"Тум-балалайка" и другие песни-загадки - aunt_nessie — LiveJournal
Чувствую себя обязанной изложить содержание лекции о "Тум-балалайке", особенно после отчета taki_net .
Сообщение о том, что "Тум-балалайку" играл оркестр заключенных в Освенциме (на которое ссылается Галич в "Балладе о вечном огне"), вызывает большие сомнения. Первую публикацию, насколько известно, осуществил Авраам Эльштейн (Эйб Эльстайн) в 1940 г. в Штатах, так что до войны этой песни в репертуаре европейских исполнителей не было. Не попались мне варианты "Тум-балалайки" и в доступных в Интернете фольклорных записях Моисея Береговского. Вполне возможно, что эта песня попала в Европу только в 1959 г., когда сестры Бэрри с группой американских артистов побывали на гастролях в СССР. Что касается рассказа о "Тум-балалайке" в Освенциме, то это, наверное, ложная память рассказчика (оркестр играл другие мелодии, но подсознание подставило туда "Тум-балалайку") либо невольный вымысел или даже сознательный анахронизм Галича.
Небольшое отступление о Моисее (Михаиле) Яковлевиче Береговском (1892-1961). Он посвятил свою жизнь изучению еврейского музыкального фольклора. С 1927 года и до самой войны Береговский каждое лето отправлялся с фонографом в экспедицию и собрал огромное количество песен, наигрышей и пьес народного театра. Во время войны немцы не уничтожили эти записи, а описали и вывезли, после войны архив был возвращен в Киев. Береговский, вернувшись из эвакуации, успел еще записать несколько песен от уцелевших жителей гетто, но тут грянула "борьба с космополитизмом". Кабинет еврейской культуры в Киеве был уничтожен, а самого Береговского в 1950 г. арестовали. После освобождения (1955) он добился реабилитации и остаток жизни работал над подготовкой своих материалов к публикации и к передаче в архивы. Был кандидатом наук, а защитить докторскую диссертацию помешал арест. Из материалов, собранных Береговским, многое опубликовано и кое-что доступно в Интернете, в частности, издание питерского архива на Google books и каталог киевского архива на сайте восстановленного Кабинета еврейской культуры. Сюжет песни -- жених загадывает невесте загадки и та их успешно разгадывает -- явно архаичен и присутствует в фольклоре как евреев-ашкеназов, так и немцев, русских и украинцев. Неверно, что песни с загадками универсальны: у англичан они, скажем, есть (как и у немцев), а у французов -- нет. По сообщению члена-корреспондента РАН А.В. Дыбо, такие песни есть практически у всех тюркских народов и, скорее всего, именно от тюрок попали и к германцам, и к славянам. Но А.В. -- лингвист, а не фольклорист, и не смогла указать мне работу, где это сказано. В докладе я упомянула также второй близкий сюжет, где жених и невеста дают друг другу невыполнимые задания (например, в русском варианте -- "Сшей ты мне платье из макова цвета" -- "Напряди мне ниток из белого снега" и т.д.). Он не обнаруживается в украинском фольклоре, а в еврейском фольклоре на территории Украины, судя по тем же записям Береговского, наоборот, нет песни-загадки первого типа "Ду мейделе, ду шейнс" ("Ты девица, ты красавица"). Есть во множестве вариантов второй тип -- "Нем мир аройс а бер фун вальд" (приведи мне медведя из лесу), -- а первый, похоже, был распространен западнее. Таким образом, на территории Украины два типа песен-загадок находились как бы в дополнительном распределении: у украинцев имелся первый тип, у евреев -- второй. Загадки в немецких и в славянских (русских и украинских) песнях в основном разные, хотя кое-какие сближения возможны. И там, и там присутствуют загадки-сравнения, такие как немецкая Was ist weißer als der Schnee? (что белее снега? -- Helle Sonn' -- светлое солнце) и русская "Что краше лета?" (красно солнце). Загадки об (условно) "отсутствии важного свойства" тоже есть и там, и там, но строятся различно. Немецкая песенная загадка обязательно содержит некое "базовое имя", например Welches Feuer ist ohne Hitz? (какой огонь без жара? -- abgemaltes -- нарисованный), русская и украинская -- скорее базовый глагол: "Что без корня растет?" (бел-горюч камень), "Что без ветра шумит? (быстра речушка). Глагол, впрочем, может опускаться -- оставляется только отсутствующее свойство, а полная форма загадки как бы подразумевается: "Что без крылья?" (очевидно, летит, ответ -- "белы снеги").