Валерий и Константин Меладзе – два брата-меломана!
Когда-то каждый из них жил своей жизнью, но 22 года назад их связала музыка и с тех пор они неразлучны. Братья Меладзе – они такие разные, но все-таки они вместе!
- Вы живете в Киеве, Валера в Москве. Правда, что напеваете ему мелодии по телефону?
- Сто лет уже такого не было! Я напеваю демоверсию и посылаю кассету Валере поездом или по Интернету. Валера слушает, предлагает какие-то изменения. Все у нас происходит коллегиально, я не являюсь продюсером брата в хрестоматийном понимании этого слова, полагаюсь на его ощущения. Вот в "ВИА Гре" — там да, там я продюсер, даже диктатор.
- Валера поет с девушками, а вы ими давно руководите. Каково работать с секс-символами?
- (Смеется.) Мне очень сложно воспринимать "ВИА Гру" как женщин. Сами подумайте, я собирал их повсюду, это были обыкновенные девчушки, и только благодаря нашим продюсерским усилиям они превращались в секс-символов! Они как младшие сестренки, которых я сам вырастил, а не какие-то секс-бомбы. (Смеется.) Это публика так к ним относится, и так и должно быть!Валерий: Помню, в прошлом году в Юрмале на фестивале «Новая волна» я сидел в жюри. На сцену вышла "ВИА Гра", у меня аж дыхание сперло! Но за кулисами, в жизни они для меня обыкновенные девчонки.
- Недавно одна из участниц забеременела и ушла из группы. Вы нашли ей замену. Не боитесь повторения истории?Константин: В этом-то и проблема: у нас такая успешная группа, что, как только девушки попадают в "ВИА Гру", они мгновенно становятся престижными невестами и "обрастают" женихами. Я не противлюсь этому и никого не держу. Кто хочет уйти в семью, рожать детей — того отпускаю. Может быть, поэтому они так часто и уходят… Но публика уже привыкла к ротации в коллективе. Костяк группы остается прежним, есть люди, которые составляют лицо "ВИА Гры", и, пока они есть, группа существует. И по сей день она остается номером один в нашей стране.
- А что говорят в шоу-бизнесе о Меладзе?В.: Мне кажется, к нам относятся с уважением. Причем совершенно разные люди, даже рокеры. А еще говорят: "Вот если бы у меня был такой брат, как у Валеры, я бы тоже стал звездой!" И я считаю, что огромная часть нашего успеха в том, что это Костя такой, пишет такие песни и всегда требует от меня большего, чем я могу.
- В детстве Костя тоже за вас все решал?В.: Наоборот, если он чем-то увлекался, мне тут же нравилось ровно противоположное!К.: Мы и в кружки ходили совершенно разные: Валера на плавание — я на баскетбол, я на плавание — он в авиамодельный кружок, он на борьбу — я на легкую атлетику. Никак не соприкасались. Даже в музыкальной школе учились в разных классах: я по скрипке, он по фортепиано. У каждого был свой круг общения, свои увлечения. Мама, бедная, таскала одного сюда, другого туда…
- Константин, чувствуете себя старшим братом?
Да. Я не навязываю свое мнение брату и сестре, но ощущение ответственности за них во мне заложено еще родителями. Я втянул Валеру во всю эту историю с музыкой и в работе отвечаю за все, что мы делаем. Мне кажется, что и в "ВИА Гре" я выполняю роль старшего брата для девочек. (Улыбается.)
- Вы дрались в детстве?
- К.: Да, как все дети, мы часто ссорились по пустякам. Мы были нормальные подростки в многодетной семье: нас трое, да еще по полгода у нас гостили родственники. Такой дома был кавардак, что не подраться иной раз было просто невозможно! Представьте, в трехкомнатной квартире хрущевки на первом этаже живут вместе 12 человек: мы, бабушка, дядя со своей женой и детьми… Кошмар!
- А в углу кто чаще стоял?К.: Это было бессмысленно — ставить нас в угол, такие меры нас не пугали. Зато папа мог иногда сказать тихим голосом два-три слова и настолько попадал в точку, что это было эффективнее любых наказаний. Я после такой коротенькой беседы с отцом неделю вел себя идеально. Конечно, потом опять срывался… А Валера был и остается таким энергичным, импульсивным, на него практически ничего не действует. (Смеется.) Он всегда вел себя так, как считал нужным, никакие увещевания не помогали.
- Признайтесь, вы когда-нибудь ссоритесь?В.: Вот насколько мы дрались в детстве, настолько сейчас мы дружны. Мы прошли через шоу-бизнес, деньги, славу и ни разу не нашли повода поссориться. Можем разве что ругаться в студии, когда Костя от меня требует большего, чем я могу, а я психую. Но в итоге у меня получается это спеть, и мы выходим из студии измученные, но довольные, и разногласия остаются там.
- Любите делать друг другу подарки?К.: Да. Вот на прошлый день рождения я подарил Валере хорошие дорогие часы…В.: Да, серьезнейший подарок! (Улыбается.)К.: …вернее, продал за десять рублей: часы не принято дарить, говорят, это к разлуке.
- Как думаете, кто из вас богаче?К.: Мы вровень идем, если что, друг друга подтягиваем, чтобы каждый был обеспеченным человеком и крепко стоял на ногах.В.: Из всех благ, которые у нас есть, материальные — это лишь средство для достижения независимости. Деньги тяготят, когда их слишком много.
- Бывает, что вас путают?К.: Да, часто брата называют Костей, меня Валерой, даже мама забывает иногда, кто где. (Смеется.) А так внешне и по голосу мы, конечно, разные. А уж в детстве мы были вообще разные! Я худющий и тихий, он — полноватый и дурной. Перепутать невозможно. (Улыбается.)