Сказочный трофей, рыбалка на калугу
Далеко не все рыбаки знают, что существует такая рыба – калуга. Во-первых, эта “дичь” водится только в водах Приморья. Во-вторых, лов её категорически запрещён.
Калуга, пресноводная рыба семейства осетровых, достигает пяти метров в длину, а иногда и более, а вес её порой доходит до тонны. Обитает в бассейне реки Амур и некоторых озёрах Дальнего Востока. Это не только интересная и таинственная, но и очень ценная рыба. Она занесена в Красную книгу Международного союза охраны природы. Несмотря на быстрый рост, половой зрелости калуга достигает в возрасте шестнадцати-семнадцати лет при длине в два метра и весе около восьмидесяти килограммов. Икрометание в молодости проводит один раз, а в старшем возрасте через два-четыре года. Но зато её плодовитость впечатляет – калуга вымётывает от шестисот пятидесяти пяти тысяч до четырёх миллионов икринок. Как правило, нерестится в июне-июле.
Калуга просто заворожила наш рыболовный коллектив. Однако мы долго не решались предпринять какие-либо шаги для встречи с ней. Наконец начали вести переговоры с Амурским бассейновым управлением по охране, воспроизводству рыбных запасов и регулированию рыболовства. Затеяли мы это не потому, что нам захотелось поймать огромную рыбину, которую нельзя ловить, а для того, чтобы донести до людей, сколь ценна эта рыба и что она нуждается в защите. А для этого необходимо было изучить ситуацию. Амуррыбвод пошёл нам навстречу. Для научного отлова за инспекцией закреплено право поимки нескольких экземпляров. Естественно, при условии “поймал – отпустил”. Нашей радости не было границ.
Собираться начали загодя. Особое внимание уделили подготовке снастей. В России никому не известно даже о попытках поймать калугу на спиннинг. Местные браконьеры наносят колоссальный ущерб популяции, расставляя верёвочные сети (оханы) и крючковые перемёты, которые калечат молодь.
Как оказалось, найти в Москве пригодные для ловли калуги снасти совсем не просто. Остановились на том, что удалось отыскать. Купили морские спиннинги, мультипликаторы, кованые крюки и двухсотграммовые грузы.
Поездка планировалась на середину мая, но из-за поздней весны была перенесена на конец мая – начало июня.
Вылетели в Хабаровск, оттуда в Николаевск-на-Амуре. Там нас встречали представители Амуррыбвода. Усталость от десятичасового перелёта усугубили нерадостные новости. Как оказалось, лучшие места для ловли калуги ещё находятся подо льдом. Но это только полбеды. Сотрудники инспекции утверждали, что уже долгие годы амурская рыба в пищу не употребляется. Это связано с бесконтрольными сбросами в воды Амура отходов китайской промышленности, в частности вещества под названием фенол. И это не просто страшилки. Ни в одном местном кафе, ресторане не подают рыбу и икру. Местные жители едят рыбу, привезённую с Сахалина, – и то по праздникам. Но самое ужасное, что рыболовный промысел ведётся без остановки, а добытые рыба и икра поставляются на российский и другие рынки. Это был настоящий шок. Ведь калуга нерестится в Амуре.
Вечером мы погрузили вещи, продукты и снасти на катер типа “Ярославец” и вышли в устье Амура из николаевского порта. По пути остановились у деревушки, где во времена Советского Союза располагался рыбоперерабатывающий завод. Попросили у сторожей рыбу для наживки. Из-за того, что лёд только сошёл, свежатины у них не оказалось, и они предложили нам прошлогоднюю засоленную кефаль.
Из разговора с женой сторожа:
- Вы что, на рыбалку? С удочками? Не видела, чтобы здесь так ловили. Оханами-то ловят, а на удочку… Удивительно! Здесь вся рыба фенольная, в море нужно идти. Лёд дней пять как сошёл, поэтому ещё не ловили. А зимой-то сиг на блёсны хорошо брал! Поймаешь, понюхаешь, не пахнет – берёшь, пахнет – назад бросаешь. Даже собаки фенольную рыбу не едят!
Сейчас мы только для себя ловим, а раньше у нас тут крупный посёлок был, вон даже рыбозавод остался, если эти развалины можно так назвать. Их мы и сторожим. Бросили нас, никому мы не нужны. Скоро и рыбы не станет! Удачи вам!
