4.3. РАННЯЯ ГРЕЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ: ШКОЛЫ И ОСНОВНАЯ ПРОБЛЕМАТИКА
Общей чертой античной философии, в большей мере ее раннего этапа, является космоцентризм. Это означает, что центром фи-лософского мышления выступает космос. Введение понятия «космос» в философский лексикон приписывают милетским мыслителям и Пифагору. Этим понятием греки обозначали бы-тие упорядоченное, организованное, оформленное в противовес хаосу — как состоянию неупорядоченному и дезорганизованному. В силу своей оформлеппости космос конечен, а значит — эстетически прекрасен. Бесконечное, в определенном смысле соответствующее хаосу, греки не любили и ставили ниже космоса.
Древняя греческая философия начинается с вопроса: «Что есть начало всех вещей?»
Окончательный разрыв с мифологическим мировоззрением впервые происходит у философов милетской школы (Фалес, Анаксимандр, Анаксимен). Не удовлетворяемые мифологиче-скими объяснениями возникновения мироздания, они формулируют фундамен-тальный вопрос — что есть начало всех вещей? — который долго будет стимулировать философские размышления античных мудрецов.
Сначала этот вопрос решался преимущественно с натуралисти-ческих позиций: Фалес - вода, Анаксимен - воздух, Ксенофан - земля, Гераклит - огонь. Конечно, эти стихии воспринимались уже не буквально, а с определенной абстракцией - как некие первоэлементы. Но по-настоящему абстрактное представление первоначала формируется несколько позже. У Анаксимандра это апейрон - нечто вечное и беспредельное. У Пифагора - числа. У Парменида - бытие. В период расцвета греческой философии будут выдвинуты и другие версии: Платон - идеи, Левкипп и Де-мокрит - атомы.
Важное достижение античных мыслителей-физиков заключается в следующем открытии: существует множество вещей, они за-рождаются и гибнут, т.е. преходящи; но есть единая, неуничто-жаемая, вечная основа всех вещей, из которой они возникают и в которую возвращаются.
«Величайшим эллинским мудрецом», по мнению Геродота, был Пифагор. Но отношение к нему и к его этико-философскому обществу (пифагорейскому союзу) у греков и современных исследователей было и остается неоднозначным. Дело в том, что союз был во многом закрытой, тайной организацией, в силу чего, а так-же и по другим причинам, достоверные письменные пифагорейские источники до нашего времени практически не дошли. Вся информация состоит в основном из косвенных свидетельств. Известно, что в основу своей филосо-
фии Пифагор положил числовые соотно- веские фило- шения, понимаемые как универсальные софские школы:
абстрактные закономерности, принцип • милетская (Фа-
всеобщей гармонии. «Самое мудрое - лес, Анаксимандр,
число». Закономерно, что такой подход Анаксимен)^
способствовал развитию математики из (Пифагор и после-
эмпирической практики в настоящую те- дователи)
оретическую науку. Пифагором и его уче- • элейская (Ксено-
никами было заложено основание многих на- Фш> Парменид,
учных дисциплин - от астрономии и математической физики до медицины и музыки.
Пифагор - приверженец метемпсихоза - доктрины переселения душ. Считают, что эта доктрина было заимствована им из орфизма. Но определенное, если не определяющее, влияние здесь оказали скорее тайные египетские и индийские учения, в кото-рые, по некоторым данным, Пифагор был посвящен. Теософская традиция утверждает, что он даже знал свои прошлые жизни. Та- кую способность, кстати, приписывали и другому греческому фи-лософу — Эмпедоклу. Разумных существ Пифагор разделял па три вида: 1) боги, понимаемые не в сверхъестественном смысле, а как высшие сверхчеловеческие существа; 2) люди, «подобные Пи-фагору», которые стоят выше обычных людей; 3) обычные люди. Глубокий смысл антропологических идей Пифагора большинством западных философов не осознавался. Эти идеи вновь обратили па себя внимание лишь после распространения в XX в. философского учения о космической эволюции человека — Живой Этики.
Философская школа элеатов (Ксенофан, Парменид, Зенон, Мелисс) продолжает развитие понятийного аппарата греческой философии и проблемы субстанции. Главная заслуга Парменида — введение в философию понятия «бытие». Бытие у пего и есть субстанция, которая неделима и неподвижна. В отличие от Гераклита, считавшего, что «все течет, все изменяется», Парменид отвергал изменяемость бытия.
