К свету (Андрей Дьяков) - Вселенная Метро 2033

Зарегистрируйте новую учётную запись в нашем сообществе. Это очень просто!

Произведение повествует о пандемии супергриппа, убивающей практически всё население мира. Немногие выжившие, объединившиеся в группы, устанавливают новый общественный строй и вступают в противостояние друг с другом

Автор: Петракеев Андрей АлексеевичЖанр: Научная фантастика, Боевая фантастикаЯзык книги: Русский

Мир уже не тот, что раньше, роботы уже неотличимы от людей, хотя если захотеть, можно найти разницу. Уже давно применяются роботехнологии в медицине. Повреждённые конечности заменяют протезами неотличимыми от настоящих. Но человек всегда стремится к большему. Он создал робота. Но робот, это просто механизм. Следующим поколением должен стать киборг. Кибернетический организм с биологической составляющей — симбиоз механизмов и живых тканей. Только вот вопрос — кто захочет такой жизни? Жизни в теле робота? Жизни, в которой уже не будет ничего человеческого — любви, секса, эмоций. Не будет ничего, что было раньше. Или будет всё, включая долгую, очень долгую жизнь?

Ночью прошел сильный дождь. Он хоть немного притушил запах сильной гари, чуть взбодрил обгоревшие деревья, подарил возможность вдохнуть полной грудью. Какое это счастье – дождь. В одну секунду упав стеной с неба, сначала он просто испугал нас, чудом оставшихся в живых и не ждущих ничего хорошего. Восемь человек. Всего восемь.

Нет, в огромном городе мы были не одни. Но человек человеку стал волком. Когда третий месяц повсюду горят пожары, когда за чашку чистой воды могут убить свои, когда совсем не осталось еды и почти нет надежды – каждый выживает как может. Давно стерты все моральные принципы, как луковая шелуха облетел налет цивилизации, исчезли все табу, а доброта превратилась в неподъемный груз, который может просто заживо придавить тебя, лишив жизни. Что делать, или ты, или тебя. Пожалел другого – остался без скудной похлебки или спального места, какого-нибудь укромного уголка в старом доме. Их так мало – настоящих каменных построек, помнящих, как переругивались уставшие строители. Куда ни глянь, везде стоят огромные коробки из стекла и пластика, лишь по швам поддерживаемые металлической арматурой. Вернее, стояли. Никто не знает, что случилось на солнце, некому исследовать и объяснить. Да и некому объяснять. Наша группа, две больших группы в соседних районах, да вольные охотники бродят парами и поодиночке там и тут. А дальше мы просто не забирались. Все силы уходят на то, чтобы найти какую-нибудь еду и хоть немного воды. Найти или отобрать – неважно. Главное – выжить. Сегодня, сейчас. Вдруг то страшное, что так внезапно пришло, так же внезапно и уйдет.

Все случилось в один момент. Какая-то резкая вспышка на солнце, яркий оранжевый свет и сумасшедшая, нереальная, иссушающая жара. Так просто, в один момент, за одну минуту. Не успели скорые доехать к сердечникам, водители и врачи умирали на месте. Невозможно, нереально было дышать этой раскаленной субстанцией, которую раньше называли воздухом. Спаслись только те, кто жил в старинных каменных домах с толстой кладкой. Кто догадался плотно закрыть окна и двери, занавесив их толстыми одеялами, смоченными в последней бегущей из крана воде. Только они смогли пережить эти страшные четыре часа. А потом температура воздуха так же резко стала спадать. Но беда не приходит одна и в этой безумной жаридле загорелось все, что только смогло поджечь проклятое солнце. Горели пластиковые балконы и окна, горели отделанные модной разноцветной пластмассой дома, каждый лучик, попадающий на огромные зеркальные стены офисных зданий, вызывал свой маленький огонек, и эти огоньки все множились и множились, захватив в результате и заводские корпуса, и склады с продовольствием. Горело все, до чего смог дотянуться огонь, и некому было его потушить. Лишь немногие счастливцы, чьи каменные дома стояли в стороне от огромных пылающих факелов современных многоэтажек, с тихим ужасом смотрели в окна. В тот день жизнь на Земле закончилась.

*** Закончилась жизнь, в которой ты растил детей и грызся с соседом. Некого ждать из школы, не с кем гулять в парке. пустота. Просто пустота. Нам с дедом повезло. Через пять дней на нас наткнулись две немолодые женщины, ищущие в пустых домах хоть что-нибудь съестное, что смогло пережить такую температуру и не испортится. Неважно – что. Пусть это окажется чудом не вздувшаяся банка соленых огурцов или окаменевший пряник – все равно это шанс. Шанс пережить еще один день. Вечная вера в чудо, а вдруг? Вдруг завтра все изменится и ты проснешься, убежишь из этого кошмара. Они и заставили деда подняться. Криками и тычками, но заставили. И я никогда, никогда не забуду им этого, чтобы они не делали в дальнейшем. Оказалось, что женщины не сами по себе, а с группой молодых ребят. Четыре здоровых лба, каждый поперек себя шире, таких пойди прокормить. То ли самбисты, то ли каратисты, фиг их поймешь, но мы со стариком в их группе были бы лишь обузой. Дед вообще ничего не мог, а я годилась разве что на тушенку. Не старое еще мясо, вполне съедобно. Так бы оно и было, но одному из ребят приглянулась моя белая шевелюра. – Погоди, Штырь. Сожрать всегда успеем. Ты глянь, какая блонди симпотная. Да и не совсем отощала еще. Товарец первый сорт, на такое каждый позарится. Да и нам поиграться сойдет. Гы-гы. Штырь критически осмотрел меня со всех сторон, но я смирно стояла рядом с дедом. – Поиграться, говоришь. А ну-ка, сучка, принеси палочку.

