1.1 Язычество древних восточных славян
Вначале несколько слов о самом термине «язычество». Он - литературного происхождения. Произошел от церковнославянского слова «языци», т.е. «народы», «иноземцы». Таким образом, русские книжники эпохи Киевской Руси - христиане по вере - как бы «отгораживались» от народов, еще не крещеных.
Язычество древних славян имеет глубокие корни. Истоки его видятся за много тысячелетий до нашей эры. Входя в мир славянского язычества, мы должны также четко представлять, что его развитие опосредовано окружающей человека и господствующими общественными отношениями.
По мнению известного советского ученого - религиеведа И.А. Крывелева, общая особенность мышления человека в древности состояла в том, что его объектом и материалом были предметы и явления, входившие в непосредственное окружение человека и имеющие для него жизненное значение. Поэтому и религиозные представления вначале относились к предметам и явлениям ближайшего окружения, притом к тем, которые были вплетены в жизнедеятельность человека.
1.2 Этапы развития языческой культуры
На первом этапе обожествлялись силы природы. Вся она населялась множеством духов, которых надо было умилостивить, чтобы они не вредили человеку, помогали в трудовой деятельности. Славяне поклонялись Матери-Земле, довольно развиты были водяные культы. Они считали воду стихией, из которой образовался миф. Славяне населяли ее различными божествами - русалками, водяными, морянами, посвящали им праздники. Почитались леса и рощи - их считали жилищами богов. Славяне думали, что их родословная происходит от богов. Автор «Слова о полку Игореве» называет русский народ «Даждьбоговыми внуками» Кайсаров А.С., Глинка Г.А., Рыбаков Б.А. Мифы древних славян. Велесова книга, 1993. с. 129.
На втором этапе в русско-славянском язычестве развивается и держится дольше других видов верований культ предков. Почитали Рода - творца Вселенной и Рожаниц - богинь плодородия. Славяне верили в потусторонний мир. Смерть воспринимали не как исчезновение, а как переход в подземный мир. Они сжигали трупы или предавали их земле. Душа после сожжения сохраняла связи с материальным миром, принимая иной образ, вселяясь в новое тело. Славяне считали, что Предки продолжали и после смерти жить с ними, постоянно находясь рядом.
На третьем этапе развития языческой религии появляется «Бог богов», удаленный от мира. Это уже существо небесное, глава иерархии богов. В VI веке повелителем Вселенной признавали бога-громовержца Перуна. У славян существовали довольно развитые формы языческой обрядности, т. е. организованной, упорядоченной системы магических действий, практическая цель которых в том, чтобы воздействовать на окружающую природу, заставить ее служить человеку. Поклонение идолам сопровождались языческими ритуалами, которые не уступали христианским по пышности, торжественности и воздействии на психику. Языческая обрядность включала и различные виды искусств. С помощью скульптуры, резьбы, чеканки создавались изображения, обладание которыми, думали славяне, давало власть над силами природы, предохраняло от бед и опасностей (амулеты, обереги). Языческие символы проявлялись в славянском фольклоре (образы березы, сосны, рябины), в зодчестве - на кровлях жилищ вытесывались изображения птиц, конских голов.
2. Материальная культура Древней Руси
2.1 Зодчество
Зодчество Древней Руси - яркая страница в истории мировой архитектуры. Развиваясь, оно прошло большой и сложный путь, отражая своеобразные социальные условия жизни народа.
Древнерусское зодчество при наличии большой монументальности характеризуется чрезвычайной пластичностью форм, каким-то особым ощущением их спокойствия и незыблемости, соизмеримостью с размерами человека, его масштабами и потребностями. Все это относится так же в полной мере к интерьерам светских и культовых сооружений.
Древнерусское зодчество, развивавшееся на протяжении восьми веков, до конца ХVII столетия, дает целостную картину развития достаточно устойчивых и постепенно эволюционизирующих стилистических черт и признаков. Параллельно развивались формы деревянной и каменной архитектуры, причем деревянное строительство явно преобладало и оказывало значительное влияние на каменное. Основной строительный материал на Руси - дерево - использовался для строительства всех видов сооружений - жилых домов, городских укреплений, дворцовых зданий, церквей. Город Древней Руси вплоть до ХVII пека оставался в основном деревянным. Дерево украшало Русь теремами и деревянными храмами, избами и мельницами, колодцами, и, конечно, за долгие годы сложилось искусство резьбы и росписи по дереву.
Из дерева строились и избы - добротные, просторные, удобные и нарядные, с любовью и мастерством украшенные затейливой резьбой. Богаты и разнообразны традиции русского крестьянского зодчества. Они складывались веками и имеют свои особенности в разных районах бескрайней России - на севере и в Поволжье, в Сибири и на Урале. Разной была и украшающая дома резьба. Опытом многих поколений был найден наиболее удобный для каждого района тип крестьянского дома.
Северная изба высокая, часто двухэтажная, окна небольшие, но их много - пять или шесть - и все к солнцу тянутся, высоко от земли поднялись. Под бок к избе прижались сени, сарай, кладовые - всё под одной крышей. Трудно придумать жилище более удобное для сурового климата Русского Севера с долгими студёными зимами. Наличники, крыльцо, скаты кровель северных русских изб украшает строгий, но изящный геометрический орнамент. Любимый мотив резьбы - солнечная розетка, древний символ жизни счастья, благополучия.
Сибирские дома просторные, часто их рубили из пихты или кедра, во многих домах было три-четыре горницы, а иногда несколько домов соединялись переходами (сенями), чтобы удобно было жить большой семьей. Не жалели бревен и труда на постройку - строили дом надежный, чтобы защищал от суровой сибирской стужи, долго служил хозяевам.
Особенно нарядны избы Нижегородского края, что на реке Волге. Они похожи на сказочные терема, сплошь покрытые затейливой резьбой. Здесь на Волге любили растительные орнаменты. Среди роскошного узора из густых упругих ветвей, листьев и цветов, гроздей винограда мастера помещали фантастических птиц, львов, похожих на добродушных улыбающихся котов, русалок, которые по крестьянским поверьям охраняли живущих в доме от злых сил. Рельефную резьбу по дереву называют корабельной. Ею исстари украшали не только дома, но и суда, которые плавали по Волге от древнего Ярославля до Астрахани, бороздили воды Каспия.
С ХI века постепенно начинает распространяться и каменное строительство. Сначала этот процесс шел очень медленно, но в последующие столетия он заметно ускорялся. В городах начинают строиться каменные церкви, самые значительные дворцовые здания. С ХII - XIV века из камня возводятся и оборонительные стены городов. Самые ранние монументальные сооружения относятся к эпохе Киевской Руси, за ними следуют замечательные памятники архитектуры Владимира, Суздаля, Новгорода и Пскова и, наконец, величавые соборы и дворцовые комплексы Москвы - собирательницы русских земель.
Памятники каменного зодчества сохранились в Киеве, Новгороде, Владимире-Суздальском, Чернигове, Полоцке и многих других городах. С введением христианства русское зодчество испытало влияние Византии, но постепенно вырабатывались собственные архитектурные традиции. С конца X в. до нас дошли остатки Десятинной церкви в Киеве. К лучшим произведениям русской архитектуры принадлежат собор Спаса в Чернигове, храмы Софии в Новгороде, Золотые ворота во Владимире, многие другие замечательные памятники древнерусской архитектуры.
В каменном светском строительстве, в жилых и дворцовых постройках преобладали асимметричные и очень живописные равнения. Сложные организмы, такие, как дворцы - Колымой Кремлевский Ивана III и другие складывались из ряда простых объемов - палат, соединяемых переходами и галереями, в чем нельзя опять-таки не видеть воздействия деревянных построек.
