Хип-хоп. Часть 3. Гангста-рэп.
В этом посте я хочу немного (прям совсем чуточку) рассказать вам о гангста-рэпе. Поехали!
Что такое гангста рэп? Это форма хип-хоп музыки, которая стала доминирующим стилем жанра в 90-х, прийдя на смену "Золотому веку хип-хопа". Текста гангста-рэпа в основном повествуют о насильственном образе жизни, употреблении наркотиков, и других, не самых хороших вещах.
Кто был первым?
Одним из пионеров гангста-рэпа можно считать Schooly D.
Именно он вдохновил исполнителя Ice-T (на фото выше) записать трек "6 in the Mornin", который считается одной из самых первых записей в этом стиле.
Отношение общества к гангста-рэпу изначально было крайне отрицательным. Например в Хьюстоне, штат Техас, музыка группы Geto Boys была предметом сильного возмущения.
Несмотря на это, гангста-рэп стал национальным феноменом после того, как появилась группа N.W.A. (Ниггеры с мнением).
Их отличительная черта была в том, что они очень просто и доходчиво объясняли о насилии, о том как это происходит на центральных улицах Лос-Анджелеса и соседнего Комптона. Их гиперреализм часто сочетался с вымыслом, они заявляли о бессмертии. Их преувеличения стало своего рода самозащитой для слушателей, которые фактически были вовлечены в опасный образ жизни N.W.A.
В силу названия их группы, они разожгли дебаты о слове "ниггер". Ice Cube утверждал, что они трансформировали обидное для многих слово в более позитивное. Несмотря на это, женоненавистничество в треках N.W.A., которое было чересчур диким, было менее оправданным.
Ice Cube выпустил сольный альбом "AmeriKKKa's Most Wanted" (под продакшеном Public Enemy) и представил жителям восточного побережья звук западного, известного на тот момент как гангста-рэп.
К началу 90-х годов появились группы, такие как: Pharcyde, Souls of Mischief, чей подход был полностью противоположным N.W.A. и в 1991 году группа распалась.
Dr.Dre выпустил самый влиятельный альбом "The Chronic", который отразился феноменальными продажами, и самое главное, он основал Death Row Records и карьеру Snoop Doggy Dogg.
Спасибо, что дочитали до конца! Конечно же я не могу захватить все моменты, но я надеюсь, что хоть небольшую часть информации я вам донёс. Если вам не нравится данный жанр, то конечно же смело ставьте минуса. Очень буду рад критике, иначе как расти?
P.S. Держите 3 альбома гангста рэпа, которые я сам частенько слушаю.Eazy-E - Eazy Duz It (1988)The Game - The Documentary (2005)N.W.A - Straight Outta Compton (1988) (Ну конечно же)
P.P.S. Не буду говорить, что "специально для пикабушников", но у меня есть канал в телеграм, на котором я стараюсь время от времени делиться с читателями новостями из мира музыки, историями, фактами, и конечно же, альбомами. Если интересно, то буду рад Вашему присутствию на канале. Всем мир.
(Если ставите минусы, то хоть объясните за что))
и вот вопрос есть ещё фильмецы в таком духе как "Something from Nothing: The Art of Rap"?
Пацанчики, которые слушают шансончик, представляют себя чоткими жиганами с зоны. А пацанчики, которые слушают гангстарэпчик представляют себя брутальными потными ниграми с гетто?
Эта компания делает машины, которые делают процессоры. Без нее невозможно будущее
Когда вы за несколько сотен долларов покупаете процессор, выполненный по 7-нанометровому техпроцессу, к вам в руки попадает произведение искусства. Технологического искусства. Чтобы его создать, требуется невероятно длинная цепочка исследований, открытий, прорывов, инвестиций и труда. В создании такого процессора задействован весь потенциал технологий и науки, которые человечество прошло всего за несколько тысяч лет.
Темная лошадка из Нидерландов:
Ключевой шаг во всем этом технологическом процессе — создании машины, которая создает процессоры. По сути это не одна машина, а литографическая система. Она едва ли не более удивительная и сложная в производстве, чем сами компьютерные чипы. И делают ее в компании, исчезновение которой на добрых два десятка лет затормозило бы цифровой прогресс.Эта компания находится в самом сердце 400-миллиардной индустрии производства чипов, без ее оборудования Intel, Samsung и TSMC не способны производить микросхемы. Оборудование это столь сложное, что в год его выпускают в объеме всего нескольких десятков. И эта сложившаяся естественным путем монополия немного пугает.
Речь про мультинациональную компанию ASML из Нидерландов, которая разрабатывает и производит системы фотолитографии — кирки для шахтеров, добывающих чипы на фабриках Intel, Samsung и TSMC. ASML — уникальная компания. Она единственная в мире сегодня владеет системами, которые способны давать излучение с длиной волны в 13,5 нм. Этот диапазон называют свержестким ультрафиолетовым излучением. Рядышком с уровнем рентгеновского излучения.
