Идеальный шторм Олега Колесникова. Откуда неприятности у депутата Госдумы?
Новости об обысках и задержаниях в компании «Уралбройлер» и заверения силовиков в том, что данное дело получит «далеко идущие последствия», заставили говорить о больших неприятностях даже не у этой коммерческой структуры, а контролирующего ее депутата Государственной думы Олега Колесникова. «Челябинский обзор» пытается разложить ситуацию «по полочкам».
Идеальный шторм - именно так можно описать то, что сейчас закручивается вокруг известного челябинского предпринимателя и политика. Ситуация, когда все плохое, что есть, сходится в один момент времени и в одном месте, и тогда каждая из неприятностей усиливает другую, давая сверхразрушительный синергетический эффект. Так бывает редко, но если случается, то дело и впрямь может принять самый серьезный оборот. Впрочем, разобьем явление на составляющие.
1. Экономическая конкуренцияЧелябинская область в последнее десятилетие превратилась в крупный агропромышленный регион. Особенно заметны успехи в животноводстве, прежде всего, в свино- и птицеводстве. В обеих отраслях на Южном Урале выросло несколько мощнейших холдингов. В птицеводстве это, прежде всего, «Равис», «Ситно», «Уралбройлер» и «Чебаркульская птица» (есть еще птицефабрика в Бектыше, но ее мощности не так уж и велики, потому как она не работает на массовое потребление). В свиноводстве это «Ариант» и все тот же «Уралбройлер».
Совокупные производственные мощности этих предприятий таковы, что еще недавно дефицитный регион не просто полностью обеспечивается мясом и птицей собственного производства. Самые мощные игроки («Ариант» и «Уралбройлер») самым активным образом продают свою продукцию за пределами области (а то и входят на эти рынки через покупку местных предприятий). При этом, безусловно, базовым регионом, дающим бОльшую часть выручки для этих предприятий пищепрома, остается Челябинская область. А значит, конкуренция между компаниями обостряется все больше, а ее методы становятся все жестче. Настолько, что могут выходить за пределы собственно экономики.
Не стоит забывать, что еще год-два назад все предприятия птицеводческой отрасли в области испытывали достаточно серьезные сложности – по причинам макроэкономического порядка. Во-первых, с вступлением России в ВТО вновь открылись таможенные шлюзы для сверхдешевого мясного импорта (вопрос качества этого мяса требует отдельного обсуждения), и это вынудило местных игроков держать цены максимально низкими. Иначе ситуация грозила бы катастрофой: птицефабрика или свинокомплекс – предприятие-конвейер, перезапустить который обычно дороже, чем без остановки работать себе в убыток.
Во-вторых, Минсельхоз РФ стал срывать программу поддержки отечественных сельхозпроизводителей, а именно - надолго задерживать субсидии, обещанные региональным предприятиям на развитие мясоперерабатывающей отрасли. В случае с Челябинской области эти субсидии составляли сотни миллионов рублей, и от этого страдали все местные игроки.
Все это наложилось на то, что почти все основные игроки на рынке расширяли свои мощности, и вкладывались в новые проекты во многом за счет кредитных средств. В этом нет ничего особенного – обычная практика всего мирового бизнеса. Но ситуация на рынке стала такой, что работавшие на грани рентабельности предприятия стали испытывать трудности с обслуживанием задолженности. Причем эта история характерна не только для Челябинской области: пострадали все центры агропрома – Московская, Свердловская, Белгородская области. Проблемных кредитов в банках (в том числе, выданных под гарантии региональных властей) по стране набежало на десятки миллиардов рублей.
За последние год-полтора ситуация начала выправляться. Во многом потому, что федеральные власти вновь «прикрыли форточку» импорта, да и выплата субсидий стабилизировалась. Цены на продукцию на рынке начали расти, предприятия вновь вышли в прибыль. Немного, но отступила и проблема обслуживания долга. Однако внутренняя конкуренция никуда не делась, обострившись с новой силой. Понятно, когда у одного из основных игроков на рынке начинаются проблемы, его долю с радостью «скушают» конкуренты.
Любопытно, что, по нашим данным, Олег Колесников не так давно уже получал предложения о продаже части своего агробизнеса: в частности, свинокомплекса «Родниковский». Причем это предложение делал один из прямых конкурентов. Однако стороны не достигли соглашения по цене сделки.
