Отпуск в Непале, или по треку вокруг Аннапурны

Великолепный это был день, скажу я вам, с самого утра. Вышел из комнаты и остолбенел - от вчерашней серой и пасмурной погоды ничего не осталось. Солнечные лучи осветили белоснежную вершину, а именно второй пик Аннапурны (7937). Большинство ночевавших в гёсте вышли и просто смотрели молча на эту красоту. Первый раз в жизни я видел, как рождаются облака.

Сегодня мы прилично отклонились от маршрута, который пролегал по низу долины и не представлял ничего сложного. Наш верхний марш-бросок трудным тоже нельзя было назвать, был один мощный подъём, по довольно приличной тропе в Нгавал , высокогорное поселение, где ночью прошёл снег, а не дождь, как у нас на 300 метров ниже. Некоторые, особо здоровые, треккеры дошли в это селение ещё вчера, где и заночевали. Но наша остановка внизу дала возможность любоваться Аннапурной в гораздо более выгодном ракурсе.

По ходу подъёма удивила Маша, обычно она много фотографировала и спокойным шагом шла по треку. А тут она словно дизельный бульдозер на пониженной передаче, обгоняла всех и вся, быстро набирая высоту. Добавив шагу, я не смог её догнать, а только прилично вымотался.

Поднявшись в селение, расположились на лавочке, наблюдая, как вереницей поднимаются туристы из долины. Кругом красота и свежий воздух. Сзади нас стояла буддийская ступа, вокруг которой наяривала бабушка, бормоча мантры и перебирая чётки, попытались её сфотать, но бабушка моментально вышла из транса и сказал нам, что она не очень-то хочет фотографироваться, хоть и на непальском сказала, но мы её очень хорошо поняли.

Дождались Катю, Алексея и Раджу, попили чаю в лодже, где рядом с нашим столом на шкуре, какого-то животного малыш примерно трёх месяцев отроду принимал солнечные ванны нагишом, суча ножками в снегу, выпавшем ночью. Иногда к нему подходила пожилая женщина и что-то говорила, наверное, предлагала горячего чаю, но малыш отказывался и продолжал катать снежки розовыми ножками.

После Нгавала тропа сузилась и закончился набор высоты. Дальнейший путь был простой прогулкой с возможностью любоваться долиной с высоты птичьего полёта, не вру. По ходу передвижения рассуждали о горной болезни, о том, что если он есть, то пора бы ей появиться, высота располагала, но «горняшка» не объявлялась. Посреди тишины услышали непонятный скрежет, обернулись – велосипедист, практически на переднее колесо встал оттормаживаясь перед нами, мы прижались к скалам и этот метеор промчал мимо… хоть бы звонок себе поставил что-ли, а то на руле кого-нибудь довезёт до дна пропасти. После обеда тропа пошла вниз. И без того редкий лес сходил на нет, долина открывала новые виды.

Вообще конечной маршрутной точкой этого дня считается крупное селение Мананг, но нас вел прошаренный Алексей, который предложил остаться в деревне Брака, что на пару км раньше Мананга. Снова средневековье, каменные постройки у самых скал. Мы селимся в гесте «Нью Як», хозяин в очках, два помощника сына – тоже. Гёст с большими комнатами и туалет в номере. Туалет с «унитазом», как его описать не знаю, но те, кто служил в армии, точно эту штуку представляют. Бачка нет, просто стоит гусак с краном и большая кружка.

Сначала мы ввалились в комнату с остеклением в 3 окна, прекрасный вид, но вся роза ветров в комнате, что такое пена и герметик в этих местах не знают, поэтому вокруг рамы окон и коробкой дверей щели в палец толщиной. Поменяли комнату, где на одно окно было меньше. Снова нам фортануло с водой – реально горячий душ! Приличная кормёжка, обалденный мятный чай и впервые – хлебобулочные изделия. Хозяин гёста держал свою пекарню, реально неплохая выпечка для этих мест. Услуги интернета, печка в столовой – полный пансион.

Алексей не зря предложил остановиться именно здесь, помимо неплохих условий проживания, от Браки было удобно подниматься на высоту для акклиматизации, которой посвящают целый день, а из Мананга этот путь становился на 4 км длиннее.

