«Путч 1991 года был инсценировкой переворота»
Августовский путч 1991 года стал началом развала Советского Союза. Но что это было: попытка переворота или инсценировка, повлекшая неоправданные смерти и разбившая некогда мощную державу на 15 частей? Историки и политологи по-разному оценивают те события. Одна из версий произошедшего 25 лет назад, основанная на собственных наблюдениях и анализе, а также на воспоминаниях непосредственных участников путча – в интервью директора Института региональных проблем Дмитрия Журавлева «ФедералПресс».
- Дмитрий Анатольевич, 25 лет прошло с момента августовского путча. Что, на Ваш взгляд, подтолкнуло участников тех событий к попытке так называемого переворота?
- Это не было попыткой переворота, скорее, это была инсценировка переворота. Повлиял на нее, конечно, новый союзный договор (Новоогаревский договор о создании Союза Суверенных Государств, - ред.), который [президент СССР Михаил] Горбачев должен был подписать 22 августа [с главами союзных республик]. Он превращал бы Советский Союз в конфедерацию. Михаил Сергеевич свое номинальное лидерство обменивал на реальную власть: пусть власть будет у каждого из вас на местах, но формально главным буду я. Эта конфедерация означала серьезные потери для многих людей, потому что, естественно, союзные органы власти в этой ситуации проигрывали.
Михаил Сергеевич, как я думаю, тоже не горел желанием подписывать договор, но признаться в этом боялся. Он не мог сказать, что три года вел переговоры, и в итоге получилось то, что он сам опасается подписать. Как можно, будучи главой такого государства, практически диктатором, так провести переговоры с собственными подчиненными, что получился документ, который самому страшно подписывать - непонятно. В том и беда, и главная проблема ГКЧП – для Горбачева собственный имидж всегда был превыше всего, важнее любых политических последствий. Главное – сохранить чистоту собственного имени. Я не утверждаю, что Горбачев сам отдал команду ГКЧП создаться, но то, что он не отдал обратного приказа, говорит о многом.
- Да, он ведь был в курсе…
- Моя гипотеза такая: если мы не предполагаем, что Горбачев стоял за спиной ГКЧП, то ГКЧП состоял из людей, которых зачем-то выпустили из сумасшедшего дома. Странностей было очень много. Зачем было выключать телевизоры? Оперетты надо было показывать, ABBA или еще что-то, но не «Лебединое озеро». Вся деятельность ГКЧП сводилась к тому, что никаких действий, политически необходимых для захвата власти, они не проводили, но при этом имитировали переворот просто героически.
- Имитировали? Почему?
- Они прикрывали Михаила Сергеевича. Это был спектакль, рассчитанный на 15 лидеров союзных республик. Ну, или на 12 – с прибалтийскими странами было уже все понятно: там реально ГКЧП восприняли как повод для ухода из СССР. Единственное место, где реально что-то произошло, – это Вильнюс, Таллин и Рига, поэтому там всех пересажали.
- Но ведь довольно долго все выглядело именно как госпереворот.
- Поначалу действительно было похоже на переворот. Члены ГКЧП раздули щеки, показали свою пылкость. И что дальше? 20 августа была пресс-конференция, на которой [вице-президент СССР Геннадий] Янаев сказал: «Михаил Сергеевич вернулся». Тем самым Янаев политически подписал себе смертный приговор, потому что ГКЧП могли поддержать только те силы, которые ненавидели Горбачева. В результате, вице-президент СССР поссорился и с теми, и с другими – одним не нравилось, что они его сместили, другие не думали, что он вернется.
Иностранные журналисты мне тогда задавали всего один вопрос с продолжением: «жив ли Горбачев?». И, когда получали ответ «жив», звучал следующий: «он в подполье»?
- Для чего тогда это все было?
- Это загадка. Возникает очень много вопросов. Если бы члены ГКЧП были заговорщиками, они просто убили бы Горбачева. Ведь почему у Ельцина был повод восстать против ГКЧП: Янаев сам изобрел указ о своем назначении исполняющим обязанности президента. Никаких заявлений от Горбачева о том, что по состоянию здоровья он отошел от дел, не было. Если бы Горбачев просто умер, скажем, от инфаркта, Янаев по Конституции бы стал президентом, и никаких заявлений не нужно было бы.
Другая загадка: они (ГКЧПисты, - ред.) не только поехали к Горбачеву советоваться перед началом путча, они прибежали к нему сдаваться после конца. Для людей, которые его «арестовали», какая-то очень странная тактика.
