Адам. Иристон, Осетия, Кавказ.
Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) коммуницировал жалобу на действия властей во время штурма школы N1 в Беслане в сентябре 2004 года. Как рассказали на пресс-конференции 20 ноября 2012 года адвокаты Центра международной защиты прав человека Михаила Трепашкина, потерпевшие обвиняют российское правительство в нарушении нескольких статей Европейской конвенции по защите прав человека и основных свобод.
- Tags Беслан , В поисках истины и справедливости , Европейский суд по правам человека , Отважные сыновья и дочери Кавказа , Права народа , Путин - палач Беслана! , Путина обвиняют , Северная Осетия , борьба со злом , добрые пожелания , кровавые палачи , кровавый штурм , массовые нарушения прав и свобод , надежды избирателей , политический мародёр , трагедия , украденные выборы
- Share
- Flag
- September 13th, 2012 , 11:40 pm
ДЯДЯ ПУТИН, ТЫ - ПАЛАЧ
Штурм. Бездарный, лобовой, в самое неподходящее время. Тактика на редкость идиотская – на машинах МЧС во двор школы в Беслане врываются спецназовцы в то самое время, когда вооруженные люди, захватившие здание, согласились отдать тела погибших. Ясно, что в этот момент они были готовы на все. Ясно, что ожидали подвоха. Потому и встретили спецназ шквальным огнем. Потом взрывы, долгий, двухчасовой бой, сотни погибших детей-заложников. Сейчас говорят, что погибло более ДВУХСОТ человек! (По позднейшим давнным -более 300)
Это больше, чем на Дубровке.
Это больше, чем в Буденновске.
Никто не верил в возможность штурма. И не потому, что Путин на этот раз как-то иначе говорил, будто главное для него – жизнь людей. Путину уже давно никто не верит, даже самые преданные ему собаки. Он лжет всегда, так учили его в высшей школе КГБ. Он лжет, даже когда говорит правду.
Просто никто не мог поверить, что он решится на штурм школы, в которой в заложниках дети. После все того же Буденновска, когда большинство заложников погибли именно от пуль штурмовавшего здание спецназа. После Дубровки, когда стало ясно, что любой штурм – это смерть заложников. И потом циничные подсчеты – 15 процентов это приемлемо, а вот 25 многовато будет. Их бы самих в эти 25 процентов включить – в самый раз будет.
Никто не хотел верить, что и на этот раз Путин отдаст приказ на штурм. Сомневались, боялись, но верить не хотели. Слишком уж чудовищна сама мысль об этом. Уповали на спецслужбы, ну может быть каким-нибудь хитрым образом им удастся выманить захватчиков, уничтожить. Вместо этого – лобовой штурм.
Знал ли Путин, что, отдавая такой приказ, он наверняка обрекает заложников на смерть? Глупый вопрос. После Дубровки, после всего, что случилось в России за последние годы, месяцы, недели и дни. Знал, что погибнут дети. И сознательно отдал такой приказ.
Глупо рассуждать о моральном облике этого человека. Как глупо винить и тех, кто отвечая на вопросы корреспондентов, говорили, что ни в коем случае нельзя идти на уступки террористам.
Подумать только! – люди, зная, о чем речь, понимая, что сейчас, в этот момент решается судьба детей, говорят, что нельзя идти на уступки! Им, в сущности, на детей наплевать! А если бы это были их дети?!
Бог им судья. Какова страна – таков и президент. Каков президент - таковы и спецслужбы. Они способны лишь убивать исподтишка, ловить журналистов и диссидентов, сажать ученых за шпионаж… и так далее. Воевать с противником они не умеют. Освобождать заложников тоже. Они умеют убивать всех подряд.
Мы заслужили такие спецслужбы, когда позволили выкормышам КГБ влиться в наши стройные демократические ряды.
Никто не хотел верить в возможность штурма. Хотя ВСЕ без исключения данные говорили о том, что штурм непременно будет. Власть лгала с самого начала. Лгала будто бы захватившие заложников не выдвигают никаких требований. Лгала о количестве заложников. Лгала о настроениях вокруг школы. Власть с самого начала готовилась к самому худшему варианту. Власть готовилась к крови. К большой крови. Готовилась сознательно.
Именно поэтому не допустили в Беслан журналистов Андрея Бабицкого и Анну Политковскую . Такой был приказ – не допустить любой ценой, вплоть до убийства и каких угодно провокаций. Политковскую отравили (к счастью не насмерть), Бабицкого упрятали за решетку на пять суток внаглую, несмотря на то, что исполнители провокации на суде рассказали правду о том, что эту самую провокацию им заказал милицейский чин аэропорта Внуково.