В гёсте остановились многие «знакомые», среди которых пара из Англии, где представительница прекрасного пола шла по треку в платье. Ещё один кучерявый англичанин, который писал книгу о своём путешествии. Осипший немец, военный доктор, вернувшийся из Афганистана. И пара русских, которые всячески скрывали своё происхождение, наверное, стеснялись нашего поведения и не хотели чтобы на них тоже показывали пальцами. И ещё несколько представителей разных стран и конфессий Вечером все собрались возле печки в столовой, абсолютно разные люди из разных уголков мира. Немец трепал про Афган, но тельника на себе не рвал и бутылки об голову не бил. Англичанин его слушал, оказалось, что он молодой офицер. Кудрявый представитель туманного альбиона строчил свою книгу - явно приукрашивал, не было столько событий за день, сколько он там накатал, очередной «бельгиец» с рассказами про «мэджик энд романтик форест». В какой-то момент этот служитель пера обратился ко мне «мистер Сиберия» и о чём-то долго расспрашивал, дабы не игнорить парня, я иногда соглашался с ним, иногда отрицательно мотал головой. Но по разочарованию в его глазах понял – не добился он того, чего хотел. А дело оказалось вот в чём – после сытного ужина, на нашем столе остались тарелки, остатки пищи и т.п., которые гарсон не успел, а вернее не собирался уносить. Так вот, это аристократ попрошайничал у меня надкусанную булку, которая лежала среди всей этой сервировки. Это мне пояснила Маша, которая пришла и перевела мольбы этого измученного Непалом юноши. Пилотку он купил, а вот на булку денег не хватило, дэнди…

Кстати, недоумение свои поступком он вызвал только в славянской среде, остальные господа даже бровью не повели, наверняка жалели, что не успели первыми урвать десерт к чаю. Добил он нас своей игрой и пением на гитаре, которую отобрал у хозяйского сына.

Блюз – это когда музыканту плохо, а когда музыканту хорошо, но от этого плохо всем, как называется? С мыслями на эту тему мы разошлись по комнатам, завтра подъём на 1000 метров к высокогорному озеру. За окном порошил снег.

Аннапурна нереальна. А вот склоны напротив нее - там обрабатываемые земли?

Именно землёй это сложно назвать, почва - скальная порода и если присмотреться, то можно увидеть кучки на "огородах" - это навоз и немного грунта, таким способом и создаётся плодородный слой. Который выносит ветрами и смывает дождями.

Акклиматизация: Брака (3360) - Айс Лэйк (4600) - Брака (3360)

Этот день обычно уходит на данный маршрут, говорят очень полезно для организма подняться на высоту и спуститься, не знаю насколько это полезно от «горняшки», но для похудения точно отличный вариант.

Утро ознаменовалось дурной новостью – у Кати температура. Завтрак перешёл в консилиум, операцию предложили перенести на вечер если пациент не покажет положительной динамики. Итак, оставляем Катю укутанной в спальник в гёсте. Раджу не скрывал радости, что ему дали выходной и не нужно ползти 1300 метров вверх. С этого момента парняга вообще расслабился, позволил себе дунуть шмали и обрёл +30 к смелости, но пожертвовал -80 от харизмы.

Я, Маша и Алексей взяли фотики и чухнули на высокгорное озеро, остальные обитатели отеля не последовали нашему примеру и говели в лучах утреннего солнца на летней веранде. Подъём по разным оценкам занимает от 4-х до 6 часов, но на практике мы всегда экономили до часа от расчётного времени. Быстренько пересекли Браку, своими домами примыкающую к скалам и вышли на тропу, узкую и довольно опасную в самом начале. Ни перед собой, ни за собой потока туристов не увидели. Поскольку шли без вещей, стартанули довольно резво. Мы с Машей практически сразу вырвались вперёд, она и от меня бы прилично оторвалась, просто ей скучно было идти одной. Алексей второй раз в горах, а потому беспокоиться за него не нужно. Тропа уходила вверх по безжизненному склону, сплошной камень и осыпи, лишь иногда стелился под ногами рододендрон. Хоть шли и налегке, но крутой подъём и резкий набор высоты осадили организм, треккинговые палки очень помогали. Оборачиваясь назад, бросая взгляд через долину, рассматривали гряду белоснежных вершин - очень красиво.

