стройки высшей значимости для государств — и работа шла при постоянном аврале. Все время чего-то не хватало: то материалов, то оборудования. Не способствовала успеху и типично советская централизация — согласовывать на самом верху приходилось малейшие изменения в проекте.
И все же, несмотря на трудности, в 1970 году завод был пущен: в апреле по обходным технологиям собрали первые четыре машины, постепенно наладив полноценное массовое производство. Это сейчас мы привыкли поглядывать на ВАЗ снисходительно, но для того времени это был настоящий прорыв — лучший в стране завод, сделанный по западным принципам организации труда, и выпускавший автомобили европейского уровня: седаны 2101 и 2103, и универсалы 2102.
Хотя итальянцы предполагали, что ВАЗ станет чисто сборочным производством, Поляков распорядился начать конструкторские работы по оригинальным моделям: переднеприводной модели 1101 (в серию не пошла) и полноприводной 2121, которая потом превратился в «Ниву». Эпоха Полякова на ВАЗе закончилась в 1975 году, когда по настоянию министра автомобильной промышленности Тарасова он стал его преемником. Пошел на повышение!
Преемник
На пост генерального директора ВАЗа был назначен заместитель Полякова по производственным вопросам Анатолий Житков. В официальной историографии этот период выглядит оптимистично: на заводе сконструировали и запустили в серию два мотора «классического» семейства увеличенного объема (1,3 и 1,6 литра), начали производство «люксовой» модели 2106 и уникального на тот момент внедорожника «Нива» 2121, провели рестайлинг заднеприводного семейства (седаны 2105 и 2107, универсал 2104), спроектировали совершенно новую модель 2108 — первый советский переднеприводник.
Но на деле все было не так благополучно. Страна вползала в брежневский застой, то же самое происходило с заводом. Много позже Житков в мемуарах признавался, что работа в обычном режиме оказалась сложнее, чем в состоянии аврала, как в первые годы ВАЗа. Были и другие факторы , на которые директор повлиять не мог: как у любого советского предприятия, развитие ВАЗа полностью зависело от государства, и завод страдал от недофинансирования — становился очевиден физический износ оборудования.
Результатом стал кризис: нестабильная работа производства, перебои с поставкой комплектующих, снижение выпуска. В 1982 году второй директор покинул свой пост: 75-летний Житков ушел на пенсию, хотя фактически это была принудительная отставка.
Реконструктор
После отставки Житкова пост директора занял его заместитель Валентин Исаков.
ВАЗ всегда считался надежным поставщиком валюты для государства, но завод в условиях плановой экономики не мог угнаться за западным рынком, и экспортный потенциал все сильнее истончался. Когда в 1984 году в серию запустили принципиально новый для СССР автомобиль переднеприводного семейства 2108, он по мировым меркам уже устарел.
В стране начиналась перестройка. Никто еще толком не знал, что это такое, а на ВАЗе начали крупномасштабный экономический эксперимент: завод получил право направлять почти половину прибыли на разработку новых моделей и закупку оборудования.
Правда, c плановой экономикой все это уживалось плохо: ведомства запаздывали с модернизацией предприятий-смежников и даже с обеспечением материалами — те начали срывать поставки компонентов… В июне 1987 года больше половины машин сошли с конвейера некомплектными. На завод пришли забастовки. В 1988 году Исаков уходит на пенсию — на следующий день после своего 60-летия.
«Народный» лидер
Звучит фантасмагорически, но в революционной атмосфере конца восьмидесятых новый директор завода. выбирается сотрудниками ВАЗа, голосованием из трех кандидатур! В выборах побеждает Владимир Каданников — выходец с ГАЗа, работавший на ВАЗе почти с самого начала, с 1967 года.
До того, как возглавить завод, он был заместителем начальника цеха крупной штамповки, директором прессового производства, заместителем генерального директора по производству.
В стране распадается советская система управления — и то же самое происходит на заводе: возникают сотни новых центров влияния, обостряются проблемы с поставщиками. Новое руководство вводит бартерные платежи, расплачиваясь за услуги и детали машинами. Это позволяет сохранить завод на плаву здесь и сейчас, но лишает предприятие притока «живых» денег.
Разным подразделениям завода выделяют нормы машин, которые они могут продать в своих интересах. Вокруг этого быстро растет коррупционная экономика со «своими» дилерами и заковыристыми схемами, загоняющими завод все глубже в долги, возникают свои околозаводские криминальные группировки.
Происходит даже конфликт с властями: дошло до того, что в середине девяностых Каданников распорядился заморозить выплату налогов в бюджет — якобы чтобы финансировать работы над новыми моделями.
В начале девяностых отметился здесь и печально знаменитый Борис Березовский, организовавший предприятие AVVA, которое должно было запустить в производство совершенно новую доступную малолитражку. До сих пор трудно сказать, планировалось ли это как афера с самого начала, но новую модель мы так и не увидели — а проект в конечном итоге, десять лет спустя, превратился в известную всем «Калину».
Имел ли к этому отношение гениальный авантюрист Березовский, но при приватизации ВАЗ получил чрезвычайно запутанную «закольцованную» структуру собственности: более двух третей акций находились у номинальных держателей, которые сами принадлежали ВАЗу или физическим лицам. Ни один зарубежный инвестор на таких условиях работать, конечно же, не захотел и завод продолжил чахнуть.
Каданников продолжал оставаться у руля и после 1996 года, став председателем совета директоров компании АвтоВАЗ. На посту же президента-генерального директора (теперь эта должность именовалась так) его сменил Алексей Николаев (1996-2002), а затем Виталий Вильчик (2002-2005).