Детские стихи Леонида Мезинова
Мой старый кот Сбежал из дома, Он у меня с рожденья жил, Я сам кормил его соломой, Морковкой свежею кормил. За ним Ушла моя корова. Я сам прогнал ее взашей За то, что глупая корова Не шла в амбар ловить мышей. Теперь я Хлеб жую с водою И не слезаю о сундука. КТО МНЕ ВЕДРО МЫШЕЙ НАДОИТ? КТО МНЕ НАЛОВИТ МОЛОКА?
Про пирогу
Для тех, Кто не видел индейских пирог, - Пирога похожа На длинный пирог! Но этот пирог - Необычный пирог: В него не кладут Ни мед, ни творог, В него не кладут Ни капусту, ни лук. А что же кладут в него? Стрелы и лук! Такую начинку Дают пирогу, Чтоб этот пирог Не достался врагу!
Тритоны
В водах тихого затона Пели песни Три тритона. Первые звался ХАРИТОНОМ, Пел Красивым БАРИТОНОМ. Славно пел Тритон Антон, Был он тоже баритон. Но у третьего тритона Голос ниже На ТРИ ТОНА. А уж если у тритона Голос Ниже Баритона - Значит, это МОЩНЫЙ БАС! . . . . . . . . . Вот и весь рассказ.
Жил в речке одной Преогромнейший сом. Он был так огромен, Велик И весом, Что даже лягушки, Увидев сома, От страха Сходили с ума!
Но был добряком Преогромнейший сом, Великий любитель Купаться! Любил кувыркаться В воде колесом И в тине усами Копаться.
Еще он любил По утрам собирать Упавшие звезды В речушке. Поверьте! Напрасно сходили с ума От страха Речные лягушки. Сома-силача, Великана сома Не стоило им опасаться. Был сом так огромен, Велик и весом, Что просто Стеснялся Кусаться!
Картина
В старом чулане, Где пыль с паутиной, В тёмном углу Отыскалась картина. А на картине – Речка и дом. Тётушка Дженни И дядюшка Том. Дядюшка Томас Сидит на реке, Дядюшка Удочку держит В руке. А на крылечке Тётушка Джен Варит повидло, А может быть, джем. Годы бегут Над соломенной крышей, Шепчутся в погребе Толстые мыши: Что ж это, Что ж это, Что ж это будет? Скоро ли дядюшка Рыбы наудит? Что приготовит Почтенная Джен – Может, повидло? А может быть, джем?
Тетушка, племянничек и письмо
Мезинов Леонид - Юлиан Тувим
– Тебя просили опустить Письмо, ты помнишь, котик? – Письмо? Да мог ли я забыть? Клянусь здоровьем тёти!
– Забыть, мой зайчик, не беда, Вот лгать старушке тёте. – Письмо отправил я, когда Была ты на работе.
– Тогда ты вспомнишь, спору нет, И мне ответишь, мышка, Какого цвета был конверт У этого письмишка?
– Конечно, тётя! Чудный цвет, Неяркий, но красивый. – И все же ты отнёс конверт Зелёный или синий?
– Твоё письмо – в руках нести?! А если нападенье? Его я спрятал на груди И нёс – как донесенье!
А забежав за уголок, Тотчас же бросил в ящик. – Ответ прекрасный, голубок, К тому же – подходящий.
– Да, чтоб достать его рукой, На цыпочки поднялся. – И не упал. Ах, Боже мой, Как козлик мой старался!
– Минуты две – нет, три! – пыхтел, А подошел военный И даже чуточку присел – Такой был здоровенный!
Потом две девочки прошли. Такси промчалось вроде. Корову мимо провели. Клянусь здоровьем тёти!
Потом купил я эскимо У дома. Вот как было! – Всё было, ослик, лишь письмо Я дать тебе забыла!
Гиндулла на улице
Мезинов Леонид - Галин Давлетов
Скучая, сидел, У ворот Гиндулла, А бабушка козлика Мимо вела. Шел козлик Послушно… Но тут Гиндулла Как с криком вдруг Выскочит из-за угла.
Из погреба в дом свой Соседка Зила В узорном кувшине Сметану несла. Уж дверь отворила… Но тут Гиндулла Как громко залает Вдруг из-за угла.