Теперь это нормально. Провокации, убийства, похищения – все это норма нашей жизни. Хотели сильную руку? – Получите. Хотели иметь сильные спецслужбы? Тайные и могущественные? Никого не боящиеся, никому не подчиняющиеся? Получите. Только еще вопрос – кто кого имеет…
Говорят, что Путин перед штурмом Дубровки долго молился . Теперь ясно, что он молился Сатане.
Павел Люзаков, 04.09.04г.
- Tags Путин - палач Беслана!
- 6
- Leave a comment
- Share
- Flag
- September 13th, 2012 , 10:11 pm
В это почти невозможно поверить, но он не попросил прощения у жертв бесланской трагедии. Ни у живых, ни у мертвых. Я перечитываю текст его обращения, прокручиваю видеопленку – нет слов.
Я вглядываюсь вновь и вновь в этого человека – глаза недобрые, голос невесел, лоб нахмурен, но сказать ему опять нечего. Как после московских взрывов, после "Курска", после "Норд-Оста". Впрочем, после блестящего штурма на Дубровке он печалился, что спасли не всех. Однако позже выяснилась цена этого покаяния - когда он сказал, что заложники погибли не от газа. А если не от газа, то ведь никто и не погиб, и оплакивать некого.
У него другой словарь, другой язык. Другой менталитет, если говорить великим и могучим языком Гиммлера и Эйхмана. Другая душа, если это слово применительно к нему имеет хоть какой-то смысл. Скорее он похож на существо с другой планеты, где в жилах двуногих говорящих акул течет холодная упорная кровь. Это мыслящее существо, как про его тезку когда-то говорилось: "мыслящая гильотина". Он вглядывается в трагедию, от которой у теплокровных холодеет кровь, и размышляет вслух об увиденном. Мысли у него, при виде сотен убитых человеческих детей, такие.
Мы живем в условиях, сложившихся после распада огромного, великого государства. Но, несмотря на все трудности, нам удалось сохранить ядро этого гиганта – Советского Союза. И мы назвали новую страну Российской Федерацией. В общем, нужно признать то, что мы не проявили понимания сложности и опасности процессов, происходящих в нашей собственной стране и в мире в целом. В этих условиях мы просто не можем, не должны жить так же беспечно как раньше. Мы обязаны создать гораздо более эффективную систему безопасности, потребовать от наших правоохранительных органов действий, которые были бы адекватны уровню и размаху появившихся новых угроз. Первое. Второе. Третье. Особо отмечу: все эти меры будут проводиться в полном соответствии с Конституцией страны. Только так – мы победим врага!
Я не кощунствую. Я цитирую. Речь президента на следующий день после бесланного штурма. Слово в слово. Даже на детском кладбище – о великой стране, об адекватности органов, о ядре гиганта.
Я не знаю ответа на главный вопрос: был ли штурм вынужденной мерой, спровоцированной бандитами-отморозками, или все шло по плану. То, что я знаю об этом человеке, склоняет к мысли о спланированном штурме. После "Норд-Оста", да еще в кавказской республике, он не мог позволить себе акцию прямого действия. Но и соглашаться на переговоры, лукавить, имитировать вывод войск из Чечни тоже ведь не мог. Он не мог демонстрировать ни силы, ни слабости. Оставался лишь третий путь: штурм вследствие трагической случайности и удручающей нервозности шахидов – это похоже на правду. Это пиар в стиле нынешней власти. Это версия не из последних. Весьма убедительная, когда имеешь дело с ним – человеком с другой планеты.
Тут как со взорванными домами: тронешь ниточку, скажешь "Рязань" – и сюжет выстраивается сам собой, во всем своем гексогеновом безумии. Отравленная Политковская, арестованный Бабицкий, вообще кроме Аушева, спасшего 26 человек, никто из тех, кто мог реально вытаскивать детей из бесланского ада, к переговорам не допущен. Не говоря уж о Масхадове. Почти три дня разговоров про "невнятные требования" террористов, тогда как с первой минуты они понятны всем – те же, что и в Буденновске, и в "Норд-Осте". Требования невыполнимые (почему невыполнимые? тем более для такого вруна и жулика. ), но называть их невнятными можно лишь в том случае, если готовишь штурм.
И эта речь, эти мертвые слова – про войну, про Советский, будь он проклят, Союз, про территориальную целостность. Это жалкое камлание перед лицом национальной трагедии, безутешного, вечного горя несчастных матерей и отцов – и его личного всероссийского позора. За пять лет, что он правит нами, тяжелая ситуация с Чечней стала абсолютно безнадежной. Холоднокровный породил отморозков. На смену Ичкерии – государству-неудачнику с размытым центром власти - явился монстр с тысячью головами, за которыми не уследить никаким спецслужбам, и это нам на десятилетия, если не на века. Полный провал его дуболомной стратегии – и ни слова покаяния, ни капли сомнения в правоте своей дуболомности, ни хоть робкого вопроса в глазах: да что же я натворил.