В культовом каменном строительстве на века утвердился тип кубического храма, внутреннее пространство которого определилось наличием параллельных нефов с четырьмя, шестью и большим числом опорных крещатых столбов, поддерживающих своды и купола; число последних составляло от одного до пяти. При наличии сходной объемной и конструктивной структуры, русские культовые сооружения дают картину чрезвычайного разнообразия размеров, объемных форм и средств декоративной обработки сооружений. Подавляющее большинство сооружений до ХIV века включительно отличается органичностью и единством объемной композиции и конструктивного решения, их внутренняя структура четко и последовательно выражается во внешних формах Бартенев И.А., Батажкова В.Н. Очерки истории архитектурных стилей, 1983, с. 22.
Этапы развития зодчества в Древней Руси
Первый значительный этап в развитии русской архитектуры нашел свое проявление в эпохе Киевской Руси. Период расцвета Киевского государства - конец Х - ХI века. В эти десятилетия в Киеве наряду с деревянными сооружениями появляются дворцы, храмы и крепостные башни, построенные из кирпича и камня, выложенных рядами на розоватого цвета известковом растворе и образующих "полосатую" кладку. Крупнейшим памятником архитектуры Киева явился Софийский собор (начат в 1037 г. - окончен в конце ХI в.), первоначальный облик которого позже был искажен перестройками. Церкви на Руси имели не только культурное, но и общественное назначение. Это усиливало то внимание, которое уделялось их строительству.
Стены и своды были покрыты монументальной фресковой живописью и мозаикой. Изображения, в которых ясно просматривается стилистическая общность со статуарными, статичными образами Византии, полны торжественности и парадности.
Следующая стадия развития архитектуры Древней Руси связана с Великим Новгородом. Здесь, в середине XI века (1045 -1050), был построен Софийский собор, строгий, композиционно собранный и величавый. Несмотря на последующие перестройки, собор сохранил до наших дней свои основные черты и прежде всего монументальность и лаконичность облика. Новгородская София в основном построена из камня, кирпич использован лишь частично - в кладке арок, окон, порталов. Собор увенчан пятью главами, над башней, ведущей на хоры, находится еще одна - шестая глава. Внешний облик собора не имел каких-либо декоративных деталей. В интерьере основную роль имеют мощные крещатые столбы, несущие своды. И стены, и столбы, и своды, так же как и в киевской Софии, были покрыты живописью, в данном случае исключительно фресками.
В XII веке в Новгороде устанавливается республиканская форма правления. Вместо больших храмов, возведение которых было связано с княжеским периодом, строятся церкви однокупольного типа. Широко известна церковь Спаса-Нередицы близ Новгорода (конец XII века), в которой определилась типичная для последующего развития русского зодчества форма - необычайно простая, призматическая, близкая к кубу. Фактически она возникла из больших храмов, таких, как киевская и новгородская Софии. Единственный купол поддерживается четырьмя внутренними столбами. Существующее в настоящее время луковичное покрытие купола появилось позже. Первоначально купол, как и во всех древнерусских храмах был шлемовидным.
Церковь покрыта обмазкой и побелена. Лепные детали на фасадах почти отсутствуют. Слегка неровные, "текучие" линии штукатурных поверхностей фасадов, углов здания, лопаток, закомар, придают сооружению мягкую пластичность. Церковь Спаса-Нередицы была разрушена немецкими фашистами, но в настоящее время восстановлена. Первоначально она вся была расписана фресками - от пола до купола включительно. Фрески сохранились на уцелевшей части сооружения. Поверхности стен и сводов членились коричневато-красными полосами на отдельные большие поля нередко даже не совпадающие с границами архитектурных членений. В границах этих полей были изображены святые и различные религиозные сюжеты. Общий колорит фресок определяется типичным для других фресковых росписей голубоватым фоном, на котором выступали охристые, коричневатые и белые пятна - лики святых, нимбы, детали одежды.
Близка по своему типу к Нередице церковь в Старой Ладоге, относящаяся к XII веку, в которой сохранились остатки замечательных фресок того же времени. Близок к Новгороду по характеру архитектуры город Псков. Здесь тоже возводились многочисленные одноглавые церкви, строившиеся из местного грубо околотого плитняка. По сравнению с новгородскими они более массивны и отличаются особой сочностью форм.
Колоколен в Новгороде и Пскове не строили, они появились в Москве позже, в конце XV века. В Пскове существовали только звонницы - каменные стенки, завершавшиеся невысокими круглыми столбами, между которыми подвешивались колокола. Иногда колокола крепились просто к толстому деревянному брусу, укреплявшемуся на врытых в землю деревянных столбах.
Крупным центром зодчества было Владимиро-Суздальское княжество. Здесь, во второй половине XII столетия был построен ряд первоклассных сооружений, возведенных из высококачественного белого камня - известняка. При князьях Андрее Боголюбском и Всеволоде III во Владимире строятся храмы и дворец, которые должны были содействовать прославлению столицы княжества. Самое крупное сооружение Владимира - Успенский собор, начатый строительством в 1158 году и затем, после пожара, перестроенный. Первоначальное здание было окружено галереями, добавлены четыре главы, внесены и другие изменения. Расширенный и переделанный собор получил необычайно гармоничное, композиционно четкое, превосходно проработанное во всех деталях белокаменное оформление. Фасады строения расчленены на отдельные вертикальные поля, разграниченные тонкими полуколонками и завершенные закомарами. Посередине высоты здания проходит широкая лента - колончатый пояс, состоящий из маленьких колонок, соединенных арочками. Главы завершены шлемовидными покрытиями. Медная крыша была первоначально позолочена. Внутри собор был расписан и содержал драгоценную утварь.
Другое ценнейшее произведение владимиро-суздальского зодчества - Дмитриевский собор (1194 -1197), служившим придворным храмом. Сооружение имеет кубическую форму, внутри его - четыре опорных столба, поддерживающие единственную главу. С восточной стороны - три апсиды. Это самый богатый по убранству храм. Система декоративного оформления в основе та же, что и в Успенском соборе, но роль скульптуры здесь несравненно большая. Применена сложная орнаментальная резьба - даны скульптурные изображения святых, маски, грифоны, животные, птицы, растительные и другие мотивы, высеченные из белого камня. Изображений так много, что они превращают верхнюю часть стены над широким горизонтальным поясом в сплошную орнаментально разработанную "ткань". Орнаментация применена и между колонками основного пояса, в обработке барабана главы между колонками и в верхней части апсид. Рельефы Дмитриевского собора вдохновлены народным творчеством, но ряд образов в них связан с византийским и восточным влияниями, переработанными народной фантазией. Сходная скульптурная декорация наблюдается и в некоторых других памятниках Владимира и Суздаля. Дмитриевский собор в свое время, как и другие храмы, был целиком расписан фресками, сохранившимися лишь фрагментарно.
2.2 Искусство
Древнерусское искусство - живопись, скульптура, музыка - как и культура целиком, с принятием христианства также пережило ощутимые перемены. Языческая Русь знала все эти виды искусства, но в чисто языческом, народном выражении.
Древние резчики по дереву, камнерезы создавали деревянные и каменные скульптуры языческих богов, духов, живописцы разрисовывали стены языческих капищ, делали эскизы магических масок, которые затем изготовлялись ремесленниками; музыканты, играя на струнных и духовых деревянных инструментах, увеселяли племенных вождей, развлекали простой народ.
Христианская церковь внесла в эти виды искусства совершенно иное содержание. Церковное искусство подчинено высшей цели - воспеть христианского Бога, подвиги апостолов, святых, деятелей церкви. Если в языческом искусстве «плоть» торжествовала над «духом» и утверждалось все земное, олицетворяющее природу, то церковное искусство воспевало победу «духа» над плотью, утверждало высокие подвиги человеческой души ради нравственных принципов христианства.