Чем ýже световая волна, тем более мелкие детали она способна рисовать на кремниевых пластинах для будущих процессоров. Чем мельче детали, тем меньше размеры транзисторов, тем больше их умещается на одном кристалле и тем производительнее и энергоэффективнее получаются чипы.
Сложно вспомнить еще одну такую компанию, которая была бы столь важной и одновременно настолько неизвестной для широкой публики.
Новейшие системы ASML стоят больше сотни миллионов долларов и жизненно необходимы для производителей чипов, которые рассчитывают выпускать их на передовых технологических процессах. Которые хотят совершенствовать свою продукцию, умещать все больше транзисторов на подложке, повышать энергоэффективность и мощность чипов.
Гонка вдолгую:
Делать процессоры крайне сложно и дорого. Производство многогранно, требовательно к экспертизе и многочисленным технологиям на переднем крае науки. В этом процессе приходится плавить кремний, выращивать из этого монокристаллы цилиндрической формы, нарезать алмазной пилой эти цилиндры на тончайшие, ровные и отполированные вафли — кремниевые пластины. На эти вафли затем воздействуют светом, чтобы создать мельчайшие детали будущих интегральных схем.
Первую твердотельную интегральную схему, которую назвали микрочипом, показала в 1959 году американская компания Texas Instruments. И фотолитография сыграла значительную роль в ее создании. С помощью системы линз и зеркал на поверхности светочувствительной кремниевой пластины фокусировали лучи света, которые проходили через заранее подготовленный шаблон и запечатлевали его схему на пластине. Пластину двигают и постепенно всю покрывают шаблонным узором.
В те годы фотолитография была более грубым искусством, чем сегодня. В 1980-х годах компаний, которые делали или пытались делать фотолитографические машины, было с десяток. Среди них Canon, Nikon, а также Phillips. Эта компания из Нидерландов в 1984 году создала совместное производство вместе с компанией Advanced Semiconductor Materials. Первая хотела получить оборудование для производства собственных чипов. Вторая выпускала такое оборудование.
В годы, когда основали ASML, самым современным источником света для литографии была ртутная лампа. Ртуть нагревали током до состояния плазмы, которая испускала излучение света с различной длиной волны. С помощью специального фильтра отбиралась необходимая длина. В ASML это были 436 нанометров. Со временем длину волны уменьшали, переходя от ртутных ламп к лазерам со смесями различных газов. Криптон и фтор производили свет на волне 248 нанометров, а со временем при допиливании такие лазеры сужали волну до 150 и даже 80 нанометров. Следующим поколением лазерных технологий стали лазеры на фтористом аргоне, который излучал свет с длиной волны 193 нанометра. Уменьшение длины волны позволяло наносить на кремний все больше транзисторов меньших размеров.
Вы, вероятно, слышали про закон Мура, согласно которому каждые два года удваивается количество транзисторов, размещенных на кристалле интегральной схемы. На самом деле это не обязательный к исполнению закон, а всего лишь наблюдение одного из основателей Intel, которое тем не менее долгое время выполнялось благодаря совершенствованию фотолитографического оборудования.
Сверхжесткий ультрафиолет:
В начале 2000-х годов ландшафт этого рынка серьезно поменялся. Из крупных конкурентов ASML остались только Nikon и Canon, а требования рынка возросли — цифровые камеры, MP3-плееры, мобильные телефоны, все более широкое проникновение компьютерной техники в массы. Все это нуждалось в чипах. Для их совершенствования ASML решила сосредоточиться на технологии EUV — сверхжесткого ультрафиолетового излучения на длине волны в 13,5 нанометра.
Такие машины должны были каждую секунду бить лазером по потоку из 50 000 капель расплавленного олова, чтобы из образовавшейся плазмы извлечь свет на длине волны 13,5 нанометра. Эти капли диаметром всего около 25 микрон выбрасывает генератор на скорости 70 метров в секунду. Производитель сравнивает точность выстрелов по каплям с фонариком, который с Земли попал бы лучом в монетку на Луне.
Надо сказать, что все начинается с довольно простого углекислотного лазера. Но его луч проходит через пять стадий усиления в 10 000 раз каждый. На выходе получается пиковая мощность в несколько мегаватт. Столь высокая мощность нужна, так как по пути к каплям олова часть этой энергии теряется.
Притом по каплям сперва бьют лазером с низкой интенсивностью. Они приобретают форму блина, после чего уже подключается более мощный лазер, который испаряет «блин» в состояние плазмы. В этом состоянии она излучает сверхжесткий ультрафиолет. 50 000 раз каждую секунду, чтобы сверкало достаточно ярко. Параболическое зеркало собирает этот свет, фокусирует его на точке, из которой он передается на сканер в вакуумной камере и на кремниевую пластину.
Этот технологический процесс на многие годы опережал то, что было на тот момент стандартом индустрии. Однако разработка такой машины была крайне трудной. То, что задумали на рубеже тысячелетий, до рынка добралось только спустя 16 лет.