Она утонула. Они заболели. Они сгорели.
У него уже нет имени - я и не называю. Осталась только безграничная власть и непрошибаемая уверенность, и с каждым днем эта уверенность крепнет, и всякая новая оптовая смерть убеждает его в безальтернативности избранного пути. А иначе, говорит он, "мы погрузим миллионы людей в нескончаемую череду кровавых конфликтов". Это я опять цитирую, слово в слово.
- Tags Путин - палач Беслана!
- 1
- Leave a comment
- Share
- Flag
- September 13th, 2012 , 08:03 pm
1 сентября 2004 года у нас случился Беслан – беспрецедентный теракт, и теперь навсегда это слово будет символом ужаса наяву, какой ни один Голливуд придумать не способен.1 сентября, утром, интернациональный отряд бандитов захватил в заложники школу № 1 в крошечном североосетинском городке Беслане и потребовал остановить вторую чеченскую войну. Захват произошел в момент школьной линейки, традиционного праздника начала учебного года, происходящего во всех наших школах в этот день. Обычно на такие линейки люди приходят семьями, с бабушками и дедушками, тетями и дядями - особенно те семьи, кто провожает своих детей первый раз в первый класс.Так было и на сей раз. Именно поэтому в заложниках оказались почти полторы тысячи человек – школьники, их мамы, папы, братья и сестры, учителя, их дети. Все, что происходило в России потом – с 1, 2, 3 сентября и по этот момент, - события не случайные, а абсолютно закономерные. Квинтэссенция и апофеоз путинского режима насаждения личной власти ценою разума и всеобщего подавления инициативы.Итак, 1 сентября. Спецслужбы, а за ними власти объявили: в школе «немного людей» - 354 человека. Террористы ответили: «Вот вас и будет 354». Родственники заложников, собравшиеся вокруг школы, сказали: нет, врете! Их больше тысячи!Но родственников никто не слышал. И не слушал. Они пытались достучаться до властей через журналистов, съехавшихся в Беслан, – журналисты продолжали передавать официальную информацию. Родственники стали журналистов лупить.Как бы там ни было, день 1 сентября и половину 2-го власть провела в недопустимом шоке и замешательстве – никаких переговоров вообще не велось, Кремль их не санкционировал. Каждого, кто собирался что-то сделать для переговоров, запугивали, и те, кого бандиты потребовали на переговоры, сидели тихо в углу или сбежали из страны. Струсили в тот самый момент, когда не имели права трусить: президенты Ингушетии и Северной Осетии Зязиков и Дзасохов, советник Путина по Чечне Аслаханов, доктор Рошаль. У каждого впоследствии была отговорка, но из песни слов не выкинешь: в здание не вошел никто.На этом трусливом фоне родственники заложников больше всего боялись, что все будет как в «Норд-Осте» - теракте-захвате театрального комплекса (23-26 октября 2002 года в Москве), и власти начнут штурм, и тогда не избежать огромного числа жертв. 2 сентября в захваченную школу пошел Руслан Аушев, бывший президент Ингушетии, оплеванный Кремлем человек - за то, что постоянно призывал к политическому урегулированию чеченского кризиса и мирным переговорам, вынужденный за это «добровольно» покинуть свой президентский пост, чтобы уступить его избраннику Кремля, генералу КГБ-ФСБ Мурату Зязикову.Аушев в Беслане застал страшную картину, как сам потом рассказывал. Оказавшись в штабе «операции по освобождению заложников» спустя полтора дня после захвата, он понял, что там так и не могут решить, кто же должен идти на переговоры – ждут «добро» Кремля и боятся гнева Путина. Гнев равносилен концу политической карьеры. А конец политической карьеры куда страшнее страданий сотен заложников. Лучше потерять заложников – это всегда можно списать на террористов. Потеря путинской благосклонности – это самоубийство и забвение.Зафиксируем суть: все, кто в те дни представлял в Беслане российскую власть, старались угадать, что хочет Путин, но не противодействовать тому, что творится в школе. А если уж Путин что-то произносил, то ослушаться не смели: президент Северной Осетии Александр Дзасохов, например, рассказал Аушеву, что Путин лично ему позвонил и запретил идти в школу под страхом немедленного открытия уголовного дела против него, Дзасохова. И Дзасохов не пошел. То же случилось и с доктором Рошалем – хоть и детский доктор, он тоже никого решил не спасать, кроме себя самого: кто-то анонимный из спецслужб уверил Рошаля, что террористы только потому требуют его на переговоры, чтобы убить.