Джеймс Кэмерон объяснил, почему ДиКаприо утонул в «Титанике»
Режиссёр Джеймс Кэмерон дал ответ на вопрос, который давно тревожит многих поклонников фильма «Титаник»: почему главная героиня Роуз (Кейт Уинслет) позволила своему возлюбленному Джеку (Леонардо ДиКаприо) утонуть, хотя на обломке двери, с помощью которой она спаслась, хватило бы места им обоим.
- Ответ очень прост: потому что на 147-й странице сценария говорится, что Джек погибает. Очень просто. Очевидно, это был художественный приём: дверь была достаточно большой, чтобы выдержать её, и недостаточно большой, чтобы выдержать его. На самом деле мне кажется довольно глупым спорить обо всём этом 20 лет спустя — но это показатель того, что картине удалось внушить зрителям такую любовь к Джеку, что им больно видеть, как он погибает. Но если бы он выжил, концовка фильма была бы бессмысленной. Эта картина — о смерти и разлучении; он должен был умереть. Поэтому независимо от того, как бы это случилось — погиб бы он так или на него бы свалилась дымовая труба — он бы в любом случае пошёл ко дну. Это называется искусством: события происходят по художественным причинам, а не по законам физики, — объяснил Кэмерон в интервью Vanity Fair.
Режиссёр добавил, что для съёмок трагической сцены он с несколькими членами команды два дня проверял на прочность различные куски древесины, подгоняя их под необходимые требования: доска должна была быть ровно такой, чтобы удерживать на плаву в ледяной воде одного человека на протяжении трёх часов — пока не придёт спасательный корабль. В 2012 году Кэмерон также объяснял в одном из интервью, что всё дело не в размерах доски, а в её плавучести.
Игорь Гордин: «Москва стала для меня большим напряжением, было некомфортно»
О ПОСТУПЛЕНИИ В ВУЗ
- Где-то мне сказали, что учиться не надо — иди работай, нет в тебе юношеского задора для учебы. И только в ГИТИСе Ирина Ильинична Судакова не посмотрела на возраст, а увидела во мне интересную личность. И я отправился в общежитие на Трифоновку, где прожил четыре года. Ну как прожил — учеба в театральном предполагает, что ты круглосуточно находишься в университете. Поэтому в общаге я только ночевал — редко когда проводил вечер.
О МОСКВЕ И ПИТЕРЕ
- А если выпадало несколько свободных дней, я мчался в Петербург. Первый курс раз в месяц сбегал, чтобы выдохнуть — Москва стала для меня большим напряжением, было некомфортно. Я впервые оказался один: домашний ребенок, всю сознательную жизнь провел в Питере и в один момент стал взрослым, самостоятельным человеком. К тому же я тяжело вхожу в новые обстоятельства — мне нужно время: это стеснение и неуверенность — одна из причин, почему я пошел в артисты. Чтобы с этим бороться. Многим закомплексованным людям сцена дает возможность раскрыться.
ОБ ЭНЕРГЕТИКЕ СТОЛИЦЫ
- Импульс Москвы тебя немножко сносит. Я работаю актером, выступаю перед большим количеством людей — нахожусь с ними в контакте и соприкосновении. Мне необходимо от людей спрятаться, чтобы потом иметь возможность выйти к ним. Как интровертному человеку мне надо накопить энергию.
О ВОЖДЕНИИ
- Я всегда зверею от пробок, поэтому и продал машину. В Москве я не получаю никакого удовольствия от вождения машины, что так же важно помимо практического смысла. За рулем начинаешь беситься — не знаешь, когда доедешь, если встаешь где-то. Пользуясь метро, точно можешь рассчитать, во сколько будешь на месте. Пытаюсь убежать от столичных пробок, хотя они, конечно, теперь есть не только в Москве в достаточном количестве.
О СТУДЕНЧЕСКИХ ПРИКЛЮЧЕНИЯХ ВО ФРАНЦИИ
- В один из дней мы поехали в Марсель, так как денег не было, зайцами. Естественно, нас поймали, тем более мы сели на самый шикарный скоростной поезд. Отвезли в полицию, составили протокол, мы пытались говорить, что отстали от группы, и почему-то они поняли, что с нас нечего взять — плюнули и отпустили. А обратно мы поехали на местной электричке, когда к нам подошел кондуктор, начали говорить, что мы бедные студенты — она махнула рукой. Я к тому, что средств у нас не было совсем. Но в молодости это не важно: кругом кипит жизнь, столько всего интересного — заграница, международное общение, театр. Мы, наверное, заходили в супермаркеты. Я часто читаю у вас в рубрике, что кто-то увидел сорок сортов колбасы и сыра и упал в обморок, — с нами такого не было. Тогда же я увидел Париж: мы прилетели туда, по дороге из аэропорта к вокзалу нас провезли мимо Эйфелевой башни, посадили в поезд и отправили в Авиньон.
О НЫНЕШНЕЙ МОСКВЕ
- На самом деле очень комфортный город, даже по сравнению с Петербургом она серьезно развивается в плане велодорожек и электросамокатов, которые запретили в Питере. Сейчас в городе начался сезон — приходится уворачиваться. В некоторых странах, например в Израиле, запрещено ездить на электросамокатах по тротуарам — довольно опасное мероприятие, да и не все умеют. Я и сам пробовал — когда купил жене самокат, доехал на нем от театра до дома. Ей понравилось, и катается она по правилам, а я не пристрастился: понимаю — лучше полчаса пройти, чем за 10 минут доехать. Надо разминаться. А Юля (актриса и телеведущая Юлия Меньшова. — Прим. ред.) в этом году, кстати, еще не открыла свой сезон.