До намеченного места лова было около часа ходу, и мы решили отправиться туда с утра, а переночевать, пришвартовавшись у причала. Вечер скоротали за беседой. Утром нас разбудил шум двигателя. Ещё на подходе к месту мы снарядили спиннинги. Наша первая остановка была недалеко от берега, на банке. Рядом плавали льдины, на берегу лежал снег. Охота уже была закрыта, а над головой пролетали утки.Забрасывать тяжёлую оснастку спиннинга вручную невозможно. Мы завозили нашу наживку на вёсельной лодке. Глубина в месте лова была около двух метров. Именно на мель выходит калуга для кормления. Закрепив спиннинги, провели за беседой полдня. Поклёвки так и не случилось.Поднялся сильный ветер, пришлось передислоцироваться. Дошли до тихого места и встали напротив впадения небольшой речки. С борта “Ярославца” чётко прослеживалась граница чистой воды притока и мутноватой амурской. Наживку завезли прямо в место слияния. Глубина была около полутора метров. Закрепили спиннинги и прождали около часа. После безрезультатного ожидания было принято решение половить рыбу на мелкие блёсны в притоке. Вошли в речку на лодке. Сильное течение половодья снесло нас на корягу, и мы спешились. За час было несколько невнятных поклёвок, которые завершились ничем. По пути нам встретился местный рыбак с удочкой из срубленной палки и поплавка из бутылочной пробки. Он продемонстрировал свой улов – несколько нельм. Нам так и не удалось обрыбиться. Третий наш приятель в это время поплыл на катере в море, на очередную банку. И вернулся к “Ярославцу” чуть раньше нас. При подходе к катеру один спиннинг согнулся, как будто леску зацепили мотором, но оказалось, что это долгожданная поклёвка. Калуга была совсем небольшая, но сопротивлялась очень азартно. Несколько раз выпрыгивала из воды на полный корпус. Причём клюнула она, как всегда и случается, на самый слабый спиннинг. Фотографироваться с трофеем мы поплыли на берег. Там ещё лежал снег, и снимки получились оригинальными, кроме того, снег не травмировал тело калуги. По оценкам местных знатоков, она весила килограммов пятьдесят-шестьдесят. Сделав несколько кадров, мы вернули её в естественную среду с надеждой поимки более крупного трофея. Поверив в удачу, в приподнятом настроении мы отправились искать новое место. Для стоянки выбрали излучину небольшого залива. Погода внезапно резко испортилась, начался шторм. Ловить в таких условиях стало невозможно. Спиннинги простояли всю ночь, но поклёвок не было.Взвесив все за и против, мы решили завязать с ловлей этой сказочной рыбы, к тому же результат был положительный. Отправились в порт Николаевска. По пути нам рассказали, что в местных горных речках неплохая рыбалка и есть возможность поймать тайменя. Не использовать этот шанс мы не могли… Переночевав в гостинице Николаевска, загрузились в вертолёт. Летели около часа до реки под названием Джапи. На берегу стоял сруб с маленькой банькой. Нас встречал абориген Кузьмич. Живёт он здесь абсолютно один с 1992 года. Никаких других людей рядом нет. Кузьмич сразу начал рассказывать рыболовные истории. По его словам, к нему приезжали японцы и ловили тайменя. Самый выдающийся их результат был длиной один метр тридцать сантиметров. По его мнению, прилетели мы совсем не вовремя – речка сильно разлилась и вся рыба поднялась вверх по течению, в общем, “ушла на дальний кордон”. Тихих мест на реке было немного. Но если удавалось найти таковое, то там сразу же начинали ловиться неплохие ленки и хариусы. Натягали мы их вдоволь. Тайменя не было. Вечером второго дня за нами должен был прилететь вертолёт, но из-за нелётной погоды мы остались у Кузьмича до следующего дня. Обловив все места выше по течению, мы рискнули, несмотря на завалы и полное безлюдье, отправиться вниз. Дойдя на моторке до хорошего омута, сразу поймали несколько замечательных ленков. После чего у самого опытного нашего рыболова клюнул таймень. Определили, что это был именно таймень, по красному хвосту. Не успели подтащить его к лодке, как карабин на поводке разогнулся. А ведь трофей был уже практически у нас в руках. Отсюда можно сделать вывод: относитесь тщательно к каждому, даже самому маленькому элементу вашей снасти.
Дальнейшие забросы приносили только ленков. Вернулись на базу. Рассказав о случившемся Кузьмичу, мы его ничуть не удивили: “Ну и что? Подумаешь, таймень! Я каждый год на верхнем перекате ловлю по тайменю как раз в это время. Но щас там делать нечего! Вода высокая!”
Выпив по рюмке чаю, мы решили напоследок обловить и верхний перекат, хотя с утра там попадались только ленки. На шестом забросе у меня клюнул король местных вод. Снасть, как всегда, оказалась неподходящей. Хотя, может, именно это и стало причиной моего триумфа. Из-за тонкой снасти к вываживанию я отнёсся особенно внимательно. И оно увенчалось успехом! Таймень лежал в лодке, а я любовался его красотой в лучах заходящего весеннего солнца. Пусть небольшой, но первый для меня – он был дороже всех богатств на свете. Буквально второй мой заброс под тот же куст – и снова мощная поклёвка. Но на радостях я не поставил катушку на трещотку, и после первых секунд борьбы рыба сошла.
На следующее утро вертолёт всё же прилетел. Почти всю дорогу до Москвы я проспал, и во сне вновь ещё раз пережил все радости нашей поездки. Память о ней останется на долгие годы.