И Рошаль не пошел. ВСЕ в штабе сохраняли свою карьеру и не спасали детей. Еще не наступило 3 сентября – день развязки, а стало очевидным: «вертикаль власти», слепленная Путиным на паническом страхе полной зависимости от одного лица (Путина), - эта «вертикаль» совершенно недееспособна: она не способна никого спасти в тот самый момент, когда это требуется.В результате Аушев взял в руки распечатанное из интернета заявление Масхадова, что он, Масхадов, лидер чеченского сопротивления, именем которого бандиты козыряли, требуя немедленного прекращения второй чеченской войны – категорически против захвата детей в заложники. Взял - и пошел говорить с террористами. И стал единственным, кто вообще вел какие-то переговоры в ходе бесланской трагедии. За что и был впоследствии оболган Кремлем и обвинен во всех смертных грехах: и в главном из них, в содействии террористам.- Они отказались говорить со мной по-вайнахски, – рассказывал Аушев позже. – Хотя были чеченцы, ингуши. Только по-русски. Они просили хоть какого-нибудь министра на переговоры – например, Фурсенко, министра образования. Но никто не хотел идти, потому что не было согласия Кремля.Аушев пробыл в школе около часа. И вынес на руках трех младенцев. Еще с ним отдали 26 маленьких детей. 3 сентября, днем, прошел штурм. Бои в городке продолжались до поздней ночи. Было много убитых террористов, но многие прорвались сквозь все кольца оцепления и ушли. Начался подсчет погибших заложников - и продолжается до сих пор. На окраине Беслана распахали поле, и оно стало огромным кладбищем на сотни свежих могил. До сих пор нигде не найдено более ста заложников – они числятся пропавшими без вести. Одни считают, что их увели в заложники остатки банды. Другие, что их спалили «шмелями» дотла - вакуумными огнеметами, состоящими на вооружении частей специального назначения.Сразу после Беслана в России начался сезон новой волны закручивания политических гаек, невиданный доселе. Путин объявил трагедию актом международного терроризма, отвергнув чеченский след, и связал все с «Аль-Каидой». Подвиг Аушева был оплеван, в СМИ, по команде из Кремля, стали рисовать его портрет, как главного пособника террористов, а не спасителя и единственного героя на фоне трусов. Ну а доктор Рошаль был опять презентован как герой – народу нужны герои.Однако это, так сказать, моральная сторона процесса. Физическая, материальная состояла в том, что трагедия Беслана не натолкнула Кремль на хоть малейшую работу над собственными ошибками. Напротив, началось политическое мародерство.Главным лозунгом Путина после Беслана стало: на войне как на войне, надо укрепить вертикаль власти. Сделав «вертикаль» полностью зависимой от одного-единственного человека (Путина), так как он лучше знает, кто есть кто, и тем мы обезопасим себя от терактов, началась подготовка к губернаторской реформе – Путин настоял на отмене прямых выборов глав российских регионов, что, по мнению Путина, ведет лишь к безответственности губернаторов.И ни слова, ни намека, что в ходе бесланского захвата именно фактически назначенцы Путина – президенты Зязиков и Дзасохов(последний был избран народом,но предал. ) продемонстрировали себя трусами и лжецами, и толку от них было как от козла молока. На фоне подготовки губернаторской реформы шла мощнейшая идеологическая промывка мозгов. Ее суть была в том, что представители власти вели себя идеально во время бесланской трагедии - ничего другого, более эффективного, сделать было невозможно. Для отвода глаз создали парламентскую комиссию – комиссию Совета Федерации (верхняя палата российского парламента) для общественного контроля над расследованием. Председателя комиссии господина Торшина принял в Кремле Путин и дал свои президентские напутствия. В результате комиссия так и не вышла за рамки дозволенного.Бесланцы стали явственно ощущать, что их забывают. Телевидение сосредоточилось только на хорошем: как заложникам помогали, сколько конфет и игрушек им надарили, но не на том, где же пропавшие без вести.
Только что просмотрела выпуск новостей на 1 канале. Специально просмотрела от начала и до конца. Ведущий с довольным лицом вещал об олимпийском уроке, блатной гимназии, которую посетил президент, о дне города и Сирии. И ни слова (!) о Беслане. Всё. Не было никакого Беслана. Самое страшное событие в послевоенной российской истории кануло в лету, как будто его и не было.Очень хорошо помню выпуск Euronews 4 сентября 2004 года о Беслане, когда показывали маленького мальчика-заложника, сидящего в спортивном зале на полу и рядом с ним - нога террориста на педали взрывного устройста, под рубрикой No comments. Так вот и у меня сегодня no comments.