И как последней дворняге бросил в сторону какой-то обгорелый сучок. У деда тряслись губы и дергались веки, и я на секунду прикоснулась к его руке. А потом спокойно пошла и подняла злополучный сучок, так же спокойно положив его у ног Штыря. А что? Раз обращается, как с дворнягой, то и получит так же. Не обучены дворняги тонкостям этикета, понятия не имеют о том, что предметы нужно в руки давать. Нас оставили в группе, дед каждый день получал тарелку жидкой похлебки, а я честно отрабатывала наше пропитание, каждый день работая приманкой для других охотников. Стоит ли говорить, что как бы я не устала, на досуге мне приходилось развлекать бравых ребятишек. Они, конечно, оторвались бы по полной, но мой внешний вид играл не последнюю роль в охоте на других, и я как-то держалась. Приползала к деду под бочок, сворачивалась клубочком и он всю ночь напролет гладил мою голову, а старые морщинистые губы все шептали: "За что, Господи, за что?"

*** Скользко. Аккуратней надо бы, а то сверзишься с такой высоты и костей не соберешь. А мне падать нельзя, без меня деда никто кормить не будет. Третий этаж, четвертый. Дома практически нет, одни лестницы да перекрытия, видно со всех сторон. Я сидела на закопченной балке и смотрела на солнце. Обычное солнце, бледно-желтое, веселое. Как я тебя ненавижу. Был дом, где все друг друга любили, где звучал детский смех и на воскресный обед всегда был борщ со вкусной наваристой мозговой косточкой. А каких перепелок запекали по праздникам, пальчики оближешь. Но я всегда любила косточки и все крылышки доставались мне. И Мишка всегда оставлял запрещенные мне конфеты, и мороженное. – Эй, красотка! – грубый мужской голос прервал так некстати нахлынувший поток воспоминаний. – Эй, ты, тебе говорю. Ко мне, живо! Хам. Вот кто так с девушкой обращается. – Борзый, гля, – не унимался грубиян. – Смотри, какая блондиночка аппетитная. В оконном проеме соседнего дома материализовалось еще одно тело. Оно поковырялось щепкой в зубах, сплюнуло и изрекло: – Ниче так, пойдет. Ща словим. Угу, много вас таких было, только пока еще никому словить не удалось. Я встала и неторопливо начала спускаться. Вслед понесся пронзительный свист и улюлюканье. Ну-ну, развлекайтесь, мальчики, развлекайтесь. Вот и первый этаж. Чуть замешкаться, дав себя рассмотреть во всей красе, и когда уже эти двое поверят, что добыча у них в руках, рвануть изо всех сил. Я летела, не чуя под собой земли. Поворот, еще поворот, перепрыгнуть упавшую балку, проскочить в узкий лаз между двумя грудами чего-то не опознаваемого, спекшегося до монолитного состояния. Легкие жгло от недостатка воздуха, сердце бешеным тушканчиком норовило выпрыгнуть из груди, от напряжения сводило все мышцы. Сзади топали и матерились, обещая сделать из меня чучело. Ничего, еще совсем чуть-чуть. Обогнуть большую яму и на всех парах влететь во двор старого каменного дома. А там уже не страшно, там можно сразу нырнуть в подвал. Фух, успела, я опять успела.

*** Смеркалось. Во дворе старого дома горел костер, две немолодые женщины споро одевали на шампура какое-то мясо. В углу двора четверо молодых ребят рассматривали какие-то вещи. – А ничего улов, – хохотнул Штырь. – Гля, эти придурки даже пять пачек галет где-то нарыли. Так шо будем харчить их с хлебом. И пять бывших людей веселым смехом поддержало шутку атамана. А в подвале доживал свои последние часы старик. Рядом с ним, свернувшись клубочком и укрывшись хвостом, спала тяжелым сном замученная белоснежная лайка.

Рассказ взят с сайта litlife.club, автор Комирная Татьяна (Вредина 73)

Автор: Таштабанов Ринат Жанр: Постапокалипсис, Боевая фантастика Серия: Вселенная Метро 2033 ISBN: 978-5-17-096578-6 Год печати: 2016 Язык книги: Русский

Он давно забыл свое прежнее имя, зато привык смотреть на людей через снайперский прицел. Вокруг него – мир, сгоревший в огне. В его сердце бушует ад. Чтобы обрести себя, ему пришлось потерять все. Вера помогла ему выжить. Жажда мести определила его дальнейший путь. Теперь только от него зависит, кому жить, а кому умирать. Он знает, что за все придется платить и смерть идет за ним по пятам. Но сможет ли он, заглянув в бездну и испив горькую чашу судьбы до дна, получить искупление? Этого не знает никто. Ведь предание гласит: когда оковы цивилизации падут и обнажится звериный оскал человека, время повернет вспять и начнется обратный отсчет…

Автор: Семенов Сергей "Ssereys" Жанр: Постапокалипсис, Боевая фантастика Серия: Вселенная Метро 2033 ISBN: 978-5-17-094464-4 Год печати: 2015 Язык книги: Русский

В древнем городе, стоящем на месте слияния двух великих рек, разгорается пламя новой войны. Даже спустя двадцать лет после Судного дня люди по-прежнему мечтают о богатстве и власти, жаждут убивать и делят останки мертвого мира. Есть ли смысл верить в чудо, когда надежда почти умерла? Стоит ли искать, если знаешь почти наверняка, что в конце пути тебя ждут разочарование и боль? Способна ли отцовская любовь совершить невозможное и спасти сына, когда родной город смотрит на тебя чужими глазами? Глазами смерти…

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎

К свету (Андрей Дьяков) - Вселенная Метро 2033

Войти