Неначовице – место, где рождается волшебство
Сколько бы ярких впечатлений ни приготовила Прага, а редкий турист не стремится вырваться хоть на денек за ее пределы: в многочисленные замки и усадьбы, природные заповедники и старинные, почти игрушечные городки. И каждый раз ломаешь голову, как бы успеть увидеть побольше.
В рождественские каникулы (в отличие от лета) задачка становится непростой, ведь график расположенных рядом объектов не всегда совпадает, маршруты осмотра сокращены, а какие-то достопримечательности и вовсе закрыты. Вот, к примеру, популярный у туристов замок Карлштейн. Совместить бы его с Конепрусскими пещерами, да закрыты они в зимний сезон. С Конопиште? То же самое. На первый взгляд, неподалеку остается лишь Кршивоклат. Хотя.
Еще одно укромное местечко по соседству с Карлштейном подсказало нам давнее увлечение нашей мамы – коллекционирование стеклянных фигурок, и каждая поездка в Чехию эту коллекцию изрядно пополняет.
Маленькая деревушка Неначовице расположена к западу от Праги, примерно в получасе езды. Сворачивают сюда с трассы D5 нечасто, ведь ничего особенно примечательного местный пейзаж не таит. Тонкая нитка дороги петляет среди лесистых холмов и миниатюрных полей с аккуратно уложенными копнами сена, а само селение оказывается вереницей ветхих избушек, безнадежно далеких от образа «потемкинских деревень» из глянцевых каталогов. Вокруг царит тишина: ни людей, ни машин. Да уж, места тут определенно нехоженые.
Где-то там, вдали, посреди этого сонного царства возвышается двухэтажный дом с намалеванной прямо на белой стене простенькой вывеской «Glasstar – Sklářská hut Nenačovice». Нам сюда, ведь именно здесь расположена небольшая фабрика, специализирующаяся на тех самых фигурках и статуэтках из цветного стекла, знакомых по витринам пражских магазинчиков.
Говоря «фабрика», я немного погорячился. Не спешите рисовать в воображении промышленные масштабы заводов Нижбор или Мозер – нас встретят не «станки-станки-станки», а лишь пара стеклодувов и маленькая, почти средневековая мануфактура (с поправкой на электричество и газовую горелку, конечно).
Как по мне, именно в этом и кроется та самая изюминка, которой так не хватает в других стеклодувных шоу-румах для туристов. Нет толпы и давки, как в Испанской деревне. Нет вымученной показухи в строго определенные часы, как в пражском Тыне или на Карловой улице. Нет потока безликих копий, как на упомянутых именитых заводах. Здесь же всё выглядит как-то по-домашнему, да и заходишь сюда словно по-соседски.
Добавлю: ничего общего с так называемыми «экскурсиями» на турецкие или египетские фабрики, в испанские винодельни и т.п. поездка в Неначовице не имеет. Никто не станет выносить вам мозг, назойливо впаривая продукцию «только сегодня и только сейчас по специальной цене с еще более специальной скидкой». Никто не будет жалостливо сетовать на тяжелую судьбу пролетариата в надежде выбить слезу и деньгу из «зашедших в трущобы прЫнцев». Посещение магазинчика при фабрике – дело добровольное, хотя идея заглянуть в него после увиденного может родиться сама собой.
Экскурсионные группы здесь тоже не собирают. Одна или две семьи – вот и вся аудитория. Предварительное бронирование не нужно, хотя в Рождество предпочитаю созвониться и уточнить – по словам знакомых пражан, иногда при отсутствии заказов (редко, но случается) стеклодувня может не работать.
За экскурсию взимается символическая плата (что-то около 30 крон на человека), но лишь постфактум, в том самом магазинчике. Приготовьтесь к маленькому сюрпризу: оказывается, это плата не за саму экскурсию, а за маленький сувенир на память, ведь каждый гость получает подарочную коробочку со стеклянной цветной конфетой или маленькой фигуркой внутри.
Но вернемся к теме.
Не заметить здание стеклодувной мануфактуры в Неначовице сложно. Не увидите – так услышите, ведь из недр этого здания окружающую идиллию периодически взрывают звуки, достойные репетиции ранних Depeche Mode. Вот на эти звуки и идите – не ошибетесь. :)
Встречает нас пожилой и удивительно милый дядя Юлиус (не тот, которого живописала незабвенная Астрид Линдгрен, а владелец и старший мастер фабрики). Он-то и станет сегодня на часок-другой нашим проводником в чарующий мир богемского стекла.
Прямо с порога окунаемся в атмосферу добрососедского радушия. «Как добрались?» - «Спасибо, пан Старове, всё прекрасно!» - «Вот и славно, добро пожаловать!»
Входим в небольшую комнатку-цех, полную странных неведомых предметов и приспособлений, возле которых деловито суетятся два мастера. Жар от растопленной печи после декабрьского холодка навевает истому, а ароматы, идущие от шкворчащей в углу большой сковороды, способствуют усилению эффекта. Радушный хозяин предлагает угоститься печеной картошечкой в мундире (разрезанной пополам, сдобренной приправами и чесночком, да с тонко порезанным сальцем - эх, пропадайте, мои остатки талии) и, дав мастер-класс по поглощению лакомства, начинает свой рассказ.
Итак, жизнь богемского стекла начинается в печи. В ней при адской температуре в 1200 градусов ждут своего часа емкости с расплавленным стеклом трех разных базовых цветов. Из них мастера с помощью длинных полых трубок набирают небольшие шарики раскаленной стекломассы.
Когда базовый цвет требуется дополнить каким-либо другим оттенком, шарик кратковременно опускают в стоящие рядом коробочки с цветными порошками, а затем вновь нагревают в печи.
Все, происходящее далее, похоже на фокус или волшебство, творящееся прямо на наших глазах. Поддув с обратной стороны трубки – и маленький шарик стекломассы внезапно увеличивается в размерах, меняя цвет и структуру. Легкий зажим – и вот перед нами странная овальная «плюшка».