Так в византийском искусстве, считавшемся в те времена самым совершенным в мире, это нашло выражение в том, что там и живопись, и музыка, и искусство ваяния создавались в основном по церковным канонам, где отсекалось все, что противоречило высшим христианским принципам. Аскетизм и строгость в живописи (иконопись, мозаика, фреска), возвышенность, «божественность» греческих церковных молитв и песнопений, сам храм, становящийся местом молитвенного общения людей, - все это было свойственно византийскому искусству. Если та или иная религиозная, богословская тема была в христианстве раз и навсегда строго установлена, то и ее выражение в искусстве, по мнению византийцев, должно было выражать эту идею лишь раз и на всегда установленным образом; художник становился лишь послушным исполнителем канонов, которые диктовала церковь.
И вот перенесенное на русскую почву каноническое по содержанию, блестящее по своему исполнению искусство Византии столкнулось с языческим мировосприятием восточных славян, с их радостным культом природы - солнца, весны, света, с их вполне земными представлениями о добре и зле, о грехах и добродетелях. С первых же лет византийское церковное искусство на Руси испытало на себе всю мощь русской народной культуры и народных эстетических представлений. Так однокупольный византийский храм на Руси XI в. преобразовался в многокупольную пирамиду, основу которой составляло русское деревянное зодчество.
Блестящего расцвета достигло прикладное искусство, особенно в применении таких самобытных приёмов, как чернь, перегородчатая эмаль, зернь, филигрань, иногда применявшиеся одновременно. Неуклонно развивалось устное народное творчество - былинный эпос воспевал героизм в бою и предприимчивость в делах. Накануне татаро-монгольского нашествия древнерусская культура достигла высокого уровня, сравнимого с лучшими образцами европейской и мировой культуры того времени.
2.2.1 Живопись (иконопись)
Информации о живописи, существовавшей с дохристианской эпохи развития Древней Руси крайне мало. В некоторых книгах есть заметки, что живопись все же существовала до крещения, однако она представляла собой грубо выдолбленные на стенах сооружений (изб) рельефные картинки, которые затем раскрашивались охрой и другими красками.
истинно древнерусскую культуру мне все же придется рассмотреть христианскую русскую живопись, например, иконы.
"Древнерусская живопись - одна из самых высоких вершин мировой культуры, величайшему духовному достоянию нашего народа. Древнерусская живопись - живопись христианской Руси - играла в жизни общества очень важную и совсем иную роль, чем живопись современная, и этой ролью был определен ее характер. Неотделима от самого предназначения древнерусской живописи и достигнутая ею высота. Русь приняла крещение от Византии и вместе с ним унаследовала представление о том, что задача живописи - «воплотить слово», воплотить в образы христианское вероучение. Поэтому в основе древнерусской живописи лежит великое христианское «слово» Барская Н.А. Сюжеты и образы древнерусской живописи, с. 45.
Прежде всего это Священное Писание, Библия («Библия» по-гречески - книги) - книги, созданные, согласно христианскому вероучению, по вдохновению Святого Духа. Священное Писание состоит из Нового Завета, куда входят Евангелие и еще несколько произведений, написанных апостолами - учениками Христа, и Ветхого Завета, содержащего книги, созданные вдохновенными пророками еще в дохристианскую эпоху. Кроме Священного Писания, причислялся к христианскому слову, почитался несущим христианскую истину широкий круг произведений, созданных в течение веков народами разных стран: Ближнего Востока и Малой Азии, Греции, славянских земель и самой Древней Руси. В этот круг прежде всего входят апокрифы - древнейшие повести, посвященные тем же лицам и событиям, о которых повествует Библия. Апокрифы не считались богодухновенными, но многие из них были признаны исторически достоверными, дополняющими Писание. Затем - многочисленные жития святых (биографические повести о них). Важное место в христианском слове занимают и используемые в богослужении поэтические, гимнографические произведения, посвященные событиям и лицам Священного Писания, святым и событиям их жизни.
Воплотить слово, эту грандиозную литературу, нужно было как можно яснее - ведь это воплощение должно было приблизить человека к истине этого слова, к глубине того вероучения, которое он исповедовал. Искусство византийского, православного мира - всех стран, входящих в сферу культурного и вероисповедного влияния Византии, - разрешило эту задачу, выработав глубоко своеобразную совокупность приемов, создав невиданную ранее и никогда больше не повторившуюся художественную систему, которая позволила необычайно полно и ясно воплотить христианское слово в живописный образ.
"Образ" по-гречески - икона. И уже с глубокой древности слово "икона" стало употребляться и употребляется до сих пор как прямое название для получивших широкое распространение в живописи византийского мира отдельных самостоятельных изображений, как правило, написанных на доске. Но в широком смысле иконой, т.е. образом, воплотившим слово, является все созданное этой живописью: и изображения, неотделимые от самих зданий храмов, мозаики, выложенные на их стенах из кубиков драгоценного стекла, фрески, написанные по покрывающей эти стены штукатурке, и миниатюры, украшающие страницы рукописных книг. Стремясь подчеркнуть предназначение и характер живописи византийского православного мира, зачастую к ней целиком, а не только собственно к иконам относят термин «иконопись».
В течение долгих веков живопись византийского, православного мира, в том числе и живопись древнерусская, несла людям, необычайно ярко и полно воплощая их в образы, духовные истины христианства. И именно в глубоком раскрытии этих истин обретала живопись византийского мира, в том числе и живопись Древней Руси, созданные ею фрески, мозаики, миниатюры, иконы, необычайную, невиданную, неповторимую красоту.
Но со временем и искусство всего византийского мира, и искусство Древней Руси постигло забвение. Пала под ударами турок-завоевателей сама Византийская империя, оказались завоеванными мусульманами некогда христианские страны Малой Азии и многие славянские государства. В этих бедах, пережив татаро-монгольское нашествие, по существу выстояла одна Русь. После падения Византии она была подлинным центром православной культуры. Забвение, разорение постигли древнерусскую культуру и искусство не в результате покорения иноземцами, а в момент высочайшего подъема русской государственности при Петре I. Реформы Петра, повернувшие Россию на Запад, отринули культурное наследие Древней Руси; живопись самобытная, имеющая свои истоки в византийской традиции, заменялась живописью западноевропейского типа.
2.2.2 Прикладное искусство. Внутреннее убранство дома
Внутри крестьянские избы были убраны строго, но нарядно. В избе в переднем углу под иконами - большой стол для всей семьи, вдоль стен широкие встроенные лавки с резной опушкой, над ними полки для посуды. Северный шкафчик-поставец нарядно украшен росписыо - здесь птица Сирин и кони, цветы и картинки с аллегорическими изображениями времён года. Праздничный стол накрывали красным сукном, ставили на него резную и расписную посуду, ковши, резные светцы для лучины.
Ковши были самых разнообразных форм и размеров, в них наливали мед или квас. В некоторые ковши умещалось по несколько вёдер.
Нескоро ели предки наши,
Нескоро двигались кругом
Ковши, серебряные чаши
С кипящим пивом и вином!
Они веселье в сердце лили,
Кипела пена по краям.
Их важно чашники носили
И низко кланялись гостям.
Так описывает А.С. Пушкин в поэме "Руслан и Людмила" картину тесного, замкнутого неторопливого быта Древней Руси.
Ковшички для питья имели ладьевидную форму. Ручки ковшей делались в виде головы коня или утки. Ковши щедро украшались резьбой или росписью. Вокруг большого ковша, возвышавшегося в центре стола, они были похожи на утят вокруг наседки. Ковши, имеющие форму утки, так и назывались ковши-утицы. Братины - точёные сосуды для напитков в виде шара - тоже расписывались, давались к ним и надписи, например такого содержания: "Господа, гостите, пьяными не напивайтесь, вечера не дожидайтесь!" Из дерева вырезали и красивые солонки в виде коней и птиц, и миски, и, конечно, ложки. Деревянные ложки и в наши дни не стали музейными экспонатами. Мы охотно покупаем их для себя, дарим друзьям. Деревянные ложки необыкновенно удобны: и черенок по руке, и не обожжёшься.