Подъём был настолько крут, что невозможно было рассмотреть конечную точку маршрута, с каждым подъёмом до видимого пика открывался новый этап. Постоянно глядя на время и альтиметр понимал, что до озера ещё идти и идти. Шли монотонно, изредка останавливаясь на короткий отдых. По пути нет гёстов, чайных домиков и т.п. Нет никого и ничего, только скалы и камни. Когда до выхода на плато оставалось метров 200 по высоте, увидели далеко внизу бодро шагающего треккера, Алексей отстал настолько, что мы часто теряли его из виду. Практически выйдя к озеру нас догнал этот турист, парень пёр со скоростью, как будто только вышел на маршрут, перекинулись парой слов, он из Австралии.

Зеркало озера имело метров 50 в диаметре, практически полностью закованное в лёд. Инопланетный пейзаж, сильный пронизывающий ветер и ни души вокруг, какое-то странно чувство испытал.

Маша угостила меня чаем, а её изюмом – очень полезное явство в горах. Сели за камни и стали ждать Алексея. Австралиец сделал несколько снимков, заточил сникерс и отчалил обратно. Алексей по роду занятий программист и знает Википедию наизусть, где-то в недрах своей оперативной памяти он отрыл энциклопедические данные о том, что на такой высоте нет органики и в прошлом году налакался водицы из этого озера. Непальская флора и фауна возмутилась такому научному подходу и наглядно, на примере желудка Алексея, продемонстрировала своё существование. Как я писал выше, на треке не очень часто встречается растительность типа кустов, поэтому недуги с кишечником могут заставить вас сидя наблюдать за проходящими мимо гражданами всего мира и мило им улыбаться за свою неловкость. Берите с собой только проверенную воду! Чай остывал, а изюм заканчивался. «Горняшка» не давала о себе знать, как и Алексей, поэтому мы с Марией двинули в обратный путь, наткнувшись минут через 20 на усталого Алексея, похоже его горная болезнь начала цеплять. Быстрым шагом идём вниз, фоткаем. Путь приличный, а спускаться по такому уклону ещё сложнее, ноги в постоянном напряжении. Спуск прошёл быстрее, но вымотал больше.

С Машей мы ещё отклонились от маршрута и решили пройти мимо буддийского монастыря, а Алексей старой тропой пошёл в гёст. Монахов мы не увидели, ворота были закрыты. Прошли до пекарни в соседней деревне, купили булок и вернулись «домой».

У Кати улучшений не было, простуда прогрессировала, это осложняло наши планы, бросать девчонок не хотелось. Но нашли в себе силы отужинать, поржать и прилично уставшие завалились в спальники. Снова пошёл снег.

от красотища же. лучше гор могут быть только горы.

на Укоке подобное чувство испытала.

Утро, подъём. Катя уже сидит на телефоне и пытается связаться с оператором по медицинской страховке, связь очень плохая, компания европейская, обещают перезвонить. Температура у Кати не падает, дальше идти для неё не реально, ждать выздоровления непонятно сколько. Узнаём возможные варианты выезда обратно в Катманду, есть аэропорт примерно в 10 км, но самолёт летает не регулярно, толком расписание узнать не удалось, а идти полдня с температурой не вариант. С Катей связывается страховой агент из Индии, но при этом говорит, что они бы рады ей аюрведу всякую предложить, но только если Екатерина доковыляет до их белоснежных палат, например в Мумбай.

Решаем идти в Мананг, там должен быть медицинский пункт. Благо всего пару км пройти в одну сторону. Идём быстро, налегке. По дороге наблюдаем яков, коз, а потом снова событие, но уже не из разряда весёлых – похороны, кремация.

Мананг большой посёлок, с массой магазинчиков, гёстов и разных учреждений, среди них – медпункт, в котором трудятся волонтёры из Англии. Сдаём Катю на приём за 35 баксов, сами ожидаем диагноз.

В медпункт идут портеры, где им белые женщины в медицинских перчатках приклеивают пластыри на мозоли, а те потом любуясь крутят своими ногами, словно на них не пластыри а дорогая модная обувь.