В первую очередь все упиралось в то, что сверхжесткий ультрафиолет не может распространяться в воздухе. Тот абсолютно черный для такого излучения. Так что с самого начала было очевидно, что придется работать с вакуумной камерой, куда через воздушный шлюз будет поступать пластина. Вес такой камеры в финальном продукте составляет 7,5 тонны.
К тому же через простое стекло спроецировать сверхжесткий ультрафиолет на пластину не выйдет. Стекло также поглотит излучение. Потому от линз отказались, начали искать зеркальные поверхности с достаточной отражательной способностью для EUV.
Остановились на брэгговском отражателе с показателем отражаемости в 70% от давних партнеров из оптической компании Zeiss. Их зеркало представляет собой слоистую структуру из сотни пар кремния и молибдена, уложенных слоями в несколько нанометров. Они невероятно плоские. Если такое масштабировать до размеров Германии, то самая высокая выпуклость на его поверхности не превысит 1 мм. Производство такого зеркала — отдельное искусство.
Стоит отметить, что подрядчиков и стратегических партнеров у ASML немало. Как нам известно, есть такие партнеры и в Беларуси. Тут они задействованы в обеспечении работы системы автоматизированного проектирования электронных схем и печатных плат в ASML. Такое сотрудничество продолжается уже 14-й год.
Первый прототип EUV-машины был готов в 2010 году, а первая полноценная готовая к производству — спустя шесть лет. Каждый такой аппарат весит больше 180 тонн, в нем 100 000 частей, 3000 кабелей, 40 000 болтиков. На его создание уходит больше четырех месяцев, а для доставки покупателю необходимо несколько рейсов «Боинга» с рассованными по 40 грузовым контейнерам частями.
К тому же на заводах, где работают эти системы, постоянно должны находиться специалисты ASML, которые обслуживают, ремонтируют и обновляют их.
Конкурентов нет:
Машины эти прорывные, но пока не захватили весь рынок. Не каждому нужна передовая технология, многие производители довольствуются более дешевыми и старыми технологиями для производства чипов. Из 258 систем фотолитографии, которые ASML поставила в прошлом году(2021), только 31 была со сверхжестким ультрафиолетом. Тем не менее, производитель уверен, что к 2025 году три четверти своей выручки будет получать именно от них.
Может ли кто-то повторить подобное? Время стремительно утекает, а конкурентов на горизонте и не видно. В научно-исследовательском направлении ASML трудятся 5,5 тысячи инженеров, на нужды которых выделяют ежегодно более 1 млрд евро. Для любой компании, чтобы конкурировать с ASML, потребуются десятилетия инноваций и огромный капитал. Такое могли бы себе позволить крупнейшие производители полупроводниковой продукции, однако они не хотели бы нарушить устоявшийся баланс и попасть в опалу у разработчика новейших технологий. Да и все три крупнейших производителя Intel, Samsung и TSMC в 2012 году инвестировали в ASML миллиарды долларов. Тогда рыночная капитализация ASML составляла всего $26 млрд, сегодня она перевалила за $300 млрд.
К тому же не ведутся какие-либо серьезные разработки конкурирующей со сверхжестким ультрафиолетом технологии. Компания, которая пару десятков лет экспериментировала с литографией с помощью пучка электронов, обанкротилась несколько лет назад и была выкуплена той же ASML. Разрешение у этого метода литографии было высоким, в экспериментальных установках удавалось получать структуры с разрешением менее 1 нм. Однако масштабировать эти рекорды до скоростей литографии в массовом производстве не получилось.
Монополия на будущее:
TSMC сегодня покупает половину всех выпускаемых систем литографии на сверхжестком ультрафиолете. Эти машины есть и у Samsung. Intel немного отстает. В этом году будет выпущено до 50 таких машин, в следующем — до 60 штук.
Руководство ASML говорит, что нынешний дефицит чипов — это не разовая волна, а выход рынка на качественно и количественно новый уровень. А это значит, что ASML в ближайшие десятки лет будет укреплять свою естественно сложившуюся монополию. Жизненно важные для прогресса технологии будут сосредоточены в руках одной компании, которая способна превратиться в оружие геополитики.
Ее уже используют в торговой войне с Китаем. Правительство Нидерландов по настоятельным просьбам США запретило ASML продавать EUV-системы Китаю — крупнейшему рынку в мире, готовому поглощать чипы сотнями миллиардов.
Это может как замедлить технологический прогресс Поднебесной, так и вырастить местных конкурентов ASML. Китай планирует вложить $30 млрд в то, чтобы создать производство чипов, не зависящее от зарубежных компаний, и это у него вполне может получиться.
Большой гигант с маленького острова. Почему TSMC рулит миром?
На северо-западном побережье небольшого острова Тайвань, сопоставимого по размерам с Брестской областью, находится одна из самых важных в мире компаний, о которой многие слышали лишь вскользь. Она является крупнейшим контрактным производителем полупроводниковых чипов (или интегральных схем, или просто чипов), благодаря которым работают наши телефоны, ноутбуки, автомобили, часы, холодильники и многое другое. Делая чипы для Apple, Intel, Qualcomm, AMD, Nvidia и многих других важных для современного технологического уклада компаний, эта фирма является геостратегической мигренью для крупнейших экономик мира и технологической жемчужиной Тайваня.
