Реферат по творчеству М.Ю.Лермонтова
по дисциплине «Теория и история русского литературного языка» по теме:
« История употребления некоторых традиционных славянизмов в русской поэзии XIX в. (на примере творчества М.Ю. Лермонтова)»
Выполнила: учитель русского языка
Гарифуллина Роза Ибрагимовна
Содержание
Введение
Вклад М.Ю. Лермонтова в развитие русского литературного языка, как и вклад поэтов пушкинского круга, был огромен.
В языке произведений Лермонтова легко заметить сочетание различных видов предложений, слияние литературного языка с разговорной речью. К этому он стремиться уже в начале творческого пути. Одним из первых учителей Лермонтова был А. Ф. Мерзляков, но юноша решительно не соглашался с его мнением и обращался, прежде всего, к пушкинским текстам. Он охотно пользовался архаизмами, которые не только придают возвышенность речи, но и нередко облегчают решения технических задач – сохранение ритма. В «Кавказском пленнике» не раз встречаются сей, младой, златой, враны. Первые опыты четырнадцатилетнего поэта непоследовательны, чувствуется влияние Пушкина, Батюшкова, Жуковского.
«Благодаря Лермонтову русский язык далеко продвинулся вперед после Пушкина»- писал В. Г. Белинский 1 .
Михаил Юрьевич Лермонтов дал ценные образцы литературного языка первой половины XIX в., в его творчестве нашёл наиболее полное отражение процесс демократизации русского литературного языка. Существенным явлением поэтического слога было формирование в поэзии особого разряда так называемой поэтической лексики. Главным источником этой группы слов были славянизмы.
Славянизмы, которые употреблялись поэтами в конце XVIII - начале XIX в. отличались целым рядом фонетических, словообразовательных и морфологических признаков. В отличие от А.С. Пушкина, который использовал славянизмы, как средство воспроизведения исторической эпохи или как средство гражданской риторики, славянизмы ему были нужны также для создания стиля античной поэзии или для выражения сатиры и иронии, в поэзии М.Ю. Лермонтова славянизмы часто выступают как технические средства в организации стиха.
Целью данной работы является выявление особенностей употребления некоторых традиционных славянизмов в поэзии М.Ю. Лермонтова.
Для достижения цели были поставлены следующие задачи :
1. Описать использования фонетических славянизмов в поэзии М.Ю. Лермонтова.
2. Выявить особенности морфологических славянизмов в поэзии М.Ю. Лермонтова.
3. Охарактеризовать лексические славянизмы в поэтическом творчестве М.Ю. Лермонтова .
Использования фонетических славянизмов в поэзии М.Ю. Лермонтова
При чтении поэтических произведений М.Ю. Лермонтова в первую очередь обращают на себя внимание фонетические славянизмы. Среди них наиболее распространены неполногласные формы, которые издавна употреблялись в церковной литературе и в произведениях художественной литературы, например, в «Слове о полку Игореве» или в «Повести о Петре и Февронии».
В ранних романтических стихотворениях поэта слова с неполногласными корнями встречаются часто, что придаёт стиху возвышенность, приподнятость слога: Умолк певец. Струится в жилах хлад («Наполеон»); И где являются порой/ Умы и хладные и твёрдые, как камень? («Жалобы турка»); Как страшно жизни сей оковы I Нам в одиночестве влачить («Одиночество»); Но скоро сей порыв чудесный / Слабел в груди его младой] И вдруг хладеет жар ланит («Поэт»). Однако в поэмах слова с полногласными корнями преобладают: Мне тайный голос говорил, I Что некогда и я там жил, Он страшно бледен был и худ I И слаб, как будто долгий труд, /Болезнь иль голод испытал, И снова видел я во сне /Грузинки образ молодой («Мцыри»); Раздастся псов протяжный вой, / Когда голодный и худой, I Обходит волк вокруг гумна, То низко голову склоняя I До гривы чёрного коня, Он был не молод - и не стар, И дорого тебе, Литва, I Досталась эта голова! («Боярин Орша»); И золотые облака/ Из южных стран, издалека I Его на север провожали. Княжна Тамара молодая I К Арагве ходит за водой, Но луч луны, по влаге зыбкой / Слегка играющий порой, / Едва ль сравнится с той улыбкой. /Как жизнь, как молодость, живой («Демон»).
