Омар Хайям Гиясаддин Рубаи (241-280)
Изваял эту чашу искусный резец Не затем, чтоб разбил её пьяный глупец.Сколько светлых голов и прекрасных сердец Между тем разбивает напрасно творец!
О кумир! Я подобных тебе не встречал.Я до встречи с тобой горевал и скучал.Дай мне полную чарку и выпей со мною,Пока чарок из нас не наделал гончар!
Мой совет: будь хмельным и влюблённым всегда.Быть сановным и важным – не стоит труда.Не нужны всемогущему господу-богу Ни усы твои, друг, ни моя борода!
Хорошо, если платье твоё без прорех.И о хлебе насущном подумать не грех.А всего остального и даром не надо –Жизнь дороже богатства и почестей всех.
Я страдать обречён до конца своих дней,Ты же день ото дня веселишься сильней.Берегись! На судьбу полагаться не вздумай:Много хитрых уловок в запасе у ней.
Океан, состоящий из капель, велик.Из пылинок слагается материк.Твой приход и уход – не имеют значенья.Просто муха в окно залетела на миг…
Каждый розовый, взоры ласкающий куст Рос из праха красавиц, из розовых уст.Каждый стебель, который мы топчем ногами,Рос из сердца, вчера ещё полного чувств.
Нищим дервишем ставши – достигнешь высот,Сердце в кровь изодравши – достигнешь высот.Прочь, пустые мечты о великих свершеньях!Лишь с собой совладавши – достигнешь высот.
Как нужна для жемчужины полная тьма –Так страданья нужны для души и ума.Ты лишился всего, и душа опустела?Эта чаша наполнится снова сама!
До того, как мы чашу судьбы изопьем,Выпьем, милая, чашу иную вдвоём.Может статься, что сделать глотка перед смертью Не позволит нам небо в безумье своём.
До рождения ты не нуждался ни в чём,А родившись, нуждаться во всём обречён.Только сбросивши гнёт ненасытного тела,Снова станешь свободным, как бог, богачом.
Из допущенных в рай и повергнутых в ад Никогда и никто не вернулся назад.Грешен ты или свят, беден или богат –Уходя, не надейся и ты на возврат.
Жизни стыдно за тех, кто сидит и скорбит,Кто не помнит утех, не прощает обид.Пой, покуда у чанга не лопнули струны!Пей, покуда об камень сосуд не разбит!
Старость – дерево, корень которого сгнил.Возраст – алые щёки мои посинил.Крыша, дверь и четыре стены моей жизни Обветшали и рухнуть грозят со стропил.
Двести лет проживёшь – или тысячу лет –Всё равно попадёшь муравьям на обед.В шёлк одет или в жалкие тряпки одет,Падишах или пьяница – разницы нет!
Этот мир красотою Хайяма пленил,Ароматом и цветом своим опьянил.Но источник с живою водою – иссякнет,Как бы ты бережливо его ни хранил!
Если гурия страстно целует в уста,Если твой собеседник мудрее Христа,Если лучше небесной Зухры музыкантша –Всё не в радость, коль совесть твоя не чиста!
Шёл я трезвый – веселья искал и вина.Вижу: мёртвая роза – суха и черна.«О несчастная! В чём ты была виновата?»«Я была чересчур весела и пьяна!»
Если мельницу, баню, роскошный дворец Получает в подарок дурак и подлец,А достойный идёт в кабалу из-за хлеба –Мне плевать на твою справедливость, творец!
Неужели таков наш ничтожный удел:Быть рабами своих вожделеющих тел?Ведь ещё ни один из живущих на свете Вожделений своих утолить не сумел!
То, что бог нам однажды отмерил, друзья,Увеличить нельзя и уменьшить нельзя.Постараемся с толком истратить наличность,На чужое не зарясь, взаймы не прося.
Принеси заключённый в кувшине рубин –Он один мой советчик и друг до седин.Не сиди, размышляя о бренности жизни,–Принеси мне наполненный жизнью кувшин!
Встанем утром и руки друг другу пожмём.На минуту забудем о горе своём,С наслажденьем вдохнём этот утренний воздух,Полной грудью, пока ещё дышим, вздохнём!
Мой закон: быть весёлым и вечно хмельным,Ни святошей не быть, ни безбожником злым.Я спросил у судьбы о размере калыма.«Твоё сердце,– сказала,– достойный калым!»
Виночерпий, бездонный кувшин приготовь!Пусть без устали хлещет из горлышка кровь.Эта влага мне стала единственным другом,Ибо все изменили – и друг, и любовь.
Рыба утку спросила: «Вернётся ль вода,Что вчера утекла? Если – да, то – когда?»Утка ей отвечала: «Когда нас поджарят –Разрешит все вопросы сковорода!»
Встань и полную чашу напей поутру,Не горюй о неправде, царящей в миру.Если б в мире законом была справедливость –Ты бы не был последним на этом пиру.
Чем стараться большое уменье нажить,Чем себе, законнее в самомненье, служить,Чем гоняться до смерти за призрачной славой –Лучше жизнь, как во сне, в опьяненье прожить!
Словно ветер в степи, словно в речке вода,День прошёл – и назад не придёт никогда.Будем жить, о подруга моя, настоящим!Сожалеть о минувшем – не стоит труда.
Не таи в своём сердце обид и скорбен,Ради звонкой монеты поклонов не бей.Если друга ты вовремя не накормишь –Всё сожрёт без остатка наследник-злодей.
Если сердце моё отобьётся от рук –То куда ему деться? Безлюдье вокруг!Каждый жалкий дурак, узколобый невежда,Выпив лишку – Джемшидом становится вдруг.
Вереницею дни-скороходы идут,Друг за другом закаты, восходы идут.Виночерпий! Не надо скорбеть о минувшем.Дай скорее вина, ибо годы идут.
Всем сердечным движениям волю давай,Сад желаний возделывать не уставай,Звёздной ночью блаженствуй на шёлковой травке:На закате – ложись, на рассвете – вставай.
Если есть у тебя для житья закуток –В наше подлое время – и хлеба кусок,Если ты никому не слуга, не хозяин –Счастлив ты и воистину духом высок.
Трезвый, я замыкаюсь, как в панцире краб.Напиваясь, я делаюсь разумом слаб.Есть мгновенье меж трезвостью и опьяненьем.Это – высшая правда, и я – её раб!
Разум к счастью стремится, все время твердит:«Дорожи каждым мигом, пока не убит!Ибо ты – не трава, и когда тебя скосят –То земля тебя заново не возродит»
Если жизнь твоя нынче, как чаша, полна –Не спеши отказаться от чаши вина.Все богатства судьба тебе дарит сегодня –Завтра, может случиться, ударит она!
Если все государства, вблизи и вдали,Покорённые, будут валяться в пыли –Ты не станешь, великий владыка, бессмертным.Твой удел не велик: три аршина земли.
Дай вина, чтоб веселье лилось через край,Чтобы здесь, на земле, мы изведали рай!Звучный чанг принеси и душистые травы.Благовония – жги, а на чанге – играй.
Сбрось обузу корысти, тщеславия гнёт,Злом опутанный, вырвись из этих тенет,Пей вино и расчёсывай локоны милой:День пройдёт незаметно – и жизнь промелькнёт.
Публикуется по материалам: Омар Хайям. Рубаи, –М.: Русский раритет, 1994.Сверил с печатным изданием Корней.