Рыночная капитализация TSMC оценивается в почти полтриллиона долларов, она контролирует половину рынка заказных чипов. И, что важнее, по оценкам некоторых экспертов, имеет еще более жесткий контроль над самыми передовыми процессорами — более чем 90% доли на рынке. Пандемия и дефицит чипов сделали из этой в основном анонимной сервисной компании центр глобальной борьбы за будущее технологий. Американцы называют ее продукцию критической, а правительства Японии и Южной Кореи по важности сравнивают с рисом.
Почему Тайвань?
Остров Тайвань от материкового Китая отделяет Тайваньский пролив. Между частично признанной Китайской республикой, под чьим контролем находится остров, и Китайской народной республикой, которая правит материковым Китаем, в разных местах по прямой всего 130—170 км соленой воды. Но в политике и идеологии расстояние между ними куда больше.
Оба этих государства делят общую историю, которая разошлась по итогам гражданской войны в середине прошлого века. Проигравшие бежали на Тайвань, победители остались на материке. С некоторыми особенностями, но и те, и другие смогли построить ведущие экономики мира, сохраняя при этом напряженные отношения друг с другом. Материковый коммунистический Китай получил мировое признание и по итогу занял место Тайваня в ООН, а тот в свою очередь, несмотря на крайне ограниченное дипломатическое признание, обзавелся многочисленными партнерами по всему миру.
Эти непростые и комплексные отношения оставим на откуп историкам и политикам. Минимально необходимого бэкграунда достаточно, чтобы оценить уникальность компании TSMC, ее удивительную историю становления и еще более поразительное положение в настоящем.
В период зарождения современной компьютерной индустрии такие пионеры, как Intel, разработали и построили чипы собственными силами. Но в 1980-х годах американским фирмам пришлось вступить в борьбу с японскими конкурентами.
Чтобы сохранять конкурентоспособность, многие передали производственные стороны своего бизнеса на аутсорсинг. А вместо этого сосредоточились на более прибыльных аспектах — в частности, на разработке и дизайне чипов. Производственные фабрики дорогие, наемная сила в Штатах недешевая, маржа низкая. С экономической точки зрения все было логично.
Этот тренд уловил Моррис Чан. Он родился в Китае, а во времена Второй мировой войны и последовавшего гражданского противостояния успел пожить в Гонконге, который тогда еще был британской колонией. Оттуда он перебрался в США, где поучился в Гарварде и получил степени бакалавра и магистра в области машиностроения в Массачусетском технологическом институте.
В 1958-м Чан устроился на работу в Texas Instruments. Именно в этом году в центральной исследовательской лаборатории компании сделали первую рабочую интегральную схему. Так что у Морриса были все шансы застать этот ключевой исторический момент, который заложил новое направление в компьютерной индустрии.
В Texas Instruments Чан провел 25 лет, дослужившись до позиции вице-президента группы, ответственной за мировой полупроводниковый бизнес компании. За это время он успел поработать над одним из первых контрактных проектов в этой сфере: производство одного из чипов было отдано на аутсорс американской IBM. К тому же Моррис был пионером в тактике первоначального ценообразования на чипы в убыток, ожидая, что получение ранней доли рынка позже увеличит масштаб до такой степени, что снижение затрат принесет прибыль.
Чем же в эти годы занимались на Тайване? Как и в большинстве южно-азиатских экономик, основным занятием для местных жителей было сельское хозяйство. Где-то с 1960-х начинается закладка фундамента будущего тайваньского чуда. Одного из четырех экономических чудес в Юго-Восточной Азии, которые больше известны как «азиатские тигры». Правительство приняло много новых законов, провело земельную реформу, на зарубежные кредиты начало индустриализацию, ослабило контроль за рынком и финансами, открылось зарубежным капиталам.
Краткая история экспансии:
В 1973 году в стране основали Научно-исследовательский институт промышленных технологий. Один из главных архитекторов тайваньского «экономического чуда» Сунь Юнь-суань во второй половине 1980-х захантил Морриса Чана на место председателя и президента этого института. Тот переехал на Тайвань и в 1987-м в сотрудничестве с правительством, технологическим гигантом Phillips и частными инвесторами основал TSMC. Это было время, когда западные фирмы все чаще видели ценность в аутсорсинге своих производственных мощностей в Азии.
В стране открывались технопарки, а местные компании становились важными поставщиками микроэлектроники, периферии, персональных компьютеров для всемирно известных брендов, таких как DEC или IBM. И TSMC не стала исключением. Эта компания была как тот парень в классе, который делает домашку для всех остальных.
Все началось с Fab 1 — первой лаборатории, которую превратили в фабрику по производству чипов. Компания TSMC арендовала ее у государства на протяжении 14 лет. На этой фабрике долгие годы выпускали 6- и 8-дюймовые кремниевые пластины с использованием техпроцесса 0,5 мкм (500 нм) или выше. Начинали вообще с двух микронов, но быстро сократили разрыв с современными на тот момент стандартами индустрии.