Вышла сияющая Катя, довольная потраченными деньгами, внимательным отношением доктора и кучкой таблеток. Эскулапы решили, что это просто иммунитет подвёл, идти дальше не рекомендовали, в срочной эвакуации необходимости тоже не было. Но они могут за пять тыщ уе организовать хеликоптер, который умчит её в блага цивилизации. Чешем обратно в Браку, по пути решаем заселить Катю в Мананг, прямо напротив лазарета до её выздоровления, а Маша идёт с нами на перевал, а потом возвращается за Катей и они долиной возвращаются обратно в Бесисахар, а оттуда в Катманду.

Собираем шмутки и выходим на трек, снова Мананг, заселение Кати в гёст, время – обед, надо поторопиться. Но тут портер Раджу потребовал все деньги за трек и самолёт, террорист недоделанный. Этот абориген не мог понять манёвров своих нанимателей и решил, что его хотят кинуть. Английский он в этот момент совсем отказался понимать, пришлось искать более вменяемого жителя Непала для переговоров. Парень откровенно тупил, менял условия… а время шло. Ситуация начинала раздражать, Маша не могла идти со своим маленьким рюкзаком, ей нужен был портер. После фразы: «Раджу, мы больше в тебе не нуждаемся и денег тебе заплатим только за прошедшие дни», музчина отрезвел, резко слился с рюкзаком и устремился вперёд, как будто ничего и не было.

Перепад по высоте был средний, шлось вполне нормально. Маша хотела максимально быстро подняться до перевала и вернуться обратно, мы с Алексеем придерживались стандартного плана по передвижению.

Погода портилась на глазах, идти нужно было быстро, поэтому на фото не было времени, плюс заморосил дождь… затем превратился в снег. Сначала я шёл во флиске, но она быстро намокала, пришлось доставать ветровку. Маша резко оторвалась, а Алексей прилично отстал вместе с Раджу. Шёл один и слушал, как падает снег.

От дождя и тающего снега тропа начала раскисать и идти стало заметно тяжелее. Когда снег усилился, видимость резко упала, а тропа еле распознавалась. Поднялся ветер, наступали сумерки. Я ещё прибавил шаг, волнуясь за Машу, но на тропе уже видел её следов, а значит, прилично оторвалась.

Впереди показались дома - Як Харка. Наш пункт назначения, а Маша должна дойти дальше, до Летдара. Я зашёл в столовку, где от холода кутались человек 10 иностранцев, тихо, холодно, уныло. Решил дождаться Алексея и Раджу, а потом либо идти дальше за Машей, либо бросить якорь здесь. Заказал большой термос чая, сел у окна и стал ждать. Промокшая одежда и сквозняк бесили, но переодеться в сухое и тёплое уже не было возможности, спасал горячий чай.

Ждал долго, увидев своих вышел на улицу. Тут с другого конца деревни возвращается Маша, оказывается, ей встретились англичане и сказали, что в Летдаре все гёсты заняты и идти туда бесполезно.

Снимаем холодную комнату и идём в столовку ужинать, харчевня была полна французов. Национальные привычки не давали им покоя, а посему в их рационе на ужин был местный сыр на счёт благородства плесени у меня сомнения, но эти привыкшие хавать дорогущую просрочку, какие-то снеки – типа круассаны и прочие закосы под домашнюю французскую кухню. Ещё они заказывали стейки из яка, которые подавали на шипящей сковороде, но мы не завидовали, поскольку всезнающий Алексей подъяснил нам про мясо следующую фишку – скотину валят в зиму, когда холодно и снег лёг до весны, поскольку электрических холодильников нет, то мясо хранят за счёт низкой температуры окружающий среды… мы же шли весной, когда мясу было уже прилично времени. И вот гордые своими познаниями в консервации и прочих деликатесах мы заказали блюдо портеров - «супер дал бат», отчего там была приставка «супер» непонятно, но я слупил всё, плюс добавку. Как говаривал Раджу: «Хангри? – но проболем, но хангри – вэри проболем».

Идти в комнату совсем не хотелось, каменные стены, темно, ветер и снег бррр. Но в столовой печка никак не хотела разжигаться, только вонь и дым (топили навозом). Зашли в нумера, достали спальники и с дикой дрожью залезли в них, минут несколько постучали зубами, убаюкивая себя и проклиная всё и вся.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