В собственно народной еврейской песне-загадке "Ду мейделе, ду шейнс" (запись в исполнении немецкой группы "Янкеле" с Ансамблем щипковых инструментов) загадки по большей части устроены как немецкие, некоторые совпадают дословно: Vos far a vaser iz on a zand? -- (какая вода без песка? -- слезы), Vos far a melekh iz on a land? -- Was für ein König ist ohne Land? (какой царь без страны? -- карточный король). В варианте, опубликованном в сборнике Рут Рубин, есть куплет с парой загадок "русского типа". Одна непосредственно встречается в русских песнях-загадках: Vos flit on fligl? (что летит без крыльев? -- shney -- снег). Вторая не совсем понятна, но хорошо объясняется, если вспомнить русскую "Без клина, без топора мост мостит" (мороз): Vos iz gemoyert on tsigl? (что строится без кирпича? -- frost -- мороз). Русская загадка зафиксирована во множестве вариантов, но только как устная, в песнях ее нет (как и везде здесь, "нет" означает "нет в имеющихся в моем распоряжении материалах").Вернемся к "Тум-балалайке". Последние четыре из семи загадок, которые содержатся в полном тексте песни, приведенном в "Википедии", -- просто два куплета из "Ду мейделе, ду шейнс". В статье сказано (правда, не очень четко -- статья вообще какая-то путаная и явно плохо переведенная с английского), что вместо них могут подставляться любые другие. Псой Короленко, кстати, выступая в августе в ОГИ, спел текст с другими загадками, которые также есть в "Ду мейделе, ду шейнс": "Какой мельник без мельницы?" (мертвый), "Какая ложка без ручки?" (сломанная), "Какое море без песка?" (море слез), "Какой царь без страны?" (карточный король). А большинство исполнителей просто опускает соответствующие куплеты и ограничивается первыми тремя куплетами и тремя загадками, отсутствующими в "Ду мейделе, ду шейнс".
Три (основных) загадки в "Тум-балалайке" -- 'это "Что умеет расти без дождя?" (камень), "Что умеет гореть и не сгорать?" (любовь) и "Что умеет плакать без слез?" (сердце). Первая -- в версии "Что растет без корней?" с многочисленными вариациями -- присутствует практически во всех русских и украинских песнях-загадках с той же не очень понятной отгадкой "камень". Вероятно, раньше это было нормальное словоупотребление -- поиск в Национальном корпусе русского языка принес мне следующую цитату из Бажлва: "хрусталек не простая галька: рядом с дорогим камнем растет" ("Тараканье мыло", 1943). Неясно, было ли подобное когда-либо нормальным в идише, или отгадка всегда выглядела странно.
Вторая загадка ни русских, ни украинских аналогов не имеет. В песнях встречается загадка "Что горит без огня?" (по-украински -- "без полумя"), но с отгадкой "солнце". Более близкой кажется параллель с одной из немецких песен, где есть загадка Nenne mir ein Feuer das ewig brennt (назови мне огонь, который вечно горит) с отгадкой Feuer der Liebe (огонь любви).
Третья загадка есть в украинской песне "Летiв пташок понад воду" (слушать/смотреть в исполнении трио "Волошки"): "що плаче сліз немає" с отгадкой "серце". В русских загадках (устных) сердце "без ран болит", а плачут все больше музыкальные инструменты, в том числе балалайка. Так что альтернативная отгадка звучит в "Тум-балалайке" еще до "правильной": "Что умеет плакать без слез?" -- "Тум-бала, тум-бала, тум-балалайка". В "Пташке" загадка о сердце идет сразу вслед за странной загадкой о скрипке -- "що грає голос має?" (что играет, имеет голос; есть, правда, более осмысленный вариант -- "що мертве голос має?", что неживое имеет голос). Может быть, это не случайно, тем более что одна загадка "лишняя": в одном из вариантов "Пташка" герой обещает загадать семь загадок, а фактически загадывает восемь. С другой стороны, составные описания ("Живет без тела, говорит без языка" -- эхо) обычны в устных загадках, но не в песнях.
Таким образом, первая и третья загадки представляются заимствованием из украинской песни. Забавно, что балалайка в припеве -- не заимствование. Ее больше нигде нет.