Для сравнения, сегодня самые продвинутые технологии позволяют «распаивать» транзисторы на кремниевых пластинах по техпроцессу 5 нм. Опять же для сравнения, большинство изученных сегодня вирусов имеют диаметр в пределах 20—300 нм. Разница колоссальная с учетом того, что транзисторы делает человек, а не природа. Подробнее о процессах производства чипов в посте про ASML.
Компания быстро росла, открывая новую фабрику примерно каждые три года и внедряя новые технологии, такие как тестирование сортировки пластин, изготовление масок для литья, проектирование микросхем. К 1992 году TSMC признавалась ведущим контрактным производителем чипов.
Середина 1990-х — это настоящий бум в сфере персональных компьютеров. Компания TSMC строит третью фабрику, договаривается с AMD на выпуск ее процессоров, размещает акции на Тайваньской бирже и продолжает инвестировать деньги в технологии и новые мощности — миллиарды долларов в год.
Сложный гигант:
На сегодня TSMC — это 17 действующих фабрик по производству чипов. И этого все еще мало. Если на границе 2000-х компания вкладывала в развитие около миллиарда долларов в год, то в ближайшие три года собирается инвестировать $100 млрд. Дело в том, что фабрики, на которых делают чипы, экстремально дорогие. Они наполнены экстремально точными инструментами и передовыми технологиями, а потому и стоят бешеных денег — одна запросто потянет на $15 млрд.
В частности, так дорого обходятся чистые комнаты. Для того чтобы делать супермегамаленькие транзисторы на кремниевых пластинах, нельзя допустить попадания на эти пластины ни единой пылинки, так как гигантский объем работы просто пойдет насмарку.
А пыль повсюду: частички человеческой кожи и тканей, грязь с улицы и ботинок. Именно поэтому на таких производствах сотрудники всегда одеты в защитные костюмы и маски. Не потому, что им нечто угрожает, а потому, что они сами являются опасностью для технологических процессов и могут неосознанно стать причиной брака на производстве. С этим справляются специальные костюмы и система шлюзов для очистки сотрудников от всяческой пыли, которую они принесли на себе с улицы.
Но этого, конечно, недостаточно. Чтобы снизить количество частиц пыли в воздухе до минимально возможного в теории уровня, строится сложнейшая система вентиляции и фильтрации воздуха. Все комнаты изолированы, а пол в самых дорогих и важных может быть перфорированным приемником воздуха. Естественно, и климатические нормы в таких комнатах строго стандартизированы: влажность и температура поддерживаются в рамках заданных значений, вибрация и даже электромагнитные поля находятся под строгим контролем.
Все эти комнаты, материалы, оборудование, экипировка, расходники делаются из специальных материалов, которые не генерируют пыль в опасных для производства масштабах. Именно поэтому нужна астрономическая сумма на создание одной такой фабрики, не говоря уже об оборудовании для непосредственного производства чипов.
Последняя новейшая фабрика TSMC — это чистые комнаты площадью с два десятка футбольных полей, с уровнем чистоты не больше 10 частиц на кубический метр воздуха, со специальными роботами под потолком, перевозящими материалы, и уникальными машинами фотолитографии.
TSMC — фаворит в гонке по уменьшению техпроцесса. Компания способна выпускать чипы с невероятной плотностью транзисторов. Только Samsung еще кое-как конкурирует в этой сфере, но тайваньцы уже готовы обойти их на одно поколение. Упомянутая выше фабрика будет производить чипы по 3-нанометровому техпроцессу. Транзисторы будут еще меньше, производительность чипов станет выше, а их энергопотребление снова уменьшится. С этим техпроцессом TSMC оставит такого гиганта, как Intel, на два поколения позади.
Intel уже заметно отстает от своего конкурента:
Последние успехи тайваньцев многие связывают с одним важным клиентом — американской Apple. Когда-то чипы для смартфонов этой компании делала Samsung. Но из-за растущей конкуренции Apple решила сменить подрядчика — TSMC никогда не будет конкурировать со своим клиентом в сфере производства смартфонов.
Сейчас это крупнейшее сотрудничество: Apple резервирует за собой передовые мощности TSMC, а та переходит на все более совершенные техпроцессы, так как клиенту каждый год нужны еще более совершенные процессоры для смартфонов и ноутбуков.
Из-за этой гонки самые передовые технологии в процессоростроении сосредоточились на маленьком острове. Пандемия и дефицит чипов продемонстрировали, что весь технологический мир очень сильно от него зависим. А потому конкуренты у TSMC появляются в основном со стороны государств. Создать столь же масштабный и совершенный технологический бизнес одной компании уже не под силу.