Из дерева делали всё - и мебель, и корзину, и ступу, и сани, и колыбель для ребёнка. Часто эти бытовые предметы из дерева расписывали. Мастер думал не только о том, чтобы эти вещи были удобны, хорошо служили своему назначению, но заботился об их красоте, о том, чтобы они радовали людей, превращая работу, даже самую тяжёлую, в праздник.
Особенно почитались у русского крестьянина прялки. Прядение и ткачество было одним из основных занятий русских женщин. Нужно было наткать ткани, чтобы одеть свою большую семью, украсить дом полотенцами, скатертями. Не случайно поэтому прялка была традиционным подарком у крестьян, они с любовью хранились и передавались по наследству. По старому обычаю парень, посватавшись к девушке, дарил ей прялку собственной работы. Чем прялка наряднее, чем искуснее вырезана и расписана, тем больше чести жениху. Долгими зимними вечерами собирались девушки на посиделки, приносили прялки, работали да хвастались жениховыми подарками.
В каждой местности прялки украшались по-своему. Ярославские прялки стройные, высокие, силуэтом своим напоминают женскую фигуру в пышном сарафане и кокошнике, украшает их обычно сквозная резьба. Вологодские прялки массивные, тяжёлые, сплошь покрыты строгим геометрическим орнаментом, часто ещё и расписаны по резьбе.
Особенно знамениты прялки из Архангельской губернии. В разных районах огромного северного края роспись была различной. От прялок из сёл, расположенных по реке Мезени, веет седой стариной. Странные кони и олени, бегут вереницей друг за другом по красному полю. Эти прялки удивительно напоминают древние наскальные рисунки.
Совсем другие прялки из села Борок. Украшающие их травные орнаменты напоминают зрителю средневековые русские книги с изящными заставками и буквицами, нарисованными киноварью и золотом, На борецких прялках расцветает пышный и яркий райский сад с птицами, внизу обычно изображён конь, запряжённый в расписные санки, с весёлым лихим седоком. Не жених ли в нарядном свадебном возке собрался к красавице-невесте?
Особые прялки-донца с инкрустацией или росписью делали в городе Городце на Волге. Но разговор о них в этой книге ещё впереди.
У практичного хозяина всякое лыко в строку, в работу идут все части дерева: из луба резали всевозможную утварь, из корней, ветвей плели изящные и ловкие корзины. Удивительно красивые и удобные вещи русские крестьяне делали из берёсты (специально обработанной берёзовой коры).
Во всех изделиях из дерева, сделанных народными умельцами, ясно видно высокое техническое и художественное мастерство. Удивительно, как приспособлено всё, что выходит из-под рук мастеров, к быту народа, к окружающей природе.
Жива и сейчас деревянная посуда: горит золотом, рдеет алыми цветами. Поистине - на старое глядят - новое творят.
В современной деревне, конечно, стало меньше резных и расписных изделий из дерева. Но, может быть, сейчас они как никогда радуют нас. На ярмарках, выставках, в музеях народного искусства они создают атмосферу праздничности, красоты, вызывают удивление и восхищение людей. Маерова К., Дубинская К. Русское народное прикладное искусство, 1990. с. 81-86
2.3 Письменность и литература
Ключевым моментом в развитии русской культуры стало введение единой письменности. Отдельные письменные системы существовали на территории Руси издавна, однако только с созданием единого государства возникла необходимость в едином алфавите. В письменности равно нуждались и государство, и население. Потребность в письме особенно усиливалась с развитием частной собственности и торговли - необходимость в грамоте ощущалась при составлении торговых документов, документов, связанных с наследованием. Единое и развитое письмо требовалось обществу и государственному аппарату, русской официальной истории, так как устные формы передачи исторической информации уже не удовлетворяли ни общество, ни тем более усиливающееся государство.
Единая система письма была перенесена на Русь из Болгарии в X в. вместе с принятием христианства Первоначально распространялись два алфавита: глаголица и кириллица. Впоследствии возобладал и закрепился второй. Вместе с алфавитом и системой пунктуации на Русь были перенесены технические элементы и приёмы книжного дела.
В литературе древней Руси с некоторой условностью можно выделить несколько направлений: общественно-политическая; художественная и светская; мировая (переводная) литература. Но границы жанров часто были неуловимы и размыты. В общественно-политической литературе самую значительную роль играло летописание. Не позднее начала XI в. в Киеве и Новгороде стали составляться первые летописи. Постепенно разрастаясь, они к концу XI - началу XII вв. составили систематический свод, окончательно отредактированный и литературно обработанный монахом Киево-Печерского монастыря Нестором. Свод известен под названием «Повесть временных лет». Ее называют энциклопедией древнерусской жизни IX-XI вв., дающей представление не только об истории Руси, но и о её языке, религии, мировоззрении, научных знаниях, искусстве и т.п. Позже летописи стали составляться и в других крупных городах. Кроме летописей, особой известностью пользуются такие произведения общественно-политического направления, как «Слово о Законе и Благодати» митрополита Иллариона (XI в.); знаменитое «Поучение к детям» Владимира Мономаха (XII в.). Самыми знаменитыми произведениями древнерусской художественной литературы являются сочинения Кирилла Туровского и Климента Смолятича, «Моление» Даниила Заточника и «Слово о полку Игореве».Популярна на Руси была и мировая литература - переводились богословские сочинения, естественно-научные трактаты, греческие романы и византийские хроники. Высокого уровня на Руси достигло образование, получали которое в основном при монастырях. Картину массовой грамотности даже в среде простых горожан рисуют частые находки берестяных грамот на археологических раскопках в Новгороде, Пскове, Смоленске и других городах. Литература и культура Древней Руси, 2006, с. 12
Старинная одежда русской знати по своему покрою в общем имела сходство с одеждой людей низшего класса, хотя сильно отличалась по качеству материала и отделке. Тело облегала широкая, не доходившая до колен рубаха из простого холста или шелка, смотря по достатку хозяина. У нарядной рубахи, обычно красного цвета, края и грудь вышивались золотом и шелками, вверху пристегивался серебряными или золотыми пуговицами богато украшенный воротник (он назывался «ожерельем»). В простых, дешевых рубахах пуговицы были медными или заменялись запонками с петлями. Рубаха выпускалась поверх исподнего платья. На ноги надевались короткие порты или штаны без разреза, но с узлом, позволявшим стянуть или расширить их в поясе по желанию, и с карманами (зепью). Штаны шились из тафты, шелка, сукна, а также из грубой шерстяной ткани или холста.
Поверх рубахи и штанов надевался узкий безрукавный зипун из шелка, тафты или крашенины, с пристегнутым узким маленьким воротником (обнизью). Зипун доходил до колен и служил обычно домашней одеждой.
Обыкновенным и распространенным видом верхней одежды, надевавшейся на зипун, являлся кафтан с достигавшими до пят рукавами, которые собирались в складки, так что концы рукавов могли заменять перчатки, а в зимнее время служить муфтой. Спереди кафтана вдоль разреза по обеим его сторонам делались нашивки с завязками для застегивания. Материалом для кафтана служили бархат, атлас, камка, тафта, мухояр (бухарская бумажная ткань) или простая крашенина. В нарядных кафтанах за стоячим воротником прикреплялось иногда жемчужное ожерелье, а к краям рукавов пристегивалось украшенное золотым шитьем и жемчугом: «запястье»; полы обшивались тесьмой с кружевом, расшитым серебром или золотом. «Турские» кафтаны без воротника, имевшие застежки только на левом боку и у шеи, отличались по своему покрою от «становых» кафтанов с перехватом посередине и с застежками на пуговицах. Среди кафтанов различали по их назначению: столовые, ездовые, дождевые, «смирные» (траурные). Зимние кафтаны, сделанные на меху, назывались «кожухами».