Еще одна загадка: до сих пор никто не может найти войска, которые блокировали Горбачева в Форосе – ни наши, ни украинские следователи таких военных частей не обнаружили.
Если мы исходим из того, что это был переворот, тогда они в тактике идиоты, а в стратегии больные: то, что они сделали, с точки зрения переворота, тактически вредно, то, что они сделали стратегически, - бессмысленно.
- Какие факты на это указывают?
- В окружении ГКЧП был товарищ Болдин (руководитель аппарата президента СССР Валерий, - ред.). Без Горбачева он не делал ничего. Предавать Горбачева для него не имело смысла. Он знал Горбачева, как облупленного. Если они предприняли попытку переворота, и при этом Михаил Сергеевич остался живым, они должны были быть уверены, что по каким-то причинам Михаил Сергеевич их не «съест». Они должны были знать его настроение, его позицию, верить, что он их поддерживает. Я понимаю, что все доказательства косвенные, но они есть. Только такое предположение может объяснить всю фантасмагорию. Это все был спектакль.
- А смерти для чего нужны были?
- Скорее всего, нужно было повязать ГКЧП кровью. Никакой необходимости останавливать колонну у защитников Белого дома не было – войска уходили. Путчисты не собирались танками штурмовать дом правительства.
Понимаете, люди, которые вошли в ГКЧП, были высокими профессионалами. Они не собирались делать переворота. Это была демонстрация силы, причем демонстрация, осуществленная так, что Михаил Сергеевич был совершенно не при чем. Думаю рассчитано все было таким образом, чтобы он вышел из-за спины ГКЧП и сказал, что готов был подписать новый союзный договор, но народ против. Все было сделано по-горбачевски: если бы они победили – он бы их возглавил, поскольку они проиграли – он подавил мятежников. Это горбачевский стиль.
- Они же, получается, осознанно на это шли?
- Да, конечно. Они спасали и СССР, и себя. Если бы договор был подписан, их бы не было, не было бы союзных органов власти. Был бы декоративный президент: у Горбачева оставались бы его виллы, почет, Нобелевские премии, он бы ездил по миру, но никакой реальной власти не имел. Вы задали очень важный вопрос: они на это пошли, потому что были уверены, что ничего не произойдет.
- Что пошло не так?
- Весь план поломал Борис Николаевич (Ельцин, первый президент РФ, - ред.).
- Не ожидали, что Ельцин приедет в Москву?
- Абсолютно не ожидали. Его якобы хотели арестовать, но никто в действительности этого не делал. Если бы его хотели убить, его самолет не долетел бы до Москвы.
- Почему Ельцин не поддержал ГКЧП – он «раскусил» заговорщиков?
- Я думаю, что он просто обо всем знал. Дело в том, что за пару недель до ГКЧП произошла встреча Ельцина с [Иваном] Полозковым, главой Компартии РСФСР. Что там говорилось – официально не известно. Но почему-то эта встреча была упомянута во всех СМИ. Это было неким историческим событием. Я уверен, что Полозков посвятил Ельцина, который должен был стать самым главным из 15 зрителей (глав 15 союзных республик, - ред.), в курс дел.
Почему участники ГКЧП ошиблись в Ельцине – это вопрос. Они же его прекрасно знали. Они не поняли, что этот человек не будет зрителем – это не его стиль. Зрителем Ельцин мог бы стать в одном-единственном случае: если бы он был на 100% уверен, что Михаил Сергеевич поддержит ГКЧП. Но он видел, что любые попытки создать общественное движение в поддержку ГКЧП, вывести рабочих на улицу, пресекались в первую очередь Московским городским комитетом партии.
- То есть по настроениям в Москве в те дни на самом деле было заметно, что в действительности большая часть населения поддерживает ГКЧП?
- Подозреваю, что да. Мы ведь видим и знаем только то, что нам показывали. Но здесь сработали два механизма. Первый – ГКЧП не возглавили. Второе – большинство тех, кто был за сохранение СССР, были уверены: зачем воевать, конечно, мы и так победим. Одна из чиновниц ельцинской эпохи рассказывала мне, что тогда они сидели и думали, как народ удержать, чтобы он не побежал на улицу ГКЧП поддерживать.
Один из активных участников событий мне в свое время признался: они перепутали Москву и Россию. В Москве была интеллигенция и новые бизнесмены – две группы: одни не любят советскую власть, другие – российскую. В тот момент еще не было конфликта. В Москве действительно была массовая поддержка Ельцина, не стопроцентно, но массовая. Население решительно не видело ни от Михаила Сергеевича, ни от Бориса Николаевича никаких плюсов. Правда, оно помнило, что при Горбачеве в магазинах было мало продуктов, но они там были. Другой вопрос – виноват ли в этом Горбачев?
