Антоха МС, Анна Наринская и другие герои «Афиши» советуют любимые места в Москве
«Мантру «Арбат — любимое место для прогулок москвичей и гостей столицы» штампуют только халтурные путеводители. Мало какая московская улица воплощает в себя столько безвкусицы, шума, обмана и хаоса. Арбат — один из первых городских опытов по благоустройству-урбанистике: пешеходную зону здесь создали еще в 1985-м. Есть знаменитая фотография, где тогдашний председатель Моссовета Борис Ельцин гуляет по Арбату с Фиделем Кастро. С тех пор здесь появились уличные музыканты, сувенирные лавки и фонарики под старину.
Но так сложилось, что я — арбатский житель, уже четвертый год живу в небольшом Калошином переулке между Арбатом и Сивцевым Вражком. Поэтому с удовольствием поделюсь любимыми и секретными местами в этих краях. Вдруг вас сюда занесет судьба или заведут силком гости столицы.
Автомобильное движение на Арбате прекращается через сто метров после Смоленской, перед этим вы пройдете здание гастронома — бывший Торгсин, где продавалась осетрина второй свежести, и знаменитый «Макдоналдс» — обратите внимание на табличку «Ресторан работает только за рубли».
Музей Александра Пушкина, который стоит прямо на Арбате, притягивает большей частью туристов из тоталитарных азиатских стран, но еще больше экспонатов «из той же эпохи» им нравится чудовищный памятник Пушкину и Гончаровой напротив. Но стоит он здесь неспроста, в этот голубой домик Пушкин въехал накануне свадьбы с Гончаровой и успел устроить мальчишник, на который собралась вся главная поэтическая тусовка — от Вяземского до Языкова. «Пушкин, завтра ты женат, холостая жизнь, прощай-ка! Обземь холостая шайка», — читал тогда Вяземский Пушкину. После свадьбы в дом на Арбате зачастили с советами и глупыми разговорами гончаровские родственники, и Пушкину там не стало житья, поэтому молодожены съехали раньше оплаченного срока аренды. Гораздо интереснее заглянуть в Музей Андрея Белого, билеты в него продаются там же, где и в основное здание.
Но главные сокровища арбатских мест хранятся в основном не в Музее Пушкина, из которого сбежал даже сам поэт, не внутри матрешек с лицом Путина и даже не в матрешках с лицом Трампа. В Кривоарбатском переулке стоит легендарный Дом архитектора-авангардиста Константина Мельникова. Чтобы дойти до него, от стены Цоя сверните в переулок и немного пройдите в тишине вверх. В сам дом довольно непросто попасть, надо записываться на экскурсию заранее и мест почти никогда нет, но мало кто знает, что вход в небольшой садик при доме открыт каждый день. Более того, там стоит небольшой серый столик и стулья. Если взять кофе и книжку или ноутбук, то в погожий день можно сидеть за этим столиком с видом на знаменитые мельниковские окна-шестиугольники хоть до вечера, гости там довольно редки, чаще это иностранцы с архитектурными путеводителями. А еще я сам нередко пишу там сценарии, так что увидимся.
Через дорогу от стены Цоя от старого Арбата к Новому уходят три переулка, все названия связаны с песками — Малый Николопесковский, Большой Николопесковский и Спасопесковский. Спасопесковский переулок ведет на Спасопесковскую площадку. На ней, собственно, и стоит церковь Спаса на Песках, запечатленная на картине Поленова «Московский дворик» и с тех пор практически не изменившаяся. На той же площадке («площадка» — это старое московское обозначение площади) стоит особняк промышленника Второва, иркутского москвича, который заработал форбсовское состояние. Особняк классический, даром что построен прямо перед Первой мировой, — в эпоху самых смелых архитектурных экспериментов. Теперь в нем знаменитая резиденция посла США. Название Spasopeskovskaya было для американцев решительно невыговариваемым, и дом получил имя Спасо-хаус, под которым живет и поныне.
В Спасо-хаусе регулярно устраиваются дипломатические приемы, но по разудалости они не идут ни в какое сравнение с самой разнузданной вечеринкой посольства США за всю историю дипотношений. Случилось она в 1935 году на приеме под обманно-лирическим названием «Весенний фестиваль». Первый посол США в СССР Уилльям Буллит происходил из аристократической филадельфийской семьи, и знал толк в веселье. Видимо, его сотрудники тоже, потому что на распоряжение посла «Sky is the limit» взяли под козырек и устроили что-то невероятное. Из Финляндии выписали джазовый оркестр, еще откуда-то — цыганский хор, на полу высадили ковер из цветов, а в Московском зоопарке арендовали сотни амадинов — тропических воробьев, диких коз и медвежонка. На приеме веселилась вся советская элита от маршала Тухачевского и Карла Радека до балерин из Большого театра и Михаила Булгакова с женой Еленой. Медвежонка напоили шампанским из соски, того вырвало на китель маршала Егорова, а под утро Тухачевский танцевал лезгинку с Ольгой Лепешинской. Вскоре после этого в черновиках Булгакова появилась глава «Великий бал у Сатаны», но тут уж причинно-следственные связи пусть каждый прочерчивает сам.
В соседнем Большом Николопесковском переулке работает Музей композитора Александра Скрябина, довольно любопытный, с экспериментальной установкой для цветомузыки, которую сам Скрябин и изобрел.
Ниже по Арбату в сторону Арбатской площади находится мой любимый магазин для спонтанных подарков. Это букинистический магазин, где можно за тысячу-две купить замечательное дореволюционное или довоенное издание. А уж массиздатом застойных лет можно разжиться и вовсе за недорого. В том же здании расположена редакция литературного журнала «Москва» — того самого, что в 1965–1966 годах храбро напечатал повесть «Мастер и Маргарита» (привет Спасо-хаусу).
Через дорогу от букинистов одно из немногих приличных арбатских заведений для того, чтобы пообедать — ресторан «Пиросмани» с очень приличными хачапури и уж совсем замечательным харчо. По вечерам летом на улице появляются столики, и можно взирать на колоритных, но беззлобных в отличие, видимо, от какой-то другой фракции, байкеров, — у них здесь точка сбора.
Дальше — чем ближе к Арбатской площади (а когда-то проект ее реконструкции с посадочной площадкой для дирижаблей готовил тот самый Константин Мельников), тем Арбат становится все более пластиковым. Учащаются сетевые заведения и магазины мобильной связи. Зато единственный приличный кофе на улице можно ухватить здесь, в «Даблби» в здании офиса «Аэрофлота» на углу с Большим Афанасьевским.
Арбат скоро закончится, и перед вами встанет легкий выбор. Спуститься вниз к несбывшимся дирижаблям, взять кофе, вернуться и посидеть во дворике дома Мельникова с купленной у букинистов книжкой или снова повернуть в переулок и раствориться в тишине, которая наступит уже через десяток шагов».