На зипун надевалась иногда «ферязь» (ферезь), которая представляла собой верхнюю одежду без ворота, доходившую до лодыжек, с длинными, суживающимися к запястью рукавами; она застегивалась спереди пуговицами или завязками. Зимние ферязи делались на меху, а летние -- на простой подкладке. Зимой под кафтан надевали иногда безрукавные ферязи. Нарядные ферязи шились из бархата, атласа, тафты, камки, сукна и украшались серебряным кружевом.
К накидной одежде, которая надевалась при выходе из дома, относились однорядка, охабень, опашень, япанча, шуба и др. Однорядка -- широкая долгополая одежда без ворота, с длинными рукавами, с нашивками и пуговицами или завязками, -- делалась обычно из сукна и других шерстяных тканей; осенью и в ненастье ее носили и в рукава и внакидку. На однорядку походил охабень, но он имел отложной воротник, спускавшийся на спину, а длинные рукава откидывались назад и под ними имелись прорехи для рук, как и в однорядке. Простой охабень шился из сукна, мухояра, а нарядный -- из бархата, обьяри, камки, парчи, украшался нашивками и застегивался пуговицами. Опашень по своему покрою сзади был несколько длиннее, чем спереди, и рукава к запястью суживались. Опашни шились из бархата, атласа, обьяри, камки, украшались кружевами, нашивками, застегивались посредством пуговиц и петель с кистями. Опашень носили и без пояса («наопашь») и внакидку. Безрукавная япанча (епанча) представляла собой плащ, надевавшийся в ненастье. Дорожная япанча из грубого сукна или верблюжьей шерсти отличалась от нарядной япанчи из хорошей материи, подбитой мехом.
Самой нарядной одеждой считалась меховая шуба. Ее не только надевали, выходя на мороз, но обычай позволял хозяевам сидеть в шубах даже во время приема гостей. Простые шубы делались из овчины или на заячьем меху, выше по качеству были куньи и беличьи; знатные и богатые люди имели шубы на собольем, лисьем, бобровом или горностаевом меху. Шубы покрывались сукном, тафтой, атласом, бархатом, обьярью или простой крашениной, украшались жемчугом, нашивками и застегивались пуговицами с петлями или длинными шнурками с кистями, на конце. «Русские» шубы имели отложной меховой воротник. «Польские» шубы шились с узеньким воротом, с меховыми обшлагами и застегивались у шеи только запоною (двойной металлической пуговкой).
Для пошивки мужской одежды часто употреблялись заграничные привозные материи, причем предпочитались яркие цвета, особенно «червчатый» (багряный). Наиболее нарядной считалась цветная одежда, которую надевали в торжественных случаях. Одежду, вышитую золотом, могли носить только бояре и думные люди. Нашивки всегда делались из материи иного цвета, чем сама одежда, и у богатых людей украшались жжем чугом и драгоценными камнями. Простая одежда застегивалась обычно оловянными или шелковыми пуговицами. Ходить без пояса считалось неприличным; у знати пояса были богато украшены и достигали иногда в длину нескольких аршин.
Что касается обуви, то самой дешевой являлись лапти из бересты или лыка и башмаки, сплетавшиеся из лозовых прутьев; для обвертывания ног применяли онучи из куска холста или другой ткани. В зажиточной среде обувью служили башмаки, чоботы и ичетыги (ичеги) из юфти или сафьяна, чаще всего красного и желтого цвета.
Чоботы походили на глубокий башмак с высоким каблуком и загнутым кверху острым носком. Нарядные башмаки и чоботы шились из атласа и бархата разных цветов, украшались вышивкой из шелка и золотых и серебряных нитей, унизывались жемчугом. Нарядные сапоги являлись обувью знати, делались из цветной кожи и сафьяна, а позднее -- из бархата и атласа; подошвы подбивались серебряными гвоздями, а высокие каблуки -- серебряными подковами. Ичетыги представляли собой мягкие сафьяновые сапоги.
При нарядной обуви на ноги надевали шерстяные или шелковые чулки.
Русские шапки были разнообразны, и форма их имела свое значение в быту. Макушку головы прикрывали тафьей, маленькой шапочкой, сделанной из сафьяна, атласа, бархата или парчи, иногда богато украшенной. Распространенным головным убором являлся колпак с продольным разрезом спереди и сзади. Менее зажиточные люди носили суконные и войлочные колпаки; зимой их подбивали дешевым мехом. Нарядные колпаки делались обыкновенно из белого атласа. Бояре, дворяне и дьяки в обыкновенные дни надевали низкие шапки четырехугольной формы с «околом» вокруг шапки из меха черно-бурой лисицы, соболя или бобра; зимой такие шапки подбивались мехом. Только князья и бояре имели право носить высокие «горлатные» шапки из дорогих мехов (взятых с горла пушного зверя) с суконным верхом; по своей форме они несколько расширялись кверху. В торжественных случаях бояре надевали на себя и тафью, и колпак, и горлатную шапку. Носовой платок принято было хранить в шапке, которую, находясь в гостях, держали в руках.
В зимние холода руки согревали меховыми рукавицами, которые покрывались простой кожей, сафьяном, сукном, атласом, бархатом. «Холодные» рукавицы вязались из шерсти или шелка. Запястья у нарядных рукавиц вышивались шелком, золотом, унизывались жемчугом и драгоценными камнями.
В качестве украшения знатные и богатые люди носили в ухе серьгу, а на шее -- серебряную или золотую цепь с крестом, на пальцах -- перстни с алмазами, яхонтами, изумрудами; на некоторых перстнях делались личные печати.
Носить при себе оружие разрешалось только дворянам и военным людям; посадским людям и крестьянам это запрещалось. Согласно обычаю, все мужчины, без различия их общественного положения, выходили из дома, имея в руках посох.
Некоторые женские одежды были сходны с мужскими. Женщины носили длинную рубаху белого или красного цвета, с длинными рукавами, расшитыми и украшенными запястьями. Поверх рубахи надевали летник -- легкую, доходившую до пят одежду с длинными и очень широкими рукавами («накапками»), которые украшались вышивками и жемчугом. Летники шились из камки, атласа, обьяри, тафты разных цветов, но особенно ценились червчатые; спереди делался разрез, который застегивался до самой шеи.
К вороту летника пристегивалось шейное ожерелье в виде тесьмы, обычно черной, вышитой золотом и жемчугом.
Верхней женской одеждой служил длинный суконный опашень, имевший сверху донизу длинный ряд пуговиц -- оловянных, серебряных или золотых. Под длинными рукавами опашня делались под мышками прорези для рук, кругом шеи пристегивался широкий круглый меховой воротник, прикрывавший грудь и плечи. Подол и проймы опашня украшались расшитой тесьмой. Широко распространен был длинный сарафан с рукавами или же без рукавов, с проймами; разрез спереди застегивался сверху донизу пуговицами. На сарафан надевалась телогрея, у которой рукава суживались к запястью; шилась эта одежда из атласа, тафты, обьяри, алтабаса (золотная или серебряная ткань), байберека (крученый шелк). Теплые телогреи подбивались куньим или собольим мехом.
Для женских шуб употреблялись различные меха: куница, соболь, лисица, горностай и более дешевые -- белка, заяц. Шубы покрывались сукном или шелковыми материями разных цветов. Сделанный спереди разрез, с нашивками по сторонам, застегивался пуговицами и окаймлялся расшитым узором. Лежавший вокруг шеи воротник (ожерелье) делался из другого меха, чем шуба; например, при куньей шубе -- из черно-бурой лисы. Украшения на рукавах могли сниматься и хранились в семье как наследственная ценность.
Знатные женщины в торжественных случаях надевали на свою одежду приволоку, то есть безрукавную накидку червчатого цвета, из золотной, сребротканой или шелковой материи, богато разукрашенной жемчугом и драгоценными камнями.
