Лучшее эссе о молодости 2018 года
В феврале редакция «Как тут жить» проводила конкурс на лучшее эссе про молодость. Нам пришло четыре десятка текстов. Все – чудесные, некоторые прямо очень хорошие. Но одно было лучше всех.
Меня зовут Саша, мне 20.
Папа, сколько себя помню, преподавал ПДД и что-то там еще в местной хабзе. Мама не работала с самого моего рождения. Поскольку рядом находилась литовская граница, а веселых историй в моем местечке не наберешься, то я с огромным интересом слушала редкие рассказы, как медведь перешел границу, куча вьетнамцев бегает в лесах, на хуторе скрывается какой-то московский бизнесмен и прочее.
Училась я в обычной средней общеобразовательной школе. Среди одноклассников меня выделяла полнота с хомячьими щеками, из-за чего я очень сильно страдала и ненавидела школу всем сердцем. В первый свой учебный день я пришла и заявила, что больше в школу не пойду. На удивленный мамин взгляд ответила: «Там нас из собачьих мисок кормят». Ну кто ж знал, что в школьной столовой будет такая же посуда, как у моей собаки? До конца школы в столовой я так и не появилась. Однажды меня силой пытались заставить съесть котлету (это было в 4 классе, Светлана Станиславовна, я все помню!). Кажется, меня вырвало.
Ну кто ж знал, что в школьной столовой будет такая же посуда, как у моей собаки?
За моим домом стояли так называемые «коттеджи». Это три заброшенных двухэтажных дома, в которых мы любили поиграть. Находились они в аварийном состоянии, поэтому ходить туда родители нам строжайше запрещали. Ну и жильцы соседних домов периодически гоняли. Один из них (дядя Ваня или как) был охотником. Схватил белочку и пытался нас подстрелить. Другие были не столь агрессивны и гонялись за нами с пневматикой. Остальные звонили родителям, которые приходили с ремнями и крапивой. Один парень как-то упал там в яму, которая была сквозной (с крыши в подвал), и зацепился губой за крюк. Другой сломал ногу, прыгая с козырька. Я отделалась лишь стеклом в ноге, наступив на него в подвале.
В парке часто находили повешенных котов, утопленных собак. Однажды в дверь позвонил парень, который истекал кровью и кричал: «Он убил маму, он убил маму!» Оказалось, что какой-то заклятый враг их семьи выбил окно в квартире и начал размахивать ножом. Этому парню перерезал артерию, его отца тоже пырнул, а вот мама умерла. У него еще сестра была младшая. Через пару лет покончила с собой, послав смс брату и бросившись под автомобиль.
Когда я маме сказала, что за мной гнался одноклассник с ножом, она посмеялась и попросила меньше выдумывать. Поверила только спустя лет 10, когда услышала эту историю от других ребят и их родителей. С этим парнем мы еще в садике невзлюбили друг друга. Я ему разбивала нос, он мне оставлял шрамы. А когда проигрывал в «квадрат», то кричал: «Дуры, моя мама завуч! Она поставит двойку тебе, тебе и тебе тоже». Интересно, что сейчас я у него везде в черном списке, хотя инициировать общение абсолютно не хотелось. Видимо, он решил перестраховаться. К слову, от него я впервые услышала «ты жирная», что привело меня к маниакальной мысли «надо худеть». Не знаю, будет это опубликовано, прочтут ли мои родители и знакомые, но если да, то всем станет известно, почему я завтракала половинкой йогурта, в обед доедала его, а ужин собирала в пакетик и отдавала котикам. Поправиться я и сейчас боюсь, поэтому ненавижу тебя всем сердцем, дорогой одноклассник!
Все от той же Светланы Станиславовны услышала классе в 6, что я никуда не поступлю и стану никем. До сих пор не понимаю, кто пустил эту женщину преподавать.
В выпускном классе наткнулась в сети на конкурс эссе для поступления в вузы Чехии. Захотелось мне в Прагу на журфак. Начала что-то писать, сочинять. Первому месту предоставлялся грант, покрывающий и обучение, и проживание. Второе место – грант, покрывающий 50% стоимости обучения, и третье – грант, покрывающий 25%. Написала – отправила. Участников – стабильно в районе двух тысяч. На удивление, мне позвонили и предложили второе место. Но у родителей не было таких денег, поэтому пришлось отказаться. А историю учить не хотелось, чтобы поступить у нас в БГУ. Начала готовиться к ЦТ по тем предметам, которые знала лучше всего. Сдавать я решила математику, физику и белорусский. На самый крайний случай в загашнике валялась золотая медаль, открывающая бесперспективный путь в педагогический вуз имени Максима Танка. Но все обошлось. Набрала 358 баллов – и пошла на факультет компьютерных сетей и систем в БГУИР.
Первый курс прожила в общежитии на Петровщине, в комнате с девочками с третьего курса (Яна) и четвертого (Лиза). Яна очень любила петь и очень не любила убирать. Еще в воскресенье у нее звонил будильник в 7 утра, чтобы пойти в церковь. Просыпалась, естественно, вся комната (а иногда и блок), но только не Яна. Закончилось все тем, что мы с Лизой в день выселения обнаружили в мусорном ведре стекающую жижу, похожую на рвоту трехдневной давности. Мы закрыли окна, аккуратненько собрали все в пакетик, положили его на стол нашей певунье и продырявили. Был месяц июнь и где-то +30, а Яна должна была вернуться дней через пять. Больше мы не виделись.