Гарри Поттер и Тысячелетний Рейх ("Академия смерти" реж. Деннис Ганзель)
Хуже, однако, было, когда выяснилось, что единственный купивший билет - журналист "ТВ-Парка", с которым я хоть и не общаюсь, но визуально знаком. Причем даже в этой сумасшедшей среде его считают "странным", а с людьми более "странными", чем даже я сам, я стараюсь в контакт не вступать. Пришлось сделать все возможное - почти успешно. Это еще одна специфика заведения: при том, что в помещении шаром покати, количество знакомых на квадратный километр зашкаливает за разумные пределы.
А потом было, собственно, кино.
ИЗ ОФИЦИАЛЬНОЙ АННОТАЦИИ:Для осуществления навязчивой идеи Гитлера были созданы Национально-политические академии - система элитных школ под сокращенным названием НАПОЛА. Там готовили расу новых господ, будущих гауляйтеров Минска или Лондона. До последнего времени о существовании этих школ в Германии не принято было говорить, потому что бывшие выпускники НАПОЛЫ до сих пор занимают высокие посты в политике и бизнесе. Берлин, 1942 год. Шестнадцатилетний Фридрих получает лестное предложение стать учеником НАПОЛЫ, где элита завтрашнего дня штудирует "Нибелунгов", бегает кроссы, охотится с боевым оружием на русских пленных. Но вскоре первоначальные восторги уступают место сомнениям. Деннис Ганзель: "Вопрос - встану я сейчас и скажу что-нибудь или лучше придержу язык за зубами - возникает в любом, даже демократическом обществе, где люди тоже попадают под очень большое давление. "
ИЗ РЕЦЕНЗИИ "АФИШИ":Летом 1942-го на ринге районного берлинского спортклуба 17-летний Фридрих (Римельт) отправляет в нокдаун здоровенного профессионального боксера. Тот, конечно, потом поднимается и разбивает парню нос, но Фридриха замечают: после боя в раздевалку к нему приходит человек в форме и уговаривает ехать учиться в спецшколу с красивым названием «Напола» — таких по всей Германии штук 40, в них из сыновей разных сословий куют белокурых бестий, элиту завтрашнего дня. Наплевав на родительский запрет и подделав подпись отца на нужных бумагах, герой автостопом спешит в рыцарский замок Зонтхофен, где пролетарские дети и дети партийных шишек плечом к плечу штудируют «Нибелунгов», бегают кроссы, а по первому снегу охотятся с боевым оружием на русских пленных.История про то, как волшебный мир национал-социализма кружит голову мальчишке с рабочей окраины, напоминает все романы воспитания сразу, но более всего похож на фашистскую редакцию «Гарри Поттера» — та же школа в замке, тот же побег от тоскливой повседневности в мир грез и опасностей, только вместо волшебников — эсэсовцы. Магистральная интонация первых полутора часов фильма — восторг, буйная, совершенно физиологическая радость от слияния с чем-то большим и сильным — подобрана и воспроизведена так точно, что без финальных двадцати минут, в течение которых с юным Фридрихом случается нравственное прозрение, можно было и обойтись; не случалось же финальных прозрений с героями, допустим, «Звездного десанта».Сделавшие «Академию» режиссер Ганзель (чей дед служил когда-то инструктором в настоящей «Наполе») и красотка сценаристка Магги Перен несколько лет назад прославились тин-комедией «Девочки сверху» — на диво человечной и светлой картиной про эротические будни немецких школьниц. Конечно же, фильм про то, как девочки кончают, катаясь на велосипеде, и фильм про то, как мальчиков учат любить фатерланд, принадлежат к совершенно разным уголкам кинематографической, с позволения сказать, вселенной (и вряд ли «Академия» займет в сердцах место, сопоставимое с тем, какое заняли в свое время «Девочки») — но их роднит какая-то неизбывная, спокойная вменяемость авторской позиции. Бывают на свете такие кинематографисты, у которых может и нет грандиозного художественного дара, но зато все хорошо с головой. Откуда такие берутся в наше истеричное релятивистское время — непонятно: не дедушку же Ганзеля с его педагогическим опытом за это благодарить, в самом деле.