На голове замужние женщины носили «волосники» в виде маленькой шапочки, которая у богатых женщин делалась из золотной или шелковой материи с украшениями на ней. Сверх волосника голову покрывали белым платком (убрусом), концы которого, украшенные жемчугом, завязывались под подбородком. При выходе из дома замужние женщины надевали «кику», окружавшую голову в виде широкой ленты, концы которой соединялись на затылке; верх покрывался цветной тканью; передняя часть -- очелье -- богато украшалась жемчугом и драгоценными камнями; очелье могло отделяться или прикрепляться к другому головному убору, смотря по надобности. Спереди к кике подвешивались спадавшие до плеч жемчужные нити (поднизи), по четыре или по шесть с каждой стороны. Выезжая из дома, женщины поверх убруса надевали шляпу с полями и со спадавшими красными шнурами или черную бархатную шапку с меховой оторочкой.
Кокошник служил головным убором и женщинам и девушкам. Он имел вид опахала или веера, прикрепленного к волоснику. Очелье кокошника вышивалось золотом, жемчугом или разноцветным шелком и бисером.
Девицы носили на головах венцы, к которым прикреплялись жемчужные или бисерные подвески (рясы) с драгоценными камнями. Девичий венец всегда оставлял открытыми волосы, что являлось символом девичества. К зиме девушкам из богатых семей шили высокие собольи или бобровые шапки («столбунцы») с шелковым верхом, из-под которого на спину спускались распущенные волосы или коса с вплетенными в нее красными лентами. Девушки из небогатых семей носили повязки, которые суживались сзади и спадали на спину длинными концами.
Женщины и девушки всех слоев населения украшали себя серьгами, которые были разнообразны: медные, серебряные, золотые, с яхонтами, изумрудами, «искрами» (мелкими камушками). Серьги из цельного драгоценного камня были редкостью. Украшением для рук служили браслеты с жемчугом и камнями, а на пальцах -- перстни и кольца, золотые и серебряные, с мелким жемчугом.
Богатым шейным украшением женщин и девушек было монисто, состоявшее из драгоценных камней, золотых и серебряных бляшек, жемчугов, гранат; в старину к монисту подвешивался ряд небольших крестиков.
По описанию Олеария, русские женщины имели средний рост, стройное сложение, были нежны лицом; городские жительницы все румянились, брови и ресницы подкрашивали черной или коричневой краской. Этот обычай настолько укоренился, что когда жена московского вельможи князя, Ивана Борисовича Черкасова, красавица собой, не захотела было румяниться, то жены других бояр убедили ее не пренебрегать обычаем родной земли, не позорить других женщин и добились того, что эта прекрасная от природы женщина вынуждена была уступить и применять румяна.
Хотя по сравнению с богатыми знатными людьми одежда «черных» посадских людей и крестьян была проще и менее нарядна, тем не менее и в этой среде встречались богатые наряды, которые накапливались из поколения в поколение. Одежда обычно шилась дома. А самый покрой старинной одежды -- без талии, в виде халата -- делал ее пригодной для многих.
По результатам проделанной работы мы пришли к следующим выводам:
- Культура Древней Руси шла по пути самобытного развития, достигнув высокого уровня уже в XI в. Она выросла на плодотворной почве культур местных восточнославянских племён и постоянно развивала контакты с культурами других стран, в первую очередь Византии, Болгарии, стран Центральной Европы, Скандинавии, Хазарского каганата и арабского Востока. Идеологически она всё более подчинялась феодальным порядкам, набирающим силу в обществе. И конечно, определяющую роль в её формировании играло христианство, которое, собственно, и задало модель русской культуры, определило перспективу её развития на многие века.
Влияние византийского искусства на формирование древнерусской художественной традиции.
Для русского народа, сравнительно поздно вступившего на путь исторического развития, принятие христианства означало в то время приобщение к многовековой и высокой культуре Византии. Но христианизация Руси не является единственной отправной точкой окультуривания русского народа. Даже несмотря на то, что музыка, живопись, в значительной мере архитектура и почти вся литература Киевской Руси находились в орбите именно христианской мысли. При детальном изучении шедевров древнерусского искусства обнаруживается глубокое их родство с наследием архаики: будь то заставки - инициалы текстов книг и летописей, фресковые и скульптурные орнаменты соборов, а так же мелодичный строй церковных песнопений.
Древнерусская живопись христианской Руси играла в жизни общества очень важную и совсем иную роль, чем живопись современная и с этой ролью был определен ее характер. Неотделима от самого предназначения живописи и достигнутая ею высота. Русь приняла крещение от Византии и вместе с ним унаследовала представление о том, что задача живописи - «воплотить слово», воплотить в образы христианское вероучение. Поэтому в основе древнерусской живописи и лежит великое христианское «слово». [3]
«Образ» по-гречески - икона. И уже с глубокой древности слово «икона» стало употребляться и употребляется до сих пор как прямое название для получивших широкое распространение в живописи византийского мира отдельное самостоятельное изображение как правило, написанных на доске. Но в широком смысле иконой, то есть образом воплотившим слово, является все созданное этой живописью: изображения, неотделимые от самих зданий храмов, мозаики, фрески, украшающие страницы рукописных книг. Стремясь подчеркнуть предназначение и характер живописи византийского православного мира, зачастую к ней целиком, а не только собственно к иконам относят термин «иконопись».
В области Станковой живописи первым толчком влияния византийской живописи был привоз на Русь икон. Иконы эти на Руси копировали, им подражали. Когда позднее кроме греческих икон на Русь стали привозить иконы из других православных стран, стало возможным отметить влияние живописи и этих стран. Христианство - это религия откровения. И многое объясняется в ней небесным дарованием. Не случайно одним из главных праздников является сошествие святого духа на апостолов, в результате которого они просвятились и получили дар свыше. Моменты дарования свыше, откровения запечатлены на древних иконах. [20]
В течении долгих веков живопись византийского православного мира, в том числе и живопись древнерусская, несла людям, необычайно ярко и полно воплощая их в образы, духовные истины христианства. И именно в глубоком раскрытии этих истин обретала живопись византийского мира, в том числе и живопись Древней Руси, созданные ею фрески, мозаики, миниатюры, иконы, необычайную, невиданную, неповторимую красоту.
В монументальную живопись так же проникали сюжеты из прикладного искусства. Примером могут служить некоторые орнаментальные росписи храмов явно копирующие византийские ткани. На Киевскую Русь попадало значительное количество ювелирных украшений, предметов художественного ремесла. Их также копировали и им подражали. Таким образом и, здесь внешние влияния проникали на Русь большей частью через привозимые образцы, не исключены случаи и приезда самих мастеров Например, вслед за готовыми изделиями из стекла бусами, браслетами, посудой в Киев прибыли и византийские мастера стеклоделы. К концу ХI века непрерывный ввоз из Византии стеклянных украшений становится менее регулярным. Последний раз прибывшие в Киев византийские мозаичисты закончили свою работу в 1106 году. Все потребности в изделиях такого рода удовлетворяла продукция собственных киевских мастерских. [3]
В XI - XII веках наблюдается подъем в искусстве иконописи. От этого периода сохранялось несколько прекрасных образцов византийских икон, преимущественно столичной школы живописи. Своеобразна и по сюжету, и по исполнению константинопольская икона XI в. из собрания монастыря св. Екатерины на Синае. Она является как бы иллюстрацией к "Лествице" Иоанна Лествичника; она показывает восхождение к небесам монархов по лестнице нравственного самоусовершенствования и духовных подвигов: отступившихся монархов нечистая сила тянет в ад, что придает иконе известную наивность и фантастичность, несмотря на реалистические черты в изображении фигур и лиц, на правильные их пропорции, восходящие к эллинистическим традициям. От XII века сохранилась шедевр византийской иконописи - икона Владимирской Богоматери (Москва, Третьяковская галерея). Ныне она прочно вошла в историю древнерусского искусства. Мария изображена здесь в позе Умиления ("Элеуса"), она нежно прижимается щекой к щеке сына, который ласково обнимает ее за шею. Эта сцена - воплощение чувства материнства в соединении с величественной духовностью. В глазах Марии отражена вся скорбь мира. Мать уже знает о грядущей гибели сына и сознает неизбежность жертвы ради спасения человечества. Тонкое, аристократическое лицо младенца проникнуто теплым, искренним чувством. Впечатляет и другая византийская икона XII века - Григорий Чудотворец, - хранящаяся в Эрмитаже Санкт-Петербурга. Суровое, аскетическое лицо Григория мужественно и спокойно, его взгляд глубок и сосредоточен.