Сердитый бабай* Из другого села Шел, палкой играя… Но тут Гиндулла… А что Гиндулла? Ничего Гиндулла! И носа не высунул из-за угла.
В зоопарке
Мезинов Леонид - Эдуард Авакян
Полярный медведь, что дремал под скалой, Увидел вдруг бурого братца… – Откуда, – он рявкнул, – грязнуля такой? И надо же так ИЗВАЛЯТЬСЯ! Но где отыскал ты, приятель, ответь, Такое количество сажи. – …Проснулся сосед его, бурый медведь, И сел от волнения даже. – Ой, белый медведь… Да не снится ль он мне? Я в жизни с таким не встречался! Эй, коли уж ты прислонился к стене, Пошел бы, чудак, искупался!
Бегемот на улице
Мезинов Леонид - Эдуард Авакян
Кричал и толпился у сквера народ: – Живой бегемот? Но откуда? – Откуда он взялся? Куда он идет? – Вот чудо, великое чудо! А он не спеша продвигался вперед, То медленно рот разевая, То прыгать пускаясь… Казалось, бредёт Куда-то гора небольшая. Сбавляли трамваи стремительный ход, В домах дребезжала посуда. И плыл, как корабль по волнам, бегемот Средь грохота, звона и гула, И криков прохожих, и лая собак… И молча из шумных окошек Смотрели, как шёл бегемот в зоопарк, Сто мрачных, взъерошенных кошек.
Рисунок
Мезинов Леонид - Абдулхак Игебаев
Я карандаш с бумагой взял, Нарисовал дорогу, На ней быка нарисовал, А рядом с ним корову.
Направо дождь, налево сад, В саду пятнадцать точек, Как будто яблоки висят И дождик их не мочит.
Я сделал розовым быка, Оранжевой – дорогу, Потом над ними облака Подрисовал немного.
И эти тучи я потом Проткнул стрелой. Так надо, Чтоб на рисунке вышел гром И молния над садом.
Я чёрным точки зачеркнул, И означало это, Как будто ветер вдруг подул – И яблок больше нету.
Ещё я дождик удлинил – Он сразу в сад ворвался, Но не хватило мне чернил, А карандаш сломался.
И я поставил стул на стол, Залез как можно выше И там рисунок приколол, Хотя он плохо вышел.
Комары
Мезинов Леонид - Абдулхак Игебаев
– Комары! Комары! Вы уж будьте так добры, Не кусайте вы меня Столько раз средь бела дня!
Отвечали комары: – Мы и так к тебе добры, Ведь кусаем мы тебя, Хоть до крови, но любя!
Корабельная сосна
Мезинов Леонид - Абдулхак Игебаев
Она прислушивалась в страхе К раскатам грома. И ждала. Молчали две намокших птахи, Прижавшись у её ствола.
Зловеще молния сверкала И озаряла свод небес, – Казалось, что она искала Её, одну на целый лес.
Всё лето грозовыми днями Она той молнии ждала. Бежать? Но ведь она корнями К земле прикована была!
Ушла гроза. И ожил снова В лесу нестройный гомон птиц. И дышит влагой бор сосновый, И меркнут сполохи зарниц.
А по коре сосны шершавой Ползла смолистая слеза – Сосна на страх имела право: Могла и завтра быть гроза.
Однажды
Мезинов Леонид - В.Талян
Однажды, Из таза достав постирушку, Хозяйка во двор Отнесла на просушку Чуть влажные брюки, Панаму И майку. Развесила всё – И пропала хозяйка! Пригрелись На солнышке Мокрые брюки И вот Неожиданно, Просто от скуки, Шагнули, Ничуть не касаясь земли… И, топнув, По воздуху Быстро пошли! Потом побежали, Запрыгали брюки И стали Такие выделывать трюки, Что грустная майка Под номером пять Слезу перестала На землю ронять И, к солнышку взвившись Привычно и ловко, В турник превратила Простую верёвку! Увидела Чудо такое Панама И чуть не свалилась В песочницу прямо. Да вовремя, К счастью, Тугая прищепка В макушку Вцепилась ей Крепко-прекрепко. Тут ветер улёгся, И вышла хозяйка, И высохли брюки, Панама И майка.