Вообще сравнение "Академии смерти" (в оригинале - "NAPOLA") с "Гарри Поттером" очень уместно. Действительно - парень из рабочей семьи, боксер, у которого нет взаимопонимания с родителями (отец - рабочий с приглушенными антифашистскими настроениями) благодаря удачному выступлению на ринге замечен преподавателем "НАПОЛЫ". Тайком от семьи он ночью уходит из дома в школу, располагающуюся в старинном замке в горах. Разница только в антураже: школа магов украшена флагами со свастикой, а юных чародеев учат орудовать не волшебными палочками, а автоматами и гранатами. Правда, еще они умирают и убивают (безоружных русских пленных, своих ровесников) по-настоящему. Но в остальном - очень похоже. И сюжет вполне мог предполагать чисто мифологическое прочтение, визуально, стоит предположить, близкое стилистике "Олимпии" Лени Риффеншталь.
Гитлеровская утопия "Тысячелетнего Рейха", как любая утопия (сталинско-коммунистическая в том числе) вне мифологии вообще не может быть понята - причем мифологии не только древнегерманской, нибелунговской, но и более древней и далекой (иудео-христианской, в частности, сама формула "тысяча лет" - библейско-апокалиптическая, и древнеиранской, и древнеиндийской). Режиссер, однако, предпочел мифологизму психологизм. Глубокий настолько, что миф почти вытеснен из контекста, а в центре внимания - история отношений двух главных героев-соучеников: простого парня, боксера Фридриха и субтильного рефлексирующего юного поэта Альбрехта, сына местного гауляйтера. В связи с чем "Академия смерти" делается по сути ближе не к "Гарри Поттеру", а к "Дурному воспитанию". Не столько по сюжету (отношения Фридриха и Альбрехта - это дружба гетеросексуальных мальчиков, разных по характеру, но близких по духу и еще больше сближающихся в процессе общения и столкновения с общими проблемами, вместе исследующими закоулки школьного замка - если гомоэротика здесь и имеет место, то она запрятана очень глубоко на дне), сколько по подходу к изображению событий. Здесь, в отличие от мифа (будь то "Гарри Поттер", "Властелин колец" или "Звездные войны"), не реконструируются заложенные в сюжете универсальные схемы, а создаются живые, конкретные, сложные характеры, каждое движение которых психологически обусловлено (в отличие, скажем, от поведения Анакина Скайуокера, за что только ленивый еще не пнул, не разобравшись, бедного Лукаса).
Тем не менее миф в этой истории присутствует на уровне знака и опровергается в реальном сюжетном плане. 1.В именах героев:* Зигфрид - ученик, писающийся по ночам в постель, а впоследствии гибнущий, закрывая своим телом гранату и спасая остальных, носит имя принца из древнегерманских легенд;* Альбрехт - поэт, редактор школьной газеты, предпочитающий лжи самоубийство - имя одного из самых знаменитых немецких художников* наконец, Фридрих - главный герой, рабочий парень, проходящий в школе НАПОЛА школу жизни и переоценивающий внушенную ему с детства идеологию - самое простое и распространенное имя, нарицательное наименование для немца - "фриц".2. В культурологических параллелях: получив задание написать сочинение на тему "Зимний пейзаж как часть германского героического эпоса", Альбрехт (Фридрих в это время сидит в карцере) описывает совершившееся накануне убийство в заснеженном лесу учениками НАПОЛЫ безоружных беглых русских, а в финале Фридрих, покидая школу, смотрит на нее сквозь падающий снег;3. Эпизод самоубийства Альбрехта, когда тот, уходя под воду озера, из-под кристально-прозрачного льда жестом и взглядом прощается с Фридрихом - это, конечно, чистой воды мифология (и литературные, и кинематографические ассоциации тут лежат на поверхности).
Считать приоритет психологии над мифологией недостатком фильма неправомерно. В конце концов, это дела вкуса автора - в первую очередь, и зрителя - во вторую. Мог быть другой фильм. А этот - такой. Более простой, конкретный, "осязаемый" - но не менее от этого интересный.