Есть еще одна версия: ГКЧП – это заговор по развалу СССР. Самим ГКЧПистам это было не нужно – они пострадали бы очень сильно, но якобы они были агентами влияния. Я сильно сомневаюсь, что Владимир Александрович Крючков был агентом влияния – он взглядом к стенке прибивал, был человеком с четко определенной позицией. Повлиять на него было невозможно. ГКЧП был демонстративной силой.
Если бы хотели продемонстрировать силу вопреки Горбачеву, ее демонстрировали бы в Карабахе, а не в Москве. Но Михаил Сергеевич не хотел, чтобы его на Западе обвинили в том, что он подавляет национальное движение и потом где-нибудь в Бонне или в Лондоне отказали в приеме. То есть они делали все, чтобы его выгородить.
- Горбачев всех использовал?
- Почему произошло разделение даже внутри структур: с одной стороны – КГБ СССР, МВД СССР и т.д., с другой – те же ведомства РСФСР?
- Никакого КГБ РСФСР в то время не было. Но когда была принята декларация независимости РФ, возникла необходимость создания государственных ведомств. Министерства обороны явно не получалось, и тогда был создан КГБ РСФСР.
- Номинальная структура на тот момент?
- Конечно, она только развиваться начала после августа. Минобороны вообще было создано еще позже, потому что до этого было министерство обороны СНГ.
- В той истории есть еще несколько загадочных моментов. Смерть экс-министра внутренних дел СССР Бориса Пуго и его жены, самоубийство советника Президента СССР по военным делам маршала Сергея Ахромеева, имевшего наградное оружие в доме, но повесившегося весьма странным способом, а также уход из жизни управляющего делами ЦК КПСС Николая Кручины… Вам не кажутся странными обстоятельства ухода этих людей из жизни?
- Я не верю, что Ахромеев и Пуго покончили жизнь самоубийством. На счет ЦКистов верю – их же «травить» начали. Несостыковки просто валом идут. Ахромеев и Пуго знали очень много. Причем маршал не входил в ГКЧП – он был советником Горбачева, между ними не было конфликтов. Что могло случиться, чтобы Ахромеев повесился?! Об этом молчат.
Крючков вообще периодически изображал, что у него провалы в памяти. Маршал Язов вспоминал номера высоток со времен войны, а что касается ГКЧП – ничего не помнил. Какую тайну они охраняют? Тайны ГКЧП нет. Или тайна – что это постановка? Но это не тайна. Возможно, они охраняют тайну роли Горбачева. Потому что, еще раз повторяю, ничем, кроме спектакля в пользу Горбачева, это быть не могло.
- То есть как только не станет Горбачева, тайна может быть раскрыта?
- Если остальные к этому моменту еще будут живы. Что-то могли бы рассказать люди из окружения Ельцина того времени. Мог бы много рассказать [генерал Александр] Лебедь, но его нет.
Кстати, одним из активных организаторов ГКЧП был Павел Грачев. После путча он тут же стал министром обороны Ельцина. Это к вопросу о взаимодействии ГКЧП и Ельцина. В конечном счете, все выполняли приказ, но почему-то многих за выполнение приказа посажали, а этого назначили министром обороны.
Проблема в том, что все поверили в тайные договоренности. Ельцин оказался умнее всех, в том числе Горбачева – он оказался большим политиком, чем они: он понял, что реально Горбачев ни с кем.
Кстати, почему ГКЧПистов амнистировали всех? Почему не посадили? Потому что выяснилось, что не за что: ГКЧП тогда был более легитимен, чем правительство России. Даже для имитации судебного процесса материалов не было.
- Сейчас в разных ситуациях все ищут след западных спецслужб, американцев, прежде всего. В августе 1991 года США как-то были замешаны?
- Влияние Запада, конечно, было старый Буш в Верховном совете РСФСР говорил, что они не ожидали развала Советского Союза. Они ожидали медленных преобразований КПСС, либерализацию под Горбачева, надеялись на Ельцина и не думали, что он сможет демонтировать советскую систему.
США были самым большим и последовательным сторонником сохранения силовых ведомств в руках Союза. Американцы очень боялись расползания ядерного оружия по 15 государствам. Именно они, когда СССР все-таки рухнул, заставили нас создать вооруженные силы СНГ.