В сущности, Парменид ставит две проблемы: 1) отношение бы-тия и небытия; 2) отношение бытия и мышления. Решал оп их следующим образом: бытие — существует; небытие — не существует. С диалектическим тезисом «Бытие и небытие тождественны и нетождественны» оп не соглашался. Два противоположных утверждения, по мнению Парменида, признают только «двухголовые» — намек па диалектическую позицию Гераклита Эфесского. Таким образом, Парменид вплотную приблизился к важнейшему закону формальной логики — закону запрещения противоречия, — но не принял фундаментального значения логики диалектической.
Решая вторую проблему, оп говорит: «Мышление и бытие одно и то же», т.е.
Уже в ранний период греческой философии возникают ди-алектические представления. Сначала у Анаксимандра. Затем их развивает Гераклит. У последнего уже явно выражены две ди-алектические идеи: 1) вечность и всеобщность изменений в мире; 2) единство и противостояние противоположных начал, выявляющихся из Единого.
Диалектические мотивы звучат и в творчестве Зенона. Однако, будучи последователем Пармепида, он только ставит проблемы, по не решает их, так как диалектика в ее подлинном смысле элеа- там была непонятна. Они ее пе принимали. Зепоп пытается рационально доказывать — и в этом его большая заслуга — тезисы Пармепида о том, что бытие едино (пе множественно) и неподвижно. В этих доказательствах он невольно поднимает величайшую проблему, над которой многие сотни лет будут биться лучшие философы и ученые. Проблема эта — противоречие между очевидным бытием вещей и мышлением о них.
Доказательства Зепоиа были пе прямые, а от обратного — он доказывал абсурдность, т.е. самопротиворечивость, противопо-ложной точки зрения. Бытие едино. Противоположная точка зрения — бытие множественно. Множество должно быть ограниченным или неограниченным. Если оно и ограниченное, и неограниченное, значит, рассуждал Зепоп, это абсурд. Такого пе может быть. И доказывал. Тезис об ограниченности: если существует множество вещей, то их должно быть ровно столько, сколько есть па самом деле, не больше и пе меньше; если их пе больше и пе меньше, значит их число ограничено. Антитезис о неограничен-ности: если существует много отдельных вещей, то бытие пе ограничено, так как между двумя отдельными вещами всегда можно найти некую третью вещь, а между нею и другими — другие вещи, и так до бесконечности; следовательно, бытие не ограничено. Та-ким образом, если бытие мыслится как множественное, то мысль впадает в логическое противоречие.
Аналогично с помощью логических затруднений (апорий) до-казывалось и отсутствие движения. Если движение существует, то оно должно быть прерывным или непрерывным, т.е. пространство прерывно (дискретно или атомарно) или непрерывно (континуально), а значит, бесконечно делимо. Две апории («Стрела», «Ста-дион») доказывали тезис. Две другие апории («Дихотомия», «Ахиллес и черепаха») доказывали антитезис.
У студентов, и пе только у них, порой возникает искушение опровергнуть Зенопа наглядной очевидностью — вот есть движе- пие, вот есть множественность. Но для философии очевидность — пе аргумент. Философские проблемы, поднятые Зенопом (соотно-шение единого и множественного, движения и покоя, прерывности и непрерывности), весьма глубоки. Они указывают па то, что обыденное мышление с его формальной логикой далеко не всегда адекватно отражает реальные природные процессы.
Отметим еще несколько важных идей ранней греческой фило-софии. Гераклит (VI—V вв. до н.э.) развивает идею Логоса (Слова) — некоего разумного первоначала, которое присуще всем вещам и вместе с тем управляет их бытием. Логос в определенном смысле есть прообраз всеобщего духовного закона, лежащего у ос-нования бытия. Эмпедокл (V в. до н.э.) начинает диалектически трактовать проблему изменчивости мира. В своих основаниях он вечен и неизменен, по па уровне вещей, внутри «круга времен» он претерпевает изменения. Мелисс (V в. до н.э.) впервые формулирует «закон сохранения бытия» — исходного положения в учении элеатов. Он говорит: «Из ничего никогда не может возникнуть не-что». Хорошо известна более поздняя латинская формулировка закона: «Из ничего не бывает ничего». Анаксагор (VI—V вв. до н.э.) выдвигает тезис: «Все во всем», который предполагает тесную взаимосвязь и взаимопроникновение явлений бытия. Кроме того, философ переосмысливает понятия «возникновение» и «гибель». «Ибо пи одна вещь пе возникает, пе уничтожается, по [каждая] составляется из смешения существующих вещей или вы-деляется из них» («О природе»). То есть он указывает па трансформацию и качественные превращения начальных элементов. Примечательно, что, согласно учению Анаксагора, семена (эле-менты) жизни существовали всегда. Живое происходит от живого. Анаксагор — один из первых, известных па сегодняшний день, сторонников гипотезы панспермии.