В Европе собираются создать государственно-частный полупроводниковый альянс, чтобы к 2030 году захватить хотя бы 20% глобального рынка производства чипов. Южная Корея собирается вложить $450 млрд в развитие этой отрасли. Китай и США движутся в этом же направлении. Но быстрого успеха никому достичь не удастся: закачка денег в столь комплексное и сложное производство не гарантирует победы.
Спасибо за внимание!
P.S. Вы найдете еще много интересных постов у меня в профиле о науке, истории и географии.UPD. Сделал пост про ASML:
Это фиаско! Разгром «Реджиа Марина» у мыса Матапан
После неудачной кампании итальянской армии, прошедшей в ходе вторжения в Грецию, Третий Рейх был вынужден поддержать своих союзников, иначе ситуация на Балканах развернулась бы совершенно иначе, чем планировали в ОКВ. В германском генштабе приступили к планированию операции «Марита», целью которой был захват Греции.
Командование Кригсмарине потребовало от Муссолини значительные силы флота, чтобы нейтрализовать британцев на морских коммуникациях и не позволить им перебросить экспедиционные силы из Северной Африки. Важную роль в планировании операции сыграла предоставленная Люфтваффе ошибочная информация о том, что немецкие самолёты повредили в Средиземном море британские линкоры Valiant и Barham.
Расстановка сил
В итальянском Морском штабе разработали план операции, предусматривавший стремительную атаку на британские конвои крейсерскими силами при поддержке быстроходного линкора Vittorio Veneto и самолётов 10-го воздушного корпуса Люфтваффе. Интенсивная авиаразведка итальянцев и немцев в регионе намекнула британским аналитикам о предстоящей операции. Командующий британским соединением адмирал Каннингэм решил рискнуть и перехватить итальянскую эскадру, но приказал сохранять это намерение в строгой секретности.
Итальянский крейсер Zara полном ходу ведёт огонь из орудий главного калибра
Под командованием вице-адмирала Якино собрались наиболее мощные крейсерские силы итальянского флота, усиленные новейшим линейным кораблем «Витторио Венето». Первая дивизия тяжёлых крейсеров контрадмирала Каттанео включала «Зару», а также однотипные ей «Фиуме» и «Пола». Соединение контрадмирала Сансонетти — тяжёлые крейсеры «Больцано», «Тренто» и «Триесте».
Под командованием контрадмирала Леньяни были два лёгких крейсера — «Джузеппе Гарибальди» и «Луиджи ди Савойя Дюка Делльи Абруцци». Дивизионы эсминцев насчитывали 13 кораблей.
Залп орудий главного калибра лёгкого крейсера Duca degli Abruzzi
По согласованию с Германией, разведка и воздушная поддержка ложилась на плечи 10-го авиационного корпуса Люфтваффе, чьи самолёты должны были действовать с Сицилии.
В Средиземном море у британцев было три оперативных соединения, подчинённых командующему флотом адмиралу Каннингэму. Первое соединение «А», которое включало в себя авианосец «Формидебл», линкоры «Бархэм», «Ворспайт» и «Вэлиант», а также 9 эсминцев, находилось в подчинении самого командующего флотом.
Адмирал Эндрю Каннингэм, командующий средиземноморским флотом, на борту австралийского лёгкого крейсера HMAS Hobart в порту Александрия. Справа на заднем плане британский линкор HMS Valiant и HMS Barham типа Queen Elizabeth
В состав второго подразделения «В» контр-адмирала Придхэм-Уиппела входили лёгкие крейсеры «Глостер», «Перт», «Орион», «Аякс» и 4 эсминца. В третье соединение были включены ещё 3 эскадренных миноносца.
Начальная фаза операции
Разведка получила информацию, что 26 марта 1940 года из Пирея в Александрию должен направиться крупный конвой. Вечером того же дня силы итальянского флота выдвинулись с баз в Таранто, Неаполе, Мессине, Бриндизи и соединились утром 27 марта в районе Аугусты. Основная часть соединения должна была пройти вдоль северного побережья Крита, а «Витторио Венето», при поддержке 3-й дивизии тяжёлых крейсеров, планировал пройти вдоль южного побережья, где ему следовало соединиться с основными силами у восточной оконечности Крита.
Британский флот незадолго до сражения у мыса Матапан
Вопреки ожиданиям адмирала Якино, который всерьёз опасался действий базировавшейся на Крите и Мальте британской авиации, командование Люфтваффе не предоставило ему обещанную воздушную поддержку. Поэтому уже днём 27 марта 3-й дивизион крейсеров беспрепятственно обнаружил британский самолёт-разведчик в Ионическом море.
Когда информация дошла до Каннингэма, тот приказал выдвигаться навстречу итальянскому флоту в обстановке строжайшей секретности и передать на конвой, чтобы тот поворачивал в Александрию. Но Каннингэму доложили только о трёх тяжёлых крейсерах — остальные корабли разведчик не заметил из-за плохой видимости. Также к Криту из Эгейского моря выдвинулось соединение «B» контр-адмирала Придхэм-Уиппела.