Здесь невозможно перечислить все иконописные памятники Византии той эпохи. Необходимо только отметить, что в связи с постоянными войнами и усилением военной знати сильно поднялась популярность святых - защитников и покровителей военного сословия. На мозаиках, фресках, иконах, эмалях, на изделиях из слоновой кости и небольших походных иконах все чаще появляются изображения святых-воинов: Дмитрия Солунского, Феодора Стратилата ("полководца"), Федора Тирона ("новобранца") и особенно святого Георгия. Иконографические образы этих персонажей милитаризируются. Иконографический тип святого Георгия претерпевает эволюцию. Если в X-XI веках он изображается в виде пешего воина с копьем в правой руке, опирающегося левой на шит, то в XII веке получает распространение конный образ Георгия без дракона или иногда поражающего змея. Этот образ Георгия-воина приобрел огромную популярность в странах Юго-Восточной и Восточной Европы и, особенно, на Руси, где получил уже законченный и хорошо знакомый нам образ всадника, поражающего копьем дракона. [13]
XI век был периодом необычайного взлета книжной иллюстрации. Центром создания поистине великолепных кодексов стал императорский скрипторий в Константинополе. Здесь заказу императоров создавались настоящие шедевры книжной миниатюры. К их числу относятся рукопись "Слов" Иоанна Златоуста, выполненная для императора Никифора Вотаниана (1078-1081). На одной из миниатюр изображен сам Никифор Вотаниан в пышном императорском облачении, в лице его проступают восточные черты, что говорит о портретном сходстве, схваченном художником. В живописи этого кодекса чувствуется влияние искусства Востока. Рукопись хранится в Парижской Национальной библиотеке. Другой жемчужиной искусства столичных мастеров миниатюристов является датируемая 1072 годом рукопись Нового Завета, созданная для императора Михаила II Дуки (Библиотека Московского университета). Крохотный по размерам кодекс, украшенный изысканной живописью, изящными заставками и инициалами, - подлинный шедевр книжного искусства. Колорит миниатюр обоих рукописей отличается мягкостью и теплотой, преобладают светлые тона, рисунок тонок и динамичен. В ряд с этими шедеврами можно поставить Псалтырь XI века из Публичной библиотеки в Санкт-Петербурге, созданную между 1074-1081 годами для одного из византийских императоров. Ювелирная тщательность орнаментики, мягкость и нежность колорита, тончайшая нюансировка лиц выделяют эти миниатюры из числа других, тоже высокохудожественных кодексов XI века. [7]
В церковной архитектуре с X века основное место стал занимать крестово-купольный храм, имевший в плане форму креста с равными ветвями и куполом в центре. Становление крестово-куполной архитектуры было сложным процессом. Его начало может быть отнесено еще к VI веку, когда был создан шедевр купольной архитектуры - София Константинопольская, а завершение в основном X столетию. В X-XII веках крестово-купольное зодчество стало подниматься как в самой Византии, так и в сопредельных с ней странах, но этот вид культурного зодчества был лишь общей канвой, на основе которой развивались его различные варианты.
Новые тенденции появились и в изменении социального содержания архитектуры. Прежде всего происходит сокращение масштабов храма. Грандиозные храмы для народа уходят в прошлое. Распространение получают сравнительно небольшие церкви, предназначенные для городского квартала, сельского прихода, монастыря или замка. Одновременно храм растет в высоту: изменяются пропорции здания, вертикаль становится преобладающей идеей, устремление в высь дает новое эмоциональное и эстетическое наполнение культовому зодчеству. Если раньше главную роль в культовом зодчестве играло внутренне пространство, купол смотрелся изнутри и символизировал Вселенную, то в XI-XII веках все большее значение приобретает значение внешний вид храма. Украшение фасада здания теперь входило в общий архитектурный замысел, в единую композицию. Вместо замкнутых, с широкими песчаными гладкими плоскостями закрытых фасадов и стен теперь появляются новые архитектурные формы экстерьера: фасады украшаются легкими колоннами и полуколоннами, растет число узких и длинных оконных проемов, впервые появляется асимметрия. Вешний декор здания становится самодовлеющем элементом архитектуры, увеличивает его художественную выразительность. Ощутимее становится связь внешнего и внутреннего облика храма, усиливается воздушность, легкость, элегантность архитектурных пропорций, колонны в храме делаются тоньше, удлинятся барабан купола - он становится легким, стройным, со множеством вертикальных членений, с окнами, усиливающими эффект освещения. Во внутреннем пространстве храма зодчие стремятся к достижению большого единства. Наблюдается строгая центричность и повышение подкупольного пространства, красота храма ныне во многом определяется его устремленностью ввысь, в небеса. Во внешнем оформлении храма порой появляются пирамидальный ритм, ажурность и красочность фасадов, светотеневые контрасты. Архитектурные формы храмов второй половины XI-XII веков становится утонченнее, совершеннее, жизнерадостнее, их красочная ажурность и легкость резко контрастируют с глухим, суровым, аскетичным наружным обликом зданий предшествующего времени. Прежняя замкнутость и отрешенность уходили в прошлое, храм теперь следовало созерцать не только внутри но и снаружи. [13]
До XIII века византийскою архитектуру можно считать одной из самых развитых и совершенных в средневековом мире. Она оказала влияние на широкий ареал стран - Болгарию, Сербию, Русь и даже в какой-то мере на романский Запад. Древнерусское государство обязано Византии первыми выдающимися архитектурными достижениями. До Х веку в Киевской Руси преобладали традиции деревянного зодчества. После принятия христианства возводятся каменные храмы по византийскому крестово-купольному образцу (храм святой Софии в Киеве). Большую роль играла отделка и окраска здания. С XII века появляются храмы башеннообразной формы с элементами романского стиля - декоративной резьбой по камню (Дмитриевский собор во Владимире). Храмы украшались монументальной живописью: фреской, мозаикой, иконописью. Византийская техника возводилась в канон и строго оберегалась церковью. Торжественное плоское изображение ликов святых на стенах храма было созвучно архитектурному замыслу.
Недаром говорят, что архитектура - это душа народа, воплощенная в камне. К Руси это относится лишь с некоторой поправкой. Русь долгие годы была страной деревянной, и ее архитектура, языческие молельни, крепости, терема, избы строились из дерева. В дереве русский человек, прежде всего, как и народы, жившие рядом с восточными славянами, выражал свое восприятие строительной красоты, чувство пропорций, слияние архитектурных сооружений с окружающей природой. Если деревянная архитектура восходит в основном к Руси языческой, то архитектура каменная связана с Русью уже христианской. К сожалению, древние деревянные постройки не сохранились до наших дней, но архитектурный стиль народа дошел до нас в позднейших деревянных сооружениях, в древних описаниях и рисунках. Для русской деревянной архитектуры была характерна многоярусность строений, увенчивание их башенками и теремами, наличие разного рода пристроек - клетей, переходов, сеней. Затейливая художественная резьба по дереву была традиционным украшением русских деревянных строений. Эта традиция живет в народе и до настоящей поры.