- США были заинтересованы в сохранении СССР?
- Конечно. Это была двойственная проблема: с одной стороны, им очень хотелось, чтобы Советского Союза не стало, с другой – им очень не хотелось, чтобы новые государства имели ядерное оружие. Ведь у Советского Союза были какие-то договоренности, а как себя поведет, скажем, президент Украины, у которого треть советского ядерного потенциала на территории, неизвестно.
Американцы были готовы к любому ослаблению Советского Союза, в идеале – к его развалу. Но они менее всего хотели, чтобы этот развал произошел мгновенно, да еще с распадом вооруженных сил. В тот момент США управляли вполне умные люди, они понимали, что даже крупномасштабная гражданская война на территории СССР с применением реальной армии будет так страшна. Поэтому американцы поддерживали Горбачева, поэтому он продержался до декабря.
- Почему ему не удалось удержаться дольше?
- Человек не тот. Он, когда вернулся в Москву, сразу согласился с тем, что страной [они с Ельциным] будут управлять на двоих. Они вдвоем принимали решения: поменяли всех силовиков, причем на тех, кто устраивал Ельцина. После этого Ельцину Горбачев: был уже не нужен.
- Он обхитрил Горбачева?
- Не обхитрил. Но он, вероятно, понимал, что так будет, потому пошел на это. Горбачев не понимал, что, если он вернулся как президент СССР, он должен править. Для этого нужно было отменять все договоры.
Другой вопрос – если бы после августа Горбачев сам назначал бы новых начальников, а не тех, что ему Ельцин предлагал, может быть, и все было бы иначе.
В декабре Горбачева никто уже не стал спасать, потому что один раз попытались это сделать, и где они оказались.
- Роль Ельцина все-таки какая? Он ведь колебался какое-то время?
- Он надеялся стать следующим президентом СССР. В той ситуации ему совсем не надо было, чтобы власть союзного президента была номинальной – он к себе эту должность уже примерял и прекрасно понимал, что стать президентом сверхдержавы вкуснее, чем президентом России.
- Если бы в августе среди ГКЧПистов нашелся тот, кто взял бы на себя ответственность, могло бы все получиться?
- Этого быть не могло. Вся система после свержения Хрущева в 1964 году была заточена на минимальную инициативу, и любая инициатива наказуема. Тогда так лихо сняли Хрущева, что сами себя испугались. Начался отсев. Вверх поднимались только те, кто инициативы не проявлял. Это не значит, что они не были способны. Кто-то не был способен, а кто-то прятал свои способности, как Борис Николаевич. Основная масса аппарата способна была проявлять активность только по приказу – их так воспитали, так было положено.
Предположим, случился такой Ельцин среди ГКЧПистах – Михаил Сергеевич бы умер от неизвестной болезни еще 18 августа. Тогда никакого ГКЧП, танков – ничего не надо было бы: они просто взяли бы власть в свои руки. Подписание договора бы отложили, сославшись на то, что нужно разобраться после смерти президента.
- На ваш взгляд, Союз не сохранился бы в любом случае?
- Нет, формально бы он сохранился в прежнем виде, но при этом с Прибалтикой пришлось бы проигрывать ситуацию, как после войны, когда все московские чиновники в Прибалтике спали с оружием. Но это касалось только Прибалтики и Западной Украины.
- То есть распад СССР был логичен?
- Катастрофа была неизбежна. Но ее масштабы могли быть разные: Советский Союз мог быть отброшен лет на 10 назад в развитии экономики, были бы очень тяжелыми гражданские войны на окраине.
Степень желания союзных лидеров разойтись была сильно преувеличена. Их власть держалась на соотношении влияния внутри и поддержке из Москвы. Если менялась одна из составляющих, менялся и вектор. В Казахстане, например, в этом случае (в случае развала, - ред.) вектор поменялся на усиление Назарбаева, потому что он уже взял власть в свои руки, в Таджикистане это привело к вырезанию правящего клана. Азиатские элиты политически очень пострадали от развала СССР. Так было и в других республиках. Сломалась мощная система. Августовский путч в конечном счете привел к слому всех социальных институтов.
Подписывайтесь на ФедералПресс в Яндекс.Новости , Google News , а также следите за самыми интересными новостями в Яндекс.Дзен . Все самое важное и оперативное — в telegram-канале « ФедералПресс ». Также присоединяйтесь к нам в соцсетях: мы есть в Telegram , ВКонтакте , Одноклассниках и Twitter .