Бой у острова Гавдос
Из-за проблем на линкоре «Ворспайт» эскадра Каннингэма двигалась со скоростью 22 узла. Поэтому соединение «B», пользуясь преимуществом в скорости, вырвалось вперёд на 90 миль. Примерно в 6:35 утра 28 марта уже британские корабли обнаружил самолёт-разведчик, и, пытаясь скрыть свои намерения, контрадмирал Придхэм-Уиппел повернул прямо на итальянскую эскадру.
Адмирал сэр Генри Дэниел Придхэм-Уиппел (в центре)
Примерно в 7:40 британцы обнаружили итальянские крейсеры. Понимая, что противник превосходит его по огневой мощи, британский адмирал приказал отходить на полной скорости к эскадре Каннингэма, надеясь вывести противника на орудия линкоров. Вице-адмирал Сансонетти распорядился открыть огонь с предельной дистанции, но ни один снаряд не нашёл свою цель.
Носовые башни линкора Vittorio Veneto готовятся открыть огонь по британским крейсерам у острова Гавдос, 28 марта 1941 года
После часа безрезультатной погони Сансонетти решил повернуть назад, но британцы прекратили отход и начали преследовать 3-ю дивизию, оставаясь вне досягаемости орудий. На самом деле Сансонетти не отходил, а выполнял приказ адмирала Якино, планировавшего зажать британцев между тяжёлыми крейсерами и «Витторио Венето», вооружённым мощными и дальнобойными 381-мм орудиями. Когда в 10:50 линкор вышел на дистанцию огня, Придхэм-Уиппел приказал спешно покинуть поле боя, а вовремя появившиеся самолёты с авианосца «Формидебл» не позволили итальянцам начать погоню, вынудив крейсеры и линкор отойти на север.
Воздушные атаки на итальянские корабли
Придхэм-Уиппел по радио сообщил Каннингэму о встрече с итальянской эскадрой и предупредил о наличии линкора. Командующий британским флотом приказал двигаться к противнику, чтобы уничтожить итальянский флагман. В то же время самолёты-разведчики искали противника и когда обнаружили эскадру Якино, её с 14:20 несколько раз атаковали британские самолёты.
Палубный торпедоносец Fairey Albacore взлетает с палубы HMS Formidable
Оказавшийся без воздушного прикрытия, обещанного Люфтваффе, Якино был вынужден обороняться от атак с воздуха. Полевая авиация с греческих аэродромов не смогла добиться ни одного попадания, хотя атаковала эскадру в несколько заходов. Но в 15:20 звено торпедоносцев с «Формидейбла» зашло на линкор с удачного угла. Хотя зенитчикам линкора удалось отбиться, один из торпедоносцев точно сбросил торпеду, и она поразила кормовую часть с правого борта, на глубине почти 6 метров ниже ватерлинии. Из-за взрыва заклинило один из валов и вышла из строя электростанция №4. Аварийная команда действовала совершенно непрофессионально, в результате чего за 10 минут линкор набрал почти 3500 тонн воды, получив крен на правый борт порядка четырёх градусов и дифферент на корму около трёх метров. Ситуация усугубилась близким разрывом бомбы — течь усилилась, а машины главного руля вышли из строя. Только через час удалось справиться с течью и восстановить ход в 10 узлов, а чтобы разогнаться до 16, понадобилось ещё 2 часа.
Ночное сражение
Справедливо опасаясь повторения воздушных атак, Якино приказал всем кораблям эскадры в составе походного ордера повернуть на Бриндизи, сохраняя скорость в 15 узлов. Легкие крейсеры Леньяни направились в авангард для разведки, так как Якино считал, что британцы не смогут его догнать.
Примерно в 19:20, уже после наступления темноты, итальянскую эскадру атаковали британские торпедоносцы, ожидавшие благоприятного момента. В ходе налёта тяжёлый крейсер «Пола» получил попадание в правый борт, как раз в район машинного отделения, потеряв электричество и ход. Из-за темноты его выход из ордера заметили только в 20:15, примерно через полчаса после атаки. Поэтому Якино приказал развернуть эскадру к мысу Колонна, а крейсеры «Зара» и «Фиуме» вместе с 4 эсминцами отправил на помощь поврежденному «Полу».
Картина «Битва при Матапане» художника Джона Алана Гамильтона: британские линкоры расстреливают итальянские крейсеры
В 22:20 британские эсминцы обнаружили эскадру Каттанео, двигавшуюся контркурсом навстречу соединению Каннингэма. В 22:27 ничего не подозревавшие итальянские крейсеры были освещены эсминцами, после чего на них практически в упор обрушился мощный залп британских линкоров. Первым под огонь противника попал крейсер «Фиуме» — он получил 6-7 прямых попаданий. На его палубе начались пожары, кормовую башню ГК от прямого попадания сорвало с барбета и выбросило в воду, в правом борту образовалось несколько пробоин, и он получил сильный крен. Британцы посчитали крейсер «Фиуме» вышедшим из боя и перенесли огонь на «Зару», а «Фиуме» затонул в 23:15.