В поэме «Боярин Орша» поэт часто использует как неполногласные, так и полногласные формы, напр.. младои - молодой, главой - головой, хладный -холодный, голос
глас. Полногласные и неполногласные формы могут употребляться в одной фразе : что помогает выдержать стихотворный размер: Покои тёмные кругом / Уставил златом и сребром, Стоял Арсений у столба. I Но в молодом лице его / Вы не нашли б ни одного I Из чувств, или осуществить стихотворную рифмовку: Припав на грудь её главой, / С ней царский конюх молодой, Как счастье жизни молодой. / Играет луч ее златой, Что лишь с седой его брадой /Могла равняться белизной', По длинным башням и стенам / И по расписанным вратам. В поэме «Мцыри» в рифмовке используется другой вариант слова врата: И нынче видит пешеход / Столбы обрушенных ворот.
Особенности морфологических славянизмов в поэзии М.Ю. Лермонтова
Из морфологических славянизмов можно отметить флексию -ой, вместо литературного варианта -ый, у имён прилагательных мужского рода именительного падежа единственного числа, что характерно, было для древнерусского языка. Формы с -ой появились после падения редуцированных гласных и сохраняются в языке под ударением. Произношение [ой] отражается и в написании. В безударной позиции произносится [ъй]. в орфографии передаётся через написание -ый. В мягком варианте окончание всегда безударно и произносится как [ьй], в орфографии передаётся через -ий: золотой [зълатой], добрый [добръй], синий [с'ин'ьй]. В древнерусском языке независимо от ударения в именительном падеже единственного числа у прилагательных мужского рода было окончание -ой, -ей. В таком виде эта форма выступает теперь в тех севернорусских говорах, которые не знают редукции безударных гласных: старшой брат, первой сын.
Такие формы встречаются в поэзии М.Ю. Лермонтова, поэт использует их также для рифмовки., в стихе рифмует форму мужского рода именительного падежа на -ый с формой женского рода родительного падежа на -ой: Белеет парус одинокой / В тумане моря голубом. / Что ищет он в стране далёкой 9 («Парус»); Я не склонен к славе громкой. / Сердце греет лишь любовь: /Лиры звук дрожащий, звонкой I Мне волнует также кровь («К друзьям»); Где бьёт волна о брег еысокой : I Где дикий памятник небрежно положен, I В сырой земле и в яме неглубокой-/Там спит герой, друзья! - Наполеон. («Наполеон»), Снега и вихрь зимы холодной <. > / И балалайки звук народный («Романс»); Так перед праздною толпой / И с балалайкою народной I Сидит в тени певец простой / И бескорыстный и свободный. («Русская мелодия»).
У имён прилагательных женского рода родительного падежа единственного числа наряду с формой -ой, -ей в поэзии Х\/111-Х1Х вв. встречается форма с окончанием -ыя, -ия, например, у А.С. Пушкина: И жало мудрыя змеи / В уста замершие мои/Вложил десницею кровавой («Пророк»). В поэзии М.Ю. Лермонтова такие формы встречаются очень редко, что говорит о демократизации стиха поэта; Всё проклял он, как лживый сон. /Как призрак дымныя мечты («Портреты»).
Форма с окончанием -ь/я по своему происхождению старославянская. В старославянском языке прилагательные родительного падежа единственного числа женского рода оканчивались на [ыс], [ис], в древнерусском языке - на -ое> -ой, -ее> -ей. В древнерусском языке носовой [с] изменился в [а] после мягкого согласного, поэтому старославянские окончания [ы^-]. [ис,-] стали передаваться как -ь/я, -ия.
Для поэзии Х\ЛП-Х1Х вв. характерны также усечённые формы имён прилагательных, к которым часто прибегали поэты, чтобы сохранить стихотворный размер, поэтическую напевность. В отличие от кратких форм, усечённые формы изменяются по падежам и выполняют синтаксическую функцию определения, что позволяет поэтам дать словам больше эпитетов, поэтических красок. М.Ю. Лермонтов также использует усечённые формы в своей поэзии: Всегда он с улыбкой весёлой, /Жизнь любит и юность румяну, Но чувства глубоки питает («Портреты»); Русы волосы кудрями / Упадают средь ланит («Портреты»); И тень его в горах востока / Поныне бродит в тёмну ночь («Беглец»); Там рано жизнь тяжка бывает для людей («Жалобы турка»); Мной игры младости любимы быть могли, / Тогда б я был с весельем неразлучен («Элегия»); И повелел он без суда / Их вместе в бочку засмолить /И в сине море укатить («Боярин Орша»).