2. Политическая конкуренцияКак учили классики марксизма-ленинизма, политика – это концентрированное выражение экономики. В современной России политика переплетается с экономикой как никогда тесно, и экономическая конкуренция всегда, так или иначе, проявляет себя на политическом уровне. Для владельцев крупных финансово-промышленных групп всегда актуален вопрос политического присутствия, а порой – и прикрытия.
Давайте вспомним факты. Олег Колесников – депутат Государственной думы. Владелец «Чебаркульской птицы» Александр Берестов был депутатом Госдумы, а теперь работает в Законодательном собрании. Там же сегодня депутатствует и Валерий Галеев, которого тесно связывают с Бектышской птицефабрикой. «Ариант» также имеет своего представителя в политике – депутат Государственной думы Александр Кретов. Раньше в федеральном парламенте был представлен тесть Кретова, один из основателей этой бизнес-империи Александр Аристов.
«Рависом» сейчас руководит бывший первый вице-губернатор Андрей Косилов, который в одном из недавних интервью прямо заявил: несмотря на уход из власти, из политики он «не уходил». Госдума Косилова, по его собственным словам, пока не интересует, но ведь и до выборов еще довольно далеко, все может еще измениться.
Кстати, в том же интервью экс-чиновник назвал Олега Колесникова «заказчиком» уголовного дела против самого Косилова. Простой факт, красноречиво свидетельствующий о «цеховом братстве». Очевидно: между агропромышленными гигантами была и будет жаркая борьба, в том числе за политическое влияние. А поскольку публичная политика в нашей области – далеко не в традициях, в ход идет политика подковерная…
В контексте же предстоящих выборов совершенно очевидно: наиболее серьезной вновь будет не межпартийная, а внутрипартийная конкуренция – между теми, кто пойдет в Госдуму от «Единой России» или что там к тому времени организуется под видом «партии власти». И если у одного из реальных претендентов на мандат проблемы – другим проще. Тем более что в той политике, которая есть сегодня, давно научились пользоваться еще одним способом осложнить жизнь друг другу.
3. Правоохранительная составляющаяВ ГУ МВД по Челябинской области не так давно сменился руководитель. Главным полицейским Южного Урала стал генерал Андрей Сергеев, который, собственно, и заявил о «далеко идущих последствиях уголовного дела». С приходом нового руководителя атмосфера в полицейском главке, по словам знакомых с ситуацией людей, заметно поменялась.
Впрочем, окажись на генеральском месте не Сергеев, а кто-то другой, он почти наверняка заявил бы то же самое. Наличие «громких» дел и серьезных фигурантов в них – стандартный способ заявить о себе по новому месту несения службы. А Олег Колесников, прямо скажем, – персонаж непростой, неоднозначный, имеющий за плечами богатую бизнес- и политическую историю. Так что если кому-то требовалась идеальная мишень, то. Другое дело, что адресатом этих действий и этих угрожающих заявлений правоохранителей, возможно, был не только и не столько г-н Колесников. Напряглись очень многие.
Мастерство же политических игроков – в умении воспользоваться ситуацией. И хотя по оценкам экспертов, «Уралбройлер» и его руководителей можно обвинить разве что в использовании распространенной схемы оптимизации налоговых платежей, которую многие конкуренты Колесникова, наверное, применяют с не меньшим удовольствием, важен результат.
А людям-то что делать?Каждый из вышеописанных факторов и сам по себе может доставить серьезнейшие неприятности Олегу Колесникову. Однако на этот раз они сошлись воедино, и предсказать развитие событий сейчас действительно довольно сложно.
Но, пожалуй, единственный аспект нынешней ситуации, о котором почему-то никто не вспоминает: а что будет, если в итоге агрохолдинг не выдержит прессинга и действительно рухнет? По информации из «Уралбройлера», предприятия группы компаний уже стали испытывать затруднения в работе с поставщиками и другими контрагентами.
И если все пойдет по плохому сценарию, то что делать тем пяти с лишним тысячам людей, которые работают в холдинге? По большей части это жители совсем небогатых сел и деревень. И как их неприятности скажутся на ситуации в регионе в целом, особенно в нынешние непростые времена? Не станет ли «идеальный шторм», в который угодил Олег Колесников (как бы кто к нему не относился), куда более масштабным катаклизмом?