«Зара» продержалась немногим больше — по крейсеру пришлось в общей сложности 20 залпов главного и вспомогательного калибра с трёх британских линкоров. Примерно в 00:30 огонь распространился по всему кораблю, и экипаж покинул его.
Схема ночного боя с 28 на 29 марта 1941 года
Также британские эсминцы и линкоры потопили эсминцы«Джозе Кардуччи» и «Альфиери Ориани». Крейсер «Пола», лишенный хода, избежал огня британских кораблей — его намеревались взять в качестве трофея. Но позже Каннингэм приказал добить «Зару» и «Пола» торпедами, и около 02:40 оба повторили судьбу «Фиуме». В 7:00 все корабли Каннингэма собрались в походный ордер и, опасаясь атак немецкой авиации, повернули к Александрии.
Сражение у мыса Матапан закончилось разгромным поражением Италии, хотя эскадра адмирала Якино превосходила британскую — новейший линкор и шесть тяжёлых крейсеров против трёх устаревших линкоров и четырех лёгких кр
Повреждения в кормовой части линкора Vittorio Veneto от английской авиаторпеды, полученной в ходе авианалёта 28 марта 1941 года
Тем не менее, в этом сражении Реджиа Марина лишились двух эскадренных миноносцев и трёх самых мощных крейсеров своего флота, являвшихся серьёзным источником беспокойства для британцев в Средиземном море. Причём британские корабли не получили ни одного повреждения в бою. После этого разгромного поражения долгое время итальянский флот не предпринимал никаких серьёзных операций, позволяя англичанам беспрепятственно действовать у Крита и берегов Греции.
Материал подготовлен волонтёрской редакцией WoWS
Дело против санкций — фрагмент истории, который сегодня актуален как никогда
Недавно газопроводу Уренгой - Помары - Ужгород исполнилось 40 лет. В связи с этим я хочу поделиться с вами несколькими фрагментами из статьи New York Times 1982 года с заголовком «The Case Against Sanctions», автором которой является Джордж Болл — американский дипломат, член Бильдербергского клуба и по совместительству управляющий директор Lehman Brothers Kuhn Loeb. Свою колонку он опубликовал после наложения санкций США на СССР из-за строительства той самой магистральной трубы. Сегодня этот кусочек истории актуален как никогда.
«Администрация Рейгана привнесла в формирование правительственных решений идеологический уклон, который можно было бы назвать манихейской ересью. Современные манихеи придерживаются доктринальной концепции, согласно которой советский коммунизм — это антихрист, элемент зла, который должен быть искоренен, если мы хотим мира во всем мире.
Эта точка зрения больше не ограничивается такими фундаменталистскими группами, как Моральное большинство [консервативно-христианский think tank] и теперь ее разделяют неоконсервативные интеллектуалы, которые сформировали группу влияния под названием Комитет за свободный мир [антикоммунистический think tank, одним из доноров которого был Exxon].
Манифест комитета призывает американцев отказаться от "иллюзий разрядки" и воспользоваться исторической возможностью, которую сейчас предоставляет польский кризис, чтобы попытаться ослабить советское влияние на Восточную Европу, отказав Восточной Европе и Советскому Союзу в западных займах, западном зерне (sic!) и, прежде всего, западных технологиях. Таким образом США, не рискуя военной конфронтацией, могут продолжить процесс распада изнутри, который может ознаменовать начало конца советской империи.
В качестве своей основной оперативной тактики манихеи хотели бы, чтобы США использовали любой предлог, дабы преследовать русских и усложнять им жизнь. Комитет за свободный мир признаёт, что Америка не может заставить режим Ярузельского экономическим давлением восстановить свободы, которые он сейчас отнял. То есть польская трагедия для них — это просто тактическая возможность, предлог для оказания экономического давления, которое, по их мнению, ускорило бы распад Советской империи. Однако идея развалить эту империю с помощью предлагаемых средств — это принятие желаемого за действительное, граничащее с причудой».
Сейчас в New York Times такого не напишут. Но вы не думайте, что Болл — просоветский правдоруб. Биография Болла указывает на его связи с европейскими металлургами и американской сельхозкой. Поэтому нефтяники хотели санкций, а знакомые Болла — нет. Поэтому им приходилось по-разному работать с аудиторией: первые говорили про нарушение свобод и пагубную зависимость Европы от тоталитарного советского газа, а вторые — про нарушение принципов свободной торговли и нецелесообразность предпринятых мер.
Именно поэтому мне всегда умилительно наблюдать за глубоко уверованными в свободу слова и чего-либо другого. Они думают, что осознанно сражаются за справедливость, не подозревая, что просто являются продуктом той или иной политики. Сегодня очень необычно читать про историю строительства Уренгой - Помары - Ужгород. Хронология покажется очень знакомой, если вы хотя бы немного следили за судьбой второго Северного потока. Жаль, что в Европе не помнят событий тех лет и не осознают, что старая труба по итогу привнесла за собой только экономическое процветание в регион. Если бы помнили только одно это, то всё было бы по другому. Всё!