Первая каменная постройка на Руси появилась в конце X века - знаменитая Десятинная церковь в Киеве, сооруженная по указанию князя Владимира Крестителя. К сожалению, она не сохранилась. Зато по сей день, стоит знаменитая киевская София, возведенная несколькими десятилетиями позже. Оба храма были построены византийскими мастерами из привычной для них плинфы - большого плоского кирпича размером 40/30/3 см. Раствор, соединяющий ряды плинфы, представлял собой смесь извести, песка и толченого кирпича. Красная плинфа и розовый раствор делали стены византийских и первых русских храмов нарядно-полосатыми. Строили из плинфы в основном на юге Руси. На севере же, в далеком от Киева Новгороде, предпочитали камень. Правда, арки и своды выкладывались все-таки из кирпича. Новгородский камень "серый плитняк" - природный грубый валун. Из него без всякой обработки клали стены.[11]
Во Владимиро-Суздальской земле и Москве строили из ослепительного белого известняка, добытого в каменоломнях, тщательно отесанного в аккуратные прямоугольные блоки. "Белый камень" мягок и легко поддается обработке. Вот почему стены владимирских храмов богато украшены скульптурными рельефами.
В конце XV веке на Руси появился новый материал - кирпич. Он получил широкое распространение, так как был дешевле и доступнее камня.
Мир Византии, мир христианства, стран Кавказа привнесли на Русь новый строительный опыт и традиции: Русь восприняла сооружение своих церквей по образу крестово-купольного храма греков, квадрат, расчлененный четырьмя столбами, составляет его основу, примыкающие к подкупольному пространству прямоугольные ячейки образуют архитектурный крест. Но этот образец греческие мастера, прибывшие на Русь, начиная со времени Владимира, а также работающие с ними русские умельцы, применяли к традициям русской деревянной архитектуры, привычной для русского глаза и милой сердцу, если первые русские храмы, в том числе Десятинная церковь, в конце X века были выстроены греческими мастерами в строгом соответствии с византийскими традициями, то Софийский собор в Киеве отразил сочетание славянских и византийских традиций: на основу крестово-купольного храма были поставлены тринадцать глав нового храма. Эта ступенчатая пирамида Софийского собора воскресила стиль русского деревянного зодчества. Софийский собор, созданный в пору утверждения и возвышения Руси при Ярославе Мудром, показал, что строительство - это тоже политика. Этим храмом Русь бросила вызов Византии, ее признанной святыне - константинопольскому Софийскому собору. В XI веке выросли Софийские соборы в других крупных центрах Руси - Новгороде, Полоцке, и каждый из них претендовал на свой, независимый от Киева престиж, как и Чернигов, где был сооружен монументальный Спасо-Преображенский собор. По всей Руси были построены монументальные многокупольные храмы с толстым и стенами, маленькими оконцами, - свидетельства мощи и красоты.
В XII веке традиции древнерусской архитектуры не утрачиваются. По всей Руси прошагали русские однокупольные храмы-богатыри, сменившие прежние пирамиды. Купол возносился вверх на мощном, массивном квадрате. Таким стал Дмитриевский собор во Владимире-на-Клязьме, собор святого Георгия в Юрьеве-Польском. [3]
Большого расцвета архитектура достигла в годы правления Андрея Боголюбского во Владимире-на-Клязьме. С его именем связаны постройка Успенского собора во Владимире, красиво расположенного на крутом берегу Клязьмы, белокаменного дворца в селе Боголюбове, "Золотых ворот" во Владимире - мощного белокаменного куба, увенчанного златоглавой церковью. При нем же было создано чудо русской архитектуры - храм Покрова на Нерли. Князь построил эту церковь неподалеку от своих палат после кончины любимого сына Изяслава. Эта небольшая однокупольная церковь стала поэмой из камня, в которой гармонично сочетаются скромная красота природы, тихая грусть, просветленная созерцательность архитектурных линии.
Брат Андрея - Всеволод III продолжал эту строительную деятельность. Его мастера оставили потомству замечательный Дмитриевский собор во Владимире - величественный и скромный.
Одновременно строились храмы в Новгороде и Смоленске, Чернигове и Галиче. Закладывались новые крепости, сооружались каменные дворцы, палаты богатых людей.
Характерной чертой русской архитектуры тех десятилетий стала украшающая сооружения резьба по камню. Удивительное это искусство мы видим на стенах соборов во Владимиро-Суздальской Руси, Новгороде, других русских городах.
Другой чертой, роднящей всю русскую архитектуру той поры, стало органическое сочетание архитектурных сооружений с природным ландшафтом. Посмотрите, как поставлены и доныне стоят русские церкви, и вы поймете, о чем идет речь.
Русь не просто слепо копировала чужие влияния и безоглядно заимствовала их, но применяла к своим культурным традициям, к своему дошедшему из глубины веков народному опыту, пониманию окружающего мира, своему представлению о прекрасном.
Поэтому в чертах русской культуры мы постоянно сталкиваемся не только с влияниями извне, но с их порой значительной духовной переработкой, их постоянным преломлением в абсолютно русском стиле. [3]
Культура всякого народа складывается из суммы ценностей, унаследованных от прошлых времен, собственного вклада современников, заимствований от других культур. Так, культура Киевской Руси унаследовала культуру многих восточнославянских племен, составивших ядро государства, она испытала влияние византийской культуры, которая оказала на нее заметное влияние. Внешнее, культурное вторжение византийской культуры сыграло роль катализатора, вывело из дремотного равновесия, оно обогатило древнерусскую культуру. Под византийским влиянием культура Киевской Руси за короткий период достигла уровня передовых стран Европы. Русское художественное ремесло стало славиться во всем мире. "Кузнецы по злату и серебру" создавали золотые украшения, покрытые цветной эмалью, изделия из серебра со сканью и зернью, с чернью и позолотой. Мечи, доспехи, ювелирные изделия пользовались спросом на Руси и далеко за ее пределами. [3]
Взаимодействие культур всегда «диалогично». В условиях «диалога», первый из ее участников обладает большим запасом накопленного опыта, а второй заинтересован усвоить себе этот опыт. Опыт передающей культуры подвергается разнообразной трансформации по законам воспринимающей культуры. Вырабатывается общий язык общения. Воспринимающая культура начинает овладевать чужим языком культуры, учится свободно им пользоваться. И чужое становится своим, трансформируясь и коренным образом меняя свой облик. При всей типологической общности разнообразных диалогов культур каждый из них протекает своеобразно в соответствии с историко-национальными условиями. Это следует подчеркнуть, когда мы говорим о византийско-русском «диалоге» Киевской эпохи. [2]
Русь усвоила очень много из византийской культуры. Огромнейшее значение имело принятие христианства. Оно повлияло как на укрепление государства, развитие культуры так и на сознание человека. Переводная литература также способствовала обогащению и развитию русской литературы. Также активно стало развиваться искусство. Русь не просто слепо копировала чужие влияния, а применяла их к своим культурным традициям, к своему дошедшему из глубины веков народному опыту, пониманию окружающего мира, своему представлению о прекрасном.
История культуры убеждает, что интенсивное усвоение чужой культуры дает на следующем витке развития мощный выброс собственно в окружающее культурное пространство. В свете сказанного русско-византийский диалог, стоящий у истоков русской культуры, перестает быть эпизодом, существенным для изучения далеко прошедших эпох, а входит в число долгодействующих структурных факторов истории русской культуры. В эпоху Киевской Руси был задан тип культурно-исторического развития русского народа, в котором тесно переплеталось христианство и язычество.
Архитектура Киевской Руси.
К началу 9 века из отдельных славянских племенных союзов, возглавлявшихся «светлыми князьями» («князьями князей»), создается огромный суперсоюз, государство Русь, или, как его справедливо называют ученые, Киевская Русь.
В эпоху Киевской Руси был задан тип культурно-исторического развития русского народа в рамках тесного переплетения двух векторов его духовной жизни: христианского и языческого. Культуру этой эпохи отличает бурный рост локальных феодальных центров сопровождался развитием местных изобразительных стилей в изобразительном и прикладном искусстве, зодчестве и летописании.
Эпоха Киевской Руси была временем расцвета культуры вообще и архитектуры в частности.