А.С. Пушкин в поэзии употребляет местоименную форму оне, которая является древнерусским диалектным новообразованием, в лермонтовских стихах её не встретишь. Форма оне возникла по аналогии с формами местоимений те, все. Местоимение оне проникло в литературный русский язык в XVIII в. и закрепилась в нём наряду с они, причём они стало формой мужского и среднего рода, а оне - женского. Реформой 1917 г. форма оне была исключена из литературного русского языка. Д.Н. Шмелёв отмечает, что формы одни и одне также различались в употреблении: одни было формой мужского и среднего рода, а одне - женского. «Ранее написание оне, одне охватывало и средний род. <. > Искусственность разграничения этих форм в зависимости от рода сказывается в том, что иногда они распространялись и на мужской род» 2 . Такое новообразование одне любит использовать М.Ю. Лермонтов: Любезные друзья <. > /Ликуйте вы одне («Весёлый час»); И молвил Орша: «Скучно мне, / Всё думы чёрные одне («Боярин Орша»); В чужой, но близкой стороне I Мы будем счастливы одне («Боярин Орша»).
В поэзии М.Ю. Лермонтова редко встречаются формы творительного падежа множественного числа с окончанием -ми, которое восходит к форме этого падежа в древнерусском склонении слов на *Т и на согласный: лошадьми, людьми, дверьми (и дверями), детьми, дочерьми, костьми, плетьми (во фразеологическом сочетании лечь костьми, бить плетьми). Как отмечает В.В. Иванов: «Формы твор. пад. мн. ч. на [ми] после мягкого согласного были широко распространены в литературном языке ещё в Х I Х в.» 3 . У М.Ю.Лермонтова они представлены так: И, видя жертвы меж 'кустов, / Когтьми хватает вдруг («Кавказский пленник»); Питомец резвой Карабаха I Прядёт ушми («Демон»).
В современном русском языке слово плеча по происхождению является формой двойственного числа именительного падежа среднего рода от слова плече (склонялось по мягкому варианту) - 2 плечи, тогда как форма множественного числа именительного падежа была плеча. Но в русском литературном языке мы употребляем форму двойственного числа, так же как слова мужского рода: 2 глаза (мн. ч. глази), 2 рога (мн. ч. рози). 2 рукава (мн. ч. рукави). Во времена А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова форма множественного числа плеча, вместо плечи, часто встречалась в литературных произведениях: И первым снегом с кровли бани I Умыть лицо, плеча и грудь (А.С. Пушкин «Евгений Онегин»); Соболью шубу на плеча / Накинул он в руке свеча (М.Ю. Лермонтов «Боярин Орша»). И как видно из последнего примера, М.Ю.Лермонтов форму плеча рифмует со словом сееча.
Лексические славянизмы в поэтическом творчестве М.Ю. Лермонтова
Широко применяются архаизмы для придания языку приподнятости. «Письмо» насыщено ими. Но свободны от славянизмов стихи, по замыслу близкие к разговорной речи: «Осень», «Романс», «Эпиграммы».
Немного архаизмов в более поздней поэме Лермонтова «Боярин Орша». Свободна от славянизмов «Песня про купца Калашникова», в которой слово младой встречается 1 раз, а молодой – 9 раз. Это показывает, что Лермонтов вовсе не отказывается полностью от употребления славянизмов и охотно использует их там, где они уместны. К тому же эти славянизмы были ещё в широком употреблении (врата, златой, ланиты, глас, лобзания, персты).
Присутствие славянизмов в поэме «Мцыри» вызвано теми же причинами, что и в «Демоне» – приподнятый тон, связь с монастырской обстановкой, использование более ранних произведений. Но не эти славянизмы: ниц, сребристый, хладный, глава, златой – определяют тон поэмы. Русских вариантов тех же слов в поэме гораздо больше: голос, голова, серебристый, холодный, золотой.
Заметную роль играют у Лермонтова взятые из Библии образы, фразеологизмы, отдельные выражения, что связано с его стремлением к яркой образности. Иногда он изменяет смысл библиизмов в соответствии с решаемыми им художественными задачами. Изменен конец библейской притчи в «Мцыри». Изумителен по силе эпиграф, взятый из «Первой книги Царств; сокращен за счет подробностей.
«Вкушая, вкусих мало меда, омочив конец жезла, иже в руку мою, и се аз умираю»,- Лермонтов оставил самое существенное.
«Вкушая, вкусих мало меда и се аз умираю»,- стал не только энергичнее, но и приобрел обобщающее значение 4 .
Вот еще некоторые примеры употребления старославянизмов в поэме «Мцыри»: «Теперь один старик седой, // Развалин страж полуживой»; «Напрасно прятал я в траву // Мою усталую главу»; «В торжественный хваленья час // Лишь человека гордый глас»; «Когда, низверженный с небес, // В подземной пропасти исчез»; «Его в степи без чувств нашли // И вновь в